Читаем Лихолетье онлайн бесплатно

© Полина Ребенина, 2017

© ООО «СУПЕР Издательство», 2017

Период «лихолетья» охватывает пятнадцатилетний отрезок времени с 1985 по 1999 годы. К этому периоду относятся годы правления М. С. Горбачёва с провозглашенной им «перестройкой» (1985–1991 г.г.) и период «ельцинизма» или лихие 90-е годы (1991–1999 г.г.). Как когда-то Смутное время на рубеже 16–17 веков ознаменовалось стихийными бедствиями, польско-шведской интервенцией и социально-экономическим кризисом, так и современное переломное время «лихолетье» стало временем труднейших испытаний и потрясений для народов СССР и России.

Моей любимой подруге Зое Дмитриевне Боголюбской многое пришлось пережить в эти трудные годы. Она со мной не раз делилась пережитым и я написала этот роман на основе всего рассказанного ей. В действительности носит эта женщина совсем иное имя, так же как и друг её юности Данила Лемехов. По её желанию изменили мы и место действия романа, перенеся основные события в небольшой город Костромской области, Буй. Но где бы не жили основные действующие лица романа, но колея их жизненного пути была предопределена происходящими в стране событиями.

В эти годы развалился могучий и нерушимый Советский Союз, образовав ряд отдельных государств, на грани распада стояла и сама Россия. В результате шоковой экономической реформы большинство населения России впало в крайнюю нищету, в то время как небольшая его часть сумела захватить в свои руки несметные национальные богатства и стала незримо управлять страной. В России начались военные конфликты, самыми тяжелыми из которых стали 1-я и 2-я Чеченские войны. Смертность в стране по причине потрясений, бандитизма, войн, лишений и голода значительно увеличилась, а рождаемость катастрофически упала. Россия стала вымирающей страной.

У Зои Дмитриевны сложилось собственное, чётко определённое отношение к этому трагическому периоду, которое описано в этом романе. Но не надо смешивать переживания и мысли этой замечательной женщины с позицией и взглядами на события «лихолетья» других свидетелей вышеописанных событий, они могут кардинально отличаться.

Вчера они расстались. Данила смог довезти её до автобусной станции. Было страшно об этом подумать, но казалось Зое, что видит она своего брата в последний раз. Уж очень плох он был: землистое лицо с разлившейся вокруг губ синевой, надсадный кашель, неуверенная шаткая походка. Хоть и старался он по-гусарски храбриться, но не удавалось ему скрыть свою слабость и боль.

Да и она сама была не намного лучше, прокатился каток судьбы по ним обоим. Совсем её братишке было худо и она ничем не могла ему помочь. Сознавать это было отчаянно тяжело. Хотелось не выпускать его руки из своей, находиться неотлучно рядом, выхаживать час за часом, день за днем, и вытянуть брата из этой глубокой пропасти, в которой он оказался. Но рядом с ним стояли теперь совсем другие, чужие люди и никому из них жизнь Данилы была не дорога так, как ей, и пробиться через эту стену казалось ей не под силу.

Изменить что-либо было невозможно, слишком трудные испытания выпали на их долю, не в меру тяжелые удары судьбы пришлось им вынести… Кто-то вспоминал о перестройке конца 80-х и о лихих 90-х годах, но для Зойки и Данилы, как и для многих других их соотечественников слилось всё это время с 1985 по 1999 годы в одну черную полосу потерь и потрясений, в пятнадцать лет лихолетья. И стояли они теперь опустошенные, оглушенные и искалеченные, как после атомного взрыва длиною в пятнадцать лет, и ни во что уже не верили, ничего светлого впереди не ждали. Еще не старость, но жизнь подошла к концу.

А позади была общая, полная надежд юность, и хотя позднее разбросало их по разным городам и весям, и долго они жили в разных мирах, но всегда знали, кто и чем дышит, и что с каждым происходит. Как будто с самого начала и до конца были их жизни связаны неразрывными прочными узами…

Данила Лемехов, или, как его любовно называли домочадцы, Даня, Данька, Данилка, родился и вырос в маленьком городке Буе Костромской области.

Этот город известен очень давно и, как всякий старинный город, имел свою неповторимую историю. Он расположен в Верхнем Заволжье на левом берегу реки Костромы при впадении в неё реки Вексы. Совсем рядом с Буем обнаружены два древних поселения времен неолита, причём первое из них Векса-8 относилось аж к VI–V тысячелетию до н. э., а второе «Векса-10» к III–II тыс. до н. э. Археологи в этих местах раскапывали во множестве предметы, указывающие на существование здесь древних людских поселений – керамику, наконечники стрел, орудия труда и т. д[1][2].

Старинная Никоновская летопись рассказывает о том, как в январе 1536 года «били челом и великому князю и его матери из Костромского уезда волость Корега, Ликурга, Залесье, Борок Железный, чтобы государь пожаловал, велел поставити город того ради, что тамо волости многие, а от городов далече. И князь великий и мати его великая княгиня велели поставити на Кореге Буй-город»[3]. Историки полагают, что построение крепости в эти далёкие времена было вызвано необходимостью защитить восточные рубежи Русского государства от набегов казанских татар, мордвы и черемисов. Однако через двадцать лет после постройки, в 50-х годах 16-го века, город Буй потерял военное значение, ведь Казань была взята и набеги прекратились. Но пожалованный город продолжал жить и расстраиваться, несмотря на то, что располагался он всего в 40 верстах от древнего Галича. В Буй по повелению Бориса Годунова сослан в 1587 году знатный воевода, князь Андрей Иванович Шуйский, и здесь же он по приказу царя был через два года убит.

К концу 18-го столетия стал Буй уездным городом, а во время екатерининской административной реформы был составлен городской план, предусматривающий строительство девяти главных улиц, отходивших от центра города. Большинство жителей в это время время представляли мещане, то бишь крестьяне, занимавшиеся каким-либо ремесленным промыслом – гончарным, скобяным, кожевенным, валяным, шерстяным, малярным, кузнечным, маслобойным и т. д. В конце 19-го века здесь открылись и стали процветать винокуренный и лесодобывающие предприятия, и следствием этого стал рост численности городского населения. Винокуренный завод А. Ф. Кудрявцева силами всего 40 работников производил ежегодно около 600 тысяч литров водки, причём замечательно высокого качества. Эта знаменитая водка производилась на основе мягкой болотной воды и находила сбыт во многих русских городах, даже в столицах, Москве и Петербурге. Владельцами местных лесообрабатывающих предприятий были известные во всей России представители дворянского рода Сипягиных, а также В. П. Пухов и Н. С. Яковлев. Завод «Хвоя» принадлежал предводителю дворянства Буйского уезда и главе уездной земской управы Андрею Васильевичу Перелешину, который, как и многие другие представители высшего сословия, был в годы революции расстрелян.

Расцвету города способствовало строительство в начале XX века железнодорожного пути из Петербурга и Вологды на Вятку и далее в Сибирь, северной ветки Великого Сибирского пути. Впервые поезд со станции Буй до древнего Галича отправился в ноябре 1906 года и с этого времени превратился Буй в узловую железнодорожную станцию[4]. После революции 1917 года население города постоянно увеличивалось, как в связи с расширением железнодорожного сообщения, которое было проведено по железнодорожному мосту через реку Кострому, так и по причине включения в чёрту города новых поселений[5].

В годы Великой Отечественной войны почти всё мужское население Буя, более пятнадцати тысяч буевлян ушли на фронт и половина из них не вернулась домой. Многие же из тех, кто всё-таки вернулся, пришли домой раненными и покалеченными. Отец Данилы, Иван Васильевич Лемехов воевал на Ленинградском фронте, был тяжело ранен уже в первые месяцы войны и вернулся домой без ноги.

Данька появился на свет в трудные послевоенные годы, мать его была учительницей математики в средней школе, а отец, несмотря на увечье, трудился механиком на местном деревообрабатывающем предприятии. Мать Данилы, Антонина Павловна отличалась сильным, волевым, непререкаемым характером, а отец, Иван Васильевич был человеком добрым, мягким и обладал редким природным обаянием. Есть такие люди, которые при встрече, и всем своим обликом и манерой общения и словами ими сказанными, вызывают невольное сочувствие, симпатию, любовь. Вот таким необыкновенным человеком был Иван Васильевич, и к тому же был он внешне красив особой, благородной красотой. Рассказывали, что мать его ещё до революции служила горничной в барском доме, а потом её спешно выдали замуж за местного гончара, а тут и Ванюша народился. Ходили в городе слухи, что был Иван Васильевич незаконнорожденным дворянским отпрыском, во всяком случае его внешность и манеры невольно наводили на такие мысли.

Данила с детства обожал своего отца и побаивался властной, решительной матери. Подрастающий паренек всё больше лицом и фигурой походил на отца.

Был Буй известен своими старинными историческими памятниками – крепостным валом XV–XVII веков, и более современными постройками: церквями, Благовещенским собором, зданием Дворянского собрания, ансамблями станции Буй и главного локомотивного депо начала XX века.

Был город по-своему красив, но Данила Лемехов считал Буй провинциальной глушью, «деревней» и всей душой стремился перебраться в одну из столиц, в Москву или Ленинград. Он мечтал окунуться в шумную жизнь большого города, только там рисовал он себе мысленно картины своего блистательного будущего. Были у него большие планы и решил он после окончания школы поступать в Московский авиационный институт, который был ведущим высшим учебным заведением по подготовке инженеров авиационной и космической техники.

Зоя Боголюбская и Данила Лемехов были двоюродными сестрой и братом, к тому же погодками. Девять месяцев в году жили они порознь, каждый в своем мире, Зоя – в Москве, а Данила – в Буе, но каждый год на летние каникулы отправляли родители Зойку к бабушке в Буй, и вот эти три месяца они с Данилой практически не расставались. Съезжалась к бабушке тогда вся большая семья, её четыре дочери со своими мужьями и детьми. Внуков у бабушки было семеро, эти веселые ребята всё лето проводили в играх, шумных баталиях, походах в лес и на речку. Любимой игрой Зойки и Данилы была «дочки – матери», причём они сами играли роль мам или пап, а их «детьми» становились любые старые раздрызганные игрушки – пупсы, потрепанный плюшевый мишка, кукла с разбитым носом, или даже утиные лапки. Иван Васильевич часто ходил на охоту, набьет он уток, разделает их, а лапки утиные доставались детворе. Зойка с Данилой поселяли своих «детей», эти утиные лапки в щели между дровами в поленнице, ходили друг к другу «в гости», угощали своих детей «рыбой» – древесной трухой и «кашей-малашей» – песком перемешанным с водой, или пекли им «оладушки» – это были высушенные на солнце лепёшки из той же «каши-малаши». К великому огорчению, вынуждены были дети и внуки к осени разъезжаться кто куда, а потом весь учебный год с нетерпением ждали нового лета и поездки в Буй к любимой бабушке.

С самого детства крепко сдружились Зойка и Данила и стали на всю жизнь близкими людьми. Зойкина родная сестра Ольга была значительно её старше, а младший брат Данилы Васька ещё в детский сад ходил, они же двое подходили идеально друг другу по возрасту, темпераменту и характеру. Что бы там не говорили, но сходятся, могут понять друг друга до конца лишь люди близкие по своему душевному складу, а Зоя и Даня были во многом схожи – оба мягкие, нерешительные, добрые, послушные, прилежные, одарённые, мечтательные. Хотя в основе их характеров таились большие различия: Зойка была человеком идеи, она ставила перед собой высокие цели и стремилась во что бы то ни стало их достичь; Даня же был человеком более приземленным и предпочитал далёким возвышенным целям повседневные радости.

Они в один и тот же год закончили школу, Зоя – одиннадцать классов в Москве с золотой медалью, а Данила – десять классов в Буе – с серебряной. В этот год в результате образовательного эксперимента Первого секретаря ЦК КПСC Н. С. Хрущева во всех школах Советского Союза образовался двойной выпуск, не только из одиннадцатых, но и из десятых классов. В результате этого в высшие учебные заведения устремилось небывалое количество абитуриентов и почти во всех институтах возникли безумно высокие конкурсы. Медалисты, какими были Зоя и Данька, имели право поступать в институт в отдельном потоке и быть зачисленными при условии отличной сдачи профилирующего экзамена. Но это было слабым утешением, ведь и медалистов в ведущие институты в этот год поступало по пять-шесть человек на одно место.

Данила, как и мечтал, подал документы в Московский авиационный институт (МАИ), а Зоя, поддавшись уговорам своей матери, решила поступать в 1-й Московский медицинский институт им. Сеченова (1-й МОЛМИ). Дане сразу же не повезло, он не смог сдать профилирующий предмет – математику на «отлично», получил лишь «хорошо». Пришлось ему продолжать поступать в общем потоке. Он сдал успешно все экзамены, но по конкурсу всё-таки не прошёл, проходной балл в том году был небывало высоким. Во всех высших учебных заведениях ребятам давались известные преимущества при поступлении в сравнении с девушками, именно на них делалась ставка, считалось, что из парней удастся выпестовать специалистов, которые поедут по распределению в отдалённые края нашей необъятной Родины, а девушки чаще оседали в больших городах и посвящали себя семье. Однако и это поступить Даниле не помогло.

Данила и его мать заметались, запаниковали, он бросился поступать на вечернее отделение, и там неудача! Но, к счастью, с теми же баллами Даня был зачислен на заочное отделение МАИ. В свою «деревню» Буй он возвращаться не захотел, решил остаться в Москве, и стал подыскивать работу, которая бы давала лимитную прописку и была обеспечена общежитием.