Читаем Курляндский онлайн бесплатно

В. Ю. Курляндский — человек-легенда. Выдающийся ученый, замечательный педагог, теоретик и практик отечественной стоматологии. Он заслужил признание не только в стране, а тогда это был Советский Союз, но и за рубежом.

Как ученый, он создал основополагающие научные направления, по которым стоматология живет и развивается и по сегодняшний день.

Основные научные положения В. Ю. Курляндского изложены более чем в 40 монографиях и двухстах публикациях. Среди них — широко известные учебники и атласы по ортопедической стоматологии, переведенные на английский, французский, испанский и болгарский языки.

25 лет В. Ю. Курляндский руководил кафедрой ортопедической стоматологии в ведущем институте страны — Московском медицинском стоматологическом институте. На кафедре был создан уникальный коллектив ученых, способный освоить, развить и внедрить новые научные достижения в стоматологии, многие из которых рождались здесь же, на кафедре. Под руководством Вениамина Юрьевича было защищено более 100 кандидатских и докторских диссертаций.

При кафедре была создана проблемная лаборатория, работавшая на уровне самых последних достижений в разных областях науки и техники. «В нашей лаборатории разрабатывается больше направлений, чем в целом научно — исследовательском институте», — говорил В. Ю. Курляндский. И действительно, из лаборатории вышли новые сплавы металлов, новые керамические и полимерные материалы, новаторские технологии, которые совершенствуются и сегодня.

Кафедра под руководством В. Ю. Курляндского развивалась и расширялась, становилась источником идей, платформой для создания и апробации новых методов и материалов. Здесь впервые в стоматологии заработала ультразвуковая стоматологическая установка. Здесь многое было создано впервые. Недаром коллектив во главе с профессором не раз получал золотые и серебряные медали ВДНХ. Вместе с лабораторией в 60-х годах кафедра насчитывала до 150 сотрудников.

В портфеле В. Ю. Курляндского — 42 авторских свидетельства на изобретения.

В. Ю. Курляндский вместе со своими учениками и последователями стал мощным двигателем научного и практического стоматологического прогресса в стране. Начиная с революционной первой книги «Функциональный метод лечения огнестрельных переломов челюстей», изданной в 1944 году, когда в госпиталях начали лечить раненых по Курляндскому, он последовательно искал, находил и внедрял новое в стоматологию.

Феномен В. Ю. Курляндского не только в том, что он был выдающимся ученым, фонтанирующим идеями, педагогом, исследователем, настолько плодотворно работавшим в стоматологии, что у многих современников вызывало сомнение: возможно ли, скажем, издание такого числа научных книг одним человеком? Феномен В. Ю. Курляндского заключается еще и в том, что его научные направления живут, функционируют и сегодня. Интерес к его работам и к его личности нисколько не утрачен.

В книге о В. Ю. Курляндском авторы и попытались рассказать о нем как об ученом, так и о человеке.

Возможно, этой книге следовало появиться значительно раньше, когда число сподвижников, учеников, втянутых в орбиту бурной научной стоматологической жизни, было больше, они были полны впечатлений и представлений о многосторонней жизни профессора. Книга несла бы больше разного рода информации. Но она подготовлена сегодня, почти 30 лет спустя. Книга основана на фактических материалах, письмах, воспоминаниях, в текст включена также запись фрагментов из фильма о В. Ю. Курляндском, снятом к 90-летию со дня рождения.

Авторы старались воссоздать жизненный путь и показать многогранность этого человека как ученого, учителя, коллегу и товарища, показать его в семье и в разных жизненных коллизиях, проследить его становление как ученого в борьбе с ретроградством и косностью.

В известной степени судьба В. Ю. Курляндского отражает судьбу страны. Ушедший век был веком потрясений для страны: тяжелые войны мирового масштаба, революции, социальные взрывы и перестройки, пути от первого авто, первого аэроплана, первой электролампочки и громкоговорителя до компьютера. Впрочем, возможно, для наступившего века компьютер — лишь первая ступень развития цивилизации.

И тем не менее штрихи и приметы времени, краски и запахи, обозначенные в книге, призваны оживить действительность, в которой жил, любил, страдал, боролся наш современник, создавая науку, закладывая основы нашей жизни.

Когда авторы вплотную познакомились с материалами для будущей книги, их поразила та непростая жизнь, которую прошел ученый, и тот яркий, доброжелательный, веселый человек, который сохранился в воспоминаниях современников. Именно такой образ выдающегося ученого, вобравшего в себя прекрасные черты человека талантливого во всем: в науке и в общении, щедро отдающего себя людям и призванию, созидателя, оставившего в истории и теории своей науки — стоматологии — неизгладимый след.

В книге высвечены некоторые секреты в судьбе профессора. Например, почему единственный с мировым именем ученый-стоматолог в условиях советского строя не стал академиком. Многие эпизоды посвящены окружению В. Ю. Курляндского, общению с друзьями и коллегами, отдыху, когда раскрывались черты его характера.

В завершающей части первой главы «Жизнь после смерти» неумолимые факты демонстрируют, насколько современно то, что было создано ученым.

Книга состоит из двух глав. Первая посвящена жизни и деятельности В. Ю. Курляндского. Вторая — в аннотированном виде представляет некоторые основные направления учения профессора В. Ю. Курляндского. Эта глава адресована стоматологам: специалистам, преподавателям вузов, аспирантам, студентам.

Начало XX века. Россия медленно, но верно движется по пути цивилизации. Как утверждают экономисты и историки, в это время в России наблюдается небывалый рост промышленности, внешняя торговля стала прибыльной (Российская империя экспортирует треть товарной продукции зерновых и становится самым крупным в мире поставщиком зерна), государственный бюджет уравновешенным. За пять лет (1908–1913) промышленное производство возросло на 54 %, общее число рабочих увеличилось на 31 %. Передовые заводчики и фабриканты открыли ремесленные училища на своих предприятиях для подготовки квалифицированных кадров. Все отрасли промышленности на подъеме.

Десятилетие с 1905 по 1914 было отмечено и бурным расцветом искусства, литературы, философии. Как всегда, «впереди планеты всей» был балет. Успех русского балета С. Дягилева имел всемирное признание. Русский авангард рвал устои классицизма: в области музыки И. Стравинский, в живописи К. Малевич и В. Кандинский. И только нежный и возвышенный серебряный век поэзии еще сопротивлялся общему буйству в борьбе за неведомое новое. Но уже исподволь вызревала революция и давала почву для ниспровержения всего и вся.

Однако это больше касалось таких городов, как Москва и Петербург.

В провинции, да и в губернских городах, как свидетельствует история, время вроде бы замедляло свой бег. К таким городам, очевидно, относился и Ставрополь. Когда-то, путешествуя по Кавказу, прекрасный русский живописец В. Верещагин писал: «Ставрополь ничем не отличается от большинства наших губернских городов, и, хотя он считается главным городом Северного Кавказского округа, он не носит на себе никакого особенного характера».

5 декабря 1908 года в этом южном городе в небогатой семье портного родился будущий выдающийся ученый Вениамин Юрьевич Курляндский.

Жили Курляндские на окраине в пристройке дома, который занимал богатый родственник, врач по профессии, человек образованный и уважаемый в городе. Семья Курляндских была многочисленной. Глава семьи, Юрий Исаакович Курляндский, на каком-то этапе жизненного пути был достаточно успешным закройщиком мужского платья, имел свое ателье с двумя подмастерьями. Но неспокойное время начала века и жизненные коллизии смели неустойчивое благополучие, подорвали здоровье.

Мастерскую закрыли, и он перешел в артель. Работал с утра и до вечера, чтобы содержать семью из 7 человек, пятеро из которых были дети. Мать семейства, Раиса Еремеевна, вела хозяйство, занималась заготовкой продуктов на зиму, солила в бочках арбузы, варила ведрами варенье и томаты, присматривали за детьми.

На содержание семьи заработка отца едва хватало, и дети росли и воспитывались в весьма скромных условиях, но несмотря на материальные трудности, старшие дети учились в школе, и мечтой отца было дать всем пятерым высшее образование.

Вениамин рос вторым ребенком по счету, был сообразительным, понятливым, но учился скверно, двойки его не волновали.

Видимо, это удел многих неординарных личностей. Так Эйнштейн утверждал: его успехи в науке оттого, что он очень плохо учился в детстве. Он, к примеру, никак не мог понять, что означают цифры. И вхождение в науку для него было цепью удивительных открытий. Свои же собственные открытия он сделал потому, что по своему «невежеству» не знал, что априори эти открытия в науке сделаны быть не могут.

Правда, известны и иные факты. Например, как утверждали биографы, другая неординарная личность — Леонид Ильич Брежнев — учился исключительно на «отлично» в школе, техникуме и институте.

Однако вернемся в Ставрополь.

Главным увлечением мальчика Вениамина был футбол. Футбол ради футбола, и футбол вместо уроков. Добрейший и наивный Юрий Исаакович никак не мог взять в толк, почему у сына всегда мгновенно рвется правый ботинок.

Детство и отрочество Курляндского пришлись на суровые годы Первой мировой войны.

В 1914 году Германия объявила войну России. Россия, как и другие воюющие страны, рассчитывала на быстротечную кампанию. Военные запасы были сделаны на трехмесячный срок, но уже в конце 1914 года в армии не хватало патронов, снарядов, продовольствия. Военное производство разрушало внутренний рынок. За несколько месяцев в тылу образовался дефицит промышленных товаров, цены на сельскохозяйственную и промышленную продукцию выросли почти в пять раз. Уровень жизни катастрофически падал.

Революция и начало Гражданской войны еще больше ухудшили положение трудящихся. Гражданская война принесла с собой голод и разруху, унесшие миллионы жизней.

Одним из ярких детских впечатлений той поры у будущего профессора осталось следующее. Пестрый южный базар (именно базар, а не рынок, так он называл его), прилавки с товарами и дарами юга, и здесь же нищета. Вдруг из толпы вылетает беспризорник, выхватывает у торговки пышный круглый белый хлеб и бежит с ним. Тут же толпа беспризорников сбивает его с ног. Куча мала. Секунда-другая — и все расходятся. И — ничего. Ни крошки. Хлеб съеден.

Может быть, поэтому Курляндский всегда любил свежий белый хлеб. И когда путешествовал по Волге, в каждом городе сразу разыскивал булочную и покупал хлеб.

А тем временем положение семьи ухудшалось. Отец все чаще стал болеть и умер сорока трех лет отроду. На руках у матери осталось трое маленьких детей. Старшая дочь Ева уже была замужем и ушла из семьи, старший сын еще учился в школе.

Впоследствии все дети в условиях Советской страны получили высшее образование. Младший брат Михаил стал врачом, с первых и до последних дней войны прошел с танковой бригадой до Кенигсберга. Окончил войну в звании полковника медицинской службы. Средняя сестра Фира экономист по образованию, а младшая — Вера — закончила институт физкультуры и всю жизнь преподавала физкультуру в школе.

Путь к своей будущей профессии Курляндский, по существу, начал с детских лет. В 14 лет он был отдан в ученики к зубному врачу, где присматривался к работе, а также убирал кабинет, мыл инструменты, за что ему приплачивали. Это были первые заработанные деньги, которые он приносил в уже нуждавшуюся семью.

В дальнейшем он серьезно осваивал профессию зубного техника, а с семнадцати лет стал самостоятельно работать в городской поликлинике Ставрополя. 6 декабря 1927 года ставропольский окружной отдел союза лечебно-санитарных работников Медсантруд обращается в ЦК союза Медсантруд в Москву с просьбой «о допущении Курляндского держать экзамен экстерном на звание «зубной техник» от поликлиники им. 10-й годовщины Октября, где он работает с 1925 г. по настоящее время».

Экзамен молодой человек поехал сдавать в Ленинград. Большой город ошеломил его. Знакомство со второй столицей было первым приобщением к высокой культуре и искусству. В Ленинграде было удивительно все. Здесь он впервые в свои двадцать лет увидел телефон и боялся им пользоваться.

Экзамены были сданы успешно. В архивах ученого есть документ, в котором говорится, что В. Ю. Курляндский «квалифицировался в Ленинградском Научно-практическом стоматологическом институте в 1928 г. по зубному делу и ему присвоено звание «Зубного Техника». Так именно и написано в сохранившейся пожелтевшей от времени справке, заглавными буквами, — видимо, тогда это была особо почитаемая специальность.

Из Ставрополя он переехал в Армавир, где проработал до 1930 года зубным техником в железнодорожной поликлинике. Однако мечта о продолжении образования становилась все отчетливее.

В те годы действовал декрет Совета Народных комиссаров, подписанный еще Лениным, о правилах приема в высшие учебные заведения, где говорилось о создании, рабочих факультетов для увеличения пролетарской прослойки среди учащихся в высших учебных заведениях.

Этот декрет давал молодому Курляндскому шанс поступить в вуз.

В 1930 году, в возрасте 22 лет, Вениамин Юрьевич поступает в Кубанский медицинский институт. Следующей ступенькой к осуществлению мечты должен стать медицинский факультет Московского университета.

В 1930 году выходит постановление ЦИК и СНК СССР «О реорганизации высших учебных заведений, техникумов и рабочих факультетов». В соответствии с этим постановлением 19 июля 1930 года медицинский факультет 1-го Московского государственного университета был реорганизован в самостоятельный 1-й Московский медицинский институт в составе двух факультетов: лечебно-профилактического и санитарно-гигиенического. И как рудиментарное свидетельство того, что в число университетских факультетов входил и медицинский, в зданиях университета на Моховой сохранился анатомический зал, в котором и по сей день занимаются студенты Московской Медицинской академии.