Читаем Лифтофобия (СИ) онлайн бесплатно

====== Глава первая – Повелитель мук ======

Эх, если бы с утра мне кто-нибудь сказал, что через несколько часов я буду заперт в лифте с только что жёстко отжарившей меня девушкой, алкоголем и пауком…

Впрочем, давайте обо всём по порядку:

Зовут меня Лёша, мне двадцать лет, и я вроде как пытаюсь нормально учиться в универе без прогулов, после серии и без того безумных тус.

Величайшая ошибка – это не судить о людях по внешности, так говорил Оскар Уайльд, да, так что вам, наверное, крайне интересно, что я в этом плане за фрукт, да?

Да ничего особенного тут нет:

Я представлял собой самого обычного высокого парня с бледным, но привлекательным лицом, на котором всегда выделялись мои выразительные карие глаза.

Свои чёрные волосы, следуя подхваченной уже в универе мнимой моде, я любил укладывать в чёлку.

В общем-то, я даже был немного подкаченным – наверное, это и объясняло определённую мою популярность у противоположного пола.

И, как вы уже могли догадаться по моим этим «заумным изречениям», я студент филологического факультета.

Даже не знаю, что мною двигало, когда я пошёл туда.

Наверное, то, что я очень любил книги – даже сидел в читальном зале библиотеки вместо уроков, а потом подделывал справки – а ещё то, что лучшие мои оценки были по литературе, а мои сочинения даже зачитывали перед другими классами.

(И тут в моей голове пролетает флешбек замечательной школьной жизни, когда на уроке литры меня подзывает сидевший сзади меня хулиган, и просит шёпотом «Дай списать, иначе разобью ебало после уроков»)

Но потом начался универ, и все мои достижения сошли на нет, потому что…

Потому что…

А хороший вопрос.

Потому что тусы, тусы, прогулы, какая-никакая популярность, и я как могу стараюсь прожигать студенческую жизнь, потому что лучше момента не будет.

Но всё это было раньше – теперь, весной второго курса, я принял решение, что оставлю всё это разгильдяйство в прошлом, а сейчас буду учиться, учиться, и ещё раз учиться, как завещал один коммунист.

Для убеждения всех вокруг, и в особенности себя самого, в своих благих намерениях, я даже решил поучаствовать в литературной конференции.

Ничего не могло порушить моих планов.

Так думал я, пока сегодня, в день конференции, не умудрился проспать…

– БЛЯ! – С этим высокоинтеллектуальным выкриком я и свалился с кровати, одновременно и пытаясь выпутаться из одеяла, и, хлопая ресницами, осознать реальность происходящего, и молясь, чтобы не было ещё слишком поздно.

Как можно быстрее напялив на себя белую рубашку с чёрными брюками, чуть позже и деловые туфли, я, на ходу закидывая на себя сумку через плечо, рванул вниз по лестнице – лифты ненавижу, и не доверяю им.

Во дворе меня ждал новый облом – дело в том, что я живу в «новом» якобы приличном дворе, и, как я ни пытался бежать, но ворота в наш двор успели закрыться быстрее.

– БЛЯ! – Во второй раз вырвалось из моих уст.

Да почему сейчас-то, когда я так опаздываю…

Нет, времени не было, нужно было действовать более решительно.

Именно по этой причине я, после нескольких мнимых попыток сильнее ткнуть рукой по кнопке, и в очередной раз убедившись в тормознутости современных технологий, решил вспомнить все свои достижения на поприще физкультуры(которых не было), и запрыгнул прямиком на ворота, чтобы перелезть через них.

И что же вы думаете?

Когда я был уже на полпути, и животом упирался в ворота, они начали открываться.

– БЛЯ! – Уже в третий раз проорал я, причём в этот раз эмоциональнее всего, и для того был повод.

Что ж, Бог троицу любит.

Не хочу вспоминать весь тот позор, а ещё то, как я потом, мчась к остановке, чуть не наступил на дохлую кошку, и как в маршрутке какой-то алкаш буянил, из-за чего водитель отказывался его везти, в результате алкаш плюнул в него и убежал из маршрутки… но вскоре споткнулся, грохнулся в лужу, и был таков.

Однако вспомню, как чуть ли не летел в универ, лихо оббегая студентов, словно в какой-то компьютерной игре, но под самый конец, уже у дверей, умудрился налететь на своего друга Серёгу.

В результате чего мы оба растянулись на крыльце универа…

(Звуки грустного тромбона)

Да, Серёга был моим одногруппником, и представлял из себя карикатуру на современное общество – очень худой и ещё более высокий чем я, прям палка какая-то, а не человек, блондин с вечно недовольной рожей, который пребывает в пассивном, подавленном состоянии восемьдесят процентов времени, и вечно жалуется, что «вот раньше-то, в школе, было куда лучше!».

Наверное, частые пользователи интернета навесили бы на Серёгу ярлык каноничного бумера.

Мы с ним особенно подружились в октябре самого первого курса, на паре по информатике.

На тот момент уже почти все мои одногруппники поняли, что я ставлю тусовки превыше учёбы, и ждать от меня невесть чего точно не стоит, как даже и того, что я буду ходить на пары.

Поэтому на парном задании никто со мной не сел.

А вот опоздавший на минут десять Серёга сел за мой, единственно-свободный пустующий ряд, и, когда он спросил, что надо делать, я тут же ответил:

– Да нас по группам распределяли для парных занятий, сказали, ты со мной будешь.

И хоть в тот момент Серёга и скорчил крайне недовольную рожу, но с заданием он справился за нас обоих, и я решил в долгу не оставаться, и садился с ним каждый раз, когда приходил на пары… и каждый раз списывал…

Но вы не подумайте, что это какая-то там односторонняя дружба, я его иногда звал на свои тусы, где он сидел где-то в стороне и жаловался редко подсаживающимся девушкам, что у него нет друзей.

В общем, веселуха.

– Блин, я на конференцию ещё не сильно опоздал? – Впопыхах спросил я сегодня, поднимаясь после этой одновременно и нелепой и кринжовой сцены.

(Постарался не обращать внимания на хихикающих неподалёку студенток)

– А, ты ж конфу не читаешь, да…, – лениво протянул Серёга, поднимаясь с таким видом, будто и не хочет делать этого вовсе.

Это правда – у меня две тысячи непрочитанных сообщений в конфе нашей группы, но я и это собираюсь исправить!

Короче говоря, произошла заминка, из-за которой конференцию передвинули на следующую пару.

Заминку эту звали Владимир Владимирович, самый бесполезный препод по самому бесполезному предмету, который настоял на том, что мы не должны пропускать пару из-за какой-то там конференции.

Он был самым скучным преподом, каким только можно было бы стать, этот противный мужичок в синем костюме, со сверлящим каждого студента взглядом, вылезающими наружу зубами, больше походившими на клыки, и смешным носом картошкой.

Поэтому сейчас, на теории литературы я боролся с диким желанием уснуть, пока Владимир Владимирович максимально монотонным голосом говорил:

– Теория происхождения языка тюркских народов особенно интересна тем, что в них встречаются греческие буквы, и ещё числа походят на римские.

Вау, как интересно…

Достойно, по меньшей мере, одного зевка.

Но зря я это сделал, ведь Владимир Владимирович каким-то сверхзрением тут же углядел меня на заднем ряду, между Серёгой и местным фриком Антоном, и задал мне вопрос про тюркские письмена.

Я промолчал, и этот микроб, будто оного и ожидавший, тут же рассмеялся и с довольным видом проговорил:

– Вот что бывает, когда не учишь предмет. Когда ни к чему не стремишься. Сам уровнем интеллекта походишь на тюрка! Поздравляю, двойка.

– Но я просто к конференции готовился сегодняшней, – попытался оправдаться я.

– То есть поставил конференцию превыше всего, в особенности собственного будущего? Что ж, это похвально, и заслуживает… думаю, ещё одной двойки.

– Но!

– Третья двойка! – Тут же перебил меня Владимир Владимирович, – и за каждое новое слово будет ещё двойка, этого ты хочешь?

Стиснув зубы от ненависти к этому уроду, я просто сел.

– Кто тебе разрешал садиться? Четвёртая двойка!

Тут я уже просто готов был взорваться от гнева.

Да что он… да что за… да даже слов не было!

Но пришлось встать, чтобы не утонуть в своих двойках.

Владимир-сука-Владимирович довольно заулыбался, после чего произнёс:

– Вот теперь садись. А ответит на его вопрос Мария.

Наша местная зубрила Маша встала и начала тараторить какую-то жутко невыносимую чушь про тюркские письмена, пока я сидел и размышлял – где это вообще может пригодиться в жизни?

Похоже, я и впрямь выбрал не ту специальность.

Но вслед за этим Владимир Владимирович вновь докопался до меня:

– А теперь повтори за Машей.

– Ну… не знаю…, – честно ответил я.

Да как такое вообще повторишь, она прям как ведущая шоу «Самый умный» за минуту громадный текст протараторила.

– Поздравляю, у тебя комбо – пять двоек, – ликующе пропел препод.

Кажется, скоро придётся организовывать чьё-то убийство…

***

На перемене перед конференцией мы вышли покурить вместе с Серёгой и ещё одним моим другом Лео.

Лео учился со мной на одном потоке, мы с ним часто вместе ходили на тусы, а ещё это был тот ещё кадр, будто из фильма комедийного вылез…

Он походил на гнома, невысокого роста, в брекетах, с глуповатым выражением лица, и вечно несёт какую-то чушь.

А ещё он, кажись, думал, что живёт в Америке – судя по его синему жакету с надписями, как у американских старшеклассников, и странные джинсы с подворотами.

(Для полноты картины тебя бы в школьном шкафчике закрыть)

Жил Лео тем, что тусил или же смотрел сериалы и дрых до обеда.

Справедливости ради, он хорошо играл на гитаре, и даже ходил на набережную, где практиковал свой скилл, играя за деньги.

Пожалуй, его нелепые попытки закурить сигарету и кашель вслед за этим – единственное, что могло помочь уйти моему подавленному состоянию после пары гандона Владимировича.

А сейчас же ещё эта никому ненужная конференция будет, на которой мне выступать.

Я даже толком не читал свою скачанную из интернета статью с якобы свежим взглядом на мир Мастера и Маргариты.

– Парни, извините, у вас сигареты не будет? – Отвлёк меня от неприятных размышлений женский голос.

(С этого-то, пожалуй, всё по-настоящему плохое и началось)

Развернувшись, я охуел.

Вот честно.

Перед нами стояла по-настоящему «топовая тёлка», как сказал бы Димас из моей группы – высокого роста брюнетка с длинными и приятными на вид волосами, очень красивым лицом и грудью третьего размера.

Заинтересованный и немного загадочный взгляд на её слишком идеальном лице таинственным образом притягивал и не отпускал, как будто это была какая-нибудь медуза Горгона.

Но нет, спешу вас разочаровать: у неё были самые обычные зелёные глаза, и никакими змеями там и не пахло.

(Хотя, может, она и та ещё змеюка, умело привлекающая мужское внимание, но это скорее результат естественной красоты и умелого макияжа, а с мифологией ни на грош не связано)

Тёлка была одета в одно лишь короткое облегающее и увесистое чёрное платье, выпячивающее и большую грудь, и талию, и задницу брюнетки, и обрывавшееся немного ниже этой самой задницы.

Снизу платье было слегка размашистым.

У него(платья) были короткие рукава, обличающие довольно крупные руки; туфли же девушки были такого же тёмного оттенка чёрного цвета. Кажется, это и создавало дополнительный эффект чего-то яркого...

Знаете, есть такие тёлки, по которым сразу бросается в глаза их элегантность и умение держаться в обществе?

(Глядя на таких, непроизвольно представляешь, как жаришь их, словно сучек... но зачастую это остаётся сокровенной тайной тебя и твоего интернет-провайдера)

Брюнетка стояла ровно, выпрямившись, скрестила руки на груди и согнула чуть вперёд свою крупную гладкую ножку.

Обрати на себя её внимание, срочно обрати на себя её внимание!

– Курить вредно вообще-то, – в стёбной манере отметил я.

– Переживу вообще-то, – чуть ли не мгновенно ответила она мне.

Серёга же, этот бабораб, тут же быстро потянулся в карман за пачкой сигарет.

– Благодарю, – мило улыбнулась ему брюнетка, – а вы, ребята, с филологического?

– Ну да, да, – посыпалось со всех сторон.

Даже Лео, похоже, зачарованный её обаянием, вместе со всеми сказал “да”, не переставая улыбаться как дебил.

Под давлением наших взглядов он, конечно, издал вздох и признался:

– Ну я нет вообще-то.

– Слышала, у вас сейчас конференция, – как ни в чём не бывало отреагировала девушка.

– Да, и я в ней даже участвую, – лениво протянул я, пытаясь привлечь особое внимание к своей персоне посредством умеренного безразличия.

– И на какую тему?

– Про Булгакова читать буду, – не сменил я интонацию, – всякую ерунду про Воландеморта и его свиту.

Девушка в ответ усмехнулась.

– Ну, во-первых, он Воланд, во-вторых, ты бы лучше пошёл подготовился, курить-то вредно.

Колко, как ей, видимо, казалось, отметив это, девушка развернулась и зашагала в сторону универа.

Я невольно поморщился, глядя ей вслед.

Хоть я и не посчитал её ответ сколько-нибудь остроумным, всё равно на душе осталось какое-то неприятное ощущение.

– Жопа у неё, конечно, ничё, – сказал я вслух, чтобы не казалось, будто меня сейчас унизили, и что меня это задело.

Но самый нонсенс был уже на самой конференции.

Стою я, никому не мешаю, читаю свой доклад настолько быстро, насколько это возможно, чтобы точно никто ничего не разобрал, даже самому неинтересно, потом препод спрашивает, есть ли у кого-нибудь вопросы, и вдруг…

– У меня есть, – поднимается рука где-то в левом ряду.

Сначала я не увидел, кто это, потому что обладательницу женского голосочка перекрывал дылда Димас из моей группы.

Но затем…

Затем поднялась та самая девушка, и у меня просто сердце в пятки ушло как от страха, так и от злости.

Вот как после такого меня просят разговаривать в жизни без мата?

Девушка же начала «наезжать»:

– Как, исходя из Вашего доклада, читателю стоит оценивать внутреннее состояние каждого из членов свиты Воланда? И кто конкретно из них, в таком случае, является наиболее человечным?

Чё она только что спросила?

Ладно, короче, я был готов к такой ситуации, и сразу дал себе установку – дам какой-нибудь неоднозначный ответ, в школе такое всегда прокатывало.

– Ну-у…, – начал я тянуть слова, – на самом деле достаточно интересный вопрос, на который хоть так сразу и не ответишь… это… довольно неоднозначно… там… Бармаглот…

– Бармаглот? – Громко переспросила девушка, чуть ли не хихикая, – может, всё-таки Бегемот?

– Ну да, да, Бегемот…

В аудитории раздались смешки, что отразилось на моей уверенности.

Слова начали путаться, и прежде чем я успел собрать их воедино во что-то логичное, девушка снова перебила меня:

– Похоже, ответа у Вас нет. В таком случае, я могла бы сама постараться опровергнуть эту точку зрения.

– Да пожалуйста, – тут же отозвался, похоже, не слишком-то верящий в меня преподаватель.

Эта сучка встала рядом со мной и уверенно начала что-то говорить всей аудитории, прямо как греческие ораторы, пока я стоял рядом и сгорал со стыда…

Мы с Серёгой пораньше ушли с конференции, и теперь сидели в университетской столовке вместе с ним и Лео.

Настроение было просто дно.

Весь день сплошные лажи…

И откуда эта дура только взялась? На подъёб во дворе, что ли, так обиделась?

– А ты ей ещё сигарету дал, – процедил я сквозь зубы, напоминая Серёге про его косяк.

Он лишь виновато пробурчал что-то себе под нос.

Хотя даже не сомневаюсь, если она попросит, он ещё раз даст, а может даже и всю пачку.

– Вот, зато можем бухнуть теперь, – Лео вытащил из своего рюкзачка полторашку пива и протянул мне.

– Клёво, – выдавил я из себя.