Читаем Лифт онлайн бесплатно

Крайнев, Турусов, Филалей, Гвоздецкий — Молодые, по нынешним понятиям, люди, интеллигентные, лет около тридцати. Служат, вероятно, вместе, в каком-то заведении.

Анечка — девица лет двадцати, лаборантка или секретарь-машинистка.

Фуксов — по-видимому, начальствующий над вышеназванными.

Именинник — он же — хозяин квартиры, кажется, сослуживец вышеназванных.

Финкельштейн — думается, что он приятель и сослуживец вышеназванных, впрочем, его нет, он уехал в Израиль (в Штаты).

Представитель вышестоящих организаций — не исключение, что его тоже нет, никто не знает, есть он или его нет.

Прочие — скорее всего, сослуживцы вышеназванных, они же впоследствии — гости.

Лифтерша — ее наверняка нет, слышен только ее голос.

Техник-смотритель.

Инвалид-пенсионер.

Местный хулиган с подругой.

Вредные тетки.

Местный интеллигент-философ. Местная активистка. Добрая фея.

Униформисты — в отличие от обычных униформистов, они принимают активное участие во всех развертывающихся событиях (собраниях, погонях, битвах, свадьбах и т. д.), так что это не просто выпущенные из-за кулис служители сцены, но также и духи театра (они же — гении театра, демоны театра), они разнополые, одеты кто во что горазд (клифты, смокинги, лапсердаки, трико, ночные рубашки и т. д.). Кроме вышеназванных, у них есть и еще одна ипостась. Какая — выяснится к концу пьесы.

На сцене виток лестничной клетки жилого дома. В пролете — тросы лифта. Время от времени с грохотом и воем включаются лифтовые моторы. Маслянисто поблескивая, ползут тросы. Доносятся и прочие бытовые шумы: где-то отворяются или затворяются двери, со стуком и звоном осыпается что-то по мусоропроводу, кто-то, шаркая, опускается по лестнице, громко с кем-то здоровается. Откуда-то сверху доносится шум веселого сборища, нестройное хоровое пение.

Внизу хлопает дверь парадного. Гулко раздаются возбужденные голоса (женский, остальные — мужские).

(Здесь и далее, как в комедии делъ арте, конкретные реплики не имеют значения, каждый порет, что ему заблагорассудится.)

— Ну вот наконец-то доехали А все ты Филалей с тобой свяжешься А я при чем А кто же Надо мне было с ними ехать Ну и ехала бы А как ты с ними поехала бы когда их уже в машине пятеро было Ладно кончайте какая у него квартира Вот Вот слышите наши уже гуляют а мы еще дурака валяем Гуляют Наш именинник по-моему второй день гуляет Ну и что что второй день а как сегодня выступил на собрании Да отдуплился хорошо Герой Да орел Неформальный лидер ничего не скажешь Обычные интриги зря мы в это ввязались Какой у него этаж-то А что я помню Вызывай лифт Да лифт-то уже здесь Давай Анечка Леди ферст Нет я где-то читала что в лифт мужчина должен войти первым Ух крепко опоздали А ведь говорят был и представитель И все из-за этого проклятого Фуксова Осторожней торт не помни Зря обидели человека Эй тихо ты бутылки не разбей Ой какие вы все толстые Крайнев а ты еще боксом занимался Позор Это от сидячей жизни Эх а где же теперь наш Финкелыптейн Эй ты куда пятым можно только вчетвером прочти объявление Еще чего доедем Конечно останься подожди Сам подожди Гвоздецкий ну и здоров же ты Давай подожмись втяни живот А насчет представителя вышестоящих никто так ничего и не знает Их там много было Осторожней друзья у меня все же больные почки Да повернись ты боком Ой убери локоть Я этого вашего Финкельштейна терпеть не мог Нажимай на кнопку не на меня Пошел

Вновь грохот лифтовых моторов. Движение тросов. Из лифта Анечкин голос: Мы едем едем едем в далекие края, хорошие соседи, веселые друзья!

Появляется лифт. Он представляет собой некое подобие корзины старинного воздушного шара. Размахивая руками, пятеро в лифте поют хором:

— Нам весело живется, мы песенки… Ай!!! Ой!!!

Посередине пролета лифт вдруг дергается и останавливается. Несколько мгновений полная тишина.

АНЕЧКА. Ну вот, застряли. Я же говорила.

ТУРУСОВ. Да нет, уже приехали. Крайнев, открывай дверь.

КРАЙНЕВ (пробуя открыть дверь). Нет, похоже, что застряли.

ГВОЗДЕЦКИЙ. Действительно застряли. Вряд ли это полезно для здоровья.

ФИЛАЛЕЙ. Ничего, нажми кнопку верхнего этажа.

Крайнев нажимает кнопку. Слабое зудение моторов, но лифт не двигается.

ФИЛАЛЕЙ.А теперь — нижнего.

Опять только зудение.

ТУРУСОВ. Нажми еще, нажми еще. Ты плохо нажал. КРАЙНЕВ. Ха-ха-ха! Сам нажми! Турусов протискивается к кнопке.

АНЕЧКА. Ой, осторожно вы! Не трясите лифт, оборвемся!

Турусов замирает.

КРАЙНЕВ. Ха-ха-ха! Наоборот, надо попрыгать. Там что-нибудь заело. Филалей, прыгай!

Прыгают вместе. Лифт трясется и раскачивается.

ТУРУСОВ С АНЕЧКОЙ (хором). Прекратите! Прекратите! Вы что, с ума сошли?!

ФИЛАЛЕЙ. Подожди. Давай еще раз попробуем. Дай-ка я. Отожми, отожми ее немножко, а я упрусь ногой. Давай. А ну еще давай! (Натужно). Давай-давай!.. Эх, нет, не получается. Фу, жарко.

ГВОЗДЕЦКИЙ.И правда, очень жарко. А мне через пятнадцать минут надо принимать лекарство.

АНЕЧКА. Да, очень душно. Помнишь, когда мы с тобой были в Сухуми…

ГВОЗДЕЦКИЙ (встревожено). Хм-хм…

КРАЙНЕВ С ФИЛАЛЕЕМ (насмешливо). Хм-хм…

АНЕЧКА. Ой-ой, скажите, пожалуйста, хмыкают. Да я про это и думать забыла. Так только, к слову вспомнилось, тоже мне. Вон, лучше лифтершу вызывайте.

ТУРУСОВ. Да-да! Вызывайте лифтершу!

ГВОЗДЕЦКИЙ. Конечно, друзья! Как эта простая, в сущности, мысль не пришла нам в голову раньше? Нажми кнопку вызова.

ФИЛАЛЕЙ. Анечка, смотри-ка, и у тебя бывают умные мысли.

АНЕЧКА. А ты думал!

КРАЙНЕВ (нажимает кнопку и кричит в микрофон). Алло, алло! Лифтер! Мамаша! Ответа нет.

ФИЛАЛЕЙ. Эй, дежурная! Как вас там? Дорогая! Вот черт! Молчит.

АНЕЧКА. Дайте я попробую. Тетенька-а-а!

ФИЛАЛЕЙ. Да, может, это дяденька. Дяденька-а-а! Спит, наверное, скотина.

Внезапный щелчок и надтреснутый грубый бабий голос, как из подземелья.

ЛИФТЕРША. Кто вызывал?! Кто вызывал?!

ВСЕ (наперебой). Мы, мы вызывали!

ЛИФТЕРША. Кто?! Кто?! Подъезд какой?!

ВСЕ. Третий, третий! Застряли между восьмым и девятым!

ЛИФТЕРША. Почему застряли?!

КРАЙНЕВ.А мы почем знаем почему?!

ЛИФТЕРША. Сколько вас?!

ТУРУСОВ. Пятеро, пятеро!

АНЕЧКА (шепотом). Дурак! Зачем сказал!

ЛИФТЕРША. Ах, пятеро?! Вы что же, правилов не знаете?! Читать не умеете?! Первый раз на лифте ездиете?! Впятером набились?! Лифт спортили?!

К РА Й Н Е В. Ну впятером, впятером. Открывай скорее!

ЛИФТЕРША.Ав правилах сказано, чтоб только вчетвырех!

КРАЙНЕВ. Да черт с ними, с твоими правилами! Открывай!

ЛИФТЕРША. Ах, черт с моими правилами?! Сам черт! Черт лысый, черт! Да я тебя!.. Я вас!.. Я тебе покажу, что такое правила! Весь день сидеть будете! Милицию позову! Правила не сполнять! Фулиганье проклятое! Черти!

ФИЛАЛЕЙ. Мамаша, хватит! Чего там! Ошибка вышла!

ЛИФТЕРША.Я тебе покажу «ошибка»!

К РА Й Н Е В. Да ты знаешь, с кем говоришь! Да я тебя!

ЛИФТЕРША. Ах так! Совсем не выйдете отсюдова! Не выпущу-у!

АНЕЧКА. Тетенька!..

Щелчок. Микрофон наглухо замолкает. Пауза. Все обескуражены.

ТУРУСОВ (ошеломленно). Вот видишь, что ты наделал! Она сказала, что совсем не выпустит нас отсюда! Нельзя было так с ней разговаривать!

КРАЙНЕВ. Что-о?! Я же еще и виноват?!

ТУРУСОВ. Конечно, ты.

КРАЙНЕВ.Аты зачем ей сказал, что нас пятеро?!

АНЕЧКА. Конечно. Кто тебя за язык тянул?!

ТУРУСОВ.Я сказал правду!

КРАЙНЕВ. Благородно, благородно.

ТУРУСОВ. Кстати, это именно ты влез пятым.

ФИЛАЛЕЙ. Уж если говорить правду, то последним влез я. А вообще-то, какая разница!

ГВОЗДЕЦКИЙ. Друзья! Не будем ссориться. Добрая женщина скоро сменит гнев на милость и откроет нам дверь. Кроме того, она ведь наверняка по инструкции несет ответственность, если долго не открывает двери застрявшим.

КРАЙНЕВ. Ладно, подождем. Хорошо хоть у нас с собой есть что выпить. Проведем время с пользой.

ТУРУСОВ. Нет-нет! Ни в коем случае! Здесь пить нельзя! Она может вызвать милицию!

КРАЙНЕВ. Ты что, спятил?! Филалей, бутылки у тебя?! Витчиняй!

ТУРУСОВ. Не надо! Не надо!

АНЕЧКА. Это что, прямо из горла? А из вас никто… не это самое?..

КРАЙНЕВ. Анечка, будь спокойна. В случае чего у Гвоз-децкого есть знакомая лекарша.

ГВОЗДЕЦКИЙ. Хм, у меня, конечно, есть связи, но все же… Друзья, давайте лучше рассказывать анекдоты… Вот раз приходит больной к врачу…

АНЕЧКА. Ой, я так люблю анекдоты!

ФИЛАЛЕЙ (проталкивает пальцем пробку в бутылку). Сегодня и так уже анекдоты с самого утра.

Пьют с Крайневым и Анечкой из горлышка.

АНЕЧКА. Ой, портвейн! Я так люблю портвейн! А чем закусывать? Я без закуски не пью.

ФИЛАЛЕЙ. Закусывай тортом. Носом-то, носом не ешь!

АНЕЧКА. Ой, платье выпачкала из-за вас.

К РА Й Н Е В. А ты его сними.

АНЕЧКА. Нет, еще рано! Гвоздецкий, пей!

ГВОЗДЕЦКИЙ. Нет-нет, благодарю вас, не пью. Категорически противопоказано. У меня почки. Хе-хе! А кстати, что за анекдот вышел на собрании? Говорят, был бунт? Я, к сожалению, задержался, потому что был, как это ни смешно, именно у врача. Но уже, так сказать, с порога кое-что понял. Хе-хе-хе. Встретил в коридоре Фуксова, увидел, что он в растрепанных чувствах, попытался… хм-хм… расспросить о причинах, хе-хе, но он был невменяем. Воображаю, что там у вас творилось. Что, осудили Финкелыдтей-на?

ФИЛАЛЕЙ.Я особо не высовывался…

ТУРУСОВ. Ты оказывал моральную поддержку, и главное, что выступили единым фронтом! Это очень важно!

АНЕЧКА. А зачем Фуксова обидели? Нехорошие вы все.

ФИЛАЛЕЙ. Анечка, ты к нему неравнодушна.

АНЕЧКА. Скажешь тоже! Просто он хороший. Он меня на работу взял. Расспрашивает всегда. Ой, смешной же! Ухаживать совсем не умеет. Говорит: я бы, говорит, на тебе женился. Ха-ха-ха! Больно мне это нужно! А сам женат второй раз!

ТУРУСОВ (с отчаянной решимостью). А, черт с вами! Пропадать так пропадать! Дайте и я выпью!

КРАЙНЕВ. Сукин сын он, твой Фуксов. Подлец, интриган и бездельник.

ТУРУСОВ. Сейчас говоришь «сукин сын», а на собрании молчал.

ГВОЗДЕЦКИЙ. Говорите «единым фронтом», а тот молчал, тот не высовывался…

КРАЙНЕВ. Потому что все это ерунда! Только воду в ступе толочь! Вы сами не знаете, чего хотите.

ТУРУСОВ. Это почему же «воду в ступе толочь»?! Я, например, не могу молчать. Это безнравственно! Я знаю, чего хочу! Я, например, хочу работать, приносить пользу. А мне не дают этого делать!

КРАЙНЕВ. Врешь ты все! И кому пользу-то. Народу, что ли?

ТУРУСОВ. Да, если хочешь, и народу! К РА Й Н Е В. Очень ты ему нужен!

ФИЛАЛЕЙ. Не нравится мне всё это. Это всё интриги.

ГВОЗДЕЦКИЙ. Это почему же интриги?! Есть и святые вещи. Родина, например, это свято. Я осуждаю Финкель-штейна!

ТУРУСОВ. Нет, нам все равно важно было показать, что у нас есть свое лицо, свой характер.

КРАЙНЕВ. Ну и показал ты свой характер. Все равно никакого толку не будет.

ФИЛАЛЕЙ. Конечно, никто нигде ничего не делает. Посмотри, все только водку жрут и языком болтают.

ТУРУСОВ. А не хочу.

ФИЛАЛЕЙ. Ияне хочу, а что поделаешь. Женился бы на еврейке да уехал бы.

АНЕЧКА. Дураки вы все, зря только обидели человека.

ТУРУСОВ. Если так будет продолжаться, я подам заявление об уходе.

ФИЛАЛЕЙ.Я бы тоже с удовольствием подал заявление, только вот куда уйти, непонятно. А ехать я не хочу. В Америке еще хуже. Оттуда все пишут, что хуже.

ТУРУСОВ. Ая уйду! К чертовой матери, куда угодно, хоть в дворники!

ГВОЗДЕЦКИЙ. Ты что же, уйдешь из партии?!

ТУРУСОВ.Я когда вступал, думал, что-то еще могу сделать.

ФИЛАЛЕЙ (мечтательно). Хорошо бы всем сразу подать заявление.

КРАЙНЕВ. Это уже групповое дело.

ГВОЗДЕЦКИЙ. За это знаешь что бывает! При Сталине сразу бы расстрел!

ФИЛАЛЕЙ (Турусову). Но я все же не понимаю, чего ты-то так переживаешь? При твоих способностях давно доктором мог бы стать. Защитил бы диссертацию, вышел в другое измерение. А там дорога свободная.

ТУРУСОВ.А ты что же не защищаешься?

ФИЛАЛЕЙ. Я, видишь ли, тяжеловат на подъем. Мне нужно время. Но я-то защищусь, не сомневайся. Видишь, в партию-то я все-таки вступил. Если бы только мне палки в колеса не ставили.

ГВОЗДЕЦКИЙ.А вот мне палки в колеса никто не ставил и не ставит. Потому что я…

КРАЙНЕВ. Да бросьте вы, заладили одно и то же — диссертация, диссертация!..

ГВОЗДЕЦКИЙ. Тебе-то дядя всегда поможет.

ТУРУСОВ. Вот именно. А сколько ты за его спиной можешь отсиживаться? Ну, еще лет десять, а потом он выйдет на пенсию…

КРАЙНЕВ.Аяи без дяди на всех…

TУРУСОВ. Ну да, без дяди!

ГВОЗДЕЦКИЙ. Нет, это очень хорошо иметь крепкий тыл. Дядя уйдет на пенсию, а связи останутся.

ФИЛАЛЕЙ. Ничего, главное, что народ у нас подобрался дружный. В других местах еще хуже.

ГВОЗДЕЦКИЙ. Но все же поведайте мне, что конкретно произошло? А то я питаюсь лишь разрозненными сведениями.

ТУРУСОВ (изображая твердость и даже жесткость). А мы ему сказали, мы сказали, что так дальше продолжаться не может!!! И это в сущности именно так. Я рассматриваю нашу борьбу с ним как одну из конкретных форм борьбы интеллигенции за демократию! И за собственное достоинство! У тебя, может, его и нет, а у меня оно есть!

К РА Й Н Е В. Ха-ха-ха! Ха-ха-ха!

ФИЛАЛЕЙ. Эк, куда хватил!