Читаем Лев и монстр (СИ) онлайн бесплатно

Лев и монстр

Аннотация

Порой нам кажется, что ради спасения человечества мы способны совершить ужасный поступок. Так думал и молодой парень, когда добровольно согласился отправиться в логово самого монстра и стать его верным рабом. Но, что же делать, если монстр оказался не таким уж и страшным, а былая свобода пропитана немыслимым обманом?

Пролог

Я стоял перед свежим бугорком земли, где видны были следы от сапог. В горле застрял ком, глаза покрылись слезной пеленой, а тело онемело и, казалось, вросло на этом самом месте. Не в силах пошевелиться, я чувствовал, как всепоглощающая боль медленно касается каждой клетки моего сознания, навечно пробивая в сердце бездонную дыру. В голове все громче и громче росла мысль, подпитывая гнев - эти глупые ничтожества, не имеющие собственного мнения и достоинства, не преминули прийти и погнушаться над её могилой. Руки до боли сжались в кулаки и это немного вернуло меня в эту ужасную реальность, а потом и вовсе пришло осознание, которое толкнуло меня на грань отчаяния - “раньше и я был бы среди них, среди этих ничтожеств, каковым себя сейчас и чувствую”.

- Ублюдки, - я сглотнул ком в горле и, не обращая внимания на косые взгляды друга, поправил наклонившийся или, скорее всего кем-то уже сбитый, надгробный крест.

Глава 1

Слабый солнечный свет проник в мою камеру через маленькое окошко и осветил четыре грязные, мокрые и холодные каменные стены.

- Утро, - прошептал я сам себе и сел.

Это было уже четвертое утро, которое я встретил здесь - в городской тюрьме, но сегодня непременно все изменится. Я был в величайшем предвкушении от того, что уготовили мне мои палачи и мысленно уже потирал ручонки, ехидно улыбаясь. Это определенно стоило четырех дней почти без еды и соседства с крысами и тараканами.

Я попытался встать, но из-за сильного головокружения пришлось вновь опуститься на пол.

- Ладно, я подожду здесь, - сказал я и улыбнулся, когда через пару секунд по коридору раздался шум шагов.

- Заключенный, встать! - оглушающе прогорланил страж, открыв двери моей камеры, но побрезговав в неё заходить.

Я честно попытался встать, но земля вновь стала уходить из-под ног и я резко упал на то же место. Страж поморщился и позвал подопечных.

- Поднимите его и ведите за мной.

Меня вывели на свежий воздух и приказали раздеться. Хорошо, что на улице был уже месяц май, потому как банально еще и простудиться, просто никак не входило в мои планы. Кое как скинув с себя провонявшуюся одежду, заметил радом троих солдат с полными ведрами воды.

- Держись за решетку, иначе снова упадешь, - сказал один из них и выплеснул на меня первое ведро холодной воды.

Я последовал совету и приготовился наслаждаться местным душем.

Бр, холодная, а вдогонку рядом бросили кусок мыла. “Вот это сервиз!” - подумал я и намылился с ног до головы. Тут же последовало и второе ведро, а после команды развернутся - и третье.

Так, что ж, с водными процедурами у нас покончено. Следующую программу, пожалуйста мне!

А следующим шло стоять и молча обсыхать, так как полотенца, увы, было не положено. Ну, ничего, назовем это пятнадцатиминутной воздушной ванной. Может еще и загорю немного, хотя моей смуглой коже может позавидовать любой.

Пощурив немного на солнце глаза, понял, что скучал. Четыре дня неволи и ты уже страдаешь от неутолимой жажды солнечных лучей. Вдруг глаза затмила тьма!!! А! Нет, это мне в лицо кинули какую-то тряпку.

- Одевай, живее! - донеслось из стороны.

“А ничего так фасончик!” - серая мешковина грубого пошива легла к телу, как наждачка и с каждым шагом она, будто царапала и шлифовала кожу. Ни с чем не сравнимое удовольствие.

“Скажите, у какого портного вы заказывали данную модель?” - ему определенно нужно отбить желание шить. Эх, да и с размером не угадали, на мои метр восемьдесят похоже так ничего и не нашлось. Вот не вернусь я больше на ваш “курорт”, если вы меня сейчас же не удивите.

“Беру свои слова обратно!” - продолжал бредить мой уставший мозг. Такого уж я точно не ожидал: возле меня и того стража, который уже не так брезговал и даже придерживал меня под локоть, остановилась шикарная дипломатическая карета.

- Залазь, - меня впихнули в это чудо и, составив мне компанию, уселись напротив. - Едешь молча и тихо.

“Как скажете, господин начальник”, - продолжало молча шутить мое изголодавшее сознание. Вообще я понял, что самой большой пыткой для любого адекватного, но не лишенного чувства юмора человека, это пробыть пару дней в закрытом пространстве с самим собой. В мой первый день заключения я пытался абстрагироваться от внешней среды тюремной обреченности витающей в воздухе. И вроде даже получилось и, пожелав доброй ночи крысе, доедавшей мою похлебку, спокойно себе уснул. Второй день начался также хорошо, но уже к обеду я осознал, что успел перебрать в голове всю свою жизнь и разложить по полочкам все вопросы и выводы. Вспомнил родителей, которые ушли из жизни слишком рано, друзей, врагов и даже нашу собаку, которая ловила огромных серых крыс и приносила мне в комнату. Мои воспоминания навеяли некую грусть и я разозлился. “Ну, ты еще всплакни,” - сказал я сам себе и повел мысли в другое русло. Поэтому остаток того дня и весь третий день я придумывал 101 способ как можно убить человека, сделав ему при этом очень больно. Если бы за мной кто-то записывал, то можно было бы выпустить небольшой томик и разбогатеть.

Карету начало трясти. Очень долго трясло и, как только я решил представить, что это ни что иное, а массаж, мы резко свернули на гладкую, городскую дорогу. Сердце пустилось ускорять темп - скоро начнется и будет уже не до шуток. Хоть окна и были зашторены, но место прибытия я почувствовал сразу.

- У нас разрешение на въезд, - страж протянул свернутую бумагу в окно и нас тут же пропустили.

Все шло по тщательно спланированному сценарию, поэтому выйдя из кареты я даже не взглянул на прекрасные фасады Парламентского Дворца и с опущенной головой, подгоняемый стражем, вошел внутрь.

- Смотришь в пол и делаешь, что тебе говорят, - страж напоследок окинул меня каким-то уж чересчур жалостным взглядом, ну, на какой был способен и вышел, оставив меня в одном из шикарных кабинетов чиновника. В углу стояли двое мужчин и оценивающе меня разглядывали.

- Посмотри, он действительно смуглый. Явно в роду были норбы, - сказал тот, что повыше.

“Были-были, даже не сомневайтесь”.

- Так в этом же и вся прелесть задуманного. Ты представляешь, как взбунтует народ!? - радовался тот, что пошире.

- Но где вы его откапали?

- О, это еще один подарок судьбы, он преступник. Один из подпольных протестантов какой-то группы, - на это последовал громкий смех мужчин.

Да, я протестант и не какой-то там группы подпольных возбудителей закона, а самой известной и влиятельной под названием Голос народа. Вообще-то, я один из ее основателей, но им об этом лучше не знать.

- Давай ошейник, - толстун взял из рук товарища железный ободок, расстегнул его и направился ко мне.

“Это мне? Какая прелесть! Срочно хочу примерить!”

- А сработает? - засомневался высокий.

- Карл, обижаешь. Я лично у мастера заказывал, должно сработать, - и защелкнул на мне это прекрасное и неимоверно волшебное “ожерелье”.

Мужчины затаили дыхание, да как собственно и я.

- Приказываю встать! - резкий и слегка писклявый голос толстяка заставил подняться. - Отныне я Грегори Виворт твой хозяин и ты подчиняешься только моим приказам!

- Да хозяин, - я послушно склонил голову.

- Ты будешь исполнять приказы женщины, на которую я тебе укажу, но настоящим твоим хозяином буду я, - его тонкий голос стал немного раздражать, интересно обязательно это все произносить с таким пафосом.

- Да хозяин, - тем не менее, нужно поддерживать образ раба.

- Превосходно! - просиял мой новоиспеченный рабовладелец.

- Невероятно! - изумился второй мужчина.

“Нет, мужик, это - неверобляхомухоятно!”

- Теперь мы сможем убить её в любой момент.

- И сделать это его руками.

“Ну, тут, мои хорошие, наши с вами мысли целиком и полностью совпадают и я даже рад, что сделано это будет моими собственными руками.”

*

Из кареты вышла невысокая фигура в форменном балахоне с накинутым на голову капюшоном. Это была женщина. Зайдя в здание Парламентского Дворца, она сразу же направилась в зал заседаний, где её наверняка уже ждали. Хоть женщина и опаздывала, но прекрасно знала, что никто не посмеет об этом ей даже намекнуть.

По дороге она сняла балахон и тем самым открыла окружающим свою личность, а потом с радостью наблюдала, как от неё отворачиваются встречающиеся коллеги. Нет, они, конечно, с ней здоровались, но делали это так, как будто кивок головой был случайным. Женщина всей кожей чувствовала их страх и ненависть к себе, от этого её лицо потихоньку начинало выражать брезгливость.

Как же они все её раздражают. Тупое, не имеющее своего мнения стадо. Но это ещё цветочки, а самые ягодки сидят вон там, в этом самом зале.

Женщина поправила строгую тугую гульку волос и открыла широкую дверь. Шум мужской ругани больно ударил по ушам, но привыкшая к таким делам женщина, твердой походкой направилась к главным трибунам. Там она огладила свой черный брючный костюм и, достав нужные бумаги, сильно стукнула в расположенный рядом гонк.

Все сто человек сразу же переключили своё внимание к трибунам и лишь шестеро мужчин, которые сидели выше всех, все еще о чем-то переговаривались.

- Приветствую вас господа, - начала она. - Сегодня я представлю вам новый законопроект церковных реформ, о которых я уже не раз упоминала. Хотелось бы начать с … - и понеслось, час нещадных распинаний закончился бурным всплеском возмущений со стороны мужчин.

- Этому не бывать …, - крикнул самый смелый.

- Как можно!? Народ будет возмущен…

- Совсем о людях не думают…

И все в том же духе. Но женщина стояла с непроницаемой маской на лице, как будто знала, что всё равно будет так, как она скажет. И если честно, в этом никто не сомневался, ведь все её законопроекты в ближайшее время вступали в силу. Но к глубочайшему сожалению, они отличались особой строгостью и бесчеловечностью. И лишь главы парламента могли вносить изменения в её проекты, тем самым делая их не такими жесткими.

- Спасибо вам, госпожа Керри Бонстер за выступление и за ваш труд, - наконец сказал один из главных. - Мы рассмотрим ваше предложение и откорректируем его в ближайшее время. Можете передать его мне.

Один из секретарей тут же бросился к женщине, дабы принять из её рук бумаги и отнести их главам государства. Женщина лишь кивнула так ничего и не ответив, и уже хотела занять свое место в “змеином” зале, как один из мужчин перегородил ей дорогу с трибун.

- Одну минутку, госпожа Бонстер.

- Чего тебе Грег? - лицо женщины отразило усталость и скуку.

- А правда ли, что недавно на вас было совершено покушение? - очень громко спросил он, наверное, чтоб его вопрос было слышно даже в соседнем помещении.

- Нет, - громко и четко ответила женщина, пытаясь обойти толстоватого кретина.

- Нет? - не унимался он.

- Если вы называете покушением тот случай, когда один неуклюжий доходяга попытался выхватить у моей служанки корзину с едой, но по своей тупости свалился на меня, то вы уж извините, но как бы вам этого не хотелось, на свой счет я это отнести не могу. А если вы переживаете за корзину с едой, то она тоже прекрасно пережила это столкновение.

- Как я рад, что это всего лишь слухи, - запричитал мужчина. - Но сами понимаете, времена у нас сейчас такие опасные, поэтому у нас есть для вас сюрприз.

- Давайте обойдемся без сюрпризов, - женщина аккуратно, но настойчиво попыталась освободить себе путь, как тут открылась широкая дверь и внутрь вошли высокий мужчина и какой-то нищенка.

- А вот и сюрприз! - радостно сказал толстяк. - Сегодня утром к нам пришел вот этот доброволец и со словами : “Ценой своей жизни готов защищать госпожу Бонстер”, надел на себя ошейник норба.

По залу прокатился вздох удивления и ужаса. А добровольца, тем временем, поставили перед госпожой Бонтер на одно колено.

- Признаешь ли ты в этой женщине свою хозяйку? - спросил толстый.

- Да.

- Приносишь ли ты ей княтву верности?

- Да.

- И защищать её даже ценой своей жизни?

- Да.

Я поднял на неё глаза. Кажется, она была крайне изумлена, собственно, как и все в зале. Затем все же взяла себя в руки и, кинув гневный взгляд на своих доброжелателей, поспешила покинуть зал. Я поплелся за ней. Она знала, что я следую за ней и все же твердо шла по коридору ,пока мы не дошли до её кабинета. Там это чудовищная женщина повернулась ко мне, оглядела с ног до головы и противно сморщилась, разглядывая мою одежду.

Как же мне захотелось врезать ей, нарушая свои собственные принципы никогда не бить женщин, но передо мной стояла не женщина и даже не человек. Меня разглядывал бездушный монстр, который не имел ни совести, ни сострадания, а некоторые искренне верят, что её сердце ничто иное, как кусок камня. Но нельзя. Не сейчас. И даже потом в моих планах было просто вонзить в её тело нож и бросить истекать кровью, но не бить, чтоб не пачкать об неё свои руки. Так мы и стояли в коридоре.

- Стой здесь, - процедила она и скрылась за дверью.

Самое ужасное, когда понимаешь, что этот монстр ещё и невероятно умен. Она догадалась сразу, что я приставлен к ней, чтобы убить и она наверняка побоялась остаться со мной в одном кабинете. Даже ослабленный и шатающийся я смог бы убить её голыми руками или приложив об её голову ближайшим стулом, или переломать хребет чем-нибудь тяжелым, или воткнуть ей в шею…, кажется, я слишком замечтался, так как не сразу среагировал, что она уже вышла. Накинув на себя привычную мантию министерства, другую отдала мне.

- Одень это и строго иди за мной.

Я кое как накинул это на себя и мы вышли к каретам. Там мы забрались в одну из них, но она быстро вышла из нее и о чем-то заговорила с кучером. Затем настала тишина и вскоре они уже вдвоем сели в карету.

Боится? Правильно делает.

Подошел еще один кучер и мы двинулись в путь. На повороте меня хорошенько тряхнуло и я навалился вбок отчего кучер, сидящий внутри, напрягся и я увидел у него в руке нож.

- Еще раз так рыпнешься и пожалеешь, - пробасил мужчина.

- Смотри, да он же сейчас сознание потеряет, - сказала вторая наша попутчица и прежде чем провалиться в забытье, я отметил, что голос этой барышни слишком юн и что похоже в карете изначально Керри Бонстер и не ехала. Умно.

Глава 2