Читаем Лишний жених онлайн бесплатно

Сидя на скамейке в саду, залитом серебристым светом полной луны, она казалась статуей. Кожа ее была белой, как алебастр, волосы — бледнее лунных лучей. На ней было длинное белое платье, и она была совершенно неподвижна — и невероятно прекрасна.

Слишком прекрасна, чтобы быть настоящей.

Несколько мгновений назад Кейл увидел ее — и замер, боясь спугнуть дивное видение, а теперь он не мог заставить себя сдвинуться с места. Он был околдован. Да, она была похожа на статую — на статую, изваянную Микеланджело. Или на богиню, сошедшую с небес на землю.

Он, должно быть, спит и видит сон!

Но сексуальное возбуждение, которое он испытывал, было более чем реальным.

Где-то там, позади, из окон большого дома струилась в эту лунную ночь музыка. Прием был в самом разгаре, но сюда, в сад, долетали лишь обрывки мелодии. Здесь царила тишина, исполненная физически ощутимой, благоуханной чувственности.

Кейл не двигался, он, кажется, даже не дышал, но, видимо, чем-нибудь выдал свое присутствие: она повернула голову и посмотрела на него. Он ожидал, что она вздрогнет, удивится, рассердится, как сердятся люди, когда их застают врасплох. Ничего подобного.

— Что такое? — спросила она. Голос у нее был хрипловатый, но спокойный.

— Простите, я не хотел вас беспокоить…

— Это же не мой сад, — пожала плечами она.

— Значит, вы не из Колдуэллов? — спросил Кейл указывая на дом.

— Нет. Я здесь в гостях.

— А я нет.

— Вы явились без приглашения? — В ее голосе не слышалось ни удивления, ни осуждения.

— Нет.

Кейл ожидал, что она задаст следующий, такой естественный вопрос. Но она ни о чем не спросила, и в саду воцарилось молчание. Молчание вовсе не было напряженным, но Кейлу хотелось снова услышать ее голос, побольше узнать о ней.

— Вам стало скучно? — поинтересовался он.

— Эти люди…

— Они вам надоели?

— Не все, но некоторые, — призналась она, устало улыбнувшись. Потом снова замолчала. Взгляд ее устремился куда-то вдаль.

— Там дышать нечем, — добавила она.

— Неужели? Насколько я знаю, прием происходит в комнате длиной в девяносто футов, причем через каждые пятнадцать футов расположена дверь, которая выходит на веранду, и все двери открыты.

Она склонила голову, так, что ее белокурые волосы упали на обнаженное плечо.

— Вы случайно не архитектор?

— Нет, но у меня хороший глазомер.

— Какое полезное свойство!

Она сказала это всерьез, даже намека на иронию не было в ее голосе. У Кейла создалось впечатление, что она думает о чем-то постороннем, и это его немного раздражало. Ему почему-то хотелось, чтобы она думала только о нем.

Он опустился на скамью рядом с ней стараясь не задеть ее.

— Какая чудная ночь! Не правда ли?

— Да, — сказала она все с тем же отсутствующим видом и снова замолчала.

Она опять задумалась о чем-то своем! Это было невыносимо. Эта колдовская ночь странно действовала на него. При свете луны розы казались бледнее, чем были на самом деле, но ничто не могло ослабить их сладкого аромата — и невольного, но сильного влечения к этой таинственней даме.

— Посмотрите мне в глаза, — тихо попросил Кейл.

Она послушно повернулась к нему, взгляд ее выражал недоумение.

— Что такое?

— Мне от вас ничего не надо, — поспешил заверить Кейл.

На ее милом лице на миг возникло изумление, которое тут же исчезло.

— Я и не думала, что вам от меня что-то надо.

— В вашем голосе есть что-то такое… — Кейл потряс головой. — Ладно, не обращайте внимания.

Он не мог признаться, что ему как раз очень нужно от нее… нечто, и это желание давало знать о себе сладкой болью. Он протянул ей руку.

— Меня зовут Кейл.

— Кейл, — повторила она, сжав его пальцы. — А меня — Джо.

Кейл задержал ее руку в своей — ему так хотелось продлить прикосновение.

Ее, похоже, это не возмутило. На самом деле у Кейла было такое чувство, что ее ничто не задевает и не трогает. Она казалась такой же холодной и отчужденной, как статуя, за которую он и принял ее поначалу. Он положил другую руку поверх ее руки, задержав кисть Джо в своих ладонях.

— Когда я впервые вас увидел, я подумал, что вы ненастоящая.

В ее глазах, цвет которых он затруднялся определить, промелькнуло нечто, похожее на интерес.

— Ничего подобного. Я более чем настоящая.

— Да? — Он внимательно посмотрел на нее, потом, повинуясь внезапному порыву, произнес: — Докажите!

Кейл наклонился к ней и прижался губами к ее губам. Как ни странно, она не сопротивлялась. Поцелуй был нежный и мимолетный. И в то же время в нем таилась страсть. Кейла мгновенно охватило возбуждение. Он поднял голову и взглянул на Джо. Она наконец-то утратила свое ледяное спокойствие, которое так раздражало его. Теперь она смотрела на него с изумлением.

— А, так вы тоже это почувствовали? — спросил он. — Какое-то напряжение…

Она опустила ресницы.

— Нет…

— Неправда!

— Странные вещи вы говорите, — сказала она медленно. — Вы ведь даже не знаете меня.

— Я знаю, что вас зовут Джо. Я знаю вкус ваших губ. Остальное я успею узнать потом.

Кейл искренне верил в то, что говорил. Сейчас, рядом с этой необыкновенной женщиной, все это казалось совершенно естественным — а в его жизни было немного таких моментов, когда все казалось естественным. Он снова наклонился, чтобы поцеловать ее — на этот раз настойчивей. У губ Джо был вкус меда, кожа ее на ощупь казалась атласной, и пахла она слаще, чем розы в саду. Кейл прижал ее к себе, охваченный пламенем желания. Ее близость, ее запах — это стало вдруг самым важным, вытеснив все остальные мысли и чувства.

И наконец Джо ответила ему. Она постепенно прижималась к нему, все теснее и теснее. Его охватила радость. Наконец-то он пробил стену отчуждения, что окружала ее! Наконец-то он пробудил в ней ответную реакцию.

Она была подобна огоньку, и этот огонек с каждым мгновением разгорался все ярче и жарче. Кейл чувствовал, как ее пальцы впились ему в плечи, чувствовал упругость ее груди, свежий аромат ее тела. Джо уже не витала где-то вдали, она была здесь, рядом, она ждала и хотела его. Желание в нем готово было перехлестнуть через край.

— Разожми губы, — прошептал он. — Пожалуйста!

Джо напряглась, но лишь на миг, а потом послушалась. Его язык коснулся ее языка — и она тихо застонала.

— Господи! — прошептал Кейл, не отрываясь от ее нежных губ. — Откуда ты взялась? За что мне такое везение?

Девушка внезапно застыла.

— Джо? Ты что?

Она уперлась руками ему в грудь.

— Я не могу.

— Чего ты не можешь? — Кейл нахмурился. — Целоваться со мной?

В глазах у нее вспыхнула паника — и так же быстро исчезла.

— Мне надо идти.

— Нет! Подожди! — Он схватил было ее за руку, но Джо уже вскочила и бросилась к дому.

Ее белое платье развевалось на бегу. С розового куста, который она задела, посыпались лепестки, зашуршали под ногами листья… И Джо исчезла, словно растворилась в лунном свете.

На следующий день Кейл ехал по шоссе, обсаженному деревьями, и все еще думал о Джо. Он направлялся в большой каменный особняк, который уже показался впереди. У него была назначена встреча с Абигейл Дамарон, главой обширного и могущественного клана Дамаронов. Он должен был обеспечивать безопасность на свадьбе ее внучатой племянницы. Кейл, по сути дела, унаследовал эту должность от своего дядюшки, но это вовсе не значило, что ему поручат эту работу.

И тем не менее мысли о Джо беспокоили его куда больше, чем доверие семьи Дамаронов.

Если бы не поцелуи, которыми обменялись они с Джо той ночью, Кейл мог бы подумать, что ему это все просто приснилось. Но поцелуи были более чем реальны. Доказательством тому могла служить бессонная ночь, которую он провел, беспокойно вертясь с боку на бок, вновь и вновь вспоминая во всех подробностях это краткое свидание.

Нет, он обязательно должен найти ее — сама судьба устроила им эту встречу в волшебной атмосфере ночи. Вот побеседует с миссис Дамарон, а потом сразу вернется к Колдуэллам и осторожно порасспросит хозяев. Ну а если ничего не выйдет… Что ж, тогда он плюнет на осторожность и будет действовать решительно!

Обычно Кейл не слишком интересовался женщинами. Они не особенно занимали его мысли. О нет, конечно, он был нормальным мужчиной, и вовсе не избегал женского общества! Даже наоборот. Некоторые его связи длились по нескольку месяцев. Но в конце концов он всегда расставался с женщинами. Конечно, он старался разойтись с подругами по-хорошему. Но, если возникали какие-нибудь осложнения, он резко и без всякого сожаления разрывал отношения.

Главным для него всегда оставалась работа. Когда Кейл был в настроении, он назначал женщинам свидания, и, если все было в порядке, эти свидания обычно кончались сексом. А когда Кейл бывал не в настроении, ему вполне хватало собственного общества. На самом деле по большей части Кейл предпочитал быть один. Целоваться с женщинами под луной было ему совершенно несвойственно.

А теперь он никак не мог забыть об этой странной женщине, и мысли о ней мешали ему сосредоточиться на работе.

Он остановил машину, вышел и направился к дому. Молодой человек лет двадцати с небольшим, крепкий, коренастый, с суровым и решительным лицом встретил его у входа и пригласил войти.

— Миссис Дамарон ждет вас, — сообщил он, повернулся к Кейлу спиной и двинулся в глубь дома легкой неслышной походкой. Его манеры и движения выдавали непоколебимую уверенность в себе. — Следуйте за мной.

Кейл усмехнулся. Очевидно, этот парень не допускал и мысли, что его могут ослушаться. А если кто посмеет, он легко может заставить его подчиниться силой.

Так что в интересах Кейла было подчиниться. Впрочем, он и так последовал бы за ним — парень заинтересовал его. Его темные волосы были заплетены во множество длинных, блестящих мелких косичек и собраны на затылке в один большой пучок. Внимательные янтарные глаза и кожа цвета старой меди придавали ему столь экзотический вид, что Кейл решительно терялся, пытаясь определить, к какой национальности он принадлежит. На парне были дорогие брюки из хорошей ткани, простая белая футболка и необыкновенно пестрые подтяжки. «Занятный у Дамаронов дворецкий», — подумал Кейл.

Парень провел Кейла длинным коридором, распахнул двустворчатую дверь и жестом пригласил Кейла войти.

— К вам мистер Уитфилд.

Кейл едва успел оглядеться в большой комнате, наполненной солнечным светом. Обилие растений в горшках и кадках делали ее похожей на зимний сад. Когда он услышал густой, раскатистый женский голос, то сразу обернулся, чтобы приветствовать его обладательницу.

— Спасибо, Дэвид. Здравствуйте, мистер Уитфилд. Вас, кажется, зовут Кейл? Можно, я так и буду вас называть? Я как раз пила кофе. Присаживайтесь, составьте мне компанию, — пригласила хозяйка дома.

Кейл разглядывал высокую пожилую даму в ярко-красном халате. В руках у нее был пустой мундштук, украшенный драгоценными камнями, в добрый фут длиной. Она сидела в плетеном кресле на груде цветастых подушек. Было ей, наверно, за шестьдесят, а своим моложавым видом она явно была обязана пластической операции. А ярко-рыжие волосы, очевидно, были крашеные.

Кейл и без того знал, что миссис Абигейл Дамарон не урожденная Дамарон, но отсутствие знака Дамаронов — серебристой пряди в волосах, которая была у всех, кто принадлежал к клану Дамаронов по крови, — служило лишним тому подтверждением.

Семейство Дамаронов никогда не давало себе труда объяснять, откуда взялась эта прядь, зато окружающие постоянно строили догадки на этот счет. Большинство придерживалось той версии, что судьба отметила Дамаронов этой прядью в знак того, что за свою огромную власть и богатства им придется расплачиваться многими горестями и бедами. В отличие от прочих смертных Дамароны никогда не седели — за исключением этой единственной пряди.

— Мой доктор говорит, что мне следует ограничить потребление кофеина, но я-то знаю, что у меня давление лучше, чем у него самого, так что я его не слушаю. — Пожилая дама указала Кейлу на стул напротив себя, и ее ярко-голубые глаза лукаво блеснули. — Еще он требует, чтобы я бросила пить виски. Обойдется. Хватит с него того, что я бросила курить. Чего же ему еще?

За спиной у Кейла выразительно кашлянул Дэвид. Абигейл слегка нахмурилась.

— Ну, почти бросила. Берт — хороший доктор, он желает мне добра, но я ведь знаю свой организм лучше, чем он! Я стараюсь поддерживать тело в хорошей форме.

Взгляд ее сделался еще более лукавым.

— Правда, он все норовит познакомиться с ним поближе. Вот старый дурень! Ему кажется, что он в меня влюблен. Тому уже лет тридцать — не так ли, Дэвид?

— Да, мэм.

Кейл обернулся и увидел, что парень стоит, прислонившись к закрытой двери, через которую они вошли, сложив свои мускулистые руки на широкой груди, так, словно сторожит комнату, дверь и Абигейл. Должно быть, он просто телохранитель!

Абигейл рассмеялась.

— Дэвид говорит, что я — всеобщая мама. Кстати, вы уже знакомы? Дэвид — очень милый молодой человек. Когда он рядом, моя жизнь становится значительно проще — и значительно веселее.

Проще? Возможно, Дэвид ее секретарь. Но веселее? Этому Кейл не находил объяснения.

— Нет, миссис Дамарон. Мы еще незнакомы.

Кейл кивнул Дэвиду, который по-прежнему стоял с каменным лицом, и был вознагражден за эту любезность ослепительной улыбкой Абигейл Дамарон.

— Зовите меня Абигейл, Кейл. Меня все так зовут. Хотите кофе?

Да, миссис Абигейл Дамарон действительно была занятным зрелищем! Кейл устроился поудобнее.

— Да, пожалуйста. Нет, сливок не надо.

Она налила ему кофе из тяжелого на вид серебряного кофейника в хрупкую фарфоровую чашечку.

— Так вы, значит, племянник Реймонда?

— Да, — ответил Кейл, привстав, чтобы взять у нее свою чашку. — Он брат моего отца.

Он не удержался и снова взглянул на Дэвида. Тот стоял в прежней позе, все с тем же каменным выражением на лице.

— Реймонд вас очень хвалил. Он говорит, что лучше вас нам никого не найти.

— Я рад, что он такого мнения обо мне.

Ее мундштук со свистом рассек воздух, когда она резко взмахнула рукой.

— Поверьте мне, он не стал бы хвалить вас незаслуженно! Степень магистра юриспруденции, опыт работы разведчиком — Реймонд вами очень гордится.

— Это очень любезно с его стороны.

— Ах, оставьте! Так вот, учитывая все это, вполне естественно, что, собравшись уйти на покой, он предложил вам занять его место. Кроме того, он говорит, что вы знакомы со всеми новинками техники и сказали новое слово в своем деле.

— Хотелось бы думать, что это так.

— О, я уверена, что это так и есть! Реймонд мне лгать не станет. Мы с ним слишком давно знакомы.

Кончик мундштука описал в воздухе спираль.

— Однажды мы провели чудную весну в Париже, — с ностальгической ноткой произнесла Абигейл. — Он вам не рассказывал?

— Гм… нет…

Она взмахнула свободной рукой. Блеснули длинные ногти, выкрашенные лаком того же цвета, что ее халат и волосы.

— Реймонд всегда был очень скромен! «Видимо, да», — усмехнулся про себя Кейл.

— Ну, разумеется, это было до того, как я вышла замуж за Юджина.