Читаем Лом 2 онлайн бесплатно

Глава 1

— Мне многое надо вам рассказать, — произнёс Димон, когда комично начавшийся поцелуй закончился вообще трагично. У Димона судорогой свело лицо и подкосилась правая нога. Акуна просто не дала ему упасть, но о романтической активности речь уже не шла. Димон фактически висел на руках у девушки.

— Может, сначала полечитесь? Время у нас есть. Вы чего так рано выбрались из медкапсул и как вообще там оказались? — спрашивая, генерал улыбался, получая искреннее удовольствие от происходящего.

— Нет. Хочу поговорить. Я всё расскажу. Сначала расскажу, потом пойду лечиться, — пока говорил, кое-как довёл Димона до стола, посадил и взглядом попросил налить чаю. А Славика оставил валяться у стены. Тому было ещё хуже, так что пусть лежит в покое и восстанавливается. Пусть привыкают, что мы не два человека, а один в разных телах.

— Мне действительно очень интересно, так что не откажусь послушать вашу историю во всех деталях — генерал смотрел с интересом и улыбался.

— В общем, я одна личность в двух телах. Я сразу и Славик, и Димон. Как у вас две руки, так у меня два тела. Нет никакой личности Димона и Славика. Есть я в двух человеческих телах.

Акуна офигела, а генерал, который лишь получил подтверждение своим наблюдениям и выводам, спросил:

— А как тогда зовут тебя?

— У формикадо меня звали Лом. Но это больше прозвище. Я не помню, как меня зовут на самом деле, но мне и не очень интересно. Имя Лом меня полностью устраивает. Я вообще, оказывается, очень многого не помню. Но когда я довёл свои человеческие тела до более-менее завершённого состояния, мне начали сниться сны. И в них я человек. Ну тоже не совсем обычный. Также в двух телах. Но человек… Человеки. В общем, вы поняли. А как зовут, не помню. Зовите Ломом.

— Хорошо, Лом, — кивнул генерал. — Рассказывай!

— Когда я оставил Четвёртого и Пятого в пещере…

— Кого? — тут же спросила Акуна.

— Те два тела штурмовиков формикадо, которые мы достали из пещеры, — это Четвёртый и Пятый. Всего у меня в полном «комплекте» шесть тел. Они имён не имеют, только номера. Такое вот боевое звено. При бегстве от людей генерала вот время той операции с яйцом я потерял четверых. Этот боец, как его, Гермес меня на две трети уменьшил. Остались только Четвёртый и Пятый. Потом было бегство и вся эта история со сменой тел с формикадо на человеческие.

— Хорошее решение, — серьёзно кивнул генерал.

— Оказалось не самым хорошим. Выйдя из тел формикадо, мы остались в бестелесной форме, стали искать пустые тела, но нигде не могли их найти, при этом неожиданно включилась весьма ощутимая тяга к Луне, спутнику Земли. Пришлось экстренно искать место, где появляются новые тела, свежерождённые. Пока всё это происходило, пока мы с Гаммой были без тел, я, чтобы лучше ориентироваться, создал призрачное тело Пятого, как наиболее для меня комфортное. А потом оказалось, что оно не такое уж и призрачное и может быть весьма плотным. Этим Пятым я выковыривал вас с базы доктора Ри и уносил оттуда. Им же, в принципе, и во всех остальных боестолкновениях участвовал.

— Да, это показалось очень необычным, что два человека создают одну плотную конструкцию. Но я не спец по Рангам. Удивился, но ничего не заподозрил. Насколько я знаю, ни в Империи, ни в Республике нет таких способностей по контролю за телами. Так, и что дальше? — генерал с интересом смотрел на меня.

— А у формикадо есть. Очень редко встречается, но есть, — Димон дрожащей рукой попытался поднести кружку с чаем ко рту, расплескал чуть ли не половину. Поставил, вздохнул и попытался ещё раз уже успешно. Сделал глоток и продолжил. — При получении тел, мы с принцем потеряли друг друга. Вернее, это я его потерял и просто рос, стараясь не привлекать к себе слишком много внимания, но при этом старательно развивал физически Славика и Димона. А вот принц, оказывается, меня нашёл…

Далее я рассказал историю убийства Светы ядом принца, которая послужила катализатором для всех остальных событий. Когда описывал смерть Светы, не справился с эмоциями и раздавил в руке кружку, ещё раз облившись чаем.

Генерал спокойно сходил за тряпкой, давая время мне успокоиться, протёр стол, снова налил чаю и попросил продолжать. Акуна молчала, внимательно, даже, кажется, не моргая, глядя на меня влажно блестящими глазами.

Я рассказал, как охотился на «команду принца», как оказался на имперской базе и как всех вытащил. Остальное генерал и Акуна уже знали.

Вся история моей жизни на Земле оказалась достаточно короткой, но интересной. Во всяком случае, слушали меня очень внимательно.

— Так, теперь, когда мы знаем всю предысторию, расскажи, что случилось с вашим кораблём? Кто в вас стрелял? И почему вообще ты в итоге оказался здесь?

Я максимально подробно описал все события, произошедшие со мной после отбытия с крейсера. Пару раз генерал выругался, когда я описал настоящее отношение принца, но интонации были, скорее, уважительные. Генерала переиграл в хитрости другой генерал. У генерала-героя Тао Нгаты часть сил ещё и на геройство уходит, тогда как принц только хитрость прокачивал.

— А эти повреждения, это «отдача» от применения способностей? — генерал кивнул на мою правую руку, которая, казалось, жила собственной жизнью: пальцы сжимались и разжимались и всё это на фоне сильной дрожи. Нервы были повреждены, и я пока ничего не мог с этим поделать.

— Не совсем. Когда я просто создаю Пятого, то ничего плохого с телами не происходит. Но когда Пятого рвёт на куски дестабилизирующее поле, то на телах это тоже сказывается. А тут было не только это сраное поле, но ещё и запуск гиперсвета. В итоге я ощутил Пятым не только дестабилизирующее поле, но и все волновые возмущения перед скачком. А потом ещё и взрыв. Ядрёная смесь, в общем. Пятого в труху смололо за секунду. Маленький процент отдачи ушёл в тела Славика и Димона, из-за чего они чуть копыта не отбросили. Но вернулся я в эти тела не потому, что мой корабль был уничтожен. Я изначально это планировал, просто хотел убедиться, что яйцо будет доставлено куда надо.

— Почему? — спросил генерал. Акуна молчала, но судя по выражению глаз, этот вопрос волновал её не меньше, чем генерала.

Я задумался. Что не мешало судорогам и тремору трясти моё тело.

— Это в двух словах не объяснить.

— Говори, сколько считаешь нужным. Время есть.

Я вздохнул, собираясь с мыслями.

— Я часто замечал за людьми на Земле, что они весьма фиксированно себя ведут. В каких-то областях могут свободно мыслить, а в каких-то опираются на чужие мнения, как на истину в последней инстанции. А бывает, они уверены, что что-то именно так, а не иначе вообще без каких-либо причин. Это следствие мощного промывания мозгов. Сначала меня это забавляло, но потом я стал замечать у себя точно такие же признаки. Например, люди очень не любят деление на касты. Мол, мы все одинаковые и у всех у нас одинаковые права от рождения. А у меня не так. Я Сигма, это не самая высокая и не самая низкая каста. Так вот, я был очень доволен тем, что являюсь Сигмой. Я прямо нуждался не только в одобрении Матери, но и в приказах принцев. И это казалось очень естественным. Но если одобрение от родителей на Земле тоже вещь считающейся важной, то солдат, который не мечтает стать генералом, — это нонсенс. А я именно такой солдат. Солдат, мечтающий оставаться солдатом, или, по факту, не мечтающий ни о чём. Хотя в оперативном планировании я точно лучше принца, не говоря уже о принятии решений в боевой обстановке. Тем не менее мне для полноценного существования и душевного комфорта были нужны приказы от представителей высших каст и возможность служить им.

— И это до сих пор так? — спросил генерал.

— Уже нет. Началось с того, что я заметил у себя это фиксированное состояние, но не придал ему значения, так как всё ещё высокомерно относился к людям. И считал своё видение мира самым правильным. И считал, что они глуповатые. Ну, такой лёгкий расизм со стороны формикадо. Но мне повезло с родителями. Отец много по делу советовал по жизни. В общем, по наблюдениям получалось так, что не важно, в каком ты теле. Важно, какой ты сам как личность. Но это не вязалось с привычным мне кастовым подходом. Там тело моё несмотря на размеры самое мощное в семье, ну или самое смертоносное, а вот как личность я чувствовал себя совершенно естественно на невысоком кастовом уровне. Другие личности были выше меня, и отношение к этому такое, что так и должно быть. Даже идеи, что я в чём-то равен остальным более высоким кастам, не было.

Димон прижал дёргающуюся руку другой рукой и продолжил.

— Я стал разбираться в себе. И чем дольше разбирался, тем больше находил косвенных подтверждений, что моя головушка подверглась не менее значительному промыванию мозгов, чем у землян, только вещи мне прописывали совсем другие. Правда, поздно я начал в этом копаться. По факту, совсем недавно.

— И насколько хорошо ты разобрался?

— Я к этому и веду. Извините, что долго. В общем, нелогичности копились, но ответа не было. Прорвало, когда начали сны сниться. Какие-то блоки с памяти снялись. И информация начала протекать. Сначала как сны, а потом я уже начал сам вспоминать. Насчёт того, что в памяти есть блоки, я понял, когда начал анализировать своё прошлое и пытаться разобраться в нестыковках. Например, сколько лет я служу бойцом формикадо? Неизвестно. Когда мне дали имя Лом? Давно, но точно неизвестно. Да и не важно. Есть Мать, есть касты, есть задачи и приказы — это важно. Прошлое неважно. Собственное будущее неважно. Важно настоящее. Важны оперативные задачи.

Я впервые рассказывал всё это кому-то. Неожиданно для самого себя меня затопили эмоции. Исключительно негативные. Я даже не заметил, как за время беседы скомкал металлическую вилку. А сейчас просто швырнул её в сторону. К своему удивлению, обнаружил, что моя скомканная вилка на полу не первая. Генерал, проследив за моим взглядом и увидев удивлённое выражение на лице, посмотрел на Акуну и заржал. Акуна отвела взгляд.

— Рассказывай дальше, — улыбаясь, попросил он.

Я тут, понимаешь, им душу изливаю, а они ржут. Хотя нет. Только генерал ржёт. Акуна внимательно слушает.

Я продолжил:

— Не так уж и много я вспомнил. Скорее, просто проанализировал нелогичности. И оказалось, что блоки в моей памяти ставят свои же. Обязательная реабилитация. Одна из процедур называется как-то очень по-научному. Что-то вроде «нейро-адаптивная релаксация». Сознание теряешь одновременно во всех телах. Просыпаешься свежий и уверенный, что стал лучше и сильнее. Но вот меня всегда немного напрягало, что конкретно после этой процедуры все мои показатели барахлят. Бегаю медленнее, координация хуже, по мишеням не попадаю. Эйфория не соответствует реальности. Такая жуткая разбалансировать у меня на самом деле бывала только после сильного стресса. Например, было такое, что одно моё тело в кислоте утопили, так у других какое-то время из-за дрожи все показатели по стрельбе посыпались. В общем, обработка там совсем не релаксирующая. Это обидно. Я не заслужил промывание мозгов. А потом, совсем недавно, я, пытаясь вспомнить хоть что-то, вспомнил эпизод, казавшийся нереальным.

Димон закрыл глаза. Я постарался восстановить этот образ во всей полноте.

— Я открываю глаза, вернее, начинаю видеть — глаза формикадо открыты всегда. А вокруг странные существа. С постоянно шевелящимися усами и фасеточными глазами. Я вспомнил, как впервые увидел формикадо. Мои тела лежали. Их откуда-то достали. В этом воспоминании самое яркое было то, что мне очень некомфортно и очень непонятно находиться в телах огромных насекомых. В этом воспоминании ощущения оценивались мной как очень и очень непривычные. Этого мне стало достаточно, чтобы понять, что я изначально человек. Возможно, когда-то совсем изначально я даже человеком не был, но я точно не «истинный формикадо». Да и принц, когда я поднял с ним вопрос о своём статусе, своей личности и своём прошлом, очень сильно напрягся. Я понял, что с этой темой всё не просто, и стал усиленно копать дальше, но уже сам…

— Так. С этим понятно. Ты решил сбежать от формикадо… — генерал не спрашивал, но я всё равно ответил.

— Да, генерал. Но только после выполнения задания. Чтобы не иметь никаких незаконченных дел с ними.

— Но в итоге решил не позволить им выполнить задание? Так?

— Да. Когда принц сказал, что хочет использовать яйцо против людей, я решил уничтожить его. Даже если это спровоцирует Зов, то не страшно. Территория необитаемая. Пусть пауки захватывают этот кусок пустого космоса. Но Гамма просто проверял меня. Корабль оказался напичкан генераторами дестабилизирующего поля. И яйцо на огромном корабле было спрятано в неизвестном месте. Пришлось решать вопрос кардинально. Я материализовал Пятого под одновременным воздействием дестабилизирующего поля и под воздействием поля, которое возникает при запуске прыжкового двигателя. Это было очень сложно, но на один удар меня хватило. А это, — я кивнул на трясущиеся руки, — совсем не дорогая цена за то, что я всё-таки закрыл этот вопрос.

— И что ты планируешь делать сейчас?

— Помочь вам разобраться с вашими проблемами. Бить, отрезать головы…

Акуна поперхнулась чаем, а генерал опять заржал.

На мой недоумённый взгляд он ответил:

— Не бери в голову. Просто совсем недавно Акуна сказала практически тоже самое.

— Ладно. Разберёмся. Сейчас я сам не знаю, что делать. Давай ты долечишься, а я уже что-то придумаю.

— Хорошо. Мне действительно надо ещё полежать в медкапсулах, — я немного замялся, но потом повернулся к Акуне. — Могу я с тобой поговорить наедине?

Девушка серьёзно посмотрела мне прямо в глаза.

— Давай поговорим.

Генерал тут же встал:

— Можете здесь общаться. Я чайку ещё налью и пойду на мостик. Общайтесь. Акуна, поможешь им… ему… его телам дойти до медкапсул?

— Без проблем, Тао.

Генерал налил себе чаю и, улыбаясь, утопал по коридору.

Я поднял валяющегося у стены Славика, заставил доковылять до стола и посадил рядом с Димоном.

— Акуна, я хочу попросить у тебя прощения, что врал тебе о том, кто я. Но что касается того, что я к тебе чувствовал… чувствую… я не врал.

— И что ты ко мне чувствуешь? — девушка смотрела серьёзно с непонятным выражением.

— Восхищение. Уважение. Желание быть рядом. Чувствую желание видеть твою улыбку, желание убить твоих врагов. Хочу говорить тебе что-то и слушать, что ты скажешь в ответ. Чувствую желание делать тебя счастливой. Это так черновик. Неполный список. Если дашь подумать, я его могу раз в сто удлинить.

— Ты прощён. Что ещё я о тебе не знаю? Нет у тебя ещё каких-то неучтённых тел? Нет никаких Афродиты и Кассандры, которые тоже Лом?

— Нет. Женских тел у меня нет. И такое ощущение, что и не смогло бы быть… — Я замялся. — Но есть ещё Тузик.

— Имя интригующее… Иностранец? Кто-то с другой планеты?

— Ну… Что-то среднее. Собака. Пёс. У нас во дворе жил. Сейчас за моими родителями на Земле присматривает.

— То есть ты одновременно и Славик, и Димон, и… Тузик⁈ — большие глаза Акуны сейчас были просто огромными и очень-очень красивыми.

— Да. Но Тузик он почти сам по себе. У него свои инстинкты выживания мощные. Он без моего присутствия хорошо справляется. Но я могу им управлять как третьим телом, да.

— А зачем тебе ещё и тело животного?