Читаем Купи меня. Книга 3 (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик: Ленуся Л.

Редакторы: Анна Л., Мария П.

Вычитка и оформление: Юлия Ц.

Обложка: Таня П.

Специально для группы: K.N Переводы книг

Глядя на экран компьютера, я немного крепче сжимаю кулаки. Прохладное стекло моего стола никак не облегчает жжение, бегущее по моим венам. Мне требуется все мое самообладание, чтобы не протянуть руку и не коснуться монитора.

Когда слышу, как открывается дверь в мой кабинет, мне даже не нужно поднимать голову, чтобы узнать, кто это.

— Сэр, она на этаже казино, — сообщает мне Доусон — начальник моей службы безопасности. Его тон ровный, как и всегда, он ничего не выдает. Наконец, оторвав взгляд от экрана, я киваю, и он поворачивается, чтобы уйти. После того, как он закрывает за собой дверь, я, наконец, сдаюсь и протягиваю руку, проводя пальцем по ее лицу на экране.

Доусону не нужно было говорить мне, что она здесь. Я это и так знал. На самом деле, я знал, где она была последние три недели. С того самого дня, как она вошла в мое казино и, обхватывая руку другого мужчины, прошла мимо меня, даже не взглянув. Я рычу от этого воспоминания.

Впервые в моей жизни ревность пронзила мое тело. Она текла по моим венам, когда я следовал за ними через казино, нуждаясь в том, чтобы быть ближе к ней. Слушая смех, который заглушал звуки остальной части казино. Он был заразительным и так полон жизни. Такой же, какой была и она. Она привлекла к себе внимание, когда шла, болтая без умолку и совершенно меня не замечая. Я не мог разобрать ее слов, пока не подошел немного ближе. Ее глубокий южный акцент поразил меня, как рюмка чего-то крепкого. Он прожег все мое тело, до самого низа живота, согревая изнутри и заставляя мой член ожить.

И с того момента, я знал, что у меня проблемы. Я полностью и совершенно облажался. Я пытался бороться с этим, сражался, зная, что проиграю, а я к этому не привык. Мне нужно было избавиться от своих страданий и, наконец, взять то, что мне было нужно. Она будет бороться, потому что я понял, кем она была, в первую же ночь, как увидел ее. Мужчина, которого она обнимала, понятия не имел, но я мог сказать. От едва заметного подергивания ее челюсти, когда он шептал ей на ухо, до фальшивой улыбки, которую она дарила ему, но которой он, казалось, не замечал. Он был ее банковским счетом. Она использовала его, и по какой-то причине эта мысль одновременно разозлила меня и завела. Мне бы понравилось, если бы она использовала меня так, как считала нужным.

Я хватаю свой пиджак со спинки стула и надеваю его, выходя их кабинета. Моя помощница, Джен, встает, хватая со своего стола стопку бумаг. Ее прямые черные волосы не развеваются, когда она идет за мной к лифту. Я уверен, что она хочет обсудить со мной какие-то вопросы. Я расслабляюсь на работе, и это сводит ее с ума, но впервые в жизни мне все равно. У меня целая армия сотрудников, они справятся. Это то, за что я им плачу.

Когда подъезжает лифт, я протягиваю руку, давая Джен понять, что поеду один.

— Разберись с этим, — это все, что я говорю, когда двери лифта начинают закрываться. Я вижу, как она хмурится, но быстро заменяет это выражение фальшивой раздраженной улыбкой. Я знаю, она хочет что-то сказать, но не говорит. Один раз она уже пыталась, но я быстро заткнул ее. Не уверен, что кто-нибудь сможет отговорить меня от этого шага. На самом деле, я собираюсь сделать его прямо сейчас.

Я пересекаю казино и направляюсь прямо к столу для блэкджека (примеч. одна из самых популярных карточных игр в казино по всему миру). Заметив ее, я останавливаюсь в нескольких шагах позади и наблюдаю за ней, пока она играет. Она считает карты и смеется вместе с другими игроками за столом — все очарованы ей. Ее тягучий сладкий акцент, кажется, притягивает всех.

Она продолжает возвращаться сюда примерно каждые три дня или около того. Может быть, она думает, что «Золотой павлин» — легкая добыча, позволяющая ей выиграть сотни тысяч долларов. По правде говоря, я следил за ней с самого начала. Мне просто было все равно. Я хотел, чтобы она вернулась, и мне было все равно, чего мне это стоило, когда она обчищала мое казино. Кроме того, я хотел, чтобы ей было комфортно, чтобы она не чувствовала необходимость прятаться за денежным мешком, потому что именно это она делала в ту первую ночь. Я знаю, что если увижу ее под руку с другим мужчиной, то могу потерять самообладание. Моя одержимость сейчас слишком возросла. Я уже вижу ее своей.

Она играет роль женщины, которая не знает, что делает, в то время как хайроллер (примеч. игрок, который постоянно ставит большие суммы денег) платит за ее фишки, пока она начинает обчищать нас. Хайроллер и понятия не имеет, что она задумала. Она, вероятно, очаровала его, и он поглощен идеей провести с ней ночь. Это я тоже мог понять. Не было ничего такого, чего бы я ни сделал, чтобы сблизиться с ней. Например, в ту ночь и с тех пор каждую ночь я следил за тем, чтобы она возвращалась домой одна. Как ни странно, это был номер в казино.

Я проследил за ней в ту первую ночь, и с тех пор все, что я могу сказать — она, кажется, перескакивает из отеля в отель. Мне удалось добиться, чтобы она осталась здесь, так как распорядитель казино предложил ей номер «люкс». Я понятия не имел, как долго она планировала остаться, но я уже разобрался с одной маленькой причудой после первой недели знакомства с ней. У нее была привычка выкидывать свой мобильный каждые сорок восемь часов. Я выследил один, обнаружив его в мусорном ящике. Я быстро узнал, где она покупала новые. Всегда один и тот же магазин.

Я владею двумя казино, семью ночными клубами и, Бог знает, сколькими чертовыми ресторанами, но это был мой первый магазин сотовой связи. Я купил его, поставив за стойку одного из своих сотрудников службы безопасности, и каждый новый телефон, который она покупала, давал мне небольшой бонус. Как я уже и сказал, я уже знал, что она была на этаже казино, прежде чем в мой кабинет вошел Доусон, потому что я всегда знал, где она. Всегда.

Пожилой джентльмен по другую сторону стола говорит ей что-то, заставляя запрокинуть голову и рассмеяться. Ее густые светлые кудри подпрыгивают от движения. Я прожил в Вегасе всю свою жизнь. Красивые женщины есть везде. Ты не можешь и шагу ступить, чтобы не столкнуться с одной из них, тем более, когда ты так богат, как я. Но сейчас, когда мне далеко за сорок, женщины, похоже, уже не так привлекательны, как раньше.

Она другая. Она не похожа ни на кого из них. У нее есть своя красота, которую я раньше никогда не видел. Ее тело такое же пышное и полно жизни, как и она сама. Я хочу прижать ее соблазнительную мягкость к своему телу и заставить ее так громко смеяться для меня. Почувствовать, как этот смех проходит по моему телу, когда ее тепло проникает в меня. Все в ней пьянило. Будто можно ухватиться за любую ее часть и зарыться в ней.

Она молода, слишком юна для меня. Она едва ли достаточно взрослая, чтобы находиться в казино. Я сказал себе, что именно поэтому мне следует держаться от нее подальше. Но если она хочет играть с крупными игроками и обчищать мое казино, ей придется иметь дело со мной.

Такое чувство, будто она пробудила меня от тумана, в который я не осознавал, что впал. Я не знаю, в чем заключается ее грандиозный план, но на этот раз она, возможно, откусила больше, чем может прожевать. Возможно, она могла легко кидать других мужчин, получив от них то, что хотела, но со мной это было не так. Я собираюсь запереть ее так, что она никогда не сбежит.

Может быть, это как-то связано с тем фактом, что все вокруг меня влюбляются. Я никогда по-настоящему не думал о том, чтобы иметь собственную женщину, но теперь мне кажется, что все мое тело нуждается в этом. Болит от потребности в ней.

Это такая глубокая боль, что начинает казаться, что у нее нет дна. Что все эти годы, которые я потратил, строя эту жизнь и прокладывая себе путь к вершине, ничего не значат, если я не смогу заполучить ее.

Я стою словно вкопанный, наблюдая за ее работой. Как она выигрывает раздачу за раздачей.

Будто почувствовав мой взгляд, она слегка поворачивается, встречаясь со мной взглядом. Мы оба просто смотрим друг на друга, ни один из нас не делает больше ни одного движения. Она блуждает по мне взглядом, словно оценивая. Я всегда старался сделать так, чтобы она никогда меня не видела, но время вышло. Я требую желаемого.

Она может проводить свои дни, просчитывать карты в моем казино, сколько захочет. До тех пор, пока проводит свои ночи подо мной, пока умоляет меня взять ее, умоляет сделать ее своей.

Последняя мысль выбивает воздух из легких. Я хочу, чтобы она была моей. Не только на одну ночь — одной ночи никогда не будет достаточно. Я еще даже не прикасался к ней, но знаю, что мне никогда не будет достаточно. Моя потребность в ней никогда не утолится.

Она прикусывает губу, встречаясь со мной взглядом. Держу пари, я был единственным, кого она не просчитала.

Широко улыбаясь, я думаю о том, что все уроки котильона не прошли даром (примеч. Котильон (фр. cotillon) — бальный танец французского происхождения).

Мэри-Грейс Паркер Ливингстон Монтгомери Китон была бы счастлива узнать, что муж номер «три» не растрачивал впустую светское образование, в котором, как она отчаянно считала, нуждалась ее дочь.

Я смеюсь и играю роль, которую все мужчины за этим столом ожидают от меня. Когда люди впервые слышат, как я говорю, они думают, что это очаровательно и вежливо. То, как мой южный акцент замедляет ход событий, успокаивает людей и устраняет меня как угрозу. Они думают, что медленный говор означает, что я глупая, а я просто позволяю им продолжать так думать.

Вот только знают ли они, что меня вырастил беспощадный южанин, который научил меня всему, что я знаю. Мэри-Грейс была из тех мам, которые точно знали, как одеваться и вести себя в любой ситуации. Она использовала мужчин, как если бы они были бумажной салфеткой, но ни разу ее репутация не подвергалась сомнению. Когда она не была замужем, мужчины падали на колени, чтобы сделать ей предложение, но она играла с ними только до тех пор, пока не появлялась более крупная рыба, за которой она охотилась.

Она родила меня, когда была в первом браке. В том, который, как сказала, был по любви. Когда умер мой папа, думаю, частичка сердца моей мамы превратилась в камень, и после этого она больше никого не впускала. У меня есть только одно воспоминание о нем. Мне было около трех лет, и я сидела у него на коленях. На дне моего чемодана есть его фотография, и я беру ее с собой, куда бы ни поехала.

Имя мне дал папа. Он сказал, что они с мамой влюбились друг в друга в Джорджии, и на Земле не было места красивее. Мэри-Грейс, будучи истинной южной красавицей, согласилась.

После его смерти мама ждала следующего мужа, как змея в траве. Она хотела, чтобы ее следующий брак дал ей то, чего, по ее мнению, она заслуживала, поэтому исключила из уравнения любовь. О, не поймите меня неправильно, мужчины, которые преследовали ее, все влюблялись по уши, но Мэри-Грейс никогда не чувствовала того же.

Муж номер «два» был приятным мужчиной из богатой семьи. Мэри-Грейс вначале не понимала этого, думая, что деньги принадлежат ему. Когда ей надоело, что он постоянно экономит, она решила двигаться дальше.

Над следующим мужем — сенатором — она работала, как над шаром из теста. Она поймала его взгляд, и он чуть не проглотил язык, чтобы добраться до нее. Он проложил золотую дорожку из того, что мог ей дать, и она тянула до нужного момента. Мэри-Грейс ничего не делала быстро или без должного расчета, и она убедилась, что я обратила на это внимание.

— Волк будет охотиться только, когда голоден, — говорила она мне. — Не подкармливай дворняжек, Джорджия. Если он достоин, он принесет тебе добычу. — Она расчесывала мне волосы каждый вечер перед сном и рассказывала мне все способы защитить себя и свое сердце. — Никогда не полагайся на мужчину, который даст тебе то, что тебе нужно. Найди одного, и сама забери у него это.

Я все еще слышу ее слова у себя в голове каждую ночь, когда расчесываю волосы.

В истинной манере Мэри-Грейс, она умерла дома, в своей постели, именно так, как хотела. Ее съел рак яичников, и врачи дали ей всего несколько недель. Сенатор был убит горем, и весь штат излил свою любовь к ним двоим.

Я сидела рядом с ней часами, пока она не умерла, держа ее за руку и говоря, что люблю ее. Она просто улыбалась мне и давала больше своих мудрых советов.

— Я убедилась, что о тебе позаботятся. Создан траст, и Уокер позаботится о том, чтобы у тебя было все, что тебе нужно. Я позаботилась обо всем для тебя, Джорджия, как и хотел бы твой папа. Я сделала все это для тебя.

Сжав ее руку, я понимающе кивнула. Она прожила свою жизнь так, чтобы я никогда ничего не делала и никогда не задавалась вопросом, кто будет обо мне заботиться. Возможно, она поступила неправильно, но я знала, что она умерла, сделав все, что могла, чтобы помочь мне.

Мэри-Грейс не подозревала, что через шесть месяцев после ее смерти старый добрый Уокер Китон прикажет своей команде юристов аннулировать траст и вышвырнет меня на улицу в чем была.

Это тяжелый жизненный урок, который нужно усвоить: никогда не доверяй сенатору-южанину.

Я научилась играть в покер, когда мне было десять. У мужа номер «два» были небольшие проблемы с азартными играми, поэтому он думал, что, выплескивая свою карточную зависимость дома, он сможет контролировать ее. После покера он научил меня играть во все подряд. Блэкджек был его любимым занятием, и мы играли все время. Через некоторое время он понял, что я лучше него. Он не позволял мне выигрывать — я на самом деле побеждала его.

Однажды он сидел, опустив локти на стол, и наблюдал за мной, словно ястреб. Внезапно он хлопнул рукой по столу и сказал:

— Я не могу победить шулера.

Я понятия не имела, о чем он говорит. Я просто играла свою сдачу, как обычно. Помню, что была так зла, что он обвинил меня в чем-то подобном. Я чувствовала, что наконец-то в чем-то преуспела, и вот он пытается отнять у меня это.

— Я не шулер!

— Ты считаешь карты, Джорджия.