Читаем Куб онлайн бесплатно
Я проснулся в 8 часов, хотя сегодня воскресенье. Вчера я на всякий случай попросил родителей разбудить меня в 8. Но будить меня не потребовалось. Да я и сам еще вчера знал, что спать в эту ночь буду чутко и беспокойно в предвкушении грядущего дня, а проснусь наверняка даже раньше восьми, опасаясь проспать.
Что меня заставило встать в столь ранний час в выходной день? Ах, ну какое вам до этого дело! Ладно уж, давайте расскажу. Значит так. В 9 часов я встречаюсь с Олегом, и мы с ним едем покупать компот. Банку планируем взять на вокзале. Варить будем на лестничной клетке в подъезде у A. Там же и проставимся, и я поеду в Бутово, на другой конец Москвы, на день рожденья к другу. Как видите, дел хватает.
Мысли обо всем этом нервно пляшут в моей голове. Завтракаю только потому, что это надо. Куски пищи с трудом пролезают в горло и как будто не хотят спокойно укладываться в желудок. Меня ещё со вчерашнего вечера, с момента достижения договорённости о сегодняшней мутке, колотит мандраж...
Винтовые, вы ведь знаете, о чём это я толкую?... Болезненное напряжение всего организма, всех фибров души в ожидании вмазки. Зол на весь мир: кажется, всё, всё в этом ебучем мире создано лишь для того, чтобы заставить меня ждать и мучиться этим ожиданием. До цели еще так далеко: надо купить банку, химию, сварить, проставиться... Уйма, бездна ненавистного времени. Меня в такие моменты просто становится меньше, чем есть на самом деле.
Допиваю чай, одеваюсь. На мне серая водолазка, черные джинсы, высокие ботинки Getta grip, безумного покроя пальто цвета кофе с молоком. Я взял с собой некоторую сумму рублей, не ахти какую большую - они будут брошены на алтарь общего дела - плюс деньги на карманные расходы. Баяны купить, бензин, фурик и прочие мелкие предметы быта.
На улице стоит невнятная сырая, воистину осенняя погода. 11 октября 1998 года... В природе будто испортилось освещение, и все погружено в слякотный серенький полумрак. Вокруг застыли нестройные ряды таких же серых девятиэтажек. В их ячеистых внутренностях теплятся чьи-то жизни, но мне нет до них никакого дела.
Деревья стоят мокрые и черные, вознеся к небу свои голые немощные руки. Деревья притворяются мертвыми, как и всё кругом. Всё на свете такое безнадёжно влажное и усталое, как будто существует, лишь подчиняясь чьей-то недоброй воле. Я уж не говорю про людей, про прохожих, почему-то встречающихся на моем пути в девятом часу утра в воскресенье. На них вовсе лучше не смотреть.
А я и не смотрю на них. Я предпочитаю им неодушевленную природу. Но всё равно отчетливо понимаю, что вокруг меня нет ни малейшей зацепки, ни малейшей причины не сделать этого в очередной раз.
Природа тихо и сдержанно ждет зимы. А я ничего не жду. Я уже давно не способен ждать.
Я подхожу к подъезду Олега и начинаю его ждать. Он, как всегда, опаздывает.
Но вот из окна раздается крик:
- Паша, я уже выхожу!
Еще минут через десять Олег и в самом деле вылетает из подъезда маленьким угловатым неярких тонов пятном. Следует хорошенько описать вам этого типа. Как-никак, это одна из ключевых фигур в моем повествовании.
Представьте себе 19-летнего субъекта невысокого роста и абсолютно худого - кажется, будто Создатель, выделывая это тело, просто натянул кожаный мешок на костяной каркас, скудно дополнив эту скульптуру кое-где прожилками сушеного как у воблы мяса. Черты его лица заострены, как у хищной птицы: подбородок выдается вниз острым треугольником, скулы гротескно торчат, напоминая жабры крупной мифической рыбы. На щеках мясо не водится, они скорее впалые, нежели чем выпуклые. Всё немногочисленное мясо на этом лице сосредоточено на пухленьких губах, а также на носу, который не в пример другим частям лица выглядит массивно и весьма солидно. Глаза небольшие, серые, снабжены крупными круглыми очками в тонкой металлической оправе. Размер зрачка сильно варьирует в зависимости от жизненных обстоятельств. Волосы коротко подстрижены и выкрашены черной краской. Можно сказать проще: Олег внешне во многом напоминает Обрубка (Spud) - персонажа из Trainspotting.
Стиль одежды Олега: в основном это приглушенные пастельные тона. Любит носить обтягивающие шмотки, что еще более подчеркивает его худобу. Неизменно обут в Dr.Martens. В его прикиде часто преобладает unisex (например, черные обтягивающие брючки из атласа), дополненный элементами rave-моды (сумка на длинном ремне через плечо, те же Dr.Martens). Любит Олег и "ломаную классику" - сочетания несочетаемого в одежде. Таким образом, в его манере одеваться странно и противоестественно переплетаются стремление к сытой респектабельности и тяга к декадансу и богемности.
Вспоминается один показательный эпизод. Олег, прогуливаясь как-то раз по улице в нашем районе и будучи при том совершенно трезв, был остановлен и обыскан первым же проезжавшим мимо милицейским патрулем. Труженики резиновой дубинки при обыске обнаружили у него какие-то компоненты, доставили его в отделение, посмотрели вены и повезли в 11-ый наркодиспансер на экспертизу; по дороге он откупился от милиционеров ста рублями и был таков. И по-моему нет ничего странного в том, что сотрудникам правопорядка показался подозрительным этот молодой человек: дело в том, что в его внешности есть нечто, напрямую ассоциирующееся у людей с образом торчка, с плакатно-киношно-литературным портретом наркомана. Он и по трезвой-то выглядит стремновато. Впрочем, вполне допускаю, что и я-то в этом смысле зачастую смотрюсь не намного презентабельнее, но обо мне позже.
Сначала разберёмся с Олегом. Что он за человек? Он - большой ребенок. Его главные недостатки - это какой-то беззаботный инфантилизм, рассеянность, расхлябанность, выражающаяся в забывчивости, необязательности, неспособности собраться, сконцентрироваться, приложить усилие, если в этом нет насущнейшей, неотвратимой и безотлагательной необходимости для него самого. Но если ему что-то действительно нужно, если от этого зависит получение какого-то конкретного удовольствия, если обстоятельства прижимают его в угол, он может просто горы свернуть, превратиться в молниеносного и умелого организатора, способного найти выход из самой провальной ситуации. А потом опять превратиться в ребенка. Вот и сейчас опоздал! Ну куда это годится?
- Почему ты все время опаздываешь? Ты заебал опаздывать! Я жду тебя полчаса! - говорю я Олегу с усталым раздражением в голосе.
- Меня поздно разбудили. Потом я ел, - отвечает Олег с такой улыбкой, как будто я должен быть просто счастлив тому, что он ел.
- Мы проебали электричку, следующая хер знает когда!
- Паша, ну успокойся, успеем.
- Во сколько и где мы встречаемся с Инной?
- В 10 на "Библиотеке имени Ленина" под лестницей.
- Мы уже не будем там в 10.
- Бля, ну подождет, значит.
- Сначала едем на Птичку?
- Да.
- Нам всю химию нужно покупать? И красный, и черный, и кислоту, и щелочь?
- Да, всё. В кормушке у А. оставался с прошлого раза компот. Исчез.
- Вот суки, спиздили бля...
- Наверно.
- Ты уверен, что сегодня будет барыга?
- Мне вчера мужик на рынке сказал, что сегодня она должна сутра подойти.
- Та же девка, у которой тогда брали? Ну помнишь, я еще тогда с тобой ездил...
- Да, да Она.
- А если её не будет?
- Ну на Лубянке попробуем взять.
- Банку берём на ***ском вокзале?
- Да.
- Сегодня торговая смена?
- Да.
- Бля, я чувствую, я сегодня не успею на день рожденья. Мне ехать к черту на рога.
Олег, как обычно, начинает прикалываться, описывая в красках, как я вмажусь, вальяжно махну над головой ладошкой и никуда не поеду - зачем куда-то ехать, когда и так прёт.
- Ты заебал. Ну ладно, позвоню, скажу, что задержусь.
- Вот! Вот! Молодец! - Олег продолжает меня подъёбывать с глумливым хохотком.
- Иди ты на хуй.
Едем в метро. Разговор то разгорается, то надолго затухает. Говорим короткими рублеными фразами. Тематика - деловая. Правда, иногда перебрасываемся фразами на отвлеченные темы, но очень быстро возвращаемся все к тому же самому: к болезненному обсуждению того, как мы сегодня замутим. В нас обоих чувствуется неизбывное внутреннее напряжение, - у Олега оно проявляется сильнее, чем у меня, и это объяснимо: он ответственен за организацию всего мероприятия. Он собирает со всех участников деньги, производит закупки, он варщик, в конце концов. Вобщем, он главарь, он жрец. Именно поэтому его мандражит сильнее остальных.
Ещё один эпизод, характеризующий Олегона. Помнится, Игорь (один наш общий знакомый; о нём - позже) рассказывал, как они с Олегом ехали на Птичий рынок закупаться. Игорь по дороге захотел есть и сказал Олегу, что купит себе хот-дог. Тот просто взорвался: "Какой хот-дог?!! Ты что, охуел?!" Он не способен себе просто представить, что человеку, едущему мутить винт, может прийти в голову тратить время на какую-то сраную процедуру приобретения и поглощения жратвы. И я его понимаю. Мне бы никакой кусок в горло не полез в столь роковые минуты. "Промедление смерти подобно".
Читатель, а знаешь ли ты, что такое винт? Если нет, то я сильно сомневаюсь, в силах ли ты до конца понять все те душевные порывы и метания, которые я здесь перед тобой описываю. Все вы, здоровые и добропорядочные, и не подозреваете, что параллельно с вашим легальным и знакомым вам миром сосуществует другой мир, обитатели которого лишь с разной степенью проворства маскируются под вас, здоровых и добропорядочных. В этом другом мире царят свои особые законы, здесь в ходу другие ценности и даже язык другой. А какие там творятся драмы! Какой неподдельный накал страстей! Какое множество потрясающих по своей самоотверженности и низости поступков совершают обитатели этого царства каждый день! Зачем смотреть по TV криминальные сводки и наигранные ток-шоу "на злобу дня"? Ведь сколько интересного, столько ужасного, не укладывающегося в границах понимания трезвого здравого рассудка, происходит каждый день под вашим носом! Но вы ничего не видите. Вы не видите того, сколько в Москве наркоманов. А вот я с определенного момента научился вычислять их в толпе. Их больше, чем вы можете себе представить. Иногда мне кажется, что городом правят не государственные мужи, а героин и винт, а дикторы на TV выглядят погрустневшими из-за того, что на Лубянке вздорожали банки.
Приехали на станцию Библиотека им. Ленина. Встречаемся с Инной. Надо пару слов сказать и про нее.
Если бы Олег был девочкой, он был бы Инной. Они просто поразительно похожи внешне: оба низенького росточка, с хрупким, тоненьким, как былинка телосложением, похожи они и прической, и цветом волос, и чертами лица. Похожи они друг на друга и по характеру. Они из одного мира, на них обоих светится приглушённым неоновым светом печать весёлой, озорной и беспощадной болезни химического распада. Инна имеет почти что годовой стаж общения с героином (общения более-менее эпизодического, без подсадки на систему), а с той поры как солнечным майским днем она познала винт, в нашем полку прибыло. Инна - неглупая и, вобщем-то, симпатичная девушка. Она занимается живописью, да и вообще относится к разряду людей творческих, понимающих толк в искусстве. Мне всегда было интересно общаться с такими людьми. Правда, нужно сразу оговориться, что под винтом удовольствие можно получать от общения с кем угодно, - лишь бы был собеседник, но тем не менее.
У Инны есть подруга Аня. А у Ани сегодня есть какие-то дела, связанные с учебой, и поэтому она должна подъехать на станцию метро "...ская" только часов в 11. Договариваемся не терять времени (основная инициатива исходит от меня - я спешу на день рожденья): Инна поедет на станцию метро встречать Аню, а мы с Олегом тем временем будем делать покупки на рынке. При этом неизвестно, сколько времени мы простоим там в ожидании барыг, и поэтому мы предоставляем Инне сумму в 150 рублей с той целью, чтоб они приобрели на вокзале банку, не тратя попусту времени в ожидании нашего возвращения с компонентами. Договариваемся встретиться всем на метро " ...ская" в центре зала в половине первого.
Садимся в поезд. Болтаем о том, о сём (не только о винте, но в основном о нем самом). Мы выходим на Лубянке. Инна едет дальше до кольца.
Лубянка... Мекка московских любителей запрещённых и небезопасных веществ. Раньше мы всегда брали банки и компот именно здесь. Но сейчас на Лубянке временно пусто - никакого винтового шевеления не наблюдается уже которую неделю. Такое бывает. И поэтому мы здесь долго не задерживаемся - пересаживаемся на Кузнецкий мост и едем дальше по своим делам.
От метро на троллейбусе доезжаем до рынка. Пока едем, напряжение обостряется до предела. Молчим. Иногда перекидываемся фразами типа:
- Олег, ты уверен, что девка с компонентами сегодня подойдет?
- Да. Должна быть.
Или:
- Паша, давай мне свои деньги, у меня на всю химию не хватит, - они все уже по пятнашке.
