Читаем Маг 9 онлайн бесплатно
Какое же у них оказалось потрясение, когда он позвонил с незнакомого номера и объяснил, что скоро приедет в Питер. Во Владикавказе вставил симку в новый телефон, потом уже звонил со своего номера, старый айфон так и не ожил по итогу.
Объяснить свое исчезновение так и не смог, рассказывал, что шел, упал, потерял сознание, очнулся — Владикавказ!
Родители долго обижались и не хотели слушать его объяснения, год назад помирились только окончательно. Сестра тоже ругалась и кричала, что он ей жизнь на десяток лет укоротил, пришлось извиняться и говорить, что ничего не помнит.
— Она уже под целую сотню разных конспирологических версий придумала, крутящихся обязательно около баб и наркотиков, все это принимается в немереных количествах в моем конкретном случае, — улыбается, вспоминая про такие наговоры, Брат.
За разговорами мы дошли до знакомого мне домика, уже разрушенного, без окон и дверей, где я встретил когда-то очень упрямого мужчину Зураба. Потом добрались по очень заросшей дорожке до проселочной дороги и по ней прошли пару километров, пока телефон Брата не поймал сеть и не получилось вызвать знакомого грузина из Они.
Он приехал через полчаса на праворульном микроавтобусе, настроен мужчина оказался довольно мрачно и не особо общался с разговорчивым Братом. Как тот не пытался с ним поболтать по моему совету.
На прощание, около заграждений, перекрывающих разрушающуюся асфальтированную дорогу, когда Брат передал ему пару сотенных зеленых бумажек, я, как бы, ненароком спросил местного:
— Не знаете, не проезжала полиция к границе сегодня? Не будет там засады?
Он хмыкнул и раздраженно ответил с сильным акцентом:
— Откуда я знаю, я тут не стою весь день, — сел в машину, хлопнул дверью и принялся эмоционально разворачиваться.
— Что, нас ждут? — понятливо спросил Брат, и я ответил:
— Да, сто процентов, он соврал и что-то точно знает.
— Ну, не проблема, откупимся от полиции, — заявил Брат.
— Не спеши, может там и не полиция. Сколько до осетинской стороны?
— До первого поселка с пять километров, за час дойдем. До границы с километр.
— Не дойдем так просто, отсюда я не чувствую никого, но по дороге не пойдем, пойдем вдоль, чтобы не на виду оказаться. Ждать перед границей будут и, может так случиться, захотят тогда забрать все, а у меня в рюкзаке драгоценностей на миллионы долларов, все самое дорогое собрал около Роковой горы и у Рыжих уродов. Не стоит так рисковать.
— Согласен, — хмыкнул Брат. — Тут без гарантий, могут попробовать ограбить. Когда увидят твой рюкзак, точно в живых не оставят. Еще и водителя убьют, чтобы не разболтал, кому такой жирный куш по итогу достался.
Пришлось пройти метров восемьсот вдоль дороги, пока я не обнаружил в двух сотнях метров впереди пару людей в засаде.
— Они лежат сбоку от дороги, слева и справа, вон там, где поворот крутой. Машину они слышали, теперь нетерпеливо ждут нас и уже не понимают, почему еще не видят жертв. Мы же должны торопиться изо всех сил на границу, — рассказываю я спутнику.
Мы останавливаемся посовещаться, попить водички и переложить поближе Палантиры.
Некоторое время спокойно решаем, что лучше всего делать в сложившейся ситуации.
Обойти засаду почти невозможно. По шуршащим, высохшим от жары лесам по времени очень накладно получится, придется крюк наворачивать километров в пять. Место такое стратегически грамотное выбрали налетчики, явно местные абреки, знают тут все.
— Лучше сразу с ними правильно разобраться, чтобы за нами не бегали, — предлагаю я.
— Можно самим спрятаться, подождать, пока уйдут, — говорит Брат.
— Можно, но как-то стремно, — замечаю я. — Крутые Маги мы или нет? В конце концов! Покажем туземцам, кто главный в местных горах. Бремя белого человека, как это называется.
— Крутые, не поспоришь, — кивает головой Брат. — Да и стволами пора обзавестись в этом районе.
— Часто ведь придется пробираться туда-сюда. Может так получиться, что один автомат точно не помешает, — согласен я.
И мы идем к месту засады, заранее накинув мой купол на двоих. Не хочется рисковать ничем, тем более каким-то случайным выстрелом в голову.
Когда подходим к повороту дороги, из остатков придорожной канавы тут же появляются двое местных абреков.
У каждого «калашников» в руках, на голове темные очки и военные кепи натовского образца, остатки униформы серо-пятнистой, натовский «пиксель». Кажется, такая осталась здесь почти у всех мужиков призывного возраста.
Встают с двух сторон, давая насладиться нам своим грозным видом и направленными в живот каждому стволами.
«Когда вылезали из канавы, едва не упали оба на скользких склонах из-за поехавших тут же ног, вояки хреновы», — замечаю я.
Грузины, лет по тридцать пять-сорок по внешнему виду, патлы не стриженные. Похоже, деревенские местные мужики.
Командным голосом один бандит спрашивает что-то на грузинском, потом повторяет. Хорошо видно, что это такие понты просто для вида, как будто они не в курсе, кого именно здесь ждут.
Что просто пограничный наряд в засаде сидел, а нас они увидели случайно.
