Читаем Лемнер онлайн бесплатно
— Ну хорошо, хорошо, я вам верю. Наши «европейцы» готовят заговор, чтобы срезать носителей «Русской идеи». Сменить Президента Троевидова на Президента Чулаки. Вернуть Россию на «европейский путь». Роли распределены. Режиссёр Серебряковский ставит в театр пьесу «Голова императора». В пьесе иносказательно говорится о Светоче, который умертвил Президента Троевидова и захватил власть. В финальной сцене возникает огромная колба. В ней плавает труп императора, похожего на Президента Троевидова. Зрители театра прозревают, направляются в Кремль, требуют показать Президента. К ним выходит Президент, но все видят, что это двойник. Народ бунтует. На Тверской проходит «шествие гробов». Всех умерших в московских моргах кладут в гробы, накрывают государственными флагами и выдают за жертв войны. Матери жгут военкоматы. Студенты, подлежащие мобилизации, выходят на улицу и кидают «коктейли Молотова». Москва охвачена беспорядками. Светоч обращается к вам. Вы своими войсками подавляете мятеж, уничтожаете «европейцев», и Светоч становится хозяином России. Вас же, сыгравшего свою роль, убирают. Страна забывает о золотом пистолете!
Иван Артакович рассказывал всё это весело, схватив руку Лемнера длинными птичьими пальцами. Для Ивана Артаковича не было тайн. Мир для него был прозрачен. Лемнер пугался прозрачности мира. В этом мире не было тайн. Все тайное немедленно становилось для Ивана Артаковича явью.
— Но если я не приду на помощь Чулаки? Если заключу союз со Светочем?
— Мне известно, что Антон Ростиславович заказал шесть железных шкафов и шесть стеклянных сосудов. Пять из них для Чулаки, Формера, Серебряковского, Лео и Аполинарьева. Они пополнят коллекцию заспиртованных врагов. А шестой шкаф и шестой флакон для кого?
— Для кого? — Лемнер гнал прочь догадку.
— Для вас, мой друг! Для вас!
Лемнер представил кабинет Светоча с мятым золотом куполов. Железный шкаф. Светоч подзывает посетителя к шкафу, раскрываются железные дверцы. Сквозь толстое стекло флакона, в желтоватом формалине стоит он, Лемнер, голый, растопырив пальцы, хранящие предсмертную судорогу. Тело покрылось жёлтыми трупными складками.
— Что же мне делать? — умоляюще воскликнул Лемнер.
— Будем вместе. Сначала мы разгромим «европейцев» и позволим Светочу их заспиртовать. А потом заспиртуем Светоча.
— Нам это удастся?
— Очень скоро, любезный Михаил Соломонович, у России будет другой Президент, и если на то ваша воля, этим Президентом стану я. На время. В ваших венах течет кровь Романовых. России нужен монарх. Не правда ли, ваше величество? — Иван Артакович нагнул голову, поклонившись монарху. Сам же тихо, счастливо смеялся.
К ним подошёл музыкант с душистой гривой.
— А как ваши перволюди, Иван Артакович? Как Россия Райская? — музыкант был наслышан о тайном проекте Президента.
— Представляете, — Иван Артакович схватился за голову. — Ксения Сверчок родила негритенка!
Музыкант тряс наполненной ароматами гривой.
Пышный, восторженный, как упавший с небес, голос возвестил:
— Президент Российской Федерации Леонид Леонидович Троевидов!
Словно пахнуло ветром. Как клонятся колосья в поле, так все обратились к золочёным дверям. Гвардейцы балетными жестами распахнули резные створки. Из золота, озарённый небесами, появился Президент Леонид Леонидович Троевидов.
Лемнер был поражён. Небесный глас, райские золотые врата, дивное явление богоподобного повелителя — всё было во имя него, Лемнера, ему одному посвящалось.
Президент ступал царственно, почти не касаясь земли. Так появлялись в дворцовых залах цари, принимая поклонение подданных. Все, кто был в Георгиевском зале, расступились, открывая пустое пространство между Лемнером и Президентом. Президент шёл прямо к Лемнеру. Казалось удивительным его сходство с императором Александром Первым. То же мягкое, полное лицо с милостивой улыбкой. Белокурые, словно у девушки, волосы. Кудрявые бакенбарды. Голубые, как апрельская вода, глаза. На нём был тёмный костюм, строгий галстук, но Лемнеру казалось, что на Президенте голубой кавалергардский мундир с орденами и серебряными эполетами. Президент шёл прямо к Лемнеру. От него исходила царственность, побуждавшая не страшиться, а любить. Властная сила, заставлявшая не трепетать, а поклоняться. И Лемнер любил, поклонялся. Президент вышел из золотых ворот к Лемнеру, нёс награду. Его награждала сама Россия, Русская история заносила его имя золотыми письменами на беломраморные доски рядом с именами великих русских героев.
— Здравствуйте, Михаил Соломонович, — Президент протянул Лемнеру руку, и тот, пожимая, почувствовал волнующую силу пожатия, благодатное тепло, пролившееся из этой царственной руки. — Я видел ваш порыв, когда вы бросились на танки с золотым пистолетом. Это напоминало русский эпос. Битву Пересвета с Челубеем. Багратиона на Бородинском поле. Советского комиссара в Сталинграде. В вас вековечный русский дух, что делает русский народ победителем.
Похвала из уст Президента вызвала близкие слёзы. Лемнер любил Президента, задыхался от любви.
