Читаем Любимчик Судьбы онлайн бесплатно

— Слишком все красиво, — фыркнул один из четырех парней, сидящих за дальним столиком захолустного бара, выпуская к потолку струю сигаретного дыма. — Что-то мне не верится, что те, кто ворочает таким баблом, на деле оказываются такими лохами.

— Я вам говорю, дело верное, — возразил болезненно худощавый парень с бегающими блестящими глазками. -Информация самая точная, так что ты зря, Санчес, напрягаешься.

— Если бы он не напрягался, его давно бы уже на обед червям отправили, — вступил в беседу, косматый, как хиппи, и огромный, словно борец или боксер-тяжеловес, здоровяк, который до этого все больше молчал, размышляя. — Мне так тоже странно, что все так легко выглядит. Думаю, не мы одни готовы задницами рискнуть. Вокруг крутых парней в достатке. И если бы инкассаторы из супермаркетов деньги не на броневиках с пушками перевозили, а на магазинных тележках, их бы Даже старухи потрошить начали.

— Но тут не тележки из супермаркета, — усмехнулся тощий, успевая при этом показать толстой, потасканной жизнью официантке на пустую кружку пива.

— Послушай, Крыса, ты считаешь, что для перевозки миллиона кредитов команды в три человека без прикрытия достаточно? — невесело усмехнулся детина, оглядывая полупустой в столь раннее время зал. — По-моему, это и есть тележка из супермаркета. Скажи мне, почему тогда я не вижу на улице очереди из желающих опустить этих лохов. Ты не выглянешь наружу, Парк, спроси, кто крайний?

— Не вопрос. Майк, — согласился тот, кого назвали Парком, однако с места не двинулся. — Боюсь, придется писать номер очереди на ладони и приходить по утрам на перекличку, как за куревом и бухлом в прошлогодний кризис.

— Вот так и все думают, если кто и знает о том, что бабки так возят, — не сдавался тощий, переводя взгляд маленьких глаз с одного товарища на другого. Официантка поднесла ему полную кружку, и он сделал возбужденно большой глоток. — Да еще и сам факт, что это деньги дона Лагара, тоже многим кажется смертельной опасностью.

— А это, по-твоему, не смертельная опасность? — спросил здоровяк, изумленно уставившись на тощего. — По-твоему, обчистить карманы дона Лагара плевое дело? Воскресный пикничок с телками? Ты, часом, по пути сюда не падал, головой не стукался?

— Я не говорил, что это плевое дело, — поднял руки тощий. — Но и нереальным его называть не стоит. Надо хорошенько подготовиться, все продумать, рассчитать. А потом очень быстро валить отсюда как можно дальше и навсегда. Но ты только подумай, по двести пятьдесят косых на нос. Да с таким баблом в столицу податься. Там не найдет никто. Представь, Майк, какая жизнь начнется. Мы станем хозяевами этой сраной жизни.

— Не дели шкуру неубитого медведя, — покачал головой Майкл, хмурясь своим опасениям. — Тебе-то с чего так рисковать, Крыса? Тебя папик твой регулярно спонсирует, хоть ты и свалил из отчего дома. А наша жизнь, может, и сраная, но на встречу с Богом не бывает опоздания. Я не очень спешу, тем более вряд ли нам уготовано место в раю.

Крыса Рик взвился, но, не найдя чем возразить, а может просто не решившись, обиженно умолк. Он вообще очень болезненно реагировал на такие упреки, хотя они и были чистой правдой. Рик никогда особо не нуждался, все свое детство проведя в довольно благополучной семье где-то в успешных кварталах Вандера. А потом юношеский гонор и желание стать крутым направили этого недалекого тщедушного подростка прочь из дома. Тогда он и обосновался в бедных кварталах. Правда, и тут он сделал себе поблажку — проинформировал свою убивающуюся маму о месте своего пребывания. И вскоре та. проведя работу с отцом, добилась того, что Рик стал получать от своей семьи периодические «стипендии». Именно благодаря им этот оболтус сумел переселиться в отдельный запущенный домик на окраине рабочего района и обзавестись неплохим моногравом с небольшим пробегом. А уже вследствие всех этих приобретений Крыса Рик втерся в доверие к своим теперешним товарищам, хоть так и не стал для них совершенно равным.

— Знаешь, Майки, а Рик, похоже, прав, — неожиданно поддержал тощего Санчес— Я вот подумал... Если все прокатит, мы просто в шоколаде будем.

— Скорее в цинке, — набычился гигант, туша в пепельнице окурок и про себя опасаясь, как бы товарищи не подумали, что он просто боится. — Ладно, парни, что попусту мозоли на языках набивать. Надо подумать, посмотреть, проверить. А если все реально, как Крыса говорит, без подготовки соваться глупо. Какими бы лохами они ни были, а отправить на тот свет такую босоту, как мы, для людей дона Лагара будет в удовольствие. Так что не будем сами лохами, подготовимся, а там и поглядим...

— Конечно. Посмотри. Подумай, — закивал Крыса Рик, радостно скалясь. — Я ведь не зову прямо сегодня. Тем более они деньги каждую неделю возят. Все проверим, а когда будем готовы, все обделаем в лучшем виде. И только нас и видели. Дело верное...

— Заткнись, Рик, — оборвал тощего Парк, соглашаясь с решением детины, который по своему статусу был в этой компании явным лидером. — Майк ведь ясно сказал: поживем — увидим. Не мельтеши, все будет тип-топ. Тут ко мне Плешивый подходил. Предлагает нам небольшой заработок.

— И что ему от нас надо? Он же вроде скупкой занимается да деньги ссужает, — удивился Санчес, вспоминая все, что слышал раньше о Плешивом.

Особо много вспомнить ему не удалось, как, впрочем, и всем остальным. Общеизвестно было лишь одно — Плешивый, как звали парня неопределенного возраста с шишковатой головой и растущими на ней клочьями волос, был человеком довольно неприятным в общении. Именно из-за этого с ним и общались только по крайней необходимости. К тому же сам Плешивый водился с людьми совсем уж «плохими» — ворами, грабителями, да еще с теми, кто оказался в полной заднице и готов был одолжить денег хоть у дьявола.

— Он предлагает обычную работу, — пожал плечами Парк. — Там ему кто-то бабла задолжал. Не то чтобы много и давно. Короче, серьезных ребят напрягать, чтобы мочить должников, еще резона нет, но напомнить о долге уже пора.

— А нас он считает несерьезными? — обиженно насупился Санчес.

— Не придирайся к словам, брат, — успокоил его Майкл. — У нас за плечами еще ни серьезных дел, ни серьезных людей. И всем плевать, на что мы сами по себе способны. До той поры, пока не докажем обратное, мы так и будем мелюзгой.

— Правильно Майк сказал, — согласился Парк. — Нам мелкую работу предлагают. Просто пойти и начистить нюх неплательщикам. Вот опустим дона Лагара, тогда и станем достаточно серьезными.

— Угомонись, Парк, — нахмурился гигант. — Мы закрыли на сегодня эту тему. Чего зря языки чесать. Так кому там надо мозги вправить?

— Парни, которые задолжали Плешивому, обитают в квартале оптовиков Нью-Сити, — начал рассказывать Парк. — Там у них небольшой офис. Вот туда-то нам и надо наведаться. Пугануть всех, кто будет в офисе, а одному, которого зовут Линкер, хорошенько бока намять. Только не переборщить, чтобы он сумел потом самостоятельно долг принести.

— Сколько Плешивый за это нам обещает? — уточнил Майкл.

— Я сказал, что нас четверо, — довольно ухмыльнулся Парк. — Так он пообещал, что если все будет чики-чики, то он по сотне кредитов на нос отстегнет.

— Странно что-то, — покачал головой Майкл, не разделяя веселости друга. — А что это он так расщедрился? За четыре сотни ему этих ребят нафаршируют и в консервах привезут. Что-то непросто там, наверное.

— Просто, непросто, какая разница? — удивился Парк. — Ты ведь не со стволом туда поедешь. В худшем случае нам хулиганство пришьют...

— В худшем случае нас в крематорий отправят, — усмехнулся наконец Майкл, отгоняя от себя подозрительность, которая сегодня явно решила не оставлять его в покое. — Дело действительно стоящее. Помахать кулаками и по сотне на нос получить. Ты, Рик, идешь с нами?

Майкл не зря спрашивал одного Крысу Рика. Он ни на миг не сомневался в двух других друзьях, но с Риком все было иначе: слишком труслив, слишком осторожен.

— А чего не пойти, — надулся Крыса Рик, которого сам этот вопрос друга уже ставил в безвыходное положение. Не будь этого прямого вопроса, он уж нашел бы способ не пойти на дело. Что за удовольствие получать по соплям. — Я что, не один из вас?

— Не обижайся, Рик, — примирительно ответил Майкл. — Значит, совсем нет проблем. Плешивый назначил какое-нибудь время?

— Нет, — качнул головой Парк. — Только просил не затягивать, если мы согласимся.

— Хорошо. Тогда ты ему скажи, что мы сделаем это. И если никто не возражает, смотаемся туда прямо завтра утром, — подвел итог Майкл. — Сбор здесь в девять утра. Не проспите.

— Кто рано встает, тому Бог подает, — нарочито браво выкрикнул Крыса Рик. — Не проспим, Майк, не переживай.

— Ладно, парни, — поднялся с места лохматый гигант. — Вы тут отдыхайте, а я пойду, Кэт проведаю. Надо разгрузиться, чтобы мыслить трезво.

Он, не оборачиваясь, зашагал к выходу на улицу, где стояли их моногравы, чьи предки, мотоциклы, неутомимо носили своих седоков несколько веков назад. Уже на пороге его вдруг догнал Санчес.

— Майки, я мозги тебе парить не собираюсь, но у нас сейчас совсем черная полоса, — заговорил он, шагая на полшага позади. — Никакой работы давно, никаких дел... Нам нужен этот груз.

— Вот и не парь мне мозги, Санчес, — усмехнулся Майкл, отмахиваясь от товарища. — Ты ведь не Крыса, верно? Иди лучше телку какую-нибудь трахни. Для этого не надо везения и денег. Или надо?

Не задерживаясь более, детина уселся в седло своего потрепанного монограва, намеренно лишенного декоративного обвеса, и толкнул клавишу стартера. Едва заметно содрогнувшись, аппарат глухо взвыл, плавно приподнимаясь над дорогой. Шутливо козырнув стоящему в дверях бара товарищу, Майкл крутанул ручку газа, срывая монограв в крутой вираж и стремительно разгоняясь. Через мгновение о нем уже ничто не напоминало. Санчес еще несколько секунд постоял на крыльце, глядя вслед скрывшемуся товарищу. Затем, махнув рукой, то ли в запоздалом прощальном жесте, то ли выражая свои эмоции, вернулся в бар.

— Телку трахни... — ворчал он, возвращаясь к сидящим за столиком друзьям. — Да мы скоро совсем без копья останемся. Серьезное дело, а он... Кэт проведать.

— Что делает такая красотка одна в таком безлюдном месте? — строго спросил Майкл, оставивший свой монограв поодаль и бесшумно подобравшийся к миниатюрной молодой брюнетке, одиноко стоящей у подъезда недавно жилого дома, как две капли воды похожего на еще десяток точно таких же облезлых и расписанных граффити домов рабочего квартала города Вандера.

— Ждет одного молодого человека, опаздывающего на назначенное свидание, — едва заметно вздрогнув, ответила девушка не оборачиваясь.

— Тогда к черту этого болвана. — Могучие руки легли на хрупкие плечи. — Может, красотка согласится составить компанию молодому и красивому мужчине?

— Может... — Девушка наконец повернулась, поднимая на здоровяка искрящиеся смехом глаза. — Я уже не надеялась тебя дождаться.

— Ты могла бы подождать меня наверху, — перестав картинно хмуриться, ответил Майкл. — Там нет ничего, что я мог бы от тебя скрывать.

— Ты же знаешь, я не люблю это место, когда в нем нет тебя, — возразила девушка, кладя ладошку в протянутую руку. — Я соскучилась.

— Я тоже, детка, — согласился Майкл, увлекая подругу к подъезду.

На лестнице он пропустил девушку вперед, любуясь точеной фигуркой. Он в очередной раз неожиданно поймал себя на мысли, что действительно сильно соскучился по ней. И даже больше. Наверное, это было больше чем скука. Он думал о ней, любил ее огромные темные глаза, так сочетающиеся с волосами, ее пухлые губки, то, как она восторженно и искренне встречала его, как прогибалась, прижимаясь, как смотрела на него... Он ощущал себя почти счастливым, когда она была рядом. По крайней мере, все проблемы и тревоги враз оказывались несущественными и второстепенными. Он чувствовал ее каждой клеточкой, почти по-животному, без лишних слов и объяснений...

Покалеченный, словно во время перестрелки, лифт поднял их на восемнадцатый этаж, где у Майкла была небольшая квартира. Вернее, и квартирой-то это было сложно назвать — одна комната, исполняющая роль и спальни, и тренажерного зала, и кухни, да тесный совмещенный санузел. Но вода, хоть и не всегда горячая, текла из крана постоянно, а электроэнергию почти не отключали. Майклу нравилась его берлога, хоть в ней и не было никакой мебели, кроме мини-кухни, тяжелой груши, штанги с гантелями, покосившегося шкафа и огромной квадратной кровати без спинок и ножек. Здесь не было даже визора. Да и нужен ли он человеку, который бывает дома только за тем, чтобы поспать или встретиться со своей подружкой. А на кой нужен визор, если подружка вызывает столько положительных эмоций?

— Я на минутку, — шепнула Кэт, направляясь в ванную. — Не скучай тут без меня.

Майкл проводил ее взглядом, в очередной раз удивляясь тому, как она умудряется не вывихнуть позвонки, когда, играя в женщину-кошку, так виляет своим небольшим округлым задом. Он достал из встроенного в мини-кухню небольшого холодильника мгновенно запотевшую бутылочку с прохладительно-энергетическим напитком и, скрутив пробку, сделал большой глоток. Паузу в общении с Кэт вероломно заполнили мысли, словно рой диких пчел ворвавшиеся в его голову. Четверть миллиона кредитов, несомненно, тот куш, ради которого стоит рискнуть. А там можно брать с собой Кэт, прыгать в седло монограва и ломиться куда-нибудь подальше от этого чертова захолустья. Податься в столицу, а то и просто на другой конец мира. В тихое местечко, где, заведя уютный домик, можно счастливо жить со своей подругой и, чем черт не шутит, завести пару детишек, как принято в благополучных семьях. Ведь от себя самого не скроешь, что с Кэт он вполне готов на то, чтобы покончить с лихой вольной жизнью и остепениться. Хотя в этом даже ей самой вряд ли признается. Разве что только проговорится, когда она воплощает в жизнь его фантазии... Конечно, надо присмотреться, подготовиться... Крыса Рик определенно прав — это, если и не верное дело, то определенно очень серьезный шанс. Шанс выпутаться и совершенно изменить всю свою никчемную жизнь. А за упущенный шанс сука-судьба никогда не простит.