Читаем Лестница в небо (СИ) онлайн бесплатно

====== Мертв ======

Духота.

Она снилась Рафу которую ночь подряд, изводя до безумия и требуя вырваться из логова прочь, чтобы дышать.

Дышать воздухом, а не спертой болью, не вкусом крови и зябкого липкого пота, не желчью и пустотой… не одиночеством…

Хоть днем, хоть в туннелях канализации, но поймать сквозняк и пытаться надышаться им до головной боли и сведенных челюстей.

Мучительная, слепая, черная духота, в которой ему не было страшно, но было до неровных дерганных ударов сердца больно внутри.

И в то же время спокойно, словно он уже прожил все самое хорошее в жизни, узнал это и большего не желал и не ждал…

Духота была похожа на смерть, как о ней принято думать, если бы не полнилась таким количеством звуков и запахов…

- Твою мать… – Раф сел в гамаке, жадно дыша, как рыба, выброшенная на берег, и прижал руку к груди, стараясь успокоить бешеный ритм сердца. – Твою мать, а…

Рядом шевельнулся Кодама, потревоженный его резким движением, и приподнял голову, протирая сонные глаза.

- Дядя Раф, что?..

- Ничего, – тот выбрался из гамака и взял с тумбочки банку с колой, опустошив ее несколькими глотками. – Спи. Нормально все… Я скоро приду.

Он постоял минуту, а потом вышел, направившись в додзе.

Эта духота сводила его с ума.

Она пахла сперва просмолёнными свежими досками и опилками. А еще металлом, сваркой и жаждой пополам с густой запекшейся кровью.

Потом в нее ворвались звуки моря, крик чаек, удары волн в борт корабля, голоса людей и яростный шторм…

И это были именно запахи и звуки внутри духоты.

Все сны стали черными, словно ослепли враз.

А сегодня в эту духоту ударил свет, заставивший резко вскинуться от острой режущей вспышки, и сразу, к огромному счастью, проснуться.

Думать не хотелось, что было бы за ней, если только первое мгновение обожгло так остро.

Огромный белый свет, взрезавший мозг, как скальпелем, осколками боли и новыми звуками, среди которых был один смутно знакомый женский голос.

- Да что же это?..

Раф ударил грушу, выплескивая мучительное тянущее внутри непонимание, и уперся в нее лицом.

- Раф, – у стены сидел Лео, которого он и не заметил, ворвавшись сюда, как ураган. – Что с тобой происходит? Кодама сказал, что ты часто просыпаешься в последнее время.

Выдохнув пару раз, Раф отлепился от груши и, плюхнувшись рядом с братом, уперся лбом в колени.

Ему не хотелось беспокоить Лео своими идиотскими снами, тем более что всю жизнь он насмешничал над старшим и его загонами по тонким мирам.

- Ой, приснилось! – Рафаэль с коротким смешком обнимает дрожащего брата и накрывает одеялом. – Ой, не могу! Ну ты, блин, даешь! Подумаешь, это же просто сон.

Маленький, но серьезный Лео начинает крутиться, укладываясь удобнее.

- Сны всегда несут нам какой-то смысл, – шепчет он, всматриваясь в темноту. – Раф, мне снова Высота снилась. Она сказала, что победить ее я не смогу никогда, но Учитель говорит, что надо сражаться со страхами. Я взял его посох во сне и ударил ее, она разбилась, как зеркало, а я прошел по мосту сквозь нее…

- Ага, мечты-мечты, – Раф укладывается обратно в кровать, засовывая руки под подушку. – Не загоняйся, бро, подумаешь – высоты боишься. Фигня это, я вот, если хочешь знать, боюсь личинок мух.

Лео улыбается ему и закрывает глаза.

А наутро он полез на ржавые трубы под самый потолок их логова, трясясь, как осиновый лист, но упрямо прошел за братьями следом по узкой перекладине, чего раньше никогда сделать не мог.

Сны Лео всегда несли какой-то смысл.

Он умел их разгадывать и понимать, даже находить в них предупреждения и подсказки.

Но это Лео. У него все особенное.

А сны Рафа никогда ничего не приносили, да и снились ему крайне редко, и еще реже он их запоминал.

- Что случилось? – старший брат почти невесомо погладил его по плечу. – Что тебя мучает? Я же вижу.

Он ждал слов о Кадзэ.

О своем погибшем клоне, которого Раф так любил и потерял.

Рано или поздно, как бы брат ни прятал все это внутри, оно должно было выплеснуться наружу и освободить его от безысходной боли и пустых уже обреченных надежд.

- Мне снятся сны, – после долгого молчания все же сказал Рафаэль. – Они черные, полные звуками, голосами и запахами. В них много покоя, но никакого света и радости – словно мертво все вокруг… это не мои сны…

Лео придвинулся и осторожно обнял брата за плечи, притянув к себе.

В последние дни Раф избегал его, отстраняясь и не даваясь прижаться, как раньше.

И Лео понимал это – он же так похож был на Кадзэ, чьих рук и объятий Рафу наверняка не хватало до воя и крика.

Чуть нажав брату на висок, Лео заставил его положить голову себе на плечо и успокаивающе погладил ото лба к затылку.

Конечно, Раф держался и делал вид, что все нормально, особенно после того, как они выловили одного из футовцев недалеко от Цитадели их врага и смогли расспросить хорошенько.

- Ты лучше сразу мне скажи все, что знаешь, – Раф не мигая смотрит на человека, вычерчивая какую-то магическую вязь по его лицу острием сая.

Нежно, не царапая, почти невесомо, как кружево плетет, и Лео становится страшно.

Он знает Рафа, как никто другой на этой планете, и такой тон слышал у него всего пару раз за жизнь.

В первый раз – когда Раф убил человека, и почти равнодушно стряхнул его со своего штыка, глядя на старшего брата, которого спас от смерти, а второй, когда в одной из стычек Майки сломали ногу и сбросили его с крыши…

- Раф…

- Ты иди, Лео, а мы потолкуем тут, – все так же ласково советует Рафаэль, а сам все смотрит и смотрит в глаза человеку. – Расскажи мне о большой черепахе, что так преданно служила твоему Господину, друг мой.

То, что произошло после, Лео предпочел запихнуть куда подальше и не вспоминать.

Сэнсэй бы его, наверное, на куски разорвал за такое, но Лео промолчал, понимая, что Рафу надо как воздух знать о судьбе своего любимого Кадзэ.

И он это узнает любой ценой.

- Мертв… – Раф смотрит в сторону, вытирая сай ошметком куртки того, что еще недавно было человеком. – Мертв…

Лео осторожно подходит, пристально наблюдая за своим бешеным братом, который сейчас нездорово спокоен.

Будь это Майки – схватил бы в охапку и дал прореветься до хрипоты.

Донни… Лео бы держал его двое суток за руки и ходил следом, давая почувствовать себя рядом и не сорваться в бездну, выслушивая, обнимая, наливая этот поганый, отвратительный кофе.

Но это Раф.

Это бес из преисподней.

Это гордыня, помноженная на ярость внутренней силы и отравленной до дна любви.

Это Раф.

И Лео впервые в жизни не знает, как помочь.

- Пойдем, – он касается сведенного судорогой плеча, ожидая чего угодно. Взрыва, мата, слез, криков и даже гробового молчания.

Но того, что произошло мгновением позже, Лео вообще не мог предположить.

- Да, пойдем, – Раф поднимается и убирает саи. – До света есть еще время. Надо внутрь…

Когда их взгляды встречаются, Лео очень хорошо понимает, что безумие только началось.

- Раф, Кадзэ больше нет, – он встряхивает брата, крепко сжав плечи, чтобы не приведи не рванул в одиночку штурмовать Цитадель их врага. – Ты слышал…

- Я не верю в это!! – рычит тот и отпихивает старшего в сторону. – НЕ ВЕРЮ!!

- Это его сны, Лео, – Раф мотнул головой. – Он жив, я точно это чую. Просто надо найти…

====== В пустом и белом ======

«… возлагая на тебя эту сложную и ответственную миссию, я знаю, что ты не подведешь меня и сделаешь все должным образом. Воину, что прибыл к вам, нужно время, чтобы успокоить дух и справиться с собой. Его преданность нужна мне и всему нашему клану. Жду его возвращения в Нью-Йорк.

Ороку Саки».

Караи сложила письмо.

- Впервые за всю мою жизнь достойный воин прибывает в заколоченном ящике, – пробормотала она, рассматривая доставленную посылку. – Надеюсь, это не шутка и там не Бибоп, чей мерзкий свиной пятак я не желаю видеть. Открывайте.

Она отошла на шаг, дожидаясь, пока снимут крышку, и сложила на груди руки. Если отцу было угодно прислать воина так, то вероятнее всего, для этого есть причины, как и для такой странной просьбы.

- Готово, Госпожа Караи.

Двое ниндзя с коротким поклоном отступили в стороны, открыв ящик.

Подойдя ближе, девушка лишь усилием воли удержала удивленный возглас, вскинув брови.

«Леонардо? Откуда он здесь?»

Сквозь прутья заколоченной в ящике клетки на нее слепо смотрел синий-синий глаз хорошо знакомой ей черепахи.

- Извлекайте клетку и доставьте ее в главный зал, – Караи отступила в сторону, передернув плечами. – Судя по всему, тут понадобится врач.

- А он жив, Госпожа? – с сомнением спросил один из ниндзя, тоже заглянув в клетку.

- Сейчас узнаем.

- Меня беспокоит то, как быстро он растет, – Донни отвернулся от микроскопа и начал барабанить по клавишам. – Винс, у тебя есть хоть одна теория?

- У меня их десятка два, – тот пожал плечами, склонившись над столом. – Но, боюсь, ни одна не приблизит нас к истине. Смотри, процесс чуть замедляется.

Донни кивнул, давая понять, что уже заметил это, и уставился на расчеты своей программы.

- Если судить по динамике, то Кодама достигнет биологически взрослого состояния примерно через год, но тогда получается, что продолжительность его жизни составит всего шесть или семь лет.

- М-да, не весело, – Винсент снял очки, задумчив подперев голову рукой. – Рафаэль не обрадуется нашим прогнозам.

- Никто им не обрадуется, – Донни вздохнул. – Лео тоже привязался к нему, да и Мастер, а уж Майки…

Винс перебил его коротким смешком.

- Да, в отличие от Миднайта, он в нем души не чает. Парнишка очаровал всех.

Донателло вздохнул.

Он и сам прикипел к Кодаме, который ворвался в их жизнь, перевернув ее вверх дном, взбудоражив всю семью и заставив полюбить себя до безумия.

- Дай! Дай, моя очередь! – Майки с совершенно детской обидой в голосе отпихивает Лео от стола, где тот готовит обед. – Ты опять со своими салатами. Дай я торт испеку!

- Это вредно, – брат с улыбкой отстраняет его от шкафа и заправляет салат из свежих овощей растительным маслом. – Ему надо хорошо питаться, чтобы расти здоровым и сильным.

- Торт тоже полезный! – Майки крутится у него под руками, чуть не опрокидывая миску с салатом. – Донни говорит, что сладкое необходимо для мозгов.

- Тогда странно, что ты до сих пор не самый умный, – в кухню вваливается Рафаэль, у которого на шее сидит Кодама. – Ша, парни! Мы будем есть чипсы! Полезно, сытно, вкусно…

- Нет, – Лео возмущенно оглядывается, а Майки с восторженным визгом бросается на Рафа, пытаясь отобрать у него черепашонка. – Это вредно!

- Полезно!

- Вредно!

- Полезно!

- Вред…

Кодама, уже перескочивший на плечо к Микеланджело, обрывает их спор громким смехом.

- Дядя Лео, я буду и салат, и чипсы, можно?

Лео оборачивается к нему с теплой улыбкой.

- Конечно, малыш, но сначала салат и рагу, а на сладкое будет мороженое.

- Урааа! – Кодама сигает через полкомнаты ему на шею и, крепко обняв, обратным сальто возвращается на руки к Рафу.

- Ты его испортишь, – ворчит Рафаэль, усаживая приемыша обратно себе на шею. – Ты ни черта не понимаешь в вопросах воспитания детей…

- Это ты его портишь, – Лео сердито бросает ложку, которой до этого мешал салат. – Ты слишком много ему позволяешь…

- А ты…

- Он таким, как ты, растет!

- А что в этом плохого? – Раф даже возмущенно щурится. – На кого ему еще быть похожим?!

Кодама вдруг спрыгивает на пол и упирает руки в бока.

- Я не такой, как ты! – кричит он. – Я вырасту таким, как Бофу! Я буду, как он! Буду-буду-буду!

И убегает прочь.

В кухне на минуту виснет мертвая тишина.

- Я сейчас, – Лео немного виновато хлопает Рафа по плечу и направляется к двери.

- Я сам, – тот догоняет брата и осторожно останавливает. – Разберусь уж. В самом деле – на кого ему еще-то похожим быть, как не на Кадзэ?

Застывший в дверях Винсент поправляет очки, переглядываясь с Донни.

- Парни, а вам обоим не говорили, что спорить при ребенке непедагогично?

Раф только фыркает на это замечание, даже не обернувшись, а Лео вздыхает и сокрушенно качает головой.

Кодаму любили они все. И тем страшнее было смотреть, как быстро становились короткими только принесенные джинсы, и как милое детское личико уже приобретало подростковую резкость черт.

Внешне он был точной копией Рафа, да и характером пошел в него.

Такой же сильный, взрывной и горячий в своих суждениях, веселый, гневливый и яркий в буйстве этих необузданных страстей. Не желавший ни с чем мириться и смирять себя, все время споривший обо всем на свете, любивший их всех открыто и преданно.

И постоянно засыпавший вопросами о Кадзэ.

Дня не проходило без выворачивавшего всем душу «А Бофу вернется завтра?»

Кодама даже цветом себе выбрал серый и пробовал крутить два меча на тренировках, хотя сэнсэй лишь неодобрительно качал на это головой.

Волны мерно накатывались одна на другую, тихо растаскивая мелкие камешки.

Раф поднял взгляд на сползший почти к горизонту тоненький серп месяца и, устало выбравшись из воды, упал лицом в песок.

Внутри было пусто, как в склепе. Ровно и бело.

Хотелось выть на луну и орать до осипшего горла.

«Мертва… мертва эта черепаха… – с окровавленных губ дрожащего человека хриплым стоном летит признание. – Мастер… убил… пощади…»

Раф коротко выдыхает и вбивает сай в глаз футовца, дожимая до хруста костей.

- Я тебе не верю.

«Мертв…»

Мокрый песок налип на щеку, колко царапая кожу.

Не верить было непросто, но Раф не верил.

«Мертв…»

Приподнявшись на руках, он сел и глубоко выдохнул, мотнув головой.

Он не видел тела.

Он не верил этим словам.

Он видел слепые не свои сны.

Кадзэ жив.

Где-то внутри Цитадели Шредера бьется самое дорогое сердце.

Нужно просто найти, нужно проникнуть туда и отыскать, сжать в ладонях и удержать этот пульс на земле.

Это выполнимо.

Это несложно.

Это все, для чего сейчас надо дышать…

- Дядя Раф, – рядом сел Кодама и прижался к его горячему боку. – Почему ты каждую ночь приходишь сюда плавать, а?

Тот обхватил парнишку рукой и крепко прижал к себе, упершись подбородком ему в макушку и бездумно перебрав хвосты серой банданы.

«Как сказать тебе?.. Как?..»

- Мне надо стать очень сильным, – тихо проговорил он. – Плавать, как дельфин. Однажды я поплыву по лунной дорожке к горизонту.

- Зачем? – Кодама шевельнул головой, пытаясь заглянуть ему в глаза, но Раф не позволил этого.

- Чтобы найти Ураган.

Парнишка вывернулся из его рук и побежал по песку к линии прибоя.

- Тогда я тоже буду много плавать! Я тоже поплыву с тобой за Бофу!

Он нырнул в воду, со звонким смехом расплескивая темные волны.

- Ты ему не сказал? – около Рафаэля неслышно присел Лео, которого они не заметили, когда уходили купаться.

Раф лег на спину и уставился в небо.

- О чем? О том, во что не верю? Зачем ему это знать?

Лео вздохнул и погладил брата по плечу.

Сейчас было бессмысленно пробовать объяснять, что есть то, с чем нужно просто смириться, как-то это принять и уложить в своей голове.

Он тоже не хотел верить, готов был с Рафом вместе перетряхивать мир по нитке. Особенно когда глаза брата становились такими невыносимо неживыми и равнодушными.

Время все вылечит и поставит по своим местам.

Время вынудит даже Рафа смириться с потерей.

- Ясно, – Лео кивнул. – Мы с Донни и Винсентом разрабатываем план проникновения в Цитадель Шредера. Винс многое знает из того, что может нам пригодиться…