Читаем Кукольный домик (СИ) онлайн бесплатно

Серые стены вопили от холода.

Обширное и просторное помещение было полупустым, лишь длинный десятиметровый стол стоял посередине. Бетонные перекрытия пронизывал холод, штукатурка потрескалась и кусками обвалилась. Ветер спокойно гулял из края в край. Высокие окна на стенах, застеклённые двойными стёклами, не справлялись, и с каждым порывом ветра издавали отвратительный свист. Три лампочки без плафонов, висящие на проводах под самым потолком горели тускло, окрашивая серый бетон в оттенки оранжевого и рыжего.

У изголовья длинного лакированного тёмно-коричневого стола стояло кожаное кресло. В этом кресле лежало тело: бледная, посиневшая кожа, седые волосы, местами выпавшие, с проплешинами, без усов и бороды. Морщинистые руки со страшными потрескавшимися ногтями лежали на столе.

Тело не дышало.

В самом дальнем углу, куда свет доставал едва-едва, выхватывая лишь очертания угла, появилась тень — сгусток тёмного и алого, бесформенная масса. Она двигалась абсолютно бесшумно, тщательно выбирая, куда ступить и каким путём пойти. Тень была некоторым существом, полностью укутанным в алое тряпьё, в этом свете казавшееся почти чёрным. Лишь красные бликующие глаза видны были из-под одеяний. В каждой руке тень держала по кривому ятагану.

Рука, принадлежащая мёртвому синюшному телу старика вдруг дёрнулась, ожила, отодвинулась в сторону и сжала кулак. В этот же миг из пустоты появился посох с навершием в виде синего камня. Тело открыло красные, воспалённые, залитые слезами глаза и повернулось к пришедшей тени.

Тень пропала на мгновение, чтобы появиться прямо за спиной у мертвеца, ударила наискось, намереваясь разрубить тело надвое вместе с кожаным креслом. Однако вместо того, чтобы погрузиться в податливую плоть, ятаган отскочил, словно угодил по камню.

Свет замерцал, из дальних углов потянулись тёмные сгустки, стали шуровать по залу, шныряя из угла в угол. Тень заметалась, исчезая в пространстве, появляясь, взмахивая кривым ятаганом и снова исчезая. Мёртвый старик встал, опираясь на посох, окинул помещение невидящим взглядом и с шумом втянул воздух.

В какой-то миг завёрнутое в алое существо появилось прямо перед лицом мертвеца и выбросило вперёд руку с ятаганом в коротком выпаде.

Ятаган, сверкнув алым, вышел окровавленный со спины.

— Ой, я тебя умоляю, — свёл старик седые брови на переносице. Голос у него был низкий и приятный.

Куча тряпья повернула голову на бок и старик ойкнул, ахнул от боли, ударяя врага навершием посоха по голове.

То рвануло в сторону, но словно приросло ногами к полу. От лёгкого удара оно завопило, извернулось, расплываясь в воздухе бесформенной кляксой. Блеснуло лезвие и в сторону полетело перерубленное запястье старика. Выхватив его из воздуха, существо отскочило к стене, выронив один из ятаганов.

Сгустки тьмы всё ещё летали по комнате, лампочки подозрительно мерцали. Завёрнутая в алое тень исчезала в одном месте, уклоняясь от таинственных чар, появлялась в другом лишь для того, чтобы вскоре вновь исчезнуть.

Старик с усилием вдохнул, кривясь от боли, вытянул ятаган из своего тела, кинул его под ноги, стукнул посохом по земле и тьма замерла, соединяясь нитями и заполняя весь пол.

— Тебе нужно кольцо? — бросил он в пустоту и тишину, лишь ветер продолжал вопить.

Тварь пропала, а спустя мгновение у самой шеи старика появился сияющий синим меч.

— Где оно? — хрипло изрекло создание, стоя за спиной у живого мертвеца.

— А хозяин твой знает, в какие игры ты играешь?

— Ишиан мне не хозяин. Где кольцо? Почему ты его не надел?

— Мне оно ни к чему. Не питаю любви к артефактам с собственной волей. А богом я могу стать и так просто, достаточно лишь убить Гарри.

— Здесь ты ошибаешься.

Старик отошёл на шаг, выискивая глазами свою оторванную кисть. Сверкающий синевой меч у шеи его никак не тревожил.

Куча тряпья продолжила:

— Ты зря веришь Алейне. Чего она сама не убила Гарри, раз может гарантировать тебе звание бога?

Старик пожал плечами и, кряхтя, поднял отрезанную кисть, приставляя её на место.

— У каждого свои причины делать работу чужими руками.

— Вот тебе одна из причин: Героя не так просто убить.

— Слушай, — пробурчал старик, — мы с тобой отлично поболтали, но что тебе надо? И не говори, что сможешь меня убить прямо здесь и сейчас. Я почувствовал твоё приближение ещё за несколько километров, а мои тени не дадут тебе ко мне подобраться. Вот кольцо, возможно, ты бы и отобрал, только ведь всё зря, ты же знаешь.

Он посмотрел оценочным взглядом в горящие глаза соперника и хрипло рассмеялся, закашлявшись.

— Ты ничего не знаешь! Кольцо нельзя отобрать, если оно надето. По крайней мере пока я жив.

— Но мне повезло, ты его не надел.

— Однако я и не скажу, где оно. Если хочешь, можешь попытать счастья с другими кольцами.

— И ты так просто скажешь, где они?

— А ты будто сам не знаешь, — плеснул руками старик. — Меня ведь ты нашёл. Като, не валяй дурака, сэкономь нам время, будь добр.

Вместо ответа Като исчез.

Кряхтя, старик прошёл к креслу и, глядя на руки, принялся загибать пальцы, что-то считая.

— Ещё рано.

Тени унялись, лампочки перестали мерцать, ветер продолжил свистеть через окна. Вечность и мерзлота идеально подходили мёртвому телу. Старик опустился в кресло и замер, закрывая глаза и переставая дышать. Пока не настанет время поторопить события.

— Эдгар —

В глазах щипало, но он их открыл, наблюдая седого деда с бегающими глазками в непосредственной близости от себя, шагах в двух, не больше. Дед заглянул парню в глаза и Эдгар решил, что лучше пока он поедет зажмурившись.

Дилижанс трясло, стоял какой-то гул и было непонятно, только ли в его голове этот гул. Впрочем голова раскалывалась и без этого. Эдгар пытался вспомнить, что такое было и как он сюда попал, но мог лишь предполагать. Самой очевидной причиной было обилие выпитого накануне спиртного.

Он облизал ладонь, понюхал — не пахнет. Открыв глаза, он увидел кучу народа рядом и звёздное небо над головой, а ещё две луны: синюю и зелёную. Та, что была синей, была побольше. А та, что зелёной, как маленький фонарь в тёмном переулке. Обычно, когда в глазах двоится, луны одинакового размера и одинакового цвета. Он поморгал — не помогло.

— Странно, — произнёс он хриплым голосом.

Паренёк, совсем молодой на вид, худощавый, веснушчатый, с вытянутым лицом и орлиным носом, с острым подбородком, острыми скулами, узко посаженными глазами и низким лбом. В бороде красовались три волосины и даже намёк на усы отсутствовал, длинные рыжие волосы были собраны в хвост и перевязаны резинкой. В льняной рубахе, наверх которой был накинут дорогой шерстяной плащ и в кожаных штанах с подбитыми каучуком туфлями, с серебряной серьгой в ухе. Ехал вместе с каким-то сбродом.

От одних запахов этих людей у него начиналось несварение.

«Ни уж-то конвой всё же повязал тот притон, в котором я ошивался, и теперь меня всё же упекут в темницу? А с колледжем что? Выгонят, как пить дать, после такого… Ох не обрадуется матушка, коли так случится. Я же… Эдгар ван… Кто? Как зовут матушку? Как зовут моего батюшку?.. Я же был на учёбе в… В городе под названием… Допился?»

Стоило ему поднять голову, как в уши стал бить ветер и Эдгар на секунду аж похолодел от ужаса, осознавая, с какой скоростью кучер гонит лошадей. Самих лошадей, кстати, видно не было, как не было и привычного цоканья подбитых копыт.

Он снова осмотрелся, прыгая взглядом с одного лица на другое. Три орка: два зелёных и один серый, ещё один дед в тонком плаще завёрнутый в плед (всё так же сверлит безумным взглядом) и прекрасное тоненькое девичье личико с пушистыми ресницами и такими правильными чертами лица, что Эдгар не мог отвести взгляд. Она укутана в плащ, на голову накинут капюшон, из-под капюшона локонами струятся чёрные волосы, сверкая в свете двух лун лазурью и изумрудом.

Где он, куда их везут, где его нашли? Он ни раз попадал в странные места после гулянок в странных компаниях. Куда не занесёт жизнь молодого и охочего до развлечений художника? Однако он привык, что на вопросы ответы находятся, после чего даже успевал в колледжский кампус до того, как кто-то заподозрит его пропажу.

Спросить орков? Страшно, могут нагрубить или заткнуть парой ласковых. Дед сидит и глазами лупает, рассматривая всё в округе, только от Эдгара взгляд отвёл. А вот девушка… Эдгар почувствовал, как кровь приливает к лицу, а сердце начинает сильно колотиться. «Не о том ты, приятель, думаешь. Ох не о том! Иди лучше тихонько у деда всё узнай без приключений и вали в нужном направлении. Мало ли в какую деревню этот дилижанс сейчас тебя увозит, да и две луны, вон, смотри, никуда не пропали».

Однако он подполз поближе к девушке.

— Извините, как Вас зовут? — обратился он к ней. Без смущений, с чувством собственного достоинства.

Та открыла бездонные серые глаза с серебряными зрачками, окинула Эдгара взглядом. Парень почувствовал, что краснеет.

— Энуивель, — безэмоционально отозвалась она. — Для людей Эну, вам так проще запомнить, — она самодовольно хмыкнула.

— Где мы? — задал Эдгар вопрос, который мучал его больше всего.

— В кузове машины, — элегантно пожала плечами Эну. — А недавно ты лежал лицом в траве в одном из тех жутких городов.

— Это города смерти! — зловеще крякнул дед.

Серый с зеленокожим орком переглянулись, покосившись на деда.

— Города обречённых, — пробасил серый. — Они так называются.

Эти двое были тут явно круче остальных. Эдгар только сейчас заметил в их руках нечто, похожее на мушкеты, только более массивное и внушительное. У серого, кроме мушкета, был ещё и топор на поясе.

— Это города, — продолжил кряхтеть старик, — в которых поселилась смерть. Она сжирает путников, которые попали из других миров, и переводит их в такие же города мёртвых в других мирах. Вы не знали? И так всё время, проваливаясь всё ниже и ниже. А что внизу?

— Дед, не пугай народ, — буркнул зеленокожий. — Нет тут никакого низа.

— А вот и есть, — просипел он. — Ксерот есть низ всего, а Астария верх. И люди, да и не только люди, провинившись, проваливаются ниже.

— И что это за ярус? — поинтересовалась Эну.

Дед уставился на свои пальцы, загибая их.

— Третий ярус, а всего их пять. Будешь плохо себя вести, попадёшь на второй! — выдал он, и все задумались.

— Это вверх получается? — вырвалось у Эдгара.

— А ты ступеньки с какой считаешь, с нижней или верхней, а? — разъярился старичок.

— Да слушай ты его больше… — буркнул зеленокожий, у которого не было оружия. Массивный бугай сидел, обхватив колени руками и смотрел куда-то в сторону пляшущих мимо веток совершенно поникшим взглядом — выглядел он так же потерянно, как и сам Эдгар. — Ярусы, падать вверх. Да хоть на все четыре стороны, нам-то что с того?

Наступила тишина.

— Энн, ты откуда? — не унимался Эдгар.

— Эну, — нахмурилась девушка и не ответила.

— Я на художника учусь, хочешь тебя нарисую?

Эну скосила взгляд, долго не сводила с Эдгара. Тот отметил для себя, что какая-то она сильно дерзкая для своего возраста. На вид ей было не больше, чем самому Эдгару. Лет четырнадцать, больше не дашь (прим. автора: 19 по-нашему). Эдгару оставалось до четырнадцати буквально четверть кварты (чуть больше месяца).

— Нет, — удостоила Эну холодным ответом.

— А едем мы куда? Мне нужно… Ну в город, там где колледж имени… Блять, почему я вспомнить ничего не могу? Для художников колледж, — Эдгар почесал затылок.

Орки переглянулись, помахали кулаками. Серый показал сжатый кулак, а зелёный растопыренные указательный и средний пальцы. Зелёный разозлился, что-то пробормотал на своём орочьем. Серый расплылся в улыбке, сложив руки на груди. Зелёный тем временем повернулся к остальным.

— Вы в другом мире, память к вам не вернётся, едете вы в Игну, бить и пытать вас, — он сделал паузу, окидывая всех взглядом. «Бить, пытать? Точно в темницу. Нужно бежать!». — Не будут, — закончил орк и получил тумака от серого. — В общем попрощайтесь со старой жизнью.

— Я же говорил! Другой мир, кто-то вверх, кто-то вниз, а Ксерот рядом! — завопил дед и тут же затих, окидывая всех безумным взглядом.

Эдгар не задавал больше вопросов.

Колледж, смутно знакомые лица, позирующие девушки, веселье и хохот в кабаке, строгие преподаватели. Всего этого больше нет, как нет и матушки с батюшкой. Они будут волноваться. Наверное, но не наверняка. За что он здесь? Он знал ответ на этот вопрос. За то, что проклинал свою жизнь не смотря ни на что и несколько раз порывался удрать. Два раза чуть не погиб на дуэли, один раз был сильно ранен и пролежал в госпитале целых три недели. Медсестричка кстати там была очень даже ничего… И вот ему удалось, наконец, бежать. Только как-то видимо перестарался он, слишком уж далеко убежал.

В результате он в этой странной компании едет в какую-то… Иглу? Он не запомнил с первого раза. Да ещё и едет на каком-то странном дилижансе. Как кони только видят в этом мраке?

Эдгар высунул голову поверх бортика. В лицо и уши тут же ударил ветер так, что слёзы мгновенно залили глаза. Он не увидел лошадей. Он мог поклясться великой Энгирой, что их просто не было. Что дилижанс ехал сам, без кучера и без лошадей. Более того, Эдгар увидел два луча света, что освещали путь перед дилижансом.

— Магия какая-то, — выдохнул он.

Он сел обратно. Дилижанс продолжал ехать, холод пробирался под куртку, Эдгар то и дело тёр руки и дышал на них, чтоб те не околели. Наконец он увидел город: двух-, трёх-, а где и четырёхэтажные коробки торчали отовсюду, без фасадов, не покрашенные, сложенные из серого камня. В окнах коробок горели огни, висели шторы, сновали живые существа.

Всё, что он видел, было для него как-то очень ново и удивительно. Так, что он аж открыл рот от удивления. Эну в противовес ничему не удивлялась. Ну как можно не удивляться высокой палке, до вершины которой ни один фонарщик не долезет, на самой верхотуре которой светится маленькое солнце? А или вот ещё: камень на дорогах уложенный на столько мелко и крепко, что ни одного стыка нет, а на этом камне краской нарисованы линии. Или вот это: железная коробка на колёсах у обочины, к которой точно лошадей не приделаешь.

Они проехали через ворота, оказавшись в огороженной территории. Тут тоже стоял большой солнечный фонарь, под которым и остановился дилижанс, перестав тарахтеть, словно рычащая виверна. Из-за высокого забора не было видно ничего, а где-то сбоку стояло двухэтажное здание — в точности такая же коробка, как и остальные.

Их уже встречали. Какой-то мужчина подошёл к оркам. Из-за плаща совсем не было понятно, ни сколько ему лет, ни какого он телосложения. Вроде не высокий и не широкий. Но на фоне орков кто угодно будет не высокий и не широкий. Говорит быстро, голос басовитый, орки слушают и кивают головами. Эну впервые проявила любопытство.

— Распределение? — удивилась она вслух.

— Ты слышала, о чём они говорили? — удивился в ответ Эдгар.

— Парниша, ты с какой деревни? — буркнул сидящий в углу орк, который по всем законам должен был задубеть, сидя в одной лёгкой майке и шортах. — Эльфу не видел никогда?

— Какую эльфу? Кто такие эльфу?

Орк гагатнул и махнул рукой. Эну мило ухмыльнулась.

— Спускайтесь! — крикнул серокожий орк.