Читаем Лицо в окне (ЛП) онлайн бесплатно

Перевод и редактура: Anahitta, zhuzh, Marmax, Bazalmont

Локализация обложки: zhuzh

Booktran, 2017 г.

Если вы хотите отблагодарить переводчиков и поддержать проект, добро пожаловать на www.booktran.ru.

Таниэль сошел по трапу купеческого галеона. Ссылка началась.

Спеша покинуть доки, он на ходу потянул воротник сюртука и расстегнул пуговицы. Он не ожидал, что весной в Фатрасте настолько жарко и влажно, и хотел побыстрее оказаться в каком-нибудь прохладном пабе, где можно спрятаться от солнца и подождать.

Плавание из Адро заняло больше месяца, потом еще две недели они шли вдоль побережья Фатрасты, и корабль уже сидел у Таниэля в печенках. Каюты оказались слишком тесными, а кроме рисования и стрельбы по чайкам заняться было нечем. Вид на берег открывался довольно живописный, но Таниэль − солдат и пороховой маг, а не какой-нибудь избалованный дворянский отпрыск. Пейзажи представляли для него интерес разве что с точки зрения оборонительных позиций.

Это было пограничье − дикая местность, где огромных деревьев никогда не касался топор дровосека, рыжеволосые туземцы были готовы убить за косой взгляд, а на необъятных просторах можно было неделями не встретить ни души.

Поездка могла стать захватывающей, если бы Таниэль не злился на отправившего его сюда отца. Отец назвал это «путешествием». Между семестрами в университете не помешает посмотреть мир.

По мнению Таниэля, это больше походило на ссылку. Только через полгода он снова увидит невесту и родину. Полгода, прежде чем вернется к друзьям, опять будет проводить ночи с Влорой и прогуливать занятия в университете, чтобы пускать пули с Сабоном. Это будут долгие шесть месяцев.

В Новом Адопесте, раскинувшемся за доками, царила возбужденная суета, причины которой Таниэль определить не мог. Люди переговаривались шепотом, туда-сюда бегали мальчишки и мужчины. Похоже, у всех были штуцеры или мушкеты. Странно, что в городе так много оружия. Даже если он расположен на краю дикой местности.

Таниэль видел весь Новый Адопест с моря, и тот не показался ему необъятным. Тысяч пятьдесят душ. Доки занимали больше места, чем сам город. Повсюду шла высадка переселенцев или погрузка сырья для отправки в Девятиземье. Город основали адроанские колонисты более ста лет назад, но менее полугода назад фатрастианские территории продали Кезу. Таниэль мог представить, что колонисты этому не очень-то обрадовались.

Ему на глаза попалась бронзовая статуя Ипилла, короля Кеза, на тридцать футов возвышающаяся над гаванью. Пока он ее рассматривал, на постамент взобрался какой-то парнишка и, спустив штаны, помочился на ноги Ипилла. Таниэль рассмеялся и стал ждать, что из толпы появятся кезанские жандармы и погонятся за нарушителем.

Но этого не произошло.

Может, сегодня праздник, поэтому жандармы заняты? Наверняка этим же объясняется суета в городе. Отец рассказывал, что колониальные городки обладают особой энергетикой, которой лишены крупные города Девятиземья. Может, дело в этом?

− Таниэль! Таниэль!

Мгновение Таниэль озадаченно озирался, но тут же вспомнил о своей дуэнье. Мысль о том, что кто-то посторонний будет заглядывать ему через плечо, вдруг показалась неприятной, и он подумал, нельзя ли затеряться от сопровождающей в городе.

Он натянул бикорн на глаза и бодрой походкой направился к ближайшему пабу. Почти добравшись до темнеющего дверного проема, сулящего холодный эль и анонимность, почувствовал, как кто-то потянул его за сюртук.

− Таниэль? Ага, это точно ты. Одно лицо с матерью, мой дорогой.

Таниэль хмыкнул, пытаясь подавить раздражение.

− Ди́на? − спросил он держащую его за локоть пожилую женщину.

Она изобразила что-то среднее между поклоном и реверансом.

− Дина́, мой дорогой, − поправила она. − Ты мальчик Тамаса и Эрики.

Это не было вопросом, и Таниэлю стало интересно, на самом ли деле он так сильно похож на мать. Отец всегда говорил так же, но его собственные воспоминания о ней были в лучшем случае отрывочны.

Таниэль приподнял шляпу.

− Очень приятно, мэм.

Дина выглядела лет на пятьдесят, на ней была мужская куртка и широкая юбка до щиколоток. На адроанском она говорила с легким акцентом, и Таниэлю пришлось напомнить себе, что, к несчастью, его мать наполовину кезанка, а ее кузина Дина, скорее всего, родственница с кезанской стороны. Сапоги Дины выглядели сильно поношенными, а к груди было приколото Вервие Кресимира.

Священнослужительница. Чудесно.

− Мне тоже очень приятно, − ответила Дина. Она помолчала, задержав руку на плече Таниэля и оглядев его с головы до ног. − Последний раз я видела тебя еще мальчиком. Наверное, ты меня совсем не помнишь.

Он не помнил.

− А теперь, посмотрите-ка, настоящий мужчина! − Ее взгляд упал на штуцер, висящий на его плече, и она продолжила громким шепотом: − Скажи, у тебя такие же способности к черному пороху, как и у родителей?

− Да, я пороховой маг.

И Таниэль этим гордился. Из мушкета он мог сбить шляпу с фермера с расстояния более мили. А из хорошего штуцера и при слабом ветре − с еще большего расстояния. Щепотка пороха позволяла ему видеть в темноте и делала быстрее и сильнее обычных солдат.

Похоже, его признание неприятно поразило Дину. Она ахнула, но заставила себя вернуть на лицо улыбку.

− Что ж, не будем портить из-за этого отношения. Давай я отведу тебя домой переночевать и хорошенько накормлю. К сожалению, завтра утром придется вернуть тебя на корабль.

− Что?

− Завтра ты отправляешься обратно в Адро.

Таниэль ощутил, как меняется его угрюмое настроение, и ему пришлось приложить усилие, чтобы сдержать ухмылку. Домой? Оставить эти богом забытые земли и...

Дина продолжала говорить.

− Разразилась война. − Она придвинулась ближе и понизила голос. − Колонисты восстали против Кеза и провозгласили независимость. Проклятые торгаши, в каждой бочке затычка, спелись с простолюдинами. − Она заговорила громче: − На сегодняшнюю ночь ты можешь остаться со мной и моим мужем, но я...

− Война? − перебил Таниэль. − С Кезом?

− Ну да.

У него задергался глаз, и все мысли о доме вылетели из головы.

− Где я могу записаться на службу?

Таниэлю пришлось с восьмиста ярдов отстрелить пуговицы с пугала, чтобы убедить майора в том, что он на самом деле обученный пороховой маг. Его задело, что майор навострила уши, услышав имя отца Таниэля, но он проглотил гордость и три недели спустя числился капитаном ополчения Фатрасты в составе роты, направляющейся в болота.

Будет ли отец возмущен тем, что сын ввязался в чужой конфликт, или же станет гордиться его поступком?

Таниэль надеялся на последнее.

Он шагал вдоль рядов своей новой роты из примерно двух сотен солдат. Со штуцером на плече и походной сумкой на поясе, Таниэль единственный сохранял хоть какое-то подобие маршевого ритма. Остальные плелись как им вздумается, и колонна растянулась по извилистой дороге почти на полмили.

Он оглянулся. Высокие деревья − дубы, клены, ясени − утопали в зелени раннего лета, затрудняя обзор.

Поговаривали, что эти дороги патрулирует кезанская армия. Если полсотни кавалеристов выскочат из-за поворота у них за спиной, вся рота поляжет прежде, чем сможет рассеяться. Вот такие вояки.

Но с другой стороны, эти люди не солдаты. Фермеры и бродяги, которые сражаются за деньги или землю, чтобы так называемый Союз Фатрасты мог отвоевать у Кеза независимость.

− Чувствуешь запах? − спросила Дина.

Таниэль посмотрел на нее краем глаза. На лбу у Дины выступил пот, но шагала она так легко, будто совершала послеобеденную прогулку. На первый взгляд и не скажешь, но пожилая священнослужительница уставала на марше меньше, чем ополченцы.

Таниэля впечатлило и изрядно раздосадовало, что она последовала за ним, когда он записался в ополчение Фатрасты. Она настаивала на том, что люди нуждаются в духовном руководстве, и майор Бертро согласилась.

Дина сказала, что пообещала присматривать за Таниэлем и ей не хотелось бы подводить его отца.

Не дай Кресимир кому-либо подвести Тамаса.

− Во имя святого Кресимира, что за вонь? − спросил какой-то ополченец.

Несколько других проворчали тот же вопрос, и Таниэль принюхался, повернувшись в ту сторону, откуда дул ветер. Не пахло ничем, кроме дорожной пыли и немытых тел колонистов. Что бы это могло быть....

Вот оно. Вонь обрушилась на него, как потерявшая управление тачка с коровьими лепешками. Тяжелый, насыщенный запах, будто разворошили пролежавшие всю зиму гнилые листья и навоз.

− Это болото, − сказала Дина, жуя сорванный по пути стебель тростника. − Его называют Тристанской низиной. Больше шести тысяч квадратных миль лесных топей. Чем дальше, тем хуже запах.

Она посмотрела на него, как будто это могло заставить его передумать.

− Вы хорошо знаете болота? − поинтересовался Таниэль.

− Мы с мужем здесь проповедовали, когда были моложе. Понимаешь, в те времена...

− Понимаю. Я лучше схожу к майору.

Таниэль убежал к голове колонны прежде, чем Дина разразилась одной из своих многословных историй.

Майор Бертро верхом на лошади оказалась там, где дорога выныривала из леса и взбиралась на холм, по которому они поднимались. Ее лицо ничего не выражало, но бегающие глаза выдавали нервозность. Она поглаживала пальцами грубый шрам на шее. Об этом шраме никто не осмеливался говорить.

Она была родом из Кеза, но появилась на свет в одном из городков в горах так близко к границе, что с тем же успехом могла считаться и адроанкой. Подобно многим солдатам, завербовавшимся на эту войну, она провозглашала себя фатрастианкой.

И как у всех кезанских граждан, примкнувших к восставшим колонистам, у нее на голове была метка смерти. Бертро подняла воротник, чтобы скрыть шрам на шее, и кивком поприветствовала Таниэля:

− Капитан.

− Майор, − сказал Таниэль.

− Похоже, мы на месте.

Склон под ними постепенно переходил в плотную стену кипарисов. Деревья вырастали из мелководного заболоченного озера, и с вершины холма казалось, что леса простираются в бесконечность. Таниэль сразу понял, почему Тристанская низина считается идеальным местом для партизанских рейдов − она необъятная.

Никто не полезет за ними в эти болота.

− За кипарисами на многие мили заросли меч-травы, − сказала Бертро. − Трава выше домов и такая густая, что через нее не продраться даже с мечом.

Ее пальцы медленно поползли обратно к шее. Она была красивой женщиной с золотой косой, перекинутой через плечо, и милыми пухлыми щечками. Таниэль заметил ее заинтересованный взгляд и решил, что, если бы не упомянул о ждущей его в Адро невесте, Бертро взяла бы его в оборот.

− Только бы дикари сдержали слово, − сказала Бертро. При слове «дикари» ее губы слегка скривились. − Если мы залезем в болото и их там не окажется, чтобы нас провести, мы все пойдем на корм драконам уже ближайшей ночью.

− Драконам? − переспросил Таниэль.

− Болотные драконы, − пояснила Бертро. − Большие ящерицы. Больше лошади. Их челюсти перекусывают человека пополам.

Таниэль потрогал чехол со штыком на бедре. О гигантских ящерицах его не предупреждали. Упоминали змей. Эти твари ему тоже были не по душе, но в пороховом трансе он двигался быстрее, чем атакующая змея.

Сильнее ли он болотных драконов?

Таниэль достал из сумки на поясе табакерку и высыпал немного черного пороха на тыльную сторону ладони. Втянул его одним вдохом, и мир словно всколыхнулся и искривился под ним. Он расставил ноги пошире, чтобы не упасть, и через мгновение все снова обрело резкость, став четче, чем раньше.

Полностью отдавшись пороховому трансу, он снова оглядел Тристанскую низину и увидел в миле от себя большого удава на верхушке кипариса. Змея грелась на солнышке, выбрасывая и пряча черный раздвоенный язык.

− Есть известия от туземцев из Низины, сэр? − спросил Таниэль. − Или от наших разведчиков?

Бертро посмотрела на дорогу, по которой они прибыли.

− Уже должны были вернуться.

Таниэль подошел ближе к всаднице.

− Надо подтянуть колонну, − сказал он. − Если кезанцы застигнут нас вот так, у болотных драконов не останется шансов нас сожрать.

Бертро фыркнула.

− Я знаю, как обращаться с войском, капитан. − Ее голос внезапно похолодел. − Что же до вас, то, несмотря на ваши таланты и имя вашего отца, я что-то не припоминаю, чтобы вам доводилось обагрять руки кровью.

− Примите мои извинения, майор, − сказал Таниэль, подавив резкий ответ. Он здесь не для того, чтобы ссориться с офицерами Фатрасты. Он здесь для того, чтобы убивать кезанских солдат и, если будет на то милость Кресимира, кезанских Избранных.

Бертро посмотрела на дорогу, извивающуюся вниз по склону к болотам.

− Нам туда.

Подняв руку, она подозвала стоящего неподалеку мужчину.

− Сержант, соберите людей на вершине холма. Мы немного отдохнем, а потом совершим марш-бросок в Глейдсайд. Городок все еще должен быть нашим, но кто знает, где нарвешься на кезанский патруль. Мы займем город и подождем дикарей Низины. Не могли бы вы...

Она осеклась, услышав за спиной топот скачущей лошади.

Таниэль отчетливо видел, как некрупный мерин прокладывает путь между растянувшимися по дороге солдатами. И кто назвал их арьергардом?

Поравнявшись с майором Бертро, разведчик натянул поводья. Это был узколицый молодой человек, явно измученный долгой скачкой.

− Пять рот на марше, майор, − сообщил он, отдышавшись. − В цветах Кеза.

− Разумеется, это кезанцы, − рявкнула Бертро. − У нас нет пяти рот в этой части страны. Насколько они далеко?

− Будут здесь завтра к полудню.

Бертро посмотрела на солнце. Оно уже давно миновало зенит и клонилось к западному горизонту.

Таниэль заметил, что разведчик нервно ерзает в седле.

− Что-то еще, солдат?

− Ну... − Тот покосился на штуцер Таниэля и серебряный пороховой бочонок на его груди. − Видите ли, есть одна проблема...

У Таниэля внутри все сжалось.

− Избранный?

Парень кивнул.

− Что ж. − Таниэль заставил себя улыбнуться. − Я здесь именно за этим. Пущу ему пулю в глаз с расстояния в милю.

Во рту появился кислый привкус, когда он вспомнил, как всего несколько минут назад надеялся на то, что здесь окажется Избранный. Избранные − не те люди, на встречу с которыми стоит надеяться. Один Избранный, обладающий мощной магией стихий, опаснее, чем десять рот кезанских солдат. Избранные способны призвать на противника огонь и молнии с такой же легкостью, с какой Таниэль управляет пулями.

− Не хочу подпускать его так близко, − сказала Бертро. − Сержант, ускоренным маршем на Глейдсайд. Мы расположимся там на ночь и с рассветом двинемся в болота. С проводниками-дикарями или без них.

Таниэль оглянулся туда, откуда они пришли, и ему пришлось напомнить себе, что в ближайшее время рота драгун на дороге не появится. Они в безопасности.

Пока.

Если туземный проводник ждет в Глейдсайде, то к завтрашнему вечеру они углубятся в болота, а к концу недели будут нападать на кезанские города вокруг всей Тристанской низины.