Читаем Кукла онлайн бесплатно

В белой стерильной палате, на кровати лежал мальчик, такой маленький и бледный, что почти полностью сливался с белоснежными простынями. Он спал. А рядом за стеклянной дверью стояли двое: врач и молодая женщина, с осунувшимся лицом, темными кругами под покрасневшими, воспаленными от бессонных ночей, глазами. Она была почти такая же белая, что и ребёнок за стеклом.

– Мы купировали приступ, сейчас он просто спит. Но больше мы ничего не можем поделать. Вы знаете… – рутинированно произнес врач, – Я уже говорил, его заболевание неизлечимо. Мы можем только попробовать замедлить процесс и снять боль. Мне очень жаль.

– А та операция? – слабым уставшим голосом спросила женщина, вкладывая в вопрос все крупицы надежды, что у неё ещё оставались.

– Да, есть операция. Но это экспериментальный метод. Никаких гарантий. И это очень дорого. Если вы найдете деньги, я помогу договориться с институтом, чтобы вас включили в программу. Вы помните сколько это стоит?

– Да, ужасно дорого, – безнадёжно произнесла женщина, – у нас нет таких денег. Но я попытаюсь придумать что-нибудь. Сколько ему осталось?

– Сложно давать какие-либо прогнозы, – пожал плечами врач. – Год-полтора. Он упрямый парнишка. Если повезёт, протянет и два года. Но если приступы участятся, то всё может произойти гораздо быстрее.

Мальчик в кровати пошевелился, и женщина встрепенулась.

– Я попробую найти деньги, – прошептала она врачу и открыла дверь в палату.

– Мальчик мой, Лео. Как ты? – радостно улыбнулась она и поцеловала сына в щёчку, погладила по волосам.

– Мам, я хочу домой. Пожалуйста, забери меня домой, – попросил он слабым голосом.

– Конечно, милый.

У них была небольшая квартирка на втором этаже над кафе: две спальни, мини-гостиная и малюсенькая кухня. Женщина уложила мальчика на диван. Он был так слаб, что был не в силах сам передвигаться. Накормила, радуясь каждой проглоченной им ложке. После ужина ребенок уснул, а мама спустилась вниз в кафе.

– Лора! – воскликнула женщина за стойкой. Та была чуть постарше и выше, но немного похожа на нее, из чего можно было заключить, что обе женщины сёстры. – Как он?

– Плохо, – со вздохом отозвалась Лора, – сейчас спит. Но они ничего не могут поделать. Всё, как и в прошлый раз. А эта операция… Просто ума не приложу откуда взять столько денег.

– Я сейчас заканчиваю и пойду к нему. А тебе надо выспаться. Потом обсудим. Ты уже одна только тень, сама на себя непохожа. Две недели из больницы не вылезала, – говорила сестра.

– Не могу спать, – качнула головой Лора. – Лучше пойду пройдусь. Подышу свежим воздухом. Я недолго.

Она чмокнула сестру в щёку и вышла на улицу.

***

Лора шла по улицам, ничего и никого не замечая. В этом секторе они оказались, когда она ещё была беременна. Столько переживаний… Им с сестрой пришлось бежать из родного города, и они оказались здесь, в секторе переселенцев, на периферии Солитера. Война началась внезапно, если правительство что-то и знало о грядущем нападении, то простому народу сообщить не соизволило и быстро откупилось от врага, отдав на растерзание червей самую удаленную планету. Их планету. Червями люди за глаза называли жителей Солитера. Те были меньше ростом, с черными зрачками во всю глазницу, а на лбу красовалась антенна или, как еще говорили, лобовой ус. Питались они тем же, что и люди, но для полноценного развития и поддержания жизнедеятельности им требовалось дополнительная «пища». Люди. Голодные особи были одержимы и не успокаивались, пока не заполучали подходящую жертву. Взывать к разуму было бесполезно и Лора склонялась к тому, что из списка разумных существ этих следовало бы давно вычеркнуть. Черви гипнотизировали жертву, впивались в ее череп усом и высасывали из нее энергию, жизнь. Светлые – по меркам людей болезненно-бледные – особи, наливались силой, становились более крепкими, выносливыми, боеспособными. А несчастная жертва, если и выживала, то едва соображала и узнавала о своем донорстве по метке на лбу. Ради «доп. питания» велись войны, создавались колонии, питомники, люди сгонялись в гетто, их откармливали, как скот и продавали. Но до этого нужно было сначала пережить нападение, потому что обезумевшие оголодавшие военные сначала насыщались сами, а уж потом думали об экономической выгоде и государственных нуждах.

Их город был первым отдан на растерзание червей. Лора до сих пор, спустя шесть лет после бегства, просыпалась в холодном поту от кошмаров. Ей снился обезумевший город. Люди, мечущиеся в поисках спасения. Черви, набрасывавшиеся на первого попавшегося, выкачивающие из него все соки. Обессиленные и мертвые на улице. Было страшно смотреть на молодого, еще пару минут назад излучавшего силу мужчину, который теперь сидел с затуманенным взглядом на асфальте и пускал слюни с видом синильного младенца. А зомбированные червями подростки… Лора едва не попалась в ловушку. Если б не сестра, вовремя остановившая ее, то участь того мужчины показалась бы ей сахаром. Линда вообще оказалась гораздо практичнее своей сестры с ученой степенью. Она занималась восточными единоборствами и не раз вытаскивала Лору из лап – или, вернее сказать, усов – червеобразных. Она же быстро сориентировалась и достала билеты на корабль, идущий на поселение. Было рискованно верить обещанию властей Солитера, что переселенцев на новых территориях не тронут, но оставаться в обезумевшем городе было ещё опаснее. А новый сектор, как говорили, был создан для их собственной безопасности. И, действительно, нападений оголодавших, обезумевших местных почти не случалось, но и свободной обстановку нельзя было назвать. Официальная служба надзора следила за порядком, регулярно проверяла документы, устраивала обыски, всеми силами стараясь не допустить новых вспышек недовольств и, упаси боже, восстаний. А потом Линда оказала услуги кому-то из «нужных», и у них появилась своя крыша над головой и кафе, позволявшее сводить концы с концами. Если б только не Лео… Сын Лоры, был единственным утешением и радостью для обоих сестёр. А потом он заболел и вот уже год они живут, как на вулкане. Не зная, как быть, что делать, плача вдвоём в тайне от мальчика.

Лора тяжело вздохнула и, погружённая в мысли о том, где достать деньги, побрела дальше. Раздался визг тормозов.

– Эй, не видишь, куда идёшь?!

Она стояла посреди дороги, не понимая, как здесь оказалась. Потерянно оглянулась вокруг и вдруг её взгляд остановился на огромной светящейся рекламе.

Мечтаешь о большем?

Поделись энергией и осуществи свои мечты!

Программа донорства энергии на любой вкус.

Индивидуальный подход, надежно и безопасно.

Под строгим контролем лучших энерго-специалистов.

Лора прикинула, офис находился совсем неподалеку, почти по пути. Она решительно направилась по указанному адресу.

Несмотря на поздний час, агентство было ещё открыто. Обстановка в офисе радовала глаз: чисто, светло, уютно. Цветы, дорогая мебель, современный интерьер и учтиво-приветливый персонал. Клиника, салон красоты или бюро по трудоустройству – Лора не успела решить, на что больше похоже их организация, когда молодой человек, словно сошедший с картинки глянцевого журнала, вошел в холл, приветливо поздоровался с ней, представился менеджером и поинтересовался, чем он может быть полезен. Сквозь его дружественную маску Лора почувствовала короткий оценивающий взгляд и, кажется, менеджер остался не очень доволен потенциальной клиенткой. Она вспомнила своё отражение в зеркале перед уходом и не удивилась, что тот не в восторге. И всё же, сохраняя доброжелательное выражение лица, молодой человек пригласил женщину в отдельный кабинет, а модельного вида девушка принесла им чай.

– Так что же Вас привело к нам? – спросил менеджер, усевшись в кресло и отпив из своей чашки.

– Мне нужны деньги. Много денег. И я хотела бы узнать, смогу ли я заработать их, участвуя в Вашей программе.

– Сколько Вам нужно?

Лора назвала сумму. Молодой человек вздёрнул бровь, окинул её взглядом ещё раз.

– Мне очень надо, – с напором произнесла она, уверенно глядя ему в глаза.

Он посерьёзнел.

– Вы чем занимаетесь?

– Сейчас у нас с сестрой кафе. А раньше, до того, как мы оказались на поселении, я преподавала математику и физику, – рассказала Лора.

– А-а, – взгляд менеджера стал более заинтересованным.

Да, раньше, у себя, Лора занимала хорошую должность, неплохо зарабатывала и очень собой гордилась. Только вот на Солитере все её умения оказались никому не нужны. Она не была пробивной, не умела переступать через отвращение, налаживать контакты. И, как оказалось, зря.

– Позвольте для начала рассказать Вам, как функционирует наша программа, – продолжил молодой человек. – Вы знаете, мы гарантируем каждому индивидуальный подход. У нас серьёзная система тестирования, контроля и пост-обследований. Чтобы Вы понимали: все доноры делятся на 5 категорий, в зависимости от их интеллектуального уровня, здоровья, физического состояния и – самое главное – eIQ, коэффициента потенциально отделяемой энергии. От того, в какой категории Вы окажетесь, зависит Ваш ценовой тариф. Высшую оплату получает категория «А» и, соответственно, низшую – «Д». Ваш eIQ определяется рядом тестов. Здесь у нас мы можем сделать предварительное тестирование, чтобы иметь примерное представление о Ваших способностях, но окончательный сертификат и категорию Вам присвоят в Центре. В целом порядок такой: мы делаем предварительный тест, обговариваем условия и составляем предварительный договор. Вы отправляетесь в распределительный Центр, там проходите обширное тестирование и Вам присваивается категория, согласно которой идёт оплата. Это рекомендуемая для хозяина плата. Вилка от и до. Хозяин сам принимает решение об окончательной цене. Некоторые выплачивают бонусы, но на это я бы особо не рассчитывал.

Менеджер пристально посмотрел на Лору, проверяя, улавливает ли она его мысль, и после её кивка продолжил:

– В каждой категории есть три режима, подпрограммы. «Soft» – щадящий режим, гарантирующий минимальные интеллектуальные потери в пределах пяти, максимум десяти, процентов. Типичный вариант: Вы общаетесь с одним хозяином раз в три месяца. Или же у вас могут быть два хозяина, и Вы общаетесь с ними попеременно, примерно каждые шесть недель. «Opti» – уровень падения десять–двадцать процентов. Общение раз в месяц и хозяев несколько. Представители их расы нуждаются в энергии примерно раз в три месяца, но иногда встречаются и пауэр-юзеры или, наоборот, дети или пожилые, которым много не надо. Поэтому в этом ритме у Вас может быть от 2 двух до пяти хозяев, в зависимости от их потребностей. Ну и «Performance». В этом режиме риск довольно большой. До 40 процентов. Частичное восстановление eIQ через год (в пределах пяти-десяти процентов). Здесь сессий до двух в месяц с группой хозяев.

– Почему-то мне всё это очень напоминает секс, – вставила замечание Лора.

– О, нет, – поспешно заверил её менеджер, – может быть, это и звучит так, потому что мы говорим об интимной и очень чувствительной теме. Но о половых сношениях речь не идет. Откровенно говоря, в этом качестве мы им совершенно неинтересны. Некоторые девушки и молодые люди по наивности рассчитывают на какую-то взаимность и хэппи-энд. Мои инструкции на этот счет однозначны: Вы – то есть, все мы – это питание и ничего другого. Вы даёте энергию, делитесь частичкой себя, а они платят. Цель этой программы уменьшить количество жертв, за счет разумного потребления под присмотром специалистов. А хозяин – это обобщающий термин. На самом деле, это может быть и женская, и мужская особь. Или целое семейство, – менеджер сделал паузу и, убедившись, что его клиентка следит за его рассказом, вновь продолжил: – Теперь, что касается безопасности. В Центре Вы получите браслет, который будет считывать Ваше состояние и предупреждать о достижении критического уровня. После каждой сессии Ваши данные передаются в Центр для анализа, где независимые эксперты проверяют характеристики и контролируют Ваше eIQ. Программа прекращается через полгода-год (на Ваше усмотрение) или по достижению оговорённого уровня падения eIQ. Должен предупредить, иногда бывают эксцессы. Хотя мы и стараемся по максимуму обезопасить наших клиентов, но все мы разные и от ошибок или несчастных случаев никто не застрахован на все сто. Случаи индивидуальной повышенной сенситивности чрезвычайно редки, но иногда встречаются. Если такое – не смотря на все меры безопасности – всё же произойдёт, Вас введут в спячку и поместят в специальный контейнер, нечто вроде инкубатора, для восстановления.

– Они впиваются в мозг своим усом? – прервала Лора.

– Да, – подтвердил молодой человек, – официальный термин: пристыковываются антенной. И нужно сказать, что некоторые любители острых ощущений делают это весьма резко, другие, наоборот, очень мягко и почти незаметно. Тут уж как повезёт. Но все они обязаны гипнотизировать. Они подписали соглашение о минимизации ущерба и болевых ощущений по обоюдному согласию. Знаете, иногда попадаются любители-мазохисты. Зачем портить им кайф? – менеджер многозначительно повел бровью. – Но во всех остальных случаях после короткой чувствительной пристыковки, они обезболивают. Это их суть. Так удобнее для всех.

– Мне просверлят лоб?