Читаем La guida di bragia онлайн бесплатно

Сцена: зелёная занавеска на заднем плане; зелёный пол; стенки из зелёной бумаги.

При поднятии бумажного занавеса:

Бумажный занавес опускается.

Сцена: чёрная драпировка; сельская местность на заднем плане; зелёный пол.

Лица: М у н и  и  С п у н и  с фонарями в руках.

Гаснет свет.

Бумажный занавес поднимается, на смену спускается деревянный со светящейся прорезью в виде месяца.

М у н и. Это кто?

С п у н и. Я, а что?

М у н и. Что за нелепость — имя-то как?

С п у н и. Это другой вопрос. Не скажу.

М у н и. Эти интонации мне всё же знакомы; что-то в них навевает мне воспоминания о прежних и счастливых днях. Не умолкай! И нет ли у тебя на тыльной стороне левого запястья следа от колосниковой решётки?

С п у н и. Нет, конечно нет, и ничего похожего!

М у н и. Тогда ты — мой давно потерянный друг, мой Спуни!

С п у н и. Мой Муни! (Обнимаются.)

С п у н и. Вот радостная встреча! Я не шутя вознаграждён ею за часы роптания, дни отчаяния и ночи терзающей тоски, за недели причитания и… я бы добавил: за декады, когда я непрестанно хмурил брови, и за месяцы, когда я кривил лицо, — Муни, я счастлив! Друг мой!

М у н и. Мой Спуни! Бывают минуты…

С п у н и. Да, да, Муни! Верно! Бывают зануды!

М у н и. Чушь, Спуни, ну что ты мелешь? Я говорю «минуты», так позволь же продолжить: бывают минуты, мой дорогой друг, в которые я нахожу невозможным упоминать неугомонные толки.

С п у н и. Вот! Я ведь сам таков! В точности! Бывают минуты, в которые я нахожу невозможным уминать лимонные дольки!

М у н и. Да Спуни же, — в серьёзнейшие и печальнейшие минуты как ты можешь встревать со своими дикарскими замечаниями? Образумься, Спуни!

С п у н и. Непременно, Муни! Верь мне, Муни, — непременно! Но почему я тебя здесь встречаю? Разве ты покинул короля — этого наилучшего и драгоценнейшего монарха [6]?  

М у н и. Покинул, друг мой, но не по своей воле. Он меня отставил.

С п у н и. За что?

М у н и. Из-за весёлой выходки, невинной шутки, которую друг всегда извинит, и даже наш король мог бы, когда б… Не замечал ли ты, Спуни, в последнее время некую определённую, решительную перемену в нашем дорогом суверене?

С п у н и. Я заметил, Муни. И знаю, на что ты намекаешь, — его волосы. Они белы… они, то есть… белым-белы.

М у н и. Верно, но я не волосы имел в виду; следи за мной.

С п у н и. Непременно.

М у н и. Король потерял свой багаж, как тебе, Спуни, известно.

С п у н и. Известно.

М у н и. А с багажом, Спуни, он потерял и самообладание!

С п у н и. О горе! О горе! Да знаешь ли ты наверно?

М у н и. Никаких сомнений, ибо вот как было дело. Раз король, сидя, как обычно, в окружении придворных, заметил в своей непринуждённой манере: «А ведь одежда моя, друзья мои, пропала — в спешке вся канула в Уош». Я же, стоявший невдалеке, и молви, понизя голос: «Наверно, это она так в стирку спешила». Тебе ведь, Спуни, известно моё обыкновение отпускать забавные замечания?

С п у н и. Вовсе нет; на моей памяти такого ещё ни разу не бывало.

М у н и. Так вот, сударь, король оборотился ко мне и заверещал, да так что и поросёнок, привязанный за заднюю ногу, позавидовал бы: «Прочь, изменник! Отвергаю тебя!»

С п у н и. Да ну! Неужто? И ты пошёл прочь?

М у н и. Деваться было некуда.

С п у н и. И мне некуда! Вот ведь невезенье! Знаешь, я ведь проходил мимо дверей в ту минуту и подслушал это твоё замечание, которое показалось мне столь удачным, что я вздумал его повторить.

М у н и. Неужели ты свалял такого дурака?

С п у н и. Свалял, мой милый Муни, уверяю тебя! Я тот час же вошёл и произнёс: «Значит, ваше величество утопили свой багаж?» — «Да, — ответил король тоном глубочайшей печали. — «Наверно, и сами чуть не потонули от спешки?» продолжал я. — «Верно», — продолжал  король. Тут я с улыбкой и заключил: «Давно, знать, по ванне соскучились!»

М у н и. Ничего столь же глупого не слыхивал! А король что?

С п у н и. А то, сударь, что оборотился он ко мне да и заверещал таким тоном, что… что и задняя нога поросёнка позавидовала бы: «Прочь, изменник! Опровергаю тебя!»

М у н и. Вздор! Ни слову не верю!

С п у н и. Эх, видел бы ты его в ту минуту! Так что я вот… тут же удалился.

М у н и. И с того дня, полагаю, ты человек вольный?

С п у н и. Да, мой милый Муни; но ты-то, чем ты занимался все эти годы?

М у н и. Ох, а я… (Поёт) [7]

С п у н и. Отменно приятно ты поёшь, друг мой Муни! А как такой голос называется?

М у н и. О, так ты и не знаешь, Спуни? Это же альто-сопрано-меццо-тинто-бассо-рельефно…

С п у н и. Как, это всё сразу?

М у н и. Не сойти мне с этого места!

С п у н и. Ну и ну, никогда бы не подумал!

М у н и. Так-то вот; однако теперь, Спуни, нам следует составить какой-то план, чтобы поддержать свою жизнь и прибавить концовку этой песенке «Я всё по миру брожу и проч.» (Исполняет вторично.)

С п у н и. Дай-ка подумать.

Пауза.

М у н и. Уж и утро рассветает…

Тёмные драпировки убираются, месяц отводится за кулисы, слышно пение птиц.

С п у н и. Муни, я придумал!

М у н и. Неужто? Все те годы, мой Спуни, что мы водим дружбу, такого никогда не случалось.

С п у н и. Тут неподалёку, на железнодорожной станции, свободны места станционного смотрителя и его помощника. Устроимся-ка туда. Тебе лучше стать смотрителем, поскольку ты не столь глуп, как я, — ты, мой Муни, лишь более дурашлив, но определённо не столь глуп.

М у н и. Верно, верно, дорогой друг. Очень хорошая мысль, я немедленно пойду и устроюсь. (Уходит.)

С п у н и (произносит монолог). Бедный Муни! На гения не тянет, но действует из лучших побуждений. Честный малый, и я сделаю для него всё, что будет в моих силах. Да, да, с обязанностями станционного смотрителя он управится превосходно! Он более дурашлив, чем я, но определённо не дурак. А, вот и он! Ну, как успехи, мой Муни?

М у н и. Всё в порядке. Место наше. (Поёт.) [8]

С п у н и.

М у н и.

Сцена выстлана ковриком из цветной бумаги.

Лица: О р л а н д о  и  С о ф о н и с б а; у первого в руке ковровый саквояж.

Свечи вновь зажжены.

Деревянный задник сменяется стеклянным.

О р л а н д о.

С о ф о н и с б а.

О р д а н д о.

С о ф о н и с б а.

О р л а н д о.

С о ф о н и с б а.

       (Повторяет три раза, всякий раз по-иному.)

О р л а н д о.  

С о ф о н и с б а.

О р л а н д о.

С о ф о н и с б а.

О р л а н д о.

С о ф о н и с б а.

О р л а н д о.

С о ф о н и с б а (поёт на мотив «(Ведь) нету радости в дому» [10]).

О р л а н д о.

С о ф о н и с б а.

О р л а н д о.

С о ф о н и с б а.

О р л а н д о (поёт на мотив «Девы Зеи» [13]).

С о ф о н и с б а. Да будет так, мой милый, — баранью ногу.

О р л а н д о. Так до встречи, любовь моя. (Поёт на мотив «Dulce Domum» [14])

С о ф о н и с б а (поёт на мотив «Dih Conte» [15]).

Сцена: боковые кулисы из зелёной бумаги.

Два указателя: «К кассе» и «На платформу». Багаж.

М у н и  и  С п у н и, как ранее.

М у н и. А вот и мы!

С п у н и. Да, Муни, это вот — мы.

М у н и. Э, нет, так не пойдёт; видишь ли, нам следует сменить наши имена.