Читаем Лето онлайн бесплатно

Резкий голос прорезался сквозь сон – я подскочил, слабо соображая еще, в чём дело. «Звонил» радиобудильник, настроенный на одну из станций – я оборвал сигнал. Сегодня что, уже понедельник? Ещё не проснувшись полностью, я начал искать календарь в телефоне. Точно, понедельник. А что было вчера? Не помню. Я сел, обхватив голову. Не помню, – серьёзно. Чистый лист, пустота. Бывало, конечно, я «перебирал», но не настолько же… Так, надо собираться – ещё немного и опоздаю на работу. Привычно накидываю покрывало на смятое одеяло – не люблю заправлять постель, но и так оставлять – совсем уж… нехорошо. Быстро завтракаю тем, что осталось с вечера – ненавижу выходить совсем голодным – это макароны… похоже, вчерашний день был совершенно обычным. Я посмотрел в окно – и выронил ложку. Снег! Везде – на крышах домов, на деревьях, на дороге… Белыми шапками он закрыл все, на чём мог удержаться. Деревья заметно прогнулись: они ещё не сбросили листья – которые теперь, словно паразит, облепил мокрый снег. На несколько секунд мне показалось, что наступила зима – я снова полез за календарём. Нет, ещё август. Погодная аномалия – слышал, что такое бывает. Но никогда не видел. Не то чтобы я не любил зиму, но… Надевать-то что? Я почесал подбородок. Черт, забыл побриться! Бросив в раковину чашку с так и недоеденными макаронами, я рванул в ванную и достал бритву – начал старательно «прохаживать» по коже, удаляя всё, что успело нарасти с прошлого утра. Хорошо хоть я пользуюсь «электро» а не «станком» – так намного меньше возни. Вернулся на кухню, помыл чашку – ну не люблю я оставлять за собой немытую посуду. И у других эта привычка бесит – хоть почти не встречал людей, у кого такой нет. Может – потому и живу один? Я тихонько чертыхнулся-усмехнулся. Могуч русский язык – у нас матом можно и обругать, и похвалить, и удивиться… причем одновременно, в одной фразе. Так, время уже… Успеваю. Нужно Нику забрать – как она по такой погоде добираться будет. Я вспомнил – что Ника, ко всему прочему, жутко не любит зиму. Сейчас хоть и не зима, но снег, слякоть… Даже хуже. Я набрал номер.

– Алло, привет Ника. Как тебе погодка?

– Пошутил? Знаешь ведь моё отношение.

– Пошутил. Жди, заеду сейчас за тобой.

– Спасибо, вот это очень кстати.

– Жди, пока.

Я закрыл дверь и сбежал по лестнице, поигрывая ключами. Тепло – если учесть, что вокруг снег. Хорошо хоть, не минус сорок – а то бы не завёлся. Я повернул ключ в замке зажигания – затарахтел стартёр, машина не заводилась. Черт, накаркал что ли? Я посмотрел на уровень бензина – и со злости чуть не выломал ключ из замка. Слили! Раньше меня эта неприятность как-то обходила стороной, да и сигнализация работала исправно. В голову снова пришла мысль, что я совершенно не помню вчерашнего дня. Ночи, естественно, тоже не помню. Если я был в такой глубокой отключке – никакая сигнализация не помогла бы. Я долбанул по рулю. Прибить бы уродов… Нет, руки пообрубать, как когда-то ворам. Так, что теперь? Обычным транспортом добираться не очень долго, но… С Никой получилось неудобно – надо предупредить. Трубку не берет… СМС написать, что ли.

– Алло?

– Ника, привет. Извини, я не…

Слова застряли в горле, я так и застыл с открытым ртом – оттого что увидел. Повалил густой снег – мокрый, большими хлопьями – засыпая всё, что ещё осталось нетронутым, на глазах уничтожая следы, которые успели оставить люди. Машины, которые ещё стояли во дворе, медленно превращались в сугробы.

– Что? Алло-о?

– Да, извини. Ника, я не могу за тобой заехать – у меня машина не заводится. Что? Да… Бензин слили. Ничего смешного. Прости, ещё раз.

– Да ладно, что уж теперь. Может вообще на работу сегодня не ходить? у меня с этими переработками, наверное, уже неделя дополнительных выходных набралась.

– Серьёзно? Ну, тебе виднее.

Я улыбнулся, чтобы голос казался дружелюбнее, потому что внутри весь закипал – слишком много событий за одно утро. И Нике, похоже, тоже не лучше – так шутить она начинала, когда ей было уже откровенно гадко.

– Да… Не я одна сегодня опоздаю, ничего страшного. Спасибо что предупредил, пока.

– Пока.

В чём-то Ника права – достали эти задержки. Конечно, за них доплачивают – но какой смысл в работе, если из-за неё тебе некогда жить? Длить бессмысленное существование – не больше. Я шел к остановке быстрым, насколько позволял снег, шагом. Народу скопилось уже прилично – не у меня одного сегодня проблемы с автомобилем. Вспомним молодость – потолкаемся – подумал я, влезая в автобус.

Толкались недолго – минут через пять автобус «встал», окна мгновенно запотели. Слышно было, как чертыхнулся и вышел водитель, через минуту начался сбивчивый гомон. Ещё одна дверь со скрипом откатилась в сторону – её открыли вручную.

– Выходим все, автобус дальше не пойдёт!

Несколько недовольных возгласов, и народ начал выходить. Ноты недовольства в голосах сменились на удивление. А удивляться было чему – на улице снова наступило лето – заметно потеплело и никакого снега вокруг не наблюдалось. Я достал телефон – посмотреть погоду, но меня встретил тёмный экран. Дрянь такая – отключился! Как же порой бесит… Попытки включить смартфон, который купил всего неделю назад, не увенчались успехом – я сунул его обратно в карман, чуть не хряпнув, со злости, о землю. Оглядевшись, я понял – у всех остальных та же проблема – похоже, вся электроника внезапно отказалась работать. Очень странно… Как же теперь? Пешком до работы минут десять… Что ж, прогуляюсь. Интересно только – что, если электроника отказала и там?

-///-

Я погорячился – пешком дорога заняла минут пятнадцать. Впрочем, я мог и ошибаться – поскольку время теперь измерял исключительно личными ощущениями. Автоматические двери не работали – обе створки были распахнуты и никуда не двигались. Освещение осталось, правда – не везде – новомодные светодиодные панели не светились. В коридоре я наткнулся на улыбающуюся Нику.

– Привет. Как это ты так быстро добралась?

– На велосипеде.

– Как? Снег же вокруг? Был…

– Был. Пойдём, расскажу.

Мы дошли до холла и уселись на диванчик.

– Здесь и посветлее будет.

– Да, слушай. Когда ты позвонил во второй раз, я включила телевизор – говорили о какой-то погодной аномалии. Но тут отключили свет… то есть это я так подумала…

Половину я пропустил мимо ушей – редко вижу Нику в таком настроении – сейчас передо мной сидел будто другой человек, более счастливый, что ли. Глаза просто «светятся»… у Ники вообще очень выразительный взгляд, но он тоже стал другим – не таким холодным, удивительно красивым…

– Ты слушаешь?

Я вздрогнул, отогнал невесть откуда налетевшую романтику.

– Да, я тоже… У меня сломался автобус. И телефон. Похоже, что ничего из электроники не работает.

– Вот! И я о том. Ни один из компьютеров не включается, говорят – такие аномалии появляются во всех городах.

– Кто говорит? И как? Ничего ведь не работает.

– Старые телефоны работают, местная АТС не попала под аномалию, поэтому связь есть.

– То есть, ты хочешь сказать, что по всей стране появляются аномалии, в которых перестаёт работать вся сложная электроника?

– Не хочу, а уже сказала. Как это… Вся электроника на полупроводниках, вот.

– Обалдеть… Это же… На сколько лет назад нас отбросило? Лет пятьдесят, даже больше. Работать-то как?

– Не знаю. Работали же люди когда-то без всей этой электроники.

– Ага, на счётах считали. И арифмометрах…

– В уме тоже считали.

– Ну да, отказала электроника – будем развивать личный, биологический компьютер! Зашибись!

– А что тебе не нравится? По-моему – не так уж плохо.

– Чем? Да это же…

В глазах потемнело. Очнулся я от брызг на лице и оттого, что Ника хлопала меня по щекам.

– Я упал в обморок?

– Да. Ты начал кричать, захотел встать, но упал.

– Не помню… Всё как-то… Странно.

– Конечно странно. Насчёт работы: скорее всего филиал будут в срочном порядке переносить туда, где нет аномалий; везде, где можно, начнут осваивать «домашние офисы».

– Тебе, я так понимаю, домашний офис не светит… Ты ведь тоже под аномалией?

– Да. Компания резко начала сокращать штат – слишком много филиалов начали простаивать… когда всё образуется… Неизвестно.

– Увольняют?

– По «собственному желанию». Или в отпуск без содержания.

– Ты как?

– В отпуск. Поеду в деревню, к сестре, Алёну с собой возьму.

– Там тоже аномалия?

– Не знаю, какая разница. Если да – то так даже лучше, во всех аномалиях наступает лето.

– А рядом с ними, получается, зима…

– Да, похоже.

– Откуда ты так много знаешь?

– Мы не первые, кого накрыло – компания уже знала и готовилась. А вчера аномалии начали возникать по всей стране, массово.

– Вот как. И что – она прямо так, сразу, открыла все карты? Мол, ситуация трудная – чертовщина везде творится, идите-ка вы все… Куда подальше.

– Не знаю, может и не все.

– Да… Дилемма. Что лучше – жить вначале двадцатого века, но в тепле, или в двадцать первом, но морозя задницу… Когда уезжаешь?

– Сегодня, чего тянуть?

– И правда. Помочь со сборами?

– Зачем? Я ведь не переезжаю – сама справлюсь.

– Да, глупо… Не подумал. Счастливо, тогда.

Ника направилась к выходу, а я – искать того, кто мне смог бы лучше объяснить, что же творится. Если такой человек вообще есть.

-///-

– Алёна! Мы едем к тете Марине!

– Мама! – Алена выбежала из кухни – Ура! А когда?

– Сейчас. Или завтра.

– Сейчас!

– Тогда начинай собирать все, что нужно, я пока позвоню тёте Марине, потом приду – помогу тебе.

Алёнка послушно закивала и убежала в комнату. Эх, была бы в деревне нормальная школа – уехала бы, и осталась там. Нечего в городе делать – только грязью дышать. Нет ответа… Я откинулась в кресле, закрыла глаза. Как давно у меня не было нормальных выходных… Вспомнилось детство. Лето, карьер – рукотворное озеро… Мы с девчонками купаемся, брызгаемся, визжим. Зима – печка, тепло… Снежки… Прорубь. И я в ледяной воде! Я вздрогнула – подняла голову, встряхнула, отгоняя дремоту. После того случая я ещё очень долго боялась выходить на лёд. Да и сейчас не очень люблю, даже когда льда нет, а просто скользко

– Так, что собрала, показывай.

– Вот!

Алёна протянула мне листок. Рисунок: огромное солнце одном в углу, дом – в другом; стол – больше чем дом, на столе – самовар; за столом трое – две обычных и одна маленькая фигурка.

– Красиво, это ты сейчас нарисовала?

– Да.

– А что это? И кто?

– Тетя Марина, ты и я. И Дом. Подарок!

– Ну, умница. Пойдём собираться.

-///-

Я поднялся к себе на этаж, прислушиваясь время от времени – шаги слишком гулко отдавались в этой непривычной тишине. Мой отдел стоял пустой, но из соседнего доносились какие-то звуки – туда я и направился.

– Олег Валентинович! Здравствуйте! Ну хоть вы мне может объясните, что происходит?

– Что-что, жалеет нас природа – вместо потопа все компьютеры отключила.

– Вы это серьёзно?

Олег Валентинович – один из старейших сотрудников в нашем филиале – «наш дедушка» как мы, иногда, называли его «за глаза». Работает теперь в архиве, а раньше – в отделе по «связям с общественностью», ставшим теперь отделом рекламы и PR.

– Кто ж теперь знает. Я, Андрей, не больше твоего слышал – по всей стране у нас компьютеры начали отключаться. И телевизоры вместе с ними, и прочая электроника. Где отключились – там жара пришла, а где нет – снег выпал. Да, ещё все психи в обморок падают – там, где жарко. Вот, как-то так.

– В обморок? Все, кто нервничает? Очень интересно. И на том спасибо. А что с нашим филиалом, не знаете?

– Закроют, перенесут. Не знаю. Да и знать не хочу – давно мне на пенсию пора.

Я улыбнулся.

– Ну, Олег Валентинович, зря. Вы у нас ещё о-го-го!

– Потому и пора – пока ещё о-го-го!

– Ну… тут, пожалуй, правы.

Олег Валентинович вышел, с легким недоумением я смотрел ему вслед. Нет, с ним было всё в порядке – но я никак не мог собраться с мыслями. Что происходит? Почему вокруг такая пустота? Все разом решили не приходить? Или наоборот: все пришли вовремя, не опоздав; а как только стало ясно, что работа невозможна – разошлись за пять минут? Я бросился догонять Олега. Для своего возраста – около семидесяти лет – он ходил довольно резво. Надо сказать, он и выглядел лет на пятнадцать – двадцать моложе.

– Олег Валентинович! Постойте! – Я, наконец, догнал «нашего дедушку» – Извините, забыл спросить: а где все?

– Да по-разному: кто в отпуске, кто в командировке; кто-то из дома может работать, кто-то – в другом филиале. Несколько человек уволились.

– Давно? В смысле, не уволились, а – давно тут всё так пусто?

– С субботы – я как раз работал, копался в архиве – знаешь ведь, мне разрешено выходные переносить на будние дни. Вот тогда всё и началось – свет заморгал, все компьютеры погасли. Потом почти все телефоны замолчали – мой вот только, старый, работал. И сейчас работает ещё. Я первый начальство и оповестил, даже раньше охраны – у них-то всё выключилось. А потом уже начальство всех оповестить должно было. Тебе разве ничего не говорили?

– Нет.

– Может забыли… Людей много. Свяжись с начальником своего отдела – в комнате охраны установили обычный телефон, бумажный справочник я туда занёс.

– Спасибо, Олег Валентинович. побегу тогда.

– Всего доброго.

– И вам! Чтобы всё отлично складывалось!

Я улыбнулся и побежал вниз по лестнице.

-///-

Доехали почти хорошо – автобус останавливался всего в километре от «Лета» – так называлась деревня, где жила моя сестра. Смешное название, которое стало говорящим – «Лето» попало под аномалию. Хорошо хоть идти недалеко, – подумала я, выходя с Оксаной из автобуса. Дорога сухая – не то, что по весне, торопиться некуда… дойдём! Минут через двадцать показались первые дома. Ага, вот и Маринин. Просунув руку сквозь широкую щель в калитке, я откинула крючок. Оксана, отпустив меня, побежала к дверям.

– Тётя Марина! – Она так громко крикнула, что зазвенело в ушах. – Тётя Марина, а мы к вам!

– Оксана, ну нельзя же так громко кричать – ладно ещё, мы не в городе.

Я дёрнула дверь – закрыто. Обычно Марина не закрывала дверь, если не уходила больше, чем на день. Интересно, где она сейчас… Я оглянулась – и тут же вспомнила себя в возрасте Оксаны. Мимо проходил «дядя Паша» – который теперь стал, скорее, «деда». Он постарел, но остался вполне узнаваем – а в памяти сами собой проносились «картинки прошлого»: где он, ещё не седой – катал меня, усадив к себе на шею…

– Дядя Паша! Здравствуйте! – Я пошла к калитке. – Дядя паша! А где Марина, не знаете?

«Деда Паша» остановился, посмотрел на меня – очевидно вспоминая, кто же я такая.

– Вероника? Ты, что ли?

– Я. Я где Марина?