Читаем Лёшкино солнце (СИ) онлайн бесплатно
Лёшкино солнце (СИ)
– Ты ведёшь себя, как прирождённая шлюха. – Никто не рождается шлюхой, – он дёрнулся зло, но вдруг успокоился и откинулся на спинку кресла, растягивая губы в похотливой улыбке. Закинул ногу на подлокотник и чуть сполз вниз, выставляя на обозрение обтянутую потёртыми джинсами промежность, словно предлагая трахнуть себя. Недвусмысленным, совершенно пошлым движением толкнулся языком в щеку и вызывающе усмехнулся. –Просто у меня учителя были хорошие. – Понравилось нагибаться? – Меня жизнь нагнула
Романы / Драматургия / Драма / Эро литератураЛёшкино солнце
https://ficbook.net/readfic/4362173
Автор:
Rinhur
Фэндом:
Ориджиналы
Пейринг или персонажи:
м/м
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст, Драма, Психология, Повседневность
Предупреждения:
Насилие, Изнасилование, Нецензурная лексика, Смерть второстепенного персонажа
Размер:
Макси, 66 страниц
Кол-во частей:
11
Статус:
закончен
Описание:
– Ты ведёшь себя, как прирождённая шлюха.
– Никто не рождается шлюхой, – он дёрнулся зло, но вдруг успокоился и откинулся на спинку кресла, растягивая губы в похотливой улыбке. Закинул ногу на подлокотник и чуть сполз вниз, выставляя на обозрение обтянутую потёртыми джинсами промежность, словно предлагая трахнуть себя. Недвусмысленным, совершенно пошлым движением толкнулся языком в щеку и вызывающе усмехнулся. –Просто у меня учителя были хорошие.
– Понравилось нагибаться?
– Меня жизнь нагнула
Посвящение:
Я хочу посвятить этот рассказ **~bonny**. Её коллажи и арты сыграли немаловажную роль в написании ЛС.
Ссылки на коллажи ниже, а это замечательные арты:
Лёшка:
http://s017.radikal.ru/i439/1511/d1/85efc60cf3cc.jpg
http://s017.radikal.ru/i437/1511/3c/947eb2251d35.jpg
http://s49.radikal.ru/i125/1511/b5/768be106c4de.jpg
Вик:
http://s018.radikal.ru/i526/1511/8f/dd868757c763.jpg
http://s003.radikal.ru/i202/1511/ed/e40675c421a4.jpg
Китаец:
http://s020.radikal.ru/i706/1511/8f/92e6f3c7879b.jpg
Публикация на других ресурсах:
Нет.
Примечания автора:
По не зависящим от автора причинам, ЛС был снесен с сайта - со всеми комментариями, что мои читатели писали три года, со всеми лайками и подарками. Мне, как и любому автору жаль пропавших многочисленных лайков и подарков (думаю, все авторы немного честолюбивы и всем душу греют знаки внимания и одобрения их творчества), но больше всего мне жаль потерянных комментариев. Некоторые комментарии (уверен они были, как и к другим работам), в силу редкого посещения, я не успел прочитать.
Меня в личке спрашивают: "что с ЛС" и "есть ли у тебя еще работы". Поэтому я решил разместить тут первые 11 глав из 45. Полностью рассказ можно найти тутПечально, что я не могу сделать это на этом сайте. Мне нравится этот ресурс в плане взаимодействия с читателем.
И еще жаль, что с работой были удалены и замечательные арты **~bonny**.
1.Коллаж самого автора. Если приглядеться, в нем рассказана вся история ЛС http://s019.radikal.ru/i632/1511/ef/79f575492d3c.jpg
2.Коллаж**Olesya Severnaya**
http://s017.radikal.ru/i420/1511/ea/ea223e7f9735.jpg
1.Коллажи **~bonny**
http://s011.radikal.ru/i316/1511/ae/fd70f486700f.jpg
http://s019.radikal.ru/i615/1511/5d/8d51a35c2528.jpg
http://s020.radikal.ru/i712/1511/c2/376697a9861e.jpg
http://s017.radikal.ru/i404/1511/94/f3af96b15409.jpg
http://s016.radikal.ru/i335/1511/dc/87b2fedb6547.jpg
http://s017.radikal.ru/i415/1511/60/7cb2bd07f132.jpg
http://s017.radikal.ru/i414/1511/70/c9b15dd50098.jpg
Содержание
Содержание
1 глава
2 глава
3 глава
4 глава
5 глава
6 глава
7 глава
8 глава
9 глава
10 глава
11 глава
1 глава
1
1995 год
***
– Витя! Витя! Подождите меня! Я с вами!
По деревенскому переулку, раскалённому июльской жарой, бежал, поднимая пыль, худенький мальчик лет семи. Растянутая, когда-то белая майка висела на нём, как поникшее знамя на флагштоке в безветренную погоду. Почти полностью прикрывая спереди хлопковые шорты, сзади она была заправлена под резинку. Видимо, мальчик торопился и одевался в большой спешке. На плече у него подпрыгивала длинная бамбуковая удочка. Леска, свисающая с её конца, была не видна на ярком солнце, и поэтому казалось, что привязанный к ней поплавок сам по себе висит в воздухе. Он раскачивался за худенькой спиной по ровной дуге, словно большой красно-белый шмель, примеривающийся к понравившемуся цветку.
Мальчик торопливо перебирал тощими загорелыми ногами, стараясь не наступать на мелкие камешки и оставшиеся после дождя комочки грязи, высохшие под палящим солнцем до твёрдости гранита. А когда ему не удавалось их обойти, и они кололи босые ноги, он смешно подпрыгивал, вскидывая острые коленки. Сандалии – неопределимого цвета, обшарпанные до белизны на мысках, со стоптанными задниками и стёртой почти до бумажной тонкости подошвой – он держал в руке. Они болтались вразнобой на расстёгнутых ремешках и издалека были похожи на пойманных за хвосты старых серо–коричневых крыс с белыми проплешинами на облезлой шкуре.
Но, несмотря на острые камешки – даже через задубевшую кожу больно жалящие босые ступни – мальчик не останавливался, чтобы обуться. Он боялся, что подростки – небольшой кучкой столпившиеся в конце проулка и поглядывающие на него кто раздражённо, а кто недоуменно – ждать не будут.
Он уже почти добежал до цели и готов был облегчённо вздохнуть, но тут крючок, прикреплённый к обмотанной чёрной изолентой ручке удочки, вдруг отскочил и, качнувшись из стороны в сторону, зацепился за старенькие шорты. Мальчик дёрнулся, пытаясь освободиться от неожиданной помехи. Крючок тут же взлетел вверх, и клочок темно–синей ткани маленьким комочком повис в воздухе. Остановившись как вкопанный, мальчишка изогнулся, заглядывая за спину, и недоуменно уставился на просвечивающую через прореху незагорелую кожу. Потом растерянно и как-то жалобно взглянул на одного из подростков – высокого паренька лет пятнадцати, с выгоревшими на солнце льняными волосами – ожидая от него то ли подтверждения случившегося, то ли сочувствия, и сморщил нос, собираясь заплакать.
Подростки отреагировали по-разному: кто-то смотрел равнодушно, кто-то сочувственно, некоторых это развеселило – раздались приглушенные смешки. Белобрысый стоял молча, засунув руки в карманы потёртых джинсов и недовольно поджав губы. Какое-то время он сверлил взглядом хлюпавшего носом мальчика, потом раздражённо пожал плечами и развернулся к нему спиной, собираясь продолжить путь.
Но не успел он сделать и двух шагов, как метрах в пятидесяти от него, в доме с бело-голубыми ставнями и высоким штакетником вдоль палисадника, открылась калитка, и на улицу выглянула чуть полноватая женщина в синем ситцевом сарафане, открывающем округлые плечи. Приложив козырьком руку к глазам, она, щурясь от яркого солнца, окинула внимательным взглядом переулок и, оценив ситуацию, не терпящим возражения зычным голосом окликнула его:
– Ви-итя-а! Возьми Лёшика с собой.
Подросток резко затормозил и, закатив глаза к небу, беззвучно зашевелил губами. По выражению лица можно было догадаться – в его тираде не было ни одного цензурного слова.
– Ну, мам, – недовольно протянул он, оборачиваясь, но, наткнувшись на строгий взгляд матери, понял, что просто так она не позволит отвязаться от мальчишки, и попытался воззвать к голосу разума. – Он штаны порвал. Куда с дыркой на жопе? Я чё, позориться с ним буду?
– Ничё. Не на танцы собрался. Кто там, на пруду, будет вас разглядывать. А штаны я вечером зашью, – грозно взглянула на него женщина. Потом кивнула застывшему в ожидании, готовому вот-вот разреветься мальчику, и почти пропела ласковым голосом. – Иди, Лёшик, с Витей. А ты смотри там за братом.
Голос матери – когда она обратилась к старшему – опять изменился, став строгим.
– Схуя ли он мне брат? – заворчал подросток, но так чтобы мать не услышала. – Навязался на мою голову.
Лёшка последний раз на всякий случай хлюпнул носом, но видя, что наказания не будет, и старшие мальчики всё же берут его с собой, расплылся в щербатой улыбке, обнаруживая отсутствие верхнего резца, и вприпрыжку побежал за компанией подростков, направившихся в сторону совхозного пруда.
***
– Витёк, откуда этот шкет взялся? У тебя вроде братьев не было?
Подростки лежали, лениво раскинувшись на песке. Полуденное солнце, стараясь укусить побольнее, нещадно пекло. Но они будто и не замечали этого. Наплескавшись в тёплой, как парное молоко, мутной воде совхозного пруда, они с удовольствием подставляли его безжалостным лучам загорелые до темно-коричневого отлива тела.
– Мать по весне с одним мудаком сошлась, а у него вот такое уёбище. Теперь меня заставляют везде с ним таскаться. Вот кто за ним до этого следил?
Витька раздражённо дёрнул ногой, сгоняя надоедливую муху.
– М-да, не повезло, – равнодушно бросил похожий на цыгана Мишка, лениво потягиваясь.
– У тебя, значит, теперь есть отчим и брат? – оживился другой его приятель – смешливый и непоседливый Юрик.
И, дождавшись недовольного кивка, с интересом спросил:
– А что отчим? Не достаёт?
– Пусть только попробует, – Витька выпятил грудь и согнул в локте руку, демонстрируя бицепс, неплохо накачанный для его возраста.
Мишка посмотрел немного завистливо, а Юрка ткнул пальцем и уважительно цыкнул. Насладившись реакцией приятелей, Витька расслабился и опять улёгся на спину, закинув ногу на ногу, и ворчливо пробормотал:
– Мать говорит, дом мужского внимания требует. Ну, в деревне ладно. У бабы Зины дом, конечно, ещё крепкий, а вот сарай уже заваливаться начал. Только ведь года через два я и сам бы всё поправил. Вот чё, потерпеть не могла? А в городе так вообще проблем нет. Много ли в квартире мужской работы? Что я, выключатель не смогу починить? Или там полку какую прибить. Разве нам вдвоём плохо было? Нет ведь. Нашла себе мудака… Вообще-то он всё больше молчит. Правда, когда напьётся, совсем дурной становится. Но к нам с матерью не лезет, своего начинает строить. Поначалу попытался и меня воспитывать, да я быстро ему показал «кто из ху». Сказал, что он мне не батя, чтобы меня воспитывать. А будет лезть, мы его с пацанами возле гаражей встретим, вот тогда и поговорим. Теперь он на меня внимания не обращает, только своего уёбыша достаёт. Да и тут мать ему не даёт сильно развернуться. Защищает мелкого, как родного.
Витька приподнялся, облокотившись на предплечья, и покосился на мальчишку.
Тот, путаясь в леске, пытался забросить удочку с берега. Долго сосредоточенно примеривался, потом широко, от плеча, размахнул удилищем – чуть не зацепив крючком уже и так пострадавшие шорты – и немного неуклюже выбросил вперёд. Внимательно проследил за шлёпнувшимся в воду поплавком и быстро-быстро что-то зашептал себе под нос – то ли ругаясь, то ли колдуя на большой улов.
«Ну что за идиот?» – Витька смотрел, недобро щуря глаза.
Словно почувствовав его пристальный взгляд, Лёшка обернулся и, перестав бормотать, обезоруживающе улыбнулся. И Витька вдруг смутился, будто его поймали за чем-то постыдным. И от этого разозлился ещё больше.
Пацан напрягал его с первого дня. Он казался до неприличия наивным и чистым. В доверчиво распахнутых глазах словно жило ожидание чуда. Будто он каждую минуту ждёт, что вот сейчас произойдёт что-то сказочно-хорошее. А когда он смотрел на окружающих людей, его взгляд говорил: «Я знаю, ты хороший. Я верю тебе».
И всё время улыбался как малахольный: отцу, Витькиной матери, самому Витьке и даже старой соседке – вреднющей бабе Мане. Но Витька в свои неполные шестнадцать давно уже не верил, что в наше время, когда даже двухлетний ребёнок знает свою выгоду, кто-то может быть бескорыстно-искренним, и каждый раз ждал подвоха. Конечно, мотивы пацана Витька мог понять – родной отец обращал на Лёшку внимание, только «приняв на грудь». И то только для того, чтобы в очередной раз отругать или шлёпнуть тяжёлой мозолистой ладонью по заднице. Было ясно, что заступаться за сына, в случае чего, он точно не будет. Поэтому положение Лёшки в новой семье полностью зависело от того, как к нему отнесутся мачеха и её сын.
Мать сразу повелась на эту открытую улыбку и относилась к «Лёшику» даже лучше, чем к родному сыну. Витьку это злило. И ещё – Витька сам никогда не прогибался перед теми кто сильнее и в других терпеть не мог заискивания и льстивого старания угодить. А в этой показной, как ему казалось, искренности и немом обожании во взгляде, когда Лёшка смотрел на него, Витька видел только расчёт. Но он никому не позволял использовать себя, и тем более это не удастся семилетнему пацану.
– Блядь, всё лыбится и лыбится. И прилип ко мне, как банный лист к голой жопе.
Зло сплюнув сквозь зубы, Витька поднялся, отряхивая налипший песок, и побежал к пруду, с размаха врезаясь в воду, нарочно обдавая стоящего на берегу мальчика веером брызг.
Остальные тут же повскакали с мест и с хохотом последовали за ним, стараясь поднять как можно больше волн и брызг и перебаламутить воду.
Лёшка стоял на берегу – мокрый с головы до ног, с налипшими на лоб черными прядями – и смешно морщил нос с повисшей на кончике прозрачной каплей воды.
Но улыбаться так и не перестал.
Словно поддерживая его и призывая повеселиться вместе со всеми, среди искрящихся солнечных бликов на воде, норовя запутаться в камышах, весело прыгал яркий поплавок, только сегодня выкрашенный Лёшкой алым лаком.
Подростки тут же забыли о маленьком рыбаке. Они долго плескались на мелководье, прыгая в воду с плеч и подставленных рук, потом плавали наперегонки до противоположного берега неширокого пруда.
Вдоволь накупавшись, вповалку упали на песок и лежали, лениво переговариваясь ни о чем. А кто-то, утомившись, уже дремал в тени густо разросшегося по берегу ивняка.
– Жрать охота, – Витька, прищурив глаза, посмотрел сквозь белёсые ресницы на давно перевалившее зенит солнце. – Часа три уже, а может, и четыре.
