Читаем Леди Куросуки (СИ) онлайн бесплатно

========== 1. Переворот ==========

Райга Куросуки стоял на возвышенности, а небольшое селение Катабами Кинзан простилалось пред его ногами. Он взирал на деревню пустым взглядом, думая лишь о том, что его идея даёт ему призрачную надежду вновь ощутить себя живым, всецело отдаться кровавой эйфории, забыться, испытать катарсис.

Неуёмный ураган дул в спину, словно подталкивая Мечника Тумана на свершение всего, что он задумал. Мужчина взял края плаща в руки, чтобы он не развевался, а укрывал от холода малыша, сидевшего у него на спине.

— Мы уже пришли? — послышался детский голосок, едва различимый из-за приближавшегося грома и загробного завывания ветра.

— Ранмару, — на выдохе произнёс Райга — он любил называть имя своего юного спутника, в лишний раз напоминая себе, что он не один, что остался в этом мире человек, преданный ему, и, возможно, любящий. С тех пор, как Мечника Тумана вынудили покинуть собственный дом, он впал в отчаяние и превратил себя в беспощадное оружие, убивающее без разбора, и именно спасённый им мальчик, единственный, перед кем Куросуки остановил свои клинки-близнецы Киба, стал для него последним связующим звеном со здравым смыслом. — Это здесь, — мужчина вдохнул полной грудью свежий влажный воздух, предзнаменовавший начало грозы. — Послушай этот звон колоколов, он возвещает о нашей победе, — громким, срывающимся на крик голосом Райга провозгласил это, а его слова эхом отразились о стены высоченного каньона.

— Но ведь не слышно никакого звона колоколов, — поспорил Ранмару и применил доудзюцу, чтобы убедиться в своей правоте, — и старая колокольня заколочена уже давно.

— Скажи, — Райга пропустил слова мальчика мимо ушей, — сколько человек охраняют Катабами Кинзан?

— Я не вижу ни одного стражника, — тонкий голосок Ранмару дрогнул из-за неуверенности: он побывал уже не в одном селении в роли глаз Райги, но такое, чтобы смотровые посты пустовали, он видел впервые. — А дворец охраняет около тридцати человек.

— Я слышал об этом месте: рудники уже практически истощили свои золотые запасы, у здешних жителей и брать нечего, грабители это знают, а правителю, главе клана Ватанабэ, так подавно неважно, что с ними будет. В крайнем случае, если произойдёт нападение, отбиваться будет ополчение. Но о себе-то феодал печётся, — с уст Райги сорвался надменный смех, — думает, что значение имеет только его жизнь… Что этой тридцатки будет достаточно, — он чувствовал, как его руки охватывает приятная дрожь. — А в самом дворце? Что там происходит?

— Все собрались в центральном холле, остальные комнаты пустуют, за исключением одной…

— Одной?! — нетерпеливо перебил Райга.

— Я вижу молодую женщину, сидящую у окна.

— Понятно. Ты готов, Ранмару? С твоей помощью это место станет нашим с тобой домом, — он завёл руку за голову, чтобы через сумку погладить мальчика по голове, а затем молниеносно ринулся вниз, с лёгкостью перепрыгивая с камня на камень, пока не оказался у входа в деревню.

Старые, уже покосившиеся домишки с высоты его роста казались Райге совсем крошечными. Мутные окна, несмотря на тёмное время суток, так же, как и единственная улица, не освещались, и лишь один дворец сиял разноцветными фонариками и сотнями свечей где-то вдали. Шиноби неотвратимо шёл к нему, даже не глядя по сторонам. Оказавшись перед впечатляющими своими размерами вратами, мужчина ухмыльнулся и одним ударом ноги снёс навесной замок. Заскучавший стражник вмиг всполошился. Он схватился за не видавшую крови катану и махнул другой рукой своим сослуживцам, призывая их вступить в бой с незваным гостем. В следующий миг Куросуки окружил с десяток людей Ватанабэ.

— Почему они так спешат напасть на тебя? — видя происходящее с помощью доудзюцу спросил Ранмару.

— Потому что я один, — ответил Райга. — Решительность в них поубавится, когда бой станет равным.

Те, кто услышал этот разговор, приняли его за необоснованную браваду и поспешили ударить нукенина Тумана в спину, но мужчина ощутил опасность сзади и парировал сразу все атаки с помощью одного из клинков Киба, пронизанных молнией. Остальные, видя это, засомневались, но теперь уже самого Райгу было не остановить: войдя в раж, он пронзал тела воинов Ватанабэ одно за другим, даже не тратя чакру на призыв молнии.

— Сверху, лучник, — вскрикнул Ранмару, и Куросуки тотчас схватил за плечи одного из стражников, выставляя его перед собой как щит. Стрела, выпущенная из лука с огромным натяжением, прошла насквозь, и Райга смог увидеть окровавленный наконечник, вышедший через грудь.

— Хорошо стреляешь, — мужчина ухмыльнулся, обнажив зубы, и бросил бездыханное тело в ноги выстрелившему. Лучник начал пятится, а шиноби смотрел ему прямо в глаза обезумевшим взглядом. Потеряв равновесие, стражник упал и выронил лук. Он ощутил, как слёзы покатились по гладко выбритым щекам, но его руки настолько онемели от страха, что даже не могли вытереть их. Райга зашагал по ступеням, не прерывая зрительный контакт, наслаждаясь этим трепетом перед ним, но в последний момент прошёл мимо, желая поскорее познакомиться лично с представителями клана Ватанабэ.

Грохот вышибленной двери заставил прервать проводившееся в холле заседание. Взоры людей разных полов и возрастов были обращены на высокого мужчину с двумя мечами в руках, а их глава, не растерявшись, завопил что есть мочи:

— Стража! — в его голосе не было ни капли страха, ведь что способен сделать один сумасшедший в его хорошо охраняемом поместье? А потом ужас всё же начал окутывать старика — ведь как-то он сумел ворваться во дворец!

— Ты его кличешь? — с надменным смешком Райга переложил один из своих мечей в другую руку и схватил за воротник того самого лучника, поднимая его на уровень головы. — Других я убил, — он разомкнул хватку, и напуганный стражник так и остался сидеть в его ногах.

В этом Акихиро Ватанабэ уже не сомневался.

— Что тебе надо? — глава клана делал паузы между словами, придавая своей речи более уверенное звучание, в то время как тело предательски задрожало.

— Мне стало скучно, и я решил, что ты был недостойным правителем. Деревня бедствует, пока ты и твоя родня наживаетесь на них, — Райга говорил это и ощутил особое удовольствие от осознания себя благородным освободителем. Он задумался: понимает ли Ранмару его слова? Гордится ли он своим спутником? — Поэтому я решил взять власть в Катабами Кинзан в собственные руки. Кто не согласен — будет иметь дело со мной.

— Ещё двадцать человек слева и справа направляются сюда, — тихо проговорил сидящий на спине мальчик.

— Тем лучше, — предвкушая битву прошептал Куросуки.

— Посмотрим для начала, выберешься ли ты отсюда живым! — подоспевшая стража придала Акихиро надежды на победу, но радостный блеск в его глазах угас, когда Райга пронзил нападавших на него с обеих сторон сразу двумя клинками Киба, пронизанными молниями. В холле послышался удивлённый гул. Женщины начали щемиться к своим мужьям, подсознательно ища в них защиту, но не видя их не менее испуганных лиц.

— Я бы рад вас всех перебить прямо здесь и сейчас, но мне ещё пригодятся здешние люди и твои стражники. Поэтому все, кому жизнь дорога, могут сдаться. Я буду платить больше, чем этот скряга. Лучник, — он посмотрел вниз, туда, где так же безвольно и покорно сидел тот, кого он попросту поленился убить из-за его слабости, — передай мой приказ: всем собраться у заколоченной колокольни. И да, открой её и забей в колокол. Поторапливайся.

Когда юноша понял, что сейчас его не убьют, то вновь ощутил силы бежать. Он незамедлительно ринулся выполнять повеление Куросуки.

— Это касается и членов твоего клана, — Райга обратился к Акихиро. Я хочу видеть всех.

— Здесь и так все, — подавленным голосом ответил старейшина. Он и не желал скрывать то, что где-то в дальней комнате сидит взаперти ещё один представитель семейства Ватанабэ — скорее попросту забыл.

— Врёшь, — ухмыльнулся Куросуки и пронзил того мечом. — Я ненавижу, когда мне лгут, — он достал клинок из груди старика и зашагал к лестнице, оставляя за собой кровавый след. Райга обернулся, услышав истошный вой жены убитого им мужчины, замедлился на мгновение, а затем продолжил путь, ведомый голосом Ранмару.

— Она здесь, — подсказал мальчик.

Сидевшая внутри слышала тяжёлые шаги, с каждой секундой приближавшиеся всё ближе и ближе, но она вовсе не боялась, скорее испытывала любопытство. В её руках была игла с золотой нитью, которой девушка расшивала узоры на воротнике своего бархатного плаща.

С обратной стороны загромыхал замок, а затем по ветхой двери с силой ударили, отчего та податливо отворила проход в комнату. Райга увидел юную девушку, сидящую на подоконнике у открытого окна. Предгрозовая буря трепала её длинные волосы, ниспадавшие на скромные, но дорогие одежды. Она подняла взгляд от вышивки на вошедшего мужчину, с интересом изучая его уже вблизи.

— Я вас видела, когда вы убивали солдат Акихиро-сана. Даже интересно, как вы набрели на путь, ведущий в Катанаби Кинзан…

— Теперь я — новый правитель здешних мест, и я приказал всем жителям собраться у колокольни. Ты тоже должна быть там, — Куросуки тяжело дышал, он был охвачен тем же боевым ражем, потому, если бы она вздумала с ним спорить, то он бы поволок её туда силой.

— Вот как, — она ухмыльнулась и подняла брови, окинув Райгу оценивающим взглядом. — Хорошо, — она неторопливо встала, откладывая пяльцы на подоконник, расправила длинные юбки и направилась к мужчине, застывшему на пороге. Зазвонил колокол, отчего лицо девушки озарилось необъяснимой для Куросуки радостью. — Целую вечность его не слышала. Когда я была маленькая, я часто взбиралась на колокольню и любовалась природой вместе с моим братом Акио, но Акихиро, — она намеренно не добавила к его имени вежливую приставку, — настолько боялся шпионажа и заговорщиков, что приказал её заколотить. Он испытывал страх перед каждой тенью, потому что имел для этого все основания.

Райга слушал шедшую позади, попутно размышляя над дальнейшей судьбой собравшихся на площади жителей поселения.

========== 2. Изгнанный клан ==========

Старики, женщины и мужчины, их дети, облачённые в многократно заштопанные бесцветные одежды, теснились друг к другу, стараясь согреться — осенью ночи в долине были невыносимо холодными, особенно теперь, когда с неба накрапывали первые капли дождя. Их бывшие правители, клан Ватанабэ, также покорно стояли на площади, не найдя ни причин, ни силы духа, чтобы вступить в бой с могущественным шиноби, но они держались поодаль от простых жителей. Шедшая позади Райги девушка прошла вперёд, и тот смотрел ей вслед, с интересом наблюдая, рядом с кем она встанет. К его удивлению, она заняла место подле простолюдинов, заметно выделяясь на их фоне, но, несмотря на этот контраст, народ реагировал на неё, как на одну из своих. Стража, перешедшая на сторону шиноби из Киригакуре, стояла напротив них всех, безразлично глядя на своих земляков.

— Моё имя — Куросуки Райга-сама, я — один из Семи Мечников Тумана. Отныне я — власть в Катабами Кинзан. У вас есть выбор: покинуть селение, присягнуть мне на верность или же погибнуть. Те, кто ранее вступил со мной в сражение, уже мертвы, — как бы в подтверждение своих слов, он вскинул мечи вверх, притягивая к клинкам молнию. Раздался оглушительный гром, и солдаты покорно поклонились, в то время как бывшие правители держались с напускным достоинством — они знали, что им будет проще покинуть это место, чем ужиться с этим беспощадным шиноби. Лишь одна из Ватанабэ склонила голову, а за ней и все простые жители. — Вы решили уйти? — захохотал Райга, глядя на главу клана и его свиту. Его смех отразился эхом о стены высоких отвесных скал. — Разумно. Я позволю вам взять четырёх коней и две повозки, этого хватит. Если хотите увидеть новый рассвет, то уберётесь до его наступления, — безапелляционно подытожил Райга. Он даже не сомневался, что увиденное достаточно придало вес его словам.

Куросуки остался стоять посреди площади, подставляя лицо ледяному ливню, и чувствовал давно позабытое воодушевление. Люди, громко переговариваясь, начали разбредаться по своим домам, и лишь одна из них не спешила уходить.

— Ты из клана Ватанабэ, — окликнул девушку Райга. Та обернулась, обратив на него испуганный взгляд — она побоялась, что и её заставят уйти, — но решила остаться. Почему?

Держа осанку, девушка медленно подошла к Мечнику Тумана, высоко поднимая голову, чтобы смотреть в его глаза.

— Я могу ответить, но рассказ мой будет не быстрым.

— Я тебя слушаю.