Читаем Лиссабон в кубе онлайн бесплатно
Уильям ТЕНН
ЛИССАБОН В КУБЕ
Зазвонил телефон.
Альфред Смит, который в этот момент перекладывал вещи из чемодана в ящики типичного гостиничного комода, недоуменно поднял голову.
- Кому это... - начал было он, но не стал продолжать.
Очевидно, кто-то ошибся номером. Никто не знал, что он в Нью-Йорке, и уж тем более - в какой именно гостинице. Хотя, если подумать, кто-нибудь мог догадаться.
А может быть, это портье звонит, чтобы предупредить о какой-нибудь мелочи, типа перегоревшей настольной лампе.
Телефон зазвонил снова.
Смит поставил чемодан и обошел вокруг кровати. Поднял трубку.
- Алло?
- Мистер Смит? - спросил сочный голос на другом конце линии.
- Говорите.
- Это мистер Джонс. Мистер Коун и мистер Келли со мной, в вестибюле. Здесь же Джейн Доу. Что вы предпочитаете - чтобы мы поднялись к вам или подождали внизу?
- Прошу прощения...
- Что ж, тогда мы поднимемся. Номер 504, не так ли?
- Да... А кто это говорит?
Но трубку уже положили.
Смит провел пальцами по прическе.
Это был среднего роста, неплохо сложенный, весьма приятной наружности молодой человек. Намечающееся брюшко свидетельствовало о недавно достигнутом преуспевании.
Мистер Джонс? Коун? Келли? И кто такая Джейн Доу?
Наверное, розыгрыш. Всякий, носящий фамилию Смит, привыкает к шуткам в свой адрес. Тем более, звонивший спрашивал просто мистера Смита, а это очень распространенная фамилия. Не исключена ошибка. Он снова поднял трубку.
- Справочное бюро, - попросил Альфред у дежурной.
- Да, справочное, - раздался через несколько секунд нежный голос.
- Это мистер Смит из 504-го номера. Жил ли здесь до меня какой-нибудь другой Смит?
Продолжительная пауза.
- У вас какие-либо затруднения, сэр?
Смит скривился.
- Я только хочу знать, жил ли в этом номере до меня Смит?
- Сэр, если бы вы могли сказать мне о том, что это доставляет вам какие-то неудобства...
Терпенье его начало лопаться.
- Я прошу вас ответить на простой вопрос. Проживал ли какой-нибудь мистер Смит в этом номере до меня? В чем дело? Он что, покончил с собой?
- У нас нет достаточных оснований полагать, что он совершил самоубийство, сэр? Существует много, очень много обстоятельств, при которых постоялец может исчезнуть после того, как забронировал номер!
В дверь настойчиво постучали.
- О'кэй. Это все, что я хотел узнать, - прорычал Альфред Смит и бросил трубку.
Открыв дверь, он впустил в номер троих мужчин и весьма миловидную женщину.
- Послушайте...
- Привет, Гар-Пита! - перебил его один из мужчин. - Джонс - это я. Это - Келли, это - Коун, а это, разумеется - Джейн Доу.
- Произошла ошибка...
- Какая тут может быть ошибка! - сказал Коун, тщательно прикрывая за собой дверь. - Джонс, вы назвали Смита его настоящим именем, да еще при открытой двери! Это непростительная глупость!
Джейн Доу кивнула в знак согласия.
- Открыта дверь или закрыта, мы не должны забывать, что находимся на Земле. И обязаны употреблять только земные имена. Статьи 14-22 Полевого Устава.
Альфред окинул ее пристальным, продолжительным взглядом.
- На Земле?
Женщина стыдливо улыбнулась.
- Ну вот. И я совершила практически ту же ошибку. Надо было сказать "в Америке". Или, чтобы не вызывать особых подозрений, "в Нью-Йорке".
Мистер Келли внимательно рассматривал Альфреда.
- Вы - само совершенство, - наконец сказал он. - Лучше, чем у любого из нас. Такая маскировка наверняка потребовала огромного терпеливого труда. Не говорите ничего, я знаю! Вы - само совершенство, Смит!
Смит недоуменно переводил взгляд с одного странного посетителя на другого. Лунатики, что ли? Нет, шпионы! Что же делать? Объяснить им все или, высунув голову в окно, завопить "Караул!"?
А, может быть, они не шпионы, а просто сыщики, напавшие на след шпионов? Ведь это, как-никак, Нью-Йорк, а не какой-нибудь Гройсери-Корнерз, штат Иллинойс.
С другой стороны, Нью-Йорк - обиталище самых ловких и остроумных пройдох. Может, это всего лишь розыгрыш городскими хлыщами только что прибывшей деревенщины?
Пока хозяин размышлял, гости расселись, не дожидаясь приглашения. Мистер Келли открыл портфель и начал что-то крутить внутри него. Номер заполнило слабое жужжание.
- Не хватает мощности, - произнес он извиняющимся тоном. - Здешнее Солнце слабовато. Подождем еще пару минут. Все наладится.
Мистер Джонс наклонился вперед.
- Послушайте, друзья, вы не будете возражать, если я сброшу свою маскировку? Здесь невыносимо жарко.
- Не положено, - напомнила ему Джейн Доу. - При исполнении обязанностей форму снимать запрещается.
- Знаю. Но ведь Стэн-Дюрок... Я хотел сказать, коун закрыл дверь на замок. В таком месте, как это, никто не войдет в окно, а о материализации можно не беспокоиться. Так как насчет того, чтобы мне расслабиться на парочку минут?
Альфред Смит рассматривал мистера Джонса, не скрывая веселого удивления. Толстый коротышка был одет в дешевый серый костюм из блестящего кремплина. Растительность на голове отсутствовала напрочь, если не считать реденьких бровей. Вот это маскировка! Смех, да и только!
- Пусть позволит себе, - понимающе усмехнувшись, продолжил Альфред. Здесь, кроме нас, никого нет. Смелее, Джонс. Снимайте свою маскировку.
- Спасибо, - прочувственно произнес Джонс. - Я просто задыхаюсь в этом облачении.
Альфред хихикнул. Уж он покажет этим нью-йоркцам!
Джонс расстегнул сначала пиджак, потом - белую рубашку. Приложил указательный пальцы к груди, надавил...
Из образовавшегося темного отверстия диаметром в 25-30 сантиметров, извиваясь, выполз черный паук. Его небольшое округлое тело было величиной с мужской кулак, лапы имели длину и толщину черенка курительной трубки. Паук припал к груди Джонса, тело осталось в той же позе: пальцы продолжали держать грудь открытой, спина удобно откинута на спинку кресла.
- Хорошо-о-о... - произнес паук.
Альфред залился истерическим смехом. Кое-как ему вскоре удалось приостановить поток звуков, извергавшихся изо рта, но смех продолжался где-то глубоко в его голове. Он смотрел на паука, на застывшее тело, откуда тот выбрался.
Остальные отнеслись к происходящему совершенно равнодушно.
Гудение из портфеля на коленях Келли внезапно сменилось разборчивой речью. Выражение скуки тотчас же улетучилось с лиц гостей, они заинтересованно подались вперед.
- Приветствую агентов по особым поручениям, - неслось из портфеля. Это Центр Управления. Говорит Робинсон. Имеются какие-либо важные сообщения?
- Нет, - ответила Джейн Доу.
- И у меня нет, - произнес Келли.
- Пока что ничего нового, - вставил Коун.
Паук с наслаждением потянулся.
- Все то же. Сообщать не о чем.
- Джонс! - почти взвизгнул голос из портфеля. - Немедленно вернитесь в свою форму!
- Жарко, шеф. И мы здесь одни, сидим, как тут говорят, за запертой дверью. Помните, какой суеверие выработалось на Земле в отношении запертых дверей? Нам совершенно не о чем беспокоиться.
- Сейчас забеспокоитесь! Вам, вероятно, в тягость роль агента по особым поручениям? Хочется вновь обрести статус обычного агента?
Паук вытянул ноги и совершил телодвижение, эквивалентом которого могло быть только пожимание плечами. Затем он осторожно попятился к отверстию в груди. Как только оно закрылось, тело Джонса ожило и застегнуло рубашку и пиджак.
- Вот так-то лучше, - наставительно произнес голос. - Больше никогда так не поступайте.
- Ну, будет, шеф, будет. Вот только нельзя ли нам немного остудить эту планету? Вызвать зиму или начать новый ледниковый период? Работать станет куда легче.
- И намного легче влипнуть, глупец. Вы там занимаетесь большими делами, вроде съездов или конкурсов красоты. А мы в Центре - такими мелочами, как произвольные изменения климата и установление новых ледниковых периодов! - Голос на минуту замолчал, потом продолжил: - А как ваши дела, Смит? О чем вы можете сообщить?
Альфред тряхнул шевелюрой и нерешительно обвел взглядом номер.
- Со... сообщить? - нерешительно протянул он, но тут же собрался с духом. - Ничего. Сообщать нечего.
- Мне не нравится ваш тон. Вы там ничего не утаиваете, а? Не забывайте, оценка информации - наше дело, а не ваше!
- Н... нет, - выдавил из себя Смит. - Я абсолютно ничего не утаиваю.
- И не советую. Попробуйте только забыть сообщить нам хоть об одном конкурсе красоты - и вам крышка. Мы все еще не забыли о том промахе, который вы допустили в Загребе.
- О, шеф! - вмешалась Джейн Лоу. - Нужно непременно быть местным жителем, чтобы определить, кто является самой главной коммунисткой с партбилетом в Хорватии. Нельзя упрекать Смита за это.
- А я убежден, что можно! Этот, как вы считаете, съезд активисток подпадал под определение конкурса красоты, которое было вам дано. Если бы Коун не наткнулся на упоминание о нем в "Киевской правде", на нас бы обрушились все силы ада. Не забывайте об этом, Смит. И перестаньте называть меня шефом! Моя фамилия Робинсон. Запомните это! Ясно?
Все кивнули. Альфред бросил в сторону Джейн Доу взгляд, в котором были и сомнение, и благодарность.
- Ладно, - продолжал голос из портфеля, несколько умиротворившись. Чтобы доказать вам, что я столь же щедр на похвалу, как и на упреки, хвалю Смита за его маскировку. Она несколько необычна, но выглядит подлинной, а это - самое главное. Если бы все остальные не пожалели бы времени на то, чтобы привести в такой же порядок свою форму, вы бы, в конце концов, - тут голос сделал паузу и стал вкрадчивым и весьма игривым, - могли даже назвать меня Джеком Робинсоном.
Все покорно засмеялись, даже Альфред.
- Вы полагаете, что Смит хорошо поработал над своей маскировкой, не так ли, шеф... то есть, мистер Робинсон? - с энтузиазмом спросила Джейн Доу, как бы подчеркивая этот факт для всех остальных.
- Безусловно. Взгляните на его костюм. Это не просто какой-то там старый костюм, нет! Он состоит из твидового пиджака и фланелевых брюк. Это свидетельствует об использовании собственного воображения. Подбородок его - не просто подбородок, а с ямочкой. Очень неплохо. И цвет волос первосортный. Единственное, против чего я, возможно, стал бы возражать, так это его манера завязывать галстук. По-моему, солидный репсовый галстук стандартной длины меньше бы привлекал внимание. Но и этот, тем не менее, смотрится хорошо. А это - самое главное! Ощущать цельность своей маскировки! В нашем деле необходим инстинкт слияния с населением данной планеты, иначе ничего не выйдет. Я думаю, что у Смита этот инстинкт выработался.
- Спасибо, - пробормотал Альфред.
- Хорошо, хорошо, э... мистер Робинсон, - нетерпеливо произнес мистер Джонс. - Но не это самое главное. Работа наша гораздо важнее того, как мы выглядим.
- Ваша работа заключается как раз в том, как вы выглядите! Смотритесь соответственно - и работа будет, спорится. Возьмем, к примеру, вас, Джонс. Мне, кажется, никогда не приходилось встречаться с подобным, совершенно небрежно сработанным человеческим существом. Кем вам положено быть, а? Мистером Американцем, Человеком из Толпы.
У мистера Джонса был глубоко обиженный вид.
- Предполагается, что я - аптекарь из Бруклина. И, поверьте мне, моя форма вполне соответствует этой роли. Я знаю это точно. Вам бы следовало самому взглянуть на некоторых из этих аптекарей.
- Некоторые, Джонс - это далеко не большинство. А я именно это имею в виду.
- Не хотел бы вас перебивать, Робинсон, но наш визит к Смиту не предполагается длительным. Мы просто как бы заглянули на минутку.
- Верно, Коун, верно. Главное - пунктуальность. Все готовы к инструктажу?
- Готовы! - хором ответили все.
Альфред старался больше всех.
- Коун, вы продолжаете выполнять свое прежнее задание, внимательно следя за всеми новыми конкурсами красоты, которые должны состояться в этой стране, обращая особое внимание, разумеется, на Нью-Йорк. Келли, вы продолжаете то же самое в отношении различных съездов. Джейн Доу и Джон Смит следят за всем, что может быть замаскированной попыткой подобных событий.
- У вас что-нибудь особенное на уме? - спросила Джейн Доу.
- Пока что нет. Вы просто продолжаете обход косметических салонов в надежде наткнуться на что-либо. А вы, Смит, получите особое задание. Вскоре должен состояться костюмированный бал сантехников Нью-Йорка и его пригородов. Вам нужно попасть на него и разнюхать все. Если на что-нибудь наткнетесь, немедленно дайте нам знать.
- Что вас особенно интересует? - как можно более небрежным тоном поинтересовался Альфред.
- Ну, раз вы сами не догадываетесь, - в голосе из портфеля зазвучали нетерпеливые нотки, - то это - входная плата, призы за лучшие костюмы, даже конкурс на звание "Мисс Водопроводная труба 1921 года", или какого-то другого, который сейчас на Земле. Честно говоря, я не думаю, что нам стоит обращать на этот бал особое внимание. Это слишком явно, а пока что в подобных случаях нам не удавалось наткнуться на что-либо существенное.
- А я? - не вытерпел Джонс.
- Вам мы довольно скоро передадим специальные инструкции. Возможно, придется кое в чем изменить подход.
Последнее сообщение, казалось, заинтересовало всех, однако голос из портфеля явно не намерен был пускаться в дальнейшие объяснения.
- На этом все, - заявил он недвусмысленно. - А теперь расходитесь.
Мистер Келли застегнул портфель, раскланялся со всеми и вышел из номера.
Несколькими мгновениями позже за ним последовал мистер Коун.
Затем Джонс зевнул и сказал:
- Прощайте, друзья.
Когда он закрыл за собой дверь, Джейн Доу поднялась тоже, но направилась не к двери, а туда, где с глупым выражением лица стоял Альфред Смит.
- Вот так, Джон, - нежно произнесла она.
Альфреду ничего не оставалось другого, как повторить за ней:
- Вот так, Джейн.
- Да, мы снова вместе. В одном и том же здании. Разве не замечательно?
Он осторожно, не сразу кивнул:
- Да, замечательно.
- Если бы только на этот раз нам удалось покончить навсегда с этим грязным делом! Мы могли бы вернуться вместе...
- И что тогда?
- Какой же ты несмышленый, дорогой! - Ее глаза заблестели. - Тихая уютная паутинка где-нибудь, только для нас двоих... Ты и я - и больше никого! И множество, множество яиц.
У Альфреда перехватило дыхание и он, не в силах больше терпеть, отвернулся.
- О, прости меня, дорогой, - всхлипнула она, хватая его за руку. Прости! Я разволновала тебя! Заговорила об этом, оставаясь в униформе. Тогда пусть будет вот так: маленький домик у водопада и трое детишек. Ты и я, рука в руке, вплоть до золотой свадьбы. Пока не посеребрятся твои волосы. Так, пожалуй, лучше?
- Немного, - ему удалось взять себя в руки и взглянуть на нее. Вернее - намного лучше.
Джейн обняла его. Он отпрянул.
- О, мне все равно... - зашептала она ему на ухо. - Плевать на все это. На дисциплину и все остальное, когда я рядом с тобой. И я повторю это, даже если нас подслушивают из Центра Управления. Ты знаешь, милый, чего бы я хотела сейчас больше всего?
