Читаем Маги и люди онлайн бесплатно

90-е годы

Пятилетняя Вика весело болтала маленькими ножками, сидя на шее отца. Дмитрий, одной рукой придерживая её за туфельку, другой достал ключ от подъездной двери. Ключ был огромным и страшным: длинный, широкий, с глубокими канавками – настоящий «шедевр» слесарного искусства. С недавних пор такими ключами обзавелись все жители их дома – обилие наркоманов и бомжей, облюбовавших подъезды, стало настоящей напастью. Жильцам надоело вдыхать неприятный запах в лифтах, спотыкаться об валяющихся на лестничных маршах прибалдевших торчков, пинать использованные шприцы и пакеты с клеем «Момент».

– Пап, а я знаю, где этот дяденька, – вдруг сказала Вика.

– Какой дяденька? – Дмитрий прицеливался ключом в замочную скважину.

– Вот этот, – она ткнула маленьким пальчиком в ориентировку, криво налепленную поверх написанных от руки объявлений.

Он уставился на изображение бандитской рожи с тяжёлой, выдающейся вперёд челюстью и покатым лбом. Собственно, такие рожи он видел каждый день по телевизору в криминальной хронике – время такое, неспокойное. Наверху красовалась надпись: «Внимание! Розыск!».

– Откуда ты его знаешь? – задумчиво спросил он и бегло прочитал данные разыскиваемого: ФИО, рост, особые приметы.

– Я вижу, – дочь, снова прикрыв глаза, поводила маленькой ладошкой перед изображением.

– Так, и что видишь? – поинтересовался он.

– Ну-у-у, – дочь важно надула губы. – Деревья. Много. А дяденька на траве сидит. Улыбается.

– Так, а помимо деревьев?

– Цветочки. Тоже много. Красные и жёлтые.

– Это луг? Поляна? – в нём вдруг проснулся давно забытый азарт сотрудника госбезопасности. – Может быть, лес?

Вика помотала косичками.

– Не, папа, там человечков много. С фотоаппаратами, – последнее слово дочь выговорила медленно и по слогам.

– Туристы, что ли? А кроме людей с фотоаппаратами что видишь?

– Что-то на фонтан похожее, только с цветами, там ещё львы с крылышками. А ещё там машинки. Чёрные, с круглыми фарами. Маленькие. У них у всех такие жёлтые таблички на крыше.

Дмитрий осторожно повращал головой, разминая затёкшую шею: дочь хоть и большая, а на шее отца проехаться любила.

– Вика, пойдём домой, а? – спросил он. – Дома расскажешь.

– Пойдём, пап, – легко согласилась она и открыла глаза.

Он аккуратно поставил её на землю, взял за руку, и оба зашли в тёмный подъезд. На кнопке лифта висела табличка: «Лифт сломан».

– Да что ж такое-то?! – возмутился Дмитрий. – Работал же утром!

Посмотрел на дочь. Вика развела ручками.

– Пойдём по лестнице, папа?

– Будто у нас есть выбор, – вздохнул он и взялся за перила. Вика резво побежала первой вверх по лестнице.

– Осторожнее! – прикрикнул он. – Не упади!

Когда он поднялся на седьмой этаж, дочь уже стояла у двери со скучающим видом.

– Пап, я первая!

– Вижу.

Он тряхнул связкой, выискивая нужный ключ.

***

– Ты это сейчас серьёзно, Димка? – воскликнул, почти выкрикнул в телефонную трубку Николай. – Да тут братки каждый день стреляют, я в ориентировках закопался по самые не балуйся, а ты мне предлагаешь искать этого Мурзина где-то у фонтана?! И только потому, что так сказала пятилетняя девочка? Слушай, в начале девяностых моя тёща банки с водой заряжала у телевизора, может, тебе лучше с ней пообщаться? Она тебя с удовольствием выслушает.

– Ладно, ты сильно там не изгаляйся, – огрызнулся Дмитрий. – За что купил, за то и продаю.

– Ты, как бывший сотрудник госбезопасности и просто неглупый человек, должен понимать, что эти вот цветочки и деревья хороши для детского утренника, а нам нужны подробности и факты.

– Я понимаю. Ладно, забудь! – отмахнулся Дмитрий, уже жалея, что вообще позвонил бывшему однокласснику, а ныне – майору, старшему оперативному сотруднику Московского уголовного розыска.

– Забудь? – горько переспросил телефонный собеседник. – Ага, забудешь тут. Этот Мурзин пятерых на тот свет отправил. Одного коммерса или, как их сейчас называют, нового русского вообще на куски изрубил, мы потом его по частям из Яузы доставали. Да меня из-за него начальство каждый день имеет в особо циничных позах!

Майор шумно выдохнул в трубку и затих. Видно, интимные выволочки на ковре у начальства вызывали у него неприятные воспоминания.

– Ладно, давай о другом, – наконец буркнул он. – Ты чем занят?

Дмитрий посмотрел на измазанную мукой левую руку, вытер её о фартук.

– С дочкой пельмени лепим. Ольга в больнице на дежурстве.

– Понятно, на хозяйство брошен, – сочувствующе хмыкнул Николай. – К нам в ментовку случайно не собираешься? Могу посодействовать, нам такие кадры нужны до зарезу.

– Не, Коль, я лучше в такси. Больше заработаю.

– Понимаю, с зарплатой у нас и правда негусто. На чистом энтузиазме держимся, – вздохнул майор. – Ладно, бывай! Жене привет передавай!

– Ага, а ты – тёще! – попрощался Дмитрий.

В ухо ударили короткие гудки.

Он положил трубку и направился в кухню. Вика, высунув язык от усердия, нажимала двумя ладошками на стакан, выдавливая из тонко раскатанного теста аккуратные кругляши.

– Ух ты, молодец какая! – похвалил Дмитрий. – Вот мама обрадуется! Придёт утром с дежурства, а у нас пельмени!

Дочь подняла запачканное мукой личико и улыбнулась.

***

Телефон зазвонил среди ночи. Дмитрий откинул одеяло, торопливо прошлёпал в прихожую и сдёрнул трубку стационарного телефона.

– Слушаю, – сиплым шёпотом сказал он. Глянул на электронные часы: зелёные цифры показывали час ночи.

– Димка! – голос Коли был возбужденным. – Мурзилку нашли!

– Кого?! – опешил Дмитрий, потирая сонные глаза. – Ты бухой, что ли? Ну-ка, дыхни, сволочь!

В трубке раздались шипящие звуки – Коля дышал. Затем засмеялся.

– Мурзина нашли! Ну, ты мне ещё днем звонил! Погоди, а ты чего, спишь, что ли?

– Уже нет! – раздражённо ответил Дмитрий. Он про этого Мурзина уже и думать забыл. И то, что его нашли, ещё не повод вот так бесцеремонно звонить среди ночи.

– Ты не понимаешь?! – воскликнул друг. – Знаешь, где мы его нашли?

– Ну?!

В трубке зашелестели бумагами.

– В Риджентс-парке! – торжественно объявил Коля.

Дмитрий помотал головой, сбрасывая остатки сна.

– Это какой-то кабак? На Кутузовском, вроде.

– Это Лондон, село! Великобритания!

Дмитрий задрал майку, почесал бок. Затем переложил трубку в другую руку и почесал макушку.

– Рассказывай! – потребовал он.

– После того, как ты мне позвонил и рассказал про все эти машинки и фонтанчики с грифами…

– С грифонами, – поправил он.

– С грифонами, – послушно повторил Николай. – А машинки эти кэбами зовутся, кстати. Так вот, мы с ребятами собрались, покумекали, Рамблер помучили и выяснили, что речь скорее всего идёт о Лондоне. А дальше пошли со своими догадками к начальству. Те заставили нас дыхнуть, а когда выяснилось, что мы ни в одном глазу, всё-таки выслушали. Покрутили пальцем у виска, посоветовали поменьше всякой бульварщины читать про НЛО и экстрасенсов…

– Коля, к сути давай! – поторопил Дмитрий.

– Нетерпеливый какой! – обиженно пробубнил Коля. – Короче, продавили мы их. Руководство посовещалось со своим руководством, затем связалось с российским бюро Интерпола, Интерпол со своими из европейского, те – со Скотленд-Ярдом… Уф-ф-ф, короче, там целая цепочка потянулась! Выслали тамошним Шерлокам фотографию Мурзилкину. И вот через несколько часов нам сообщают, что его задержали около парка, он там рядом апартаменты снимал.

– Охренеть! – поражённо прошептал Дмитрий и сел на пол. – А как он в Англии-то оказался?

– Ну, этим я как раз не удивлён: при нынешнем бардаке и его деньгах можно и на Марс слетать под любой фамилией. А вот то, что ребёнок увидел Мурзилку, мирно пасущегося на британской лужайке, вот это действительно – охренеть!

– А вот этим как раз я не удивлён, – пробормотал Дмитрий. – Гены.

Да уж, сильная штука – гены. Мать Вики, Ольга, была экстрасенсом-поисковиком, к ней обращались со всей Москвы и области, приезжали даже из других регионов в надежде найти потерявшегося родственника или близкого друга. Ольга никому не отказывала, старалась и, как правило, находила. Сарафанное радио работало исправно, и вот настал тот день, когда к ней в квартиру постучался он, сотрудник КГБ, с особым поручением – найти одного человека, объявленного во всесоюзный розыск. Человека она нашла быстро, а он в её лице нашёл себе супругу, которую очень любил.

И вот сейчас дочь удивляет его не меньше, чем когда-то её мать.

Наши дни

Зайдя домой, Вика увидела чью-то обувь: мужские мокасины и женские туфельки. Гости, что ли?

Закрыла входную дверь и придирчиво посмотрела в большое, во весь рост зеркало. Отражением она осталась вполне довольна. Не сказать, чтобы прямо звезда, но вполне себе ничего: тёмные, как у матери, волнистые волосы, и её же тёмные глаза. Рост высокий, как у отца. Тонкая талия, длинные ноги, грудь… ну, тут есть над чем работать.

Разувшись, сунула ноги в тапочки и прошла в гостиную. Помимо родителей в комнате были ещё двое: мужчина и женщина. Совсем не старые, около пятидесяти. Он – начинающий расплываться в боках толстяк с залысинами, она – ухоженная миловидная дама. Судя по одежде и дорогим аксессуарам в виде платиновых часов на запястье у мужчины и кольца с крупным бриллиантом на пальце женщины – ещё и не бедные. Вика вспомнила стоящий у подъезда красный «Инфинити» – наверное, его хозяев она имеет счастье сейчас лицезреть.

После недолгих приветствий и знакомства выяснилось, что гостей зовут Анна Ильинична и Сергей Сергеевич, и прибыли они сюда по весьма печальному делу. Впрочем, Вика и так уже догадалась, что гости не чайку зашли попить: заплаканные глаза женщины, насупленный вид мужчины и фотография девушки на столике говорили о цели визита лучше всяких слов.

– Вика, мне нужна твоя помощь. У меня что-то не очень выходит, – сказала мать, Ольга Витальевна. – То ли я старею, то ли девочка сильно закрывается. Попробуй ты.

Придвинула к ней фотографию.

– Восемнадцать лет. Пропала неделю назад. Ищут все. Даны объявления по телевидению и в соцсетях, – четко, не тратя время и лишние слова, доложила мать.

– А телефон, естественно, отключен? – поинтересовалась Вика.

– Телефон остался дома. Наверняка, купила другой. И левую сим-карту.

– Если оставила телефон, значит, ушла сама. Сознательно, – Вика пытливо уставилась на гостей. Мужчина вдруг мигом нахохлился.

– Это она свой характер показывает! – раздраженно пробурчал он. – Эгоистка!

– Сережа! – взмолилась женщина. – Перестань! Это не имеет никакого значения сейчас!

– Ошибаетесь, – возразила Вика. – Это имеет очень большое значение. Когда человек уходит из дома из-за семейного конфликта, то есть, уходит сам, из чувства протеста, то он как бы подсознательно закрывается: не ищите меня, не надо.

Сергей Сергеевич отвернулся. Анна Ильинична вытерла платком красные глаза.

– У нас были разногласия, конечно… – начала она. – Ева познакомилась с мальчиком, а он… Вы только не подумайте, что мы какие-то снобы, но мальчик – не москвич. Я допускаю, что он очень хороший и приятный юноша из приличной семьи, но нашей дочери мы бы желали другую партию. И потом, ну какие романы в восемнадцать? Она первокурсница. МГУ, факультет журналистики. Ей учиться надо!

– Что за мальчик? – спросила Вика.

– Я не понимаю! – снова взвился мужчина. – Нам те же самые вопросы задавали в полиции! Ваше дело – искать, а не вопросы задавать!

Отец Вики, Дмитрий Алексеевич, покашлял в кулак.

– Сергей Сергеевич, вы сейчас в моём доме, поэтому прошу не повышать голос, – тихо, но твердо сказал он. – Вика спрашивает не из любопытства.

Вика благодарно кивнула отцу. Сергей Сергеевич фыркнул.

– Хорошо, извините. Мальчик этот неизвестен. Всё, что мы знаем, так это то, что они переписывались в интернете. О том, что он не москвич мы узнали от неё самой, и то после долгих расспросов. Снизошла до объяснений, видите ли!

– Полиция что говорит? – спросила Вика.

– Полиция забрала её ноутбук, будет изучать контакты. Пока молчат, – сказал Сергей Сергеевич. – Вы будете её искать?

Вика не ответила. Присела на диван и провела ладонью над фотографией. Совсем юное лицо, конопатое, в обрамлении светлых волос. Улыбка широкая и добрая, глаза – небесно-синие, добрые, без тени самодовольства и превосходства.

Вика закрыла глаза, мгновенно выкинула все мысли из головы, полностью очищая сознание. Навалилась привычная темнота, которая быстро стала рассеиваться, открывая совсем другую картинку – что-то неясное, смутно очерченное, будто за залитым дождем стеклом. За этим стеклом кто-то двигался – быстро, даже стремительно. И нарастал гул – надсадный, словно из авиационной турбины. Картинка стала проясняться, приобретая очертания высотных домов. Дорога. Рюкзак, подпрыгивающий на худенькой спине. Косой свет фонарей.

В уши ворвалась громкая мелодия телефона. Картинка словно пожухла, смялась, и вновь превратилась в темноту. Не кромешную, а обычную, какая бывает, если просто закрыть глаза в освещённой комнате.

Вика открыла глаза, мгновенно фокусируя взгляд на нарушителе спокойствия. Сергей Сергеевич нажал на экран своего смартфона. Приложил к уху и отошёл к окну.

– Да! Да мне плевать! Кто он такой вообще?! Сраный подрядчик, который решил, что умнее всех? Гони его в шею и ищи других! Какая ещё неустойка?! Свяжись с юристами, пусть разруливают – это их тема! Я всё сказал!

Он со злостью сбросил звонок. Повернулся и посмотрел на присутствующих, во взглядах которых читалось неприкрытое неодобрение.

– По работе звонили, – ничуть не смутившись, сказал он.

– Мы догадались, – ответила мать Вики и посмотрела на дочь. – Что видела? Точнее, что успела увидеть?

– Немного. Дома, фонари. Мне показалось, самолёт…

– Самолётом она не могла улететь, – бесцеремонно встрял Сергей Сергеевич. – Поездом уехать – тоже. Полиция в первую очередь пробила, покупались ли билеты на её имя. У меня всё под контролем. Сразу скажу, что отслеживают все транзакции с банковской карты Евы, с которой неделю назад, как раз перед её исчезновением, была снята довольно крупная сумма. Более того, я вам скажу, в последний раз Ева засветилась на камерах наблюдения на выходе из дома. Потом пропала с радаров.

– Это, конечно, исчерпывающая информация. Благодарю, – вздохнула Вика и посмотрела на мать девочки. – Давайте попробуем через вас, родственные связи очень сильны…

– Через меня? – испугалась женщина.

– Не бойтесь. Мне нужно, чтобы вы расслабились. Просто расслабились и закрыли глаза.

Женщина закрыла глаза. Вика приложила ладонь к её лбу, на котором нервно подёргивалась синяя жилка.

– Успокойтесь, – мягко сказала она. – Просто дышите, через нос, неглубоко. Расслабьтесь.

Женщина словно обмякла, привалившись к спинке дивана. Пальцы Вики плотнее прижались ко лбу гостьи.

В комнате воцарилась тишина. Даже неугомонный Сергей Сергеевич, который всё контролировал, затих у окна. Вика резко открыла глаза. Щёлкнула пальцами перед носом Анны Ильиничны. Веки, подрагивая, поползли вверх.

Вика смотрела на неё изучающе.

– А вы точно её мать?