Читаем Легенда о Глорусе онлайн бесплатно

«Красивый… Правда, норовистый. Но все равно хороший. А какая походка…»

— И-ингрид, идем ко мне! — звонкий оклик девушки, пронесшийся по всему загону, оторвал меня от сосредоточенного пялинья на прекрасного черного скакуна. — А то со мной постоянно сюда ходишь, а кататься даже и не пробуешь.

— Анжелика, я тебе уже сто раз говорила, что лошадей я, конечно, люблю, но ездить на них не собираюсь. И даже ты меня не заставишь. Хм, интересно, а существует ли такой человек вообще? — уже сама себе задала я вопрос и снова погрузилась в размышления. Чем, кстати, и злила Лику, которая начала елозить в седле, придумывая коварный план, как бы меня подколоть.

Я тогда зря сделала ход а-ля «спорнем», ведь Анжелика хоть и выглядела хрупкой невинной девушкой, но если уж за что-то бралась, то ничто ей не было помехой. А после случая с гопниками и кастрюлей… ее вообще кличут «Лика-затыка». В общем, знаменита девка. И я тоже не исключение: кто-то ведь должен вытаскивать ее зад из неприятностей. Поэтому позвольте представиться официально и дать вам воображаемую визитку: «Ингрид Райт. Самопровозглашенный дипломат по вопросам мира и разрешения конфликтов на районе».

— Ой, поверь мне, когда-нибудь ты сядешь на лошадь, — фыркнула Анжелика и сильнее натянула поводья, заставляя животное остановиться.

— Наверно, в следующей жизни, — машинально пропела себе под нос, — но не в этой, — строго отрезала я сама себе.

Подруга закатила глаза. Все же она никак не могла смириться с моим вечным погружением в себя и игнором ее персоны.

— Слушай, а ты пойдешь на выставку? Вся наша группа уже дала ответ. И да, там будут студенты из других университетов. Может, закадрим кого-нибудь? — Игриво покачивая плечами, Анжелика мне намекающе подмигнула.

— Тебе наших уже мало? А когда идем-то?

— Да что с тобой в самом деле? Нам уже все уши прожужжали, а ты ни сном, ни духом. Ладно, так и быть, — величественно ответила она, ловко покинув седло, — скажу по секрету: мы идем шестого числа.

— Постой, так это же завтра!

— Ну да, проснулся олененок в полшестого! И возьми с собой блокнот для записей, а лучше воспользуйся телефоном, как это собираюсь сделать я.

«Опять кто-то включил образ важной дамы».

— А зачем? — без особого интереса спросила я.

— Мне Брайан по секрету сказал, что наш новый преподаватель по истории, миссис Локвуд, задаст написать доклад по увиденным экспонатам. А у наших, как знаешь, с памятью не очень, поэтому техника как всегда придет на помощь. Кстати о помощи, чуть не забыла, — встрепенулась девушка, распахнув большие кошачьи глаза. — Я ж у тебя в прошлый раз оставила свою зажигалку. Не могла бы ты посмотреть и принести, если найдешь? Неохота новую покупать.

— Хорошо, но ты же собиралась бросить курить. Вот тебе и повод.

— Хм, если бы я не была такой рассеянной, решила бы, что ты ее специально спрятала, — усмехнулась Анжелика, поглаживая расчесанную пышную гриву коня. — Правда, я и сейчас пытаюсь бросить. Но как-то не особо выходит.

— Впервые вижу человека, который курит и активно занимается спортом. Выбери уже что-нибудь одно.

— Да не волнуйся, ЗОЖ и я — не разлей вода. Просто уже рефлекс выработался идти «стрелять» сигаретку у симпатичного парня.

— Ты как всегда.

От разговора меня отвлекло знакомое гудение: в кармане джинсовой куртки завибрировал мобильный телефон, и через секунду по всему загону эхом разлетелся голос моего любимого гроулера. Счастью не было предела, ведь на экране высветилось имя тети, которая вместе с супругом находилась сейчас на отдыхе. Но не все радовались как я…

— Лик, прости. — Я виновато вжала голову в плечи и быстро нажала на кнопку «Тихо».

— Зачем мне твое прости? — открыто огрызнулась девушка. — Лучше б эту ужасную рокерскую музыку сменила, а то она всех лошадей опять напугала. Пойду теперь успокаивать. — И с гордо поднятой головой подруга направилась к своим любимцам.

Выбежав из шумного загона, я наконец смогла ответить на звонок.

— Алло, Ингрид, — раздался громкий, бодрый голос тети Грейс на другом конце. — Дорогая, звоним, чтобы предупредить: мы приедем из отпуска пораньше.

— Почему? Что-то случилось? — Во мне зародились нотки беспокойства.

— Нет, просто поскорее хотим тебя увидеть.

— Я тоже. Но вы и так в кои-то веки выбрались на отдых — лучше отдохните еще пару деньков. Я никуда не денусь.

— Нет-нет, мы приедем, тем более твой упрямый дядя уже купил билеты. Скоро выезжаем. Если в Рише успеем пересесть на автобус, то завтра уже будем дома.

— Вот как. — Сердце радостно затрепетало. — Замечательно, тетя Грейс, с нетерпением буду вас ждать.

— Слушай, мне кажется, или у тебя и вправду голос какой-то странный? Ты не заболела?

— Нет, просто опять плохо спала. Эти сны так выматывают. — Я закрыла глаза и помассировала веки.

— Да, ты мне уже говорила. Не волнуйся, все пройдет. У меня тоже что-то похожее в молодости было. И у твоей мамы… — Она осеклась, а после мягко проговорила: — Прости, дорогая.

— Ничего. Все в порядке. В общем, наберите мне, как будете подъезжать — встречу вас на вокзале. Ой, — опомнилась я, — хотя не знаю, получится ли? Выставка какая-то приехала, поэтому завтра всем потоком идем в музей.

— А чего нас встречать-то? Сами не доедем, что ли? — наигранно возмутилась тетя Грейс. — Не беспокойся, все будет хорошо. До встречи!

— Ага, удачной дороги. Передавай привет дяде!

«Эх, наконец-то они вернутся, а то я уже начала скучать. Поскорее бы приехали, поскорее…»

После тренировки Анжелики мы поехали поддерживать в форме и мои навыки. Навыки игры в дартс. Моя любимая игра, позволяющая соединять приятное с полезным. Благодаря отцу, невесть зачем научившему меня в детстве метать опасные острые предметы, теперь я могла заработать денежку на какой-нибудь вкусный приз.

Все шло по привычному сценарию: выиграв «Раунд» у подвыпившей самоуверенной компании, мы с Ликой направились праздновать очередную победу в кафе «Белый мишка», находившееся неподалеку от ее дома. Мм, какое же там делали вкусное мороженое. Каждый раз заходя за подругой, я уговаривала ее купить стаканчик этого сладкого лакомства. Хотя уговоры были так, для галочки, ведь Анжелика и сама была не против перепробовать весь имеющийся там ассортимент, просто ну надо же было каждый раз напомнить, как она следит за фигурой и всегда считает калории.

Мы посидели немного за столиком, поговорили о типичных студенческих проблемах и, увеличив количество глюкозы крови, довольные и уставшие, разбрелись по домам. Теперь хотелось одного — спать. Я уже представляла себе, как войду в комнату, скину с себя одежду, плюхнусь на кровать и зароюсь в большое, мягкое одеяло. Но планы начали рушиться еще с лестничной площадки. Не дойдя до квартиры, я услышала наш специфический звонок телефона.

«И кто может звонить на домашний?»

Я быстренько подскочила к двери, открыла ее и рванула к телефонному столику, стоявшему справа в гостиной.

— Мисс Райт? — спросил незнакомый мужской голос на другом конце провода.

— Да, я вас слушаю.

— Здравствуйте. Вас беспокоят из департамента атапинской полиции. Сегодня днем у нас на 25-м шоссе произошла авария. В одной из потерпевших машин находились ваши опекуны.

— Что? — Сердце начало набирать обороты. — С ними все в порядке? — Оно разогналось до такой скорости, что, казалось, вот-вот проломит ребра.

— Мне очень жаль, мисс, но прибывшей на место происшествия бригаде медиков спасти их не удалось. Позвоните в главную больницу, чтобы…

— Поняла.

— Мисс…

Нажав кнопку сброса, я медленно опустилась на диван. В голове было так пусто, но в тоже время крутилось столько всего. Так странно. Так сложно. Что даже забываешь как дышать. Отчего медленно погружаешься в пьяную бессознательную прострацию.

Прийти в себя мне позволил глухой стук чего-то об пол. Все это время телефон находился у меня в руке и медленно соскальзывал, пока… Осознание. Меня как окатило ледяной водой. Сердце сделало один мощный удар и пошло ко дну, словно грузило. Все ниже и ниже. Как и я. Тело мигом обмякло, будто лишилось костей. Жесткий приступ страха и паники сжал внутренности с такой силой, словно я только что пропустила удар под дых. Но когда наконец мне хватило сил втянуть глоток спасительного воздуха, меня как прорвало. Валяясь на полу, я рыдала, скулила и кричала. Даже и не вспомню что. Боль тогда перекрыла и застелила собой все.

Мой мир рухнул. Все изменилось. Навсегда. И я не знала, что с этим делать. Да и могла ли что-то?

На похоронах в мыслях только и крутилось: «За что? Почему я? Чем такое заслужила? В чем виновата? Чем провинилась?»

Весь этот ужасный день я вглядывалась в лица незнакомых мне людей, пытаясь найти ответы, но от них были лишь слова сожаления и поддержки. Все не то… Не это мне было нужно. Из большой семьи нас осталось только двое: я и бабушка Нора. Только двое. Разве это не странно? Мне так хотелось об этом спросить, нет, даже кричать о такой несправедливости этой гребаной жизни! Но из меня выходили лишь слезы.

Боль и обида переполняли до краев, стягивали невидимой лентой и отдаляли от реальности. Я варилась в собственном самобичевании. Голова ноюще пульсировала, в ушах звенело так, будто я оказалась между двумя скоростными поездами, а перед глазами уже начали плясать черные мушки.

«Да, пускай я лучше потеряю сознание. Хоть и ненадолго, но мне станет легче».

Но мое маленькое желание не исполнилось. И мне становилось только хуже.

Я не спала несколько суток. Появились ужасные круги под глазами. Да и сами они выглядели не лучше: из-за напряжения сосуды полопались и белки стали почти ярко-красного цвета. Зрелище не из приятных. А еще из неприятного — боль всего тела. Ныла голова, щипали заплаканные глаза, кололи искусанные губы, дрожали замученные пальцы рук… Меня, кажется, даже лихорадило. Но больна я не была. Хотя душевная болезнь очень легко перескакивает на телесную.

«Похоже, все же придется лечь в больницу. Может, хоть там удастся заснуть? А то никак не получается: то и дело думаю о родных».

И все заканчивалось тем, что я обвиняла себя. Во всех смертях, что следовали за мной по пятам.

— Ведь они остались бы живы, если бы послушались меня и не ехали домой раньше! — как припадочная повторяла я, как будто это могло что-то изменить.

Не знаю, сколько прошло времени. Отгородившись от всего, я даже не хотела подходить к окну, чтобы узнать хотя бы время суток. Мне было все равно. Укутавшись в теплое махровое одеяло, я сидела в дедушкином любимом кресле и смотрела на трещину в полу, которая так раздражала всех моих родных, но заделать ее никто так и не удосужился. Почему-то этой маленькой трещинке удалось воссоздать столько теплых воспоминаний, что мне захотелось окунуться и раствориться в них. Хоть ненадолго.

«Не хочу это терять».

Но вот мне стоило только на секунду закрыть глаза, как измученный организм быстро погрузился в сон. Впервые за долгое время мне приснилось что-то приятное. Сон был таким же реалистичным, как и другие, но не мрачным и пугающим. Я оказалась в очень красивом месте…

Позади — пещера, которую окутывала сползающая по ее очертаниям зелень, напоминающая пушистые густые волосы лесной богини. По бокам узкой песчаной тропинки цвели неописуемой красоты деревья, из листвы и белых цветов которых доносилось легкое мелодичное пение птиц. Вдали виднелись шапки огромных ледяных гор. Приятный теплый ветер не только ласкал кожу и развевал волосы, но и подхватывал опавшие лепестки, заставляя их кружиться в плавном, почти гипнотическом танце на протяжении всей дороги, которая заканчивалась небольшим берегом. Озеро… такое прекрасное, чистое, умиротворяющее. Оно будто сияло и искрилось, отражая лучи яркого летнего солнца. Голос волн успокаивал. Вскоре неспокойное биение сердца перешло в размеренный ритм воды, отчего буквально ощущалось единение с природой. Пульс ее жизни. Такой мощный и глубокий. Что начинаешь чувствовать себя нужной.

С каждой секундой пребывания в том месте становилось легче на душе. На это чудесное творение можно было смотреть вечно. Даже захотелось стать его частью. Казалось, озеро и вправду меня звало. И этому зову было сложно противиться. Но только я коснулась манящей меня воды, как откуда-то донеслись крики. Сперва приглушенные, но вскоре они стали громче и четче.

Я проснулась и поняла, что крики были вовсе не во сне. Мигом выпутавшись из кокона-одеяла, я подбежала к окну и отдернула шторы. Увиденное повергло в шок. Огромные дыры на раскуроченных дорогах, разрушенные мосты, перевернутые машины, ор людей… Источник этого кошмара не заставил себя ждать и вышел на сцену. Взгляд сразу устремился в кровавое небо, из плотной серой занавесы которого новой волной начали сыпаться огненные раскаленные глыбы.

«Что? Это сон?» — не верилось в реальность происходящего.

— Проснись. Проснись. Проснись, — бубнила я, уставившись на приближающуюся угрозу. — Вот черт.

Прямо на мой дом падало это космическое тело. Я не успела даже опомниться, как…

Но было уже поздно.

Вы когда-нибудь умирали?

Да, согласна, необычный вопрос, но что остается спрашивать, если со мной так и произошло? По крайней мере, я так думала. Очнуться на поляне, в какой-то луже, когда тебя сбил метеорит… Это ли не странно?!

— Может, я в раю?

Однако резкая боль, горячим током прошедшая по левой руке, быстро отогнала подобные мысли прочь. Ведь как известно, у духов нет крови, а у меня она тонкими струйками стекала с руки.

«А где пораниться-то умудрилась? — рассматривала я рану, идущую от запястья до локтя. Ничего серьезного, конечно, жить буду, просто содрала верхний слой кожи, будто упала с велосипеда и проехалась по земельке. — Значит, я упала? Но откуда? Стоп, это сейчас не главный вопрос. Главный — где я, черт возьми?!»

Миллионный разворот вокруг своей оси не дал мне никакой информации. Дал лишь головокружение и тошноту из-за постоянно мелькающих зелено-коричневых оттенков. Я подняла голову, к чистому безоблачному небу, — и глаза наполнились слезами. Стремительно зарождавшаяся паника скрутила внутренности в тугой узел и подкосила ноги, отчего я осела на землю. Остатки утренней росы намочили дрожащие ладони, а горьковатый цветочный запах тут же заполнил легкие. Мне все это не нравилось. Хотелось встать и уйти. Но не получалось. Я продолжала сжимать в руках траву и сверлить незнакомое пространство въедливым взглядом. Поляну со всех сторон окружали высокие старые деревья, чья крона разрослась настолько, что совсем не пропускала свет. Создавалось впечатление, что это был единственный островок жизни посреди необъятной пустой тьмы. Это пугало. Но остаться здесь навсегда пугало еще больше. Нужно было что-то делать.