Читаем Лаборантка онлайн бесплатно

Это был тяжелый случай, я бы сказала, клинический. Я стояла в дверях кабинета нашего нового главного инженера, держа в руках колбу с ярко малиновым плескающимся раствором, а следом уже бежала разъяренная научрук, чтобы испепелить меня за перетитрованную пробу. Я влюбилась.

― Каких только крашеных девиц не понаберут! Откуда руки только ваши выросли, уважаемая? ― лукавый взгляд голубых глаз, мерцающий самодовольством, не сразу снисходительно опустился ниже на голову только что ворвавшейся женщины в кипельно белом халате. Децибелы её неконтролируемого негодования наверняка было слышно на этаж ниже. Я чуть сжалась от ужаса. ― Кто вас так учил титровать? Вы!.. С головой дружите своей?.. Губы накрасила, а поумнеть забыла?

Давненько мы с Ириной Андреевной не переходили на "ты". От усердного крика её голова мелко закивала, словно китайский сувенир на капоте отечественного автопрома. Я стыдливо уставилась в пол, скользнув взглядом по своему запятнанному халату, и вдруг снова оказалась под прицелом мужского досконального внимания, с горечью усмехаясь упрёкам.

― Дана Евгеньевна, у вас действительно прекрасный макияж, ― он вальяжно встал из-за стола, слишком хищно улыбнувшись, и я невольно раскрыла рот, наблюдая, как мужчина подходит к нам. К слову, я со своим новым начальством виделась первый раз и даже подумать не могла, насколько оно может быть молодо и амбициозно. Научрук претенциозно сдвинула очки чуть ближе к кончику своего острого любопытного носа, не сильно сбавляя обороты в интонации. Посторонние никогда не мешали ей высказываться.

― Вы кто такой? Первый раз вижу вас на кафедре!

На фоне его плотно врезающейся в крепкие руки и торс рубашки даже халат вредной бабки казался не достаточно белым. А густо растекающийся терпкой сладостью парфюм закрался в лёгкие, затрудняя функционирование моего пошатнувшегося сознания. И всё-таки, краснеть и сокрушаться за неосторожную провинность я успевала.

― Вы должно быть подумали, ваш новый руководитель? Спешу обрадовать, что нет, ― то, как деловито наш загадочный гость восседал несколько секунд назад за рабочим местом бывшего главного инженера навевало мысли, что молодой мужчина всего лишь сын кого-то из деканата. Кажется, он был в курсе свободной вакансии. ― Но я с производства, по важному делу. Не оставите ли вы на меня разобраться с Даной Евгеньевной?

И хоть «разобраться» не звучало угрожающе, обнаружить, что незнакомец знает меня заочно по имени-отчеству навевало легкое беспокойство. Я поэтому так и торопилась в преподавательскую, чтобы узнать, кто так срочно и неотложно пожелал со мной поговорить. А когда он предстал передо мной за большим лакированным столом, я и подумала, что…

— Вы действительно меня обрадовали, — не скрывая ироничного облегчения Ирина Андреевна слегка смягчилась. И хоть мы и не услышали от неё вслух, но оба поняли намёк на нежелание подчиняться неопытным соплякам. От колкостей старухи кто угодно мог почувствовать себя ущербно, но наш собеседник лишь хитрее улыбнулся. Кротко парировав мужчине, научрук вернулась цепким взглядом ко мне, словно желая швырнуть чем-то тупым и тяжёлым, и, не отрываясь, продолжила. — Уж не знаю, о чём вы собираетесь беседовать с этой… Пока с бюреткой обращаться не научитесь, в лабораторию не суйтесь!

Женщина выскочила в коридор, и стук её каблуков стал стремительно и злобно отдаляться. Тогда в преподавательской нас осталось двое. Так и не представившийся незнакомец плотно с щелчком закрыл дверь и указал мне на стул. Я тут же смирно проследовала в его сторону, ощущая себя странным образом беззащитно среди небрежных кип документов, заляпанных шкафов с реактивами и флёра позорных поучений, обрушившихся на меня на глазах серьёзного и красивого мужчины. Его высокая привлекательная фигура плавно проследовала ко мне и замерла. Так неловко чувствовать себя в этих стенах мне ещё не приходилось.

Голубоглазый уложил руки на бока и слегка склонил русую голову, нагло рассматривая меня, словно предметное стёклышко под микроскопом. Я нервно сглотнула, вдохнув непривычный обволакивающий аромат.

Затем он вытянул из моих рук колбу, небрежно повертел, оценив жидкость на свету, и поставил на край стола прямо поверх бумаг.

— Мне вас посоветовали, — не зная, чем унять дрогнувшие руки, я сплела пальцы. Непослушный взгляд так и норовил остановиться на нагловатом ухмыляющемся лице. — Зарплата в три тысячи долларов вас устроит?

Не сдержав удивлённого вздоха, я почувствовала, как глаза стали неконтролируемо расширяться.

— Как… Я… Студентка всего лишь… — усердно подбирая подходящий вопрос, чтобы утолить возникшее недопонимание, я чуть подскочила со стула, затем спешно опустилась под тяжёлым внимательным взглядом. Заёрзала, разглаживая складки на юбке, выглянувшей из-под халата, за что отхватила нескромную ухмылку, и застыла, словно боясь вдохнуть. — Вы предлагаете мне работу?

Учёба отнимала всё моё личное время, и даже если бы у меня было чуть больше денег на развлечения, я бы не успевала их тратить. О работе я даже не задумывалась, честно говоря, не представляя совсем, куда смогу устроиться с образованием химика в своём городе. А подобного рода предложение моментально вызвало у меня необъяснимое подозрение в обмане и нарастающее недоверие. Красавчик, которого лично я даже не знала, тут же заметил сомнение, перевесившее моё еще недавнее восторженное удивление.

— Надеюсь, чудеса дедукции вызваны лишь легкой неожиданностью. Вы же на самом деле так умны, как мне про вас рассказывали? — Он хамовато улыбнулся, продолжая наблюдать сверху вниз за моей неоднозначной реакцией. Я скривилась в ответ на колкость, но привычно смолчала. Тогда мужчина серьезно продолжил. — Меня зовут Кулибин Антон. Я владелец крупного бизнеса, и в мою лабораторию требуются хорошие химики. В обязанности будет входить синтез соединений и, пожалуй, иногда поиск ответов на мои какие-либо глупые и не очень вопросы. Как думаете, это хорошая практика для студентки вашего факультета?

Шокированная таким заманчивым, практически несбыточным и фантастическим предложением, я еще какое-то время недоверчиво рассматривала с иголочки одетого работодателя. Ясный обезоруживающий взгляд, густые брови, воинственная поза, в добавок которой прозвучали неоспоримые аргументы, и вот в моем теле принялось стенаться волнительное сладостное предвкушение. Не знаю, кто поручился за меня, но если где-то и существовала такая работа, то я бы отдала все, чтобы попасть на неё. Только в реалиях моей жизни подобные предложения все ещё казались абсурдом. Бешеная зарплата не украшала обрисованные перспективы для студентки без опыта, а только навевала подозрений.

— Почему вы готовы платить так много? — не сумев найти формулировки лучше, чем эта, я заметила, как у руководителя дрогнули брови в недоумении, а издевательская безэмоциональная улыбка сошла с миловидного лица. Если бы меня не застали врасплох, я бы ещё спросила о рабочем графике. За какой срок обещанная сумма положена лаборанту химического производства. Не за год ли?

— Если вопрос принципиален, я могу платить меньше, — Антон, так кажется он представился, хохотнул и, наконец, отвёл потемневший взгляд в сторону моего неудавшегося опыта, покоившегося на краю стола. Я смогла расслабить вздернутые плечи и запастись порцией кислорода, обнаружив, что несколько минут почти не дышала. — Это не обман и не приманка. Просто вы не привыкли к хорошему отношению. С такими-то преподавателями… Но человек, который поручился за вас, сказал, что вы очень способная. Вы явно лучше, чем вам здесь внушают.

Да что же это за загадочный человек? У меня совсем не было предположений, кто посоветовал меня в качестве хорошего химика…

— Вы можете сказать, кто меня порекомендовал? — мужчина было раскрыл рот, но быстро осекся.

— Скажу обязательно. Завтра в лаборатории в семь часов вечера.

Мы столкнулись упрямыми взглядами. Антон не собирался уступать, в полной уверенности считая, что предопределил мою занятость на завтра беспрекословно. Я же мгновение назад и мыслить не могла о чем-то, кроме учебы, а теперь не могла откреститься от настойчивого приглашения на работу.

Но если откинуть удивительно большую зарплату, которая являлась одновременно и плюсом, иметь дело с пробирками, колбами и реактивами где-то помимо обшарпанной кафедры звучало как дело всей моей жизни. К тому же, раздумывая над тем, что если этот удивительный шанс нельзя упускать, я начала смущаться и уступать в зрительном столкновении слишком привлекательному работодателю… Он, видимо, счёл это за победу.

— Здесь номер телефона и адрес лаборатории. Как придёте, позвоните, я вас встречу, — он вложил в мою руку визитку, нескромно прикоснувшись к похолодевшей ладони.

Не добавив больше ни слова, мужчина уцепил с кресла пальто, накинул на плечи и, прежде, чем исчезнуть в дверях, льстиво подмигнул мне, оставив в полном замешательстве.

Ощущение того, что меня профессионально одурманили переслащенным обаянием, ещё долго не оставляло в покое мое поднывающее сердце. К вечеру я была уверена, что имела дело с настоящим виртуозом, потому что его ухмылочка так и вклинивалась на протяжении всего дня между не уравнивающихся реакций. Под эгидой мечтательной рассеянности я слонялась по лаборатории несколько часов до перерыва, так и не переделав опыт, но честно отсидев назначенные занятия. Ирина Андреевна была в полном бешенстве. После муторного дня, лежа в кровати, я всё вспоминала, как мужчина, ни разу не допустивший слабину в своей самоуверенности даже в присутствии научной руководительницы, умевшей надломить психику любого встречного, властно расхаживал по преподавательской. И даже то, как он неподдельно увлеченно рассматривал меня впервые, когда я пряталась от старухи. Слишком это было жадно и детально для незнакомца, желающего произвести впечатление заносчивого бизнесмена, у которого каждый цепкий взгляд на счету. И несмотря на эту крохотную лестную слабость, что я обдумывала бесчисленное количество раз вместо сна, я понимала — такие, как Антон Кулибин всюду чувствовали себя как дома без приглашения. Даже в личной жизни девушек, встречающихся на их пути. Я понимала с кем имею дело, но от чего-то смотрела на него тогда с еле скрываемым восхищением, сочтя вызывающие заигрывания и надменное поведение за личностные достоинства. Теперь же я наблюдала, как его задранный нос следовал впереди наших торопливых шагов в сторону сомнительной постройки в одном из неприметных дворов. Я приехала в назначенное время, до конца успокаивая себя, что могу спасовать. Но как это сделать — так и осталось загадкой, потому что любопытство к делу и соблазн снова увидеться истязали меня нетерпением. — Я тут поняла, что не спросила… Чем же вы занимаетесь? — мужчина даже не взглянул в мою сторону, неоднозначно пожав плечами. Тем временем мы остановились у железной двери двухэтажной постройки, в которой было пугающе мало окон. — Мы химичим, — с невозмутимостью он улыбнулся, проворачивая с лязгом ключ, и придержал дверь. Перед нами распростерлась небольшая лестница, ведущая в длинный черный коридор. — Ну, не стойте. Вперёд… Растерянно обернувшись в сторону чужого грязного двора, который начинали окружать сумерки, я оценила наш петляющий путь от остановки и снова всмотрелась в сомнительный проход в здание. Тело подло предало меня в этот же миг, не позволяя унять омерзительный страх, разошедшийся дрожью по замёрзшей коже. Предвкушая первый рабочий день и немного нервничая на тему того, справлюсь ли я с обязанностями, я даже не подумала о личной безопасности и возможных последствиях. В груди задрожало от ужаса, когда я шагнула вперёд, и его фигура, спускающаяся по ступенькам следом, по ощущениям преградила мне выход. — Вы же не маньяк? — долгие несколько секунд, что мне позволили провести в подвешенном испуганном состоянии, я придерживалась за холодную, рассыпающуюся мелкой каменной крошкой стену и нащупывала ступнями твёрдую поверхность, боясь обернуться снова. — Нет, я ваш директор, — с жалостливым дребезжанием в коридоре загорелся желтоватый свет. Антон нащупал выключатель, и я смогла увидеть, как иронично он посмеивается над моим вырвавшимся жалостливым вопросом. — Пройдемте, Дана Евгеньевна, в самую крайнюю дверь. Мы преодолели несколько ступеней, и мужчина закрыл нас на ключ изнутри. Я предпочла отвернуться и больше не видеть язвительного веселья, хоть щекотливая тревога и поутихла благодаря его насмешливой реакции. Апатичное спокойствие пришло на место бурных сценариев из криминальных сериалов. Если и планировалось совершение нападения, то пока что мне везло.

Мы проследовали вглубь будто заброшенной постройки с облезшей краской на кривоватых стенах. Затхлый запах сырости и грибка вынуждал дышать более поверхностно. На фоне этого пейзажа я почувствовала себя не в своей тарелке, а Антон же невозмутимо вышагивал по известному ему маршруту. Не то что бы я не сталкивалась с реалиями жизни…