Читаем Last resort (СИ) онлайн бесплатно

Не люблю я всякие диспансеры еще с детства, когда к папе ходила в онкологический - проведать. Но я сама записалась на этот курс, поэтому мы небольшой группой, примерно десять человек, стояли у дверей отделения.

- Здравствуйте, молодые люди. - Вежливо и сухо поздоровался подошедший нарколог в белом халате. Такие же были накинуты нам на плечи. - Начнем, проходите.

Молча будущие психотерапевты вошли в палату. В узковатой светлой комнате было пять стандартных больничных коек, из которых заняты были только три. На двух из них постанывали и вертелись с боку на бок молодые мужчины, на третьей спокойно смотрел в потолок худющий парень с темными волосами. Наверное, давно на игле.

- Итак, здесь мы видим третью стадию абстинентного синдрома героиновой наркомании. - Размеренно и все так же безразлично заговорил мужчина средних лет. - Может кто-нибудь рассказать об этой стадии?

Я подняла руку. Меня всегда интересовали наркотики. Или, точнее, наркоманы. Я всегда любила покопаться в чужих мозгах и интересовалась причинами, по которым эти люди обрекают себя на смерть.

- Третья стадия наступает через 40-48 часов после последнего приема наркотиков. Характеризуется расширением зрачков, слезотечением, насморком, зевотой, болями в мышцах шеи, спины и ног, частым чиханием, ознобом, иногда сопровождается судорогами, отмечается общая злобность и напряженность больного… А чего это он? - Нервно поинтересовалась я у врача.

Тот, худой, сел на койке, поедая меня взглядом, и, кажется, был готов вскочить.

- Не знаю. - Так же встревоженно отозвался напрягшийся нарколог. - Насколько мне известно, этот пациент страдает когнитивными нарушениями психики и…

- Хорош говорить так, будто меня тут нет! - Огрызнулся брюнет. - Задолбали вы со своей шизофренией, глюки и глюки! - И резко успокоился, даже хмуриться перестал. - Я бы хотел с этой умницей поговорить.

- Исключено. - Отрезал врач.

- Что за консилиум? - Между студентами пробился абсолютно седой мужчина.

- Недоучки, Максим Федорович. - Усмехнулся врач, пожимая руку седому.

- А ты? - Максим Федорович повернулся к шизоиду. - Опять буянишь?

- Послушай! - Вскочив, раздраженный брюнет вцепился в предплечье седого и что-то яростно зашептал ему прямо в ухо.

- Молодые люди, у нас на очереди еще три стадии, гораздо более нелицеприятные, следом морг. - Заторопил нас нарколог, помахивая кистями так, будто отгонял голубей. - Прошу на выход.

Всей веселой стайкой мы вышли из дверей диспансера, я смогла, наконец, вдохнуть свежий прохладный воздух без характерного больничного запаха. Сквозь низкие тучи проглядывало солнце. Успеть бы до дома добежать, зонта-то нет.

- Простите, - к нашей шумной компании подошел давешний Максим Федорович, - я бы хотел с вами поговорить, мадемуазель.

Мда, а у меня есть выбор? Не успев договорить, приятной наружности мужчина ухватил меня чуть повыше локтя.

- Что вы хотели? - Я смотрела в сторону, стоя в пол оборота к собеседнику.

Невежливо, да, но я не могу иначе. Смотреть на того, с кем говорю, мне очень тяжело.

- Вы видели моего сына, мадемуазель. - Седой говорил ровно и четко. - Он все вокруг видит искаженным, даже то, чего нет. А вас он увидел настоящей. Максим из-за своих иллюзий стал довольно популярным писателем, но он боится тех монстров, что порождает его сознание. - И к чему это откровение? - Я прошу вас побыть немного с ним.

- Зачем? - Я быстро глянула на серьезное лицо мужчины, тут же снова отведя взгляд.

- Он сказал, что лишь вас видит нормальным человеком. - Периферийным зрением я отметила, что Максим Федорович пожал плечами.

- Послушайте, это…

- Я могу платить вам, как сиделке. - Я раздраженно втянула носом воздух - ненавижу, когда перебивают. - За вами каждый день после пар будет приезжать машина и отвозить к Максиму. Он живет за городом один, так ему комфортнее.

- Вы говорите так, будто я уже согласилась. - Недовольно буркнула я. - А вечером меня кто домой отвезет? Сама, что ли пойду? Нет, простите, мне нужно идти.

- Мадемуазель, я не желаю слышать отказ. - Я замерла, даже рот приоткрыла. Ну и наглость! - Пусть Максим мне и не родной сын, я готов ради него и его душевного спокойствия на все. Вам так сложно просто сидеть рядом с ним? Он полностью адекватен. Мадемуазель, я прошу вас. Пока прошу.

- И долго? - Я с тяжелым вздохом сдалась.

Не хотелось бы даже задумываться о проблемах, что может мне устроить сей седовласый субъект. Мама живет в Подмосковье, с этим проблем не будет. Вот только Димка заартачится…

- Что, простите? - Я вынырнула из раздумий.

- Мне нужен ваш адрес. - Терпеливо повторил Максим Федорович. - Завтра в пять за вами приедет машина.

Написав в поданной записной книжке адрес моей съемной квартиры и свой телефон, я отдала ее владельцу.

- Какую возьмете оплату? - Деловито поинтересовался мужчина.

- Будете оплачивать аренду моей квартиры и хватит. - Я, не прощаясь, спокойно пошла по направлению к дому.

Эти смутные угрозы, перспектива жить в одном доме с психом, да еще и наркоманом… Все это давило на мозг не хуже пресса, портя радужное до этого настроение.

С самым мрачным выражением лица я села в дорогой внедорожник. Только что поругалась с Димой, едва ли не до разрыва. И чего он завелся? Да, понимаю, я буду жить с мужчиной в одном доме, но это же не значит, что я обязательно буду изменять своему парню! Я вообще в этом плане принципиальная, а он форменную истерику устроил. Водитель молчал, поэтому я сунула в уши наушники, включив любимого Вивальди. Классика расслабляет, очаровывает и отстраняет все проблемы, отбрасывает их на второй план, погружая в переливы флейты и неповоротливый низкий звук контрабаса.

Через полчаса машина подъехала к обычному кирпичному дому “о двух этажах”, как сказали бы встарь. Во дворе уже стояла иномарка моего нанимателя, если можно так выразиться. Да и он сам не заставил себя ждать - вышел на крыльцо и вежливо-предупредительно взял мой рюкзак.

- Весь дом в вашем распоряжении, - я следом за Максимом Федоровичем поднималась по деревянным ступенькам на второй этаж, - только, если Максим попросит, по мере возможности…

- Поняла я, поняла. - Пробормотала я.

- Он редко выходит из библиотеки, так что, скорее всего, вам придется так же проводить там большую часть вашего времени. - Седой невозмутимо перешел на новый виток старой темы. - Я буду приезжать раз в неделю минимум. Это ваша комната. - Он открыл простую дверь, обшитую рейками. - Если что-то случится, звоните мне. - Оставив на тумбочке у кровати визитку, мужчина ушел.

Я выглянула в окно - дом стоит на окраине какого-то поселка и вид мне открылся на лес. Молодая, покрытая золотисто-рыжей листвой дубрава. И пара березок, таких стройных и тонких среди коренастых дубов. Глубоко вздохнув, чтобы погасить нервную дрожь, я мечтательно улыбнулась - всегда мечтала жить в доме, где витает такой непередаваемый аромат дерева. Тут, кажется, все деревянное - мебель, обшивка стен и паркет на полу. И никаких морилок и прочей дряни - медового оттенка прозрачный лак. Проводя рукой по стене, радующей глаз природным рисунком, я добралась по довольно длинному коридору до библиотеки.

- Привет. - Темноволосый Максим стоял спиной ко мне, опираясь плечом на стену у окна. - Я Макс. Бывший наркоман, как ты знаешь. Ты мне поможешь?

- Шиза не лечится. - Усмехнувшись, я с ногами устроилась в широком мягком кресле.

- Знаю. - Я вдумчиво рассматривала вихрастый затылок. - Видишь, ночь наступает. Многие боятся темноты, боятся каких-то чудовищ… А я с ними живу постоянно. И не могу их не бояться до паники, хоть уже и привык. А вот сейчас я боюсь повернуться. Я нормальными видел людей только на фотках, и они казались мне чем-то неправильным.

- Ты просто псих, смирись с этим. - Раздраженно откликнулась я.

- Да, я псих. - Все еще глядя в окно, Максим кивнул. - Вот ты. Ты видишь меня наиболее адекватным, - я скептически фыркнула, - но и ты говоришь, что я чокнутый. Представь, что видят остальные. Только представь, каким вижу себя я сам. - Обернувшись, болезненно худой парень впился в меня взглядом темных глаз. - Все, что я вижу - плод моей шизы. И только ты, - он горько как-то улыбнулся, - выглядишь реальной.

- Неожиданное признание. - Я опустила взгляд, пряча улыбку. - Кстати, тебя как из НД выпустили?

- Откуда? - Макс устроился боком ко мне в обычном офисном кресле у стола с ноутбуком.

- Из наркологического диспансера, не тупи. - Я закатила глаза.

Я сейчас нарушаю не то, что врачебную этику, даже технику безопасности. Как говорил наш препод, тихого психа, как и спящий вулкан, может завести какой-либо внутренний процесс.

- Задолбали вы со своими терминами, эскулапы, блять. - Проворчал под нос писатель, пробегая глазами текст на экране. - Я туда и лег только по настоянию отца, наркота себя не оправдала. Еще ломает немного, но скоро должно пройти. Вот объясни мне, - он вместе с креслом повернулся ко мне, я тут же опустила взгляд, - что значит “дефицитарная симптоматика”?

- А, это просто. - Пожав плечами, я продолжила изучать взглядом свои руки. - Это присущая шизоидам апатия, но у тебя ее не наблюдается. Наверное, у тебя продуктивная симптоматика?

- Да, но пусть одна из моих глюков сожрет мой мозг, если я знаю, что это. - Ухмыльнулся брюнет. - Да и когнитивное нарушение мне не понятно. Я смотрел в сети, там все мудрено написано и нихрена я не понял.

- Твои глюки и есть продуктивная симптоматика, они же - когнитивное расстройство восприятия.

- Вот так бы сразу. - Хмыкнул Максим, снова поворачиваясь к ноутбуку. - А то как заладят со своими терминами…

- Ты, я так поняла, недолго героином баловался? - Я снова пробежала взглядом по костлявому телу.

- Да от силы неделю, а что? - Тихий стрекот клавиш сопровождал его ответ.

- А чего ты худой тогда такой? - Поднявшись, я взяла одну из явно серийных книг, рядком стоящих на полке.

“Мягкий мрак”. Так называлась книга. Простые, чуть готичного вида, белые буквы на полностью черной обложке. И внизу имя автора - Максим Раненов. Тоже просто белое. Видимо, не зря говорят, что хороший товар не нуждается в дешевых трюках вроде окровавленного монстра на обложке.

- А ты попробуй, - низкий, чуть хрипловатый голос отвлек меня от раздумий, - подойти к холодильнику, когда его охраняет какая-нибудь тварь. - Резонно… - Еще труднее есть, допустим, котлету, которая на глазах превращается в кусок гниющего мяса, кишащего червями. - Меня передернуло, сглотнув, я раскрыла книгу. - А знаешь, что самое мерзкое? Я чувствую запах гниющей плоти, ощущаю, как черви шевелятся у меня во рту. Я потерял давно ту грань, которая помогала мне понимать, что это лишь глюки. А ты пришла и помогла мне вновь ее нащупать. Ты как маяк, ты разграничиваешь мир моего бреда и реальную жизнь.

Мне было нехорошо. Я спрятала лицо в ладонях, усилием воли прогоняя тошноту.

- Зачем, - глухо вопросила я, - такие… Подробности?

- Я привык все подробно описывать. - Макс раскатисто, по-старчески закашлялся.

- Что с тобой? - Скорее, из вежливости поинтересовалась я.

- Я дымил не хуже паровоза с пятнадцати лет, как ты думаешь, что со мной? - Иронично усмехнулся парень.

- А чего ж перестал? - Я снова попыталась прочитать первый абзац первой страницы.

- Отец сказал, что договорится с тобой только в том случае, если я брошу курить. - Равнодушно пояснил Максим. - А ты круче, чем наркотики и сигареты.

Вставать пришлось непривычно рано - по меньшей мере, час мне теперь придется добираться до универа. А там меня ждет, наверное, до сих пор злой Дима. Я даже завтракать не стала - вчерашние рассказы мне надолго отбили аппетит.

Стоило мне только переступить порог дома Максима, меня тут же сгребли в охапку.

- Как же мне было плохо без тебя… - Пробормотал брюнет, прижимая меня к своей дистрофичной груди.

Я уткнулась лбом ему в плечо и тихо заплакала. Комкая футболку на его спине, я шмыгнула носом.

- Что такое? - Макс погладил меня по голове.

- Я с парнем рассталась. - Проныла я. - Он меня из-за тебя бросил!

- Если он тебе не доверяет и ревнует к каждому столбу без причины уже сейчас, когда ты ему не принадлежишь, - усмехнувшись, он приподнял мое лицо за подбородок, - то что было бы потом? Посадил бы тебя на цепь?

А в словах этого шизика есть доля правды… Я отвела взгляд, не в силах прямо смотреть на малознакомого человека.

- Давай, умывайся и пошли обедать. - Потрепав меня по голове, Максим направился к кухне.

- Ты умеешь готовить? - Скептически приподняла бровь я.

- Неа, готовить будешь ты. - Донесся ржач уже из кухни.

Фыркнув, я все же улыбнулась - поддержал. По-своему, придурочно, а дышать легче стало.

Наливая нам чай, парень случайно пролил немного кипятка на руку, которой он придерживал ярлычок чайного пакетика.

- Бывают же в жизни огорчения! - Рассмеялась я, пока он шипел и тряс обожженной кистью.

- Ага, только пиздец бывает чаще! - Буркнул Макс, покидая кухню.

Вернулся он буквально через пару минут с ноутбуком.

- Ты не можешь подождать? - Я поставила перед ним кружку.

- Ты меня вдохновляешь. - Просто ответил Максим. - Я не особо понимаю, на что конкретно, но ты меня вдохновляешь. Так, - он положил пальцы на клавиатуру жестом пианиста, - пора заканчивать маяться хуйней и начинать писать такую охуенную хуйню, какой этот охуевший свет еще не видал!

Я поморщилась - не люблю, когда в речи собеседника много мата.

- А вдруг твоим читателям не понравится? - Я, грея обе ладони о кружку, сделала маленький глоток.

- Вечность меня простит. - Отмахнулся Макс. - То, что этот бред кто-то читает - лишь легенда. Мои глюки и то реальнее, чем она.

- Тебе уже почти двадцать пять, где твоя ответственность? - Возмутилась я.

- Хуетственность. - Отмахнулся наглец. - Все мы живем по принципу “покупай-работай-сдохни”, и я не исключение. И ты тоже. Вот я и работаю, как могу, зарабатывая папуле на новую тачку.

- Я думала… - Макс не дал мне договорить, а его взгляд словно пронзил меня в самую душу, выворачивая наизнанку самые ее потаенные уголки:

- Я недееспособен по законам государства и распоряжаться деньгами не могу. А он мой опекун, как назначила мама, хоть он и не был на ней женат. Ты, девочка, живешь в иллюзиях, хоть и не маленькая уже. Все продается. И ради денег приемного сына нетрудно сдать в психушку, хоть он и адекватен. Будучи простым редактором в издательстве, он сумел пропихнуть мои первые книги в печать. А теперь у него свое издательство. Я же имею только справку о том, что псих. Да, он заботится обо мне, но я все равно зол на него.

Я молчала - меня несколько обескуражила перемена в настроении обычно дурашливого парня. Но он тут же снова стал придурковатым весельчаком, ободрительно подмигнув мне, и чуть ссутулился, его пальцы быстро и явно привычно застрекотали клавишами.

- Ты чего надулась? - Его прокуренный голос вывел меня из задумчивости. - Не слушай меня, я же псих. - И, подтверждая свои слова, чуть жутковато засмеялся.

- Все мы немного психи. - Буркнула я, дуя на чай.

- Ага. Только псих стал бы дуть на триста пятьдесят лет назад остывший чай. - Захихикал Максим.

- Иди ты… - Я только отмахнулась.

- Не обижайся, - брюнет накрыл мою ладонь своей, - я дурак, да и юмор у меня под стать профессии. Ты же меня не бросишь?