Читаем Лобзай(CИ) онлайн бесплатно
Лобзай.
То, что с ее подругой Наташкой, творится что-то неладное, Ритка поняла сразу, как только увидела ее после недельной разлуки.
Ну, не может, не может человек в одночасье измениться столь кардинально, дабы хорошо знакомые ему люди, лишь руками разводили.
Ритка Наташку знала всю жизнь – трудно не узнать человека, если ходил с ним в один детский садик, затем – в школу, да и живете вы в одном подъезде, пусть и на разных лестничных площадках.
Это, где-то там, в огромных мегаполисах, шумных и загаженных смогом, где здания царапают крышами небеса, можно прожить долгие годы и остаться неизвестным даже для соседа за стеной, но не в крохотном городке центральной полосы России.
Провинция, одним словом..
Дом им достался самый обычный, постройки далеких семидесятых годов прошлого века, из разряда тех зданий, в которых чихающему жильцу, добросердечные соседи желали здоровья едва ли не хором, так что, хранить особые тайны и секреты в подобном месте проживания, представлялось весьма затруднительным делом.
Вот и Ритка с Наташкой проживали в этаком местечке. Жили себе, не тужили и на тебе…
У Наташки завелись страшные тайны от близкой подруги, чего Ритка, естественно, потерпеть не могла ни коим образом.
Наташка начала худеть, да так резко, что Рита, к слову, страдавшая от излишней, по ее мнению, полноты, озадачилась.
Вернувшись после двухнедельного санаторно-курортного ничегонеделанья и привезя с собой лишние килограммы, уютно расплывшиеся по бедрам и талии, Рита, мельком заметившая подругу, торопливо стучавшую каблуками по ступеням, так и замерла на месте, широко открыв рот и потеряв дар речи.
Напрочь!
Платье на подруге болталось, как на вешалке, а не обтягивало упитанное пузико, привычным образом.
И это было неправильно!
Нет, не то, чтобы она была против обновленной похудением, Наташки – каждый вредит себе, как может, в меру своих способностей и возможностей, если бы, не одно но…
С чего бы это, Наташка так похудела – живет одна в уютной двухкомнатной квартирке, без вредных родственников, треплющих нервы и способствующих сжиганию калорий, работает в городской пекарне, среди плюшек-ватрушек, одно издевательство, а не работа! – и запах, и вкусности и искушения на каждом шагу! Где уж тут устоять слабой девушке?
Поэтому, Наташка битву за свою фигуру проиграла в самом начале и еще недавно, как помнилось Ритке, напоминала даже не булочку с изюмом, а, расплывшийся пончик с которого уже кто-то старательно стряхнул сахарную пудру.
С мужиками Наташке не везло катастрофически – от нее сбегали даже уличные коты, которых она упорно пыталась приживить на своих сорока девяти квадратных метрах.
Утомленные чрезмерной заботой и вниманием, коты, не выдержав многоразового питания, купания и чесания, а, так же, изобильного целования усатых морд, сбегали от навязчивой хозяйки в голодную неизвестность, недовольно дергая хвостами.
Светловолосая, белокожая и синеглазая Наташка обиженно сопела у Ритки на кухне, заедая побег очередного питомца солидным куском торта и запивая всю эту красоту ароматным кофе со сливками, сиропом, сахаром и шоколадной крошкой.
Как похудеть при таком изобилии?
«Пробуют, хвалят, а замуж – не зовут!» – грустно повторяла Наташка фразу из заезженного анекдота и, отчаявшись, махнула рукой на личную жизнь, с головой окунувшись в страсти, бушующие на страницах ванильно-сладких женских романов.
Сама влюбляться Наташка даже не пыталась, объясняя данный казус ленью и разочарованностью в противоположном поле.
Так что и эта, пожалуй, самая стимулирующая женщину, причина, отпадала.
И, тут, на тебе – худеет на глазах, превращаясь в стройняшку.
Загадка, не иначе!
Ритка быстренько подкрасила губы – она, как и Наташка пребывала в статусе «незамужняя», или, как говорили, замотанные бытом и семьей, тетки – никому ненужная, а, поэтому старалась держать себя в тонусе, взбила руками пышную, каштановую челку, минутку полюбовалась ровным загаром на своем теле и, подхватив сумочку, понеслась к подруге, надеясь всеми правдами и неправдами выведать у той чудо-рецепт скоростного похудания.
Ритке похудание было жизненно необходимо – лето, хоть и убывало, стремясь к сентябрю, но, кто сказал, что осенью жизнь заканчивается?
К тому же, совсем недавно, Ритка познакомилась с потрясающим парнем и желала, во чтобы то ни стало, превратится в стройняшку – парень выглядел упругим и молодцеватым, по выходным, устав от офисной работы, гонял с друзьями в футбол на городском стадионе и Ритка желала соответствовать его высоким стандартам.
Пусть даже их горячий роман присутствовал лишь в ее буйном воображении.
Наташка, как обычно в выходной день, гнездилась на кухне возле блюда с пирожками и чашечки с чаем.
Здесь же, на кресле, под рукой, возлежал очередной приблудный кот, с хитрой мордой и поцарапанным ухом.
Судя по всему, кот числился приобретением недавним и забота Наташки, доведенная до фанатизма, еще не успела утомить блохастого найденыша.
Укормленный до состояния «ой, мама, больше не влезает!», кот сладко посапывал и уступать пригретое местечко, никому не собирался.
Ритка, недовольно морщась от тихого храпа, издаваемого наглым котом, плюхнулась задом на неудобный табурет и тяжелым взглядом опытного дознавателя, уставилась на подругу – мол, что молчишь, колись давай, общество жаждет подробного и правдивого признания!
Наташка неожиданно зарделась, новым, кокетливым движением оправила халатик на пышной груди и тяжело задышала.
Ритка едва дара речи не лишилась от подобной метаморфозы!
- Это, что сейчас было? – суровым голосом спросила она – Ты чего мне глазки строишь? Давай, рассказывай, как похудела – что ешь, что пьешь и, как сильно это что-то, ударит по моему кошельку?
Наташка стояла перед ней, дура-дурой и растерянно хлопала ресницами.
- Ритуль? – заюлила она, зардевшись по самую шею – Какие такие диеты, с моей-то работой?
Ритка тяжело вздохнула и ринулась к холодильнику.
- Ооо! – разочарованно выдохнула она – котлетки!
Ее, ищущий чего-то необычного, взгляд, наткнулся на, безумно вредный, майонез, самой высокой жирности, курочку в фольге, сосиски и наваристый борщ, одуряющий запах которого потревожил даже, мирно дремлющего в кресле приблуду.
Где, где, скажите на милость, зеленый салат, сельдерей, капуста и кабачки? Где отруби, обезжиренный кефир и прочие радости заядлого любителя диеты? Где??
- Значит, Натуся, будем запираться? – голос Ритки не обещал подруге ничего хорошего и та, перестав краснеть всей верхней частью тела и, повздыхав от безысходности, раскололась:
- Никаких диет, Риточка! Мужик у меня появился, Ритка! Представляешь, мужик! – и, всхлипнув распухшим носом, посмотрела на подругу слегка затравленным взглядом - Веришь?
Ритка, опешила.
Казалось, чтобы тут такого – ну, мужик, ну, появился и что?
А, вот то!
Движимая инстинктом, близким к материнскому, Наташка всех своих мужиков кормила, как на убой, всячески балуя их калорийными вкусностями и кулинарными изысками, от которых они, вначале млели, затем – толстели, а, потом, утомленные чрезмерной заботой – сбегали, не хуже тех самых дворовых котов, не ценящих уют и покой у хлебосольной хозяйки. Самого стойкого хватило на три месяца, а затем, парень, собрав манатки перебрался жить к своей давней подруге – худой, скелетообразной девице, изрядно курящей и пьющей крепкий кофе в любое время суток.
Помнится, Наташка, безутешно прорыдавшая три дня подряд, поправилась тогда сразу на четыре килограмма, обильно заедая свое безнадежное горе копченостями и соленостями самой высокой калорийности.
В свои тридцать пять, отчаявшись завести семью и родить ребенка, Наташка медленно оплывала, укутывая собственную фигуру слоями жира, а лицо – тройным подбородком.
Теперь же – жира, явно поубавилось и подбородок в наличие имелся один.
Все это счастье за две недели ее, Маргаритиного, курорта?
Сказать, что Ритка пребывала в шоковом состоянии – это, не сказать ничего!
- Мужииик! – заинтересованно протянула подруга, опасно откидываясь назад, словно бы позабыв о том, что восседает на неудобном табурете, а, не нежится в кресле – Ты, Натусь, даешь! Стоит только отъехать на пару недель, как у нее какой-то мужик объявился, худеет она на глазах, да и вообще… Чудеса!
Наташка скромно потупилась, потянулась за пирожком, цапнув его с блюда и принялась жевать свежую выпечку с совершенно идиотским выражением лица.
- Пирожки трескает – недовольно буркнула Ритка, принюхиваясь – с печенкой, пирожки! и худеет при этом! Знаешь, подруга, тут никакой мужик не поможет, если их только не будет три, и они не станут вкалывать в две смены, подменяя друг друга.
Наташка возмущенно хмыкнула, а, Ритка тут же, продолжила:
- Борща, что ли, налей, да рассказывай все подробно!
От всех этих необыкновенных новостей, кушать Ритке захотелось со страшной силой, а Натуся, нужно отдать ей должное, никогда не отказывалась накормить голодного гостя.
Наташка, сжевав пирожок и продолжая отчаянно краснеть, точно восьмиклассница на первом свидании, шустро налила подруге борща в глубокую тарелку, подсунула пышный каравай белого хлеба и задумчиво протянула руку за очередным пирожком.
- Однако! – покивала головой, пораженная Ритка, расправляясь с борщом, точно с вражеским лазутчиком – быстро и с аппетитом – Силен мужик, слышь, Натуська! Кто таков, как зовут, где живет?
Ответ подруги поразил Ритку в самое сердце – она даже жевать перестала.
- Не знаю – просто ответила Наташка – Ни имени не знаю, ни фамилии, ни где живет!
- Как, так? – глаза у Риты округлились и она, не веря, переспросила – Так не бывает!
- Бывает – мечтательно вздохнула Наташка и потупила взгляд, слегка теребя пальцами кружевную оборку на халате.
Решительно отодвинув тарелку, Ритка потребовала полный отчет о происходящем и чем дольше она слушала подругу, тем сильнее хмурился ее лоб и тяжелел взгляд внимательных карих глаз.
Наташка чувствовала себя очень одиноким человеком – подруг у нее, кроме Ритки не было, родственников, ни близких, ни дальних – не имелось, с соседями она особо не дружила, на работе отбывала неудобную повинность.. Что оставалось у нее для души – телевизор и женские романы, которые она поглощала в неимоверном количестве, записавшись во все доступные для нее библиотеки.
С мужчинами же, Наташка не знакомилась – обжегшись несколько раз, она разуверилась в их искренности, а, по причине излишней полноты, отчаянно комплексовала, считая себя толстой уродкой, никому не нужной и неинтересной.
Так и было до недавних пор, а, вот пару недель назад, как раз после отъезда Ритки в санаторий, все и началось…
Ритка смущенно хмыкнула – у нее все закончилось, не успев начаться и санаторий, на который девушка возлагала большие надежды, совершенно себя не оправдал. Из кавалеров там имелись лишь престарелые папики, предпочитавшие совсем юных нимф в бикини и пара бледных язвенников, которые, как ни странно, усердно занимались своим здоровьем, совершенно не обращая внимания на теток, усиленно строивших им глазки.
Ритка, сразу же осознавшая всю тщетность прилагаемых усилий по охмурению квелых кавалеров, самоустранилась от погони за семейным счастьем и все две недели вынужденного ничегонеделанья, усиленно привидением в порядок собственного организма, просто так, от безысходности.
Вот и получила лишние нашлепки на бедра и сантиметры на талию.
Печалька.
Наташка глубоко вздохнула, словно стесняясь делиться с подругой сокровенным и замолчала, пытаясь взять тайм-аут.
Но, не тут-то было – подруга жаждала подробностей в полном объеме.
Борщ давно закончился и Ритка приступила к поеданию курочки, бодро шурша фольгой, но, даже обгрызание аппетитного крылышка не мешало ей слушать Наташку и поторапливать ее рассказ, застопорившийся на самом интересном месте.
- Да, что началось-то? – не вытерпела Ритка, подталкивая подругу к откровенности – не томи уже, а?
- Сны начались – вздохнула Наташка, понимая, какой дурой она будет выглядеть в Риткиных глазах – Сны, ох, Ритка! и.. мужик, вот! Во сне, но, как наяву! Я, дура, да?
- Во сне, значится, худеешь? – задумчиво переспросила Ритка, протягивая руку за вкуснейшим пирожком – врешь ты все, Натуська – не бывает такого! Не хочешь рассказывать – твое дело, но, учти, я обижусь!
Наташка вновь шмыгнула носом – какие там тайны! От Ритки разве скроешь, что?
Наташка кротко вздохнула и поведала ошеломленной подружке следующую историю, простую, как доска и странную, до одурения.
Помершая недавно тетка Алена – пятидесятилетняя, вредная, желчная баба, вечно чем-то недовольная склочница, своей безвременной кончиной удивила весь дом. И, вроде бы, ничего не предвещало летального исхода – женщина отличалась редкостным злонравием и неуживчивостью, отменным здоровьем и умением употреблять крепкие напитки даже в жару, ни о каких хронических заболеваниях и речи не шло, а, вот те на – померла, сгорев за пару месяцев от неизвестной болезни.
- Лихоманка ее замучила! – торжественно задрав вверх остренький подбородок, оповестила соседей бабка Глаша, старушка – божий одуванчик, куда как старше, безвременно почившей тетки Алены – И все, от характера ее несносного, да от желчи, в которой она и утопла!
Наташка тогда, еще помнится, здорово удивилась – Алена-то, и, впрямь, женщиной слыла недоброй и нелюдимой, от того мужики и бежали от нее, точно черт от ладана, но, вот с ней, Наташкой, от чего-то, всегда здоровалась и даже как-то подарила небольшой презент – простенький браслетик из бисера, в самый раз на пухлую наташкину руку.
Движимая сочувствием и человеколюбием Наташа, помогала родственникам почившей, как могла – быстрые похороны, помины, на скорую руку, разбор оставшегося имущества и спуск различного хлама в подвал, в клеть, принадлежавшую тетке Алене.
Соседка, как-никак, не чужой человек.
Разнообразные журналы, книги и книженции в пестрых обложках, старая посуда и прочая рухлядь были подготовлены к транспортировке и уложены в ящики-коробочки, дожидаясь оказии.
Там-то, охочая до чтения, Наташка и обнаружила старинную книжку с картинками.
Книжка показалась ей пыльной, картинки – занятными, но страшненькими – со всякими обнаженными девицами, да разными чудами-юдами с шипами и без оных. Заложена книжица была на одной из страниц простенькой закладкой – симпатичным таким браслетиком из бисера, дешевым и непритязательным, очень сильно напоминающим ее собственный, даренный ей теткой Аленой.
Полистав книженцию, Наташка отвергла ее, как неинтересную, но, при этом, совершенно случайно, порезала палец острой бумажной кромкой.
Почему она помнит о том так подробно? Да, потому что, простыв в сыром подвале, она слегка приболела и все выходные провалялась на диване, а потом, начались они, сны…
Упомянув о снах, будь они неладны, Наташка вновь примолкла, раскраснелась, сливаясь цветом с краснобоким яблоком на тарелке и Ритка, не вытерпев, ткнула подругу пальцем в мягкое плечо:
- Что за сны-то? – девушка уже вся чесалась от нетерпения – Рассказывай, давай!
