Читаем Кто Я? онлайн бесплатно

Посвящается тайным элитам.

Далёкое прошлое.

В пути.

Пустынная местность.

Порыв ветра швырнул в суровое лицо странника облако пыли то ли с землёй, то ли с песком. Взвесь осела на обсохших от знойной жары и отсутствия влаги губах, а полуденное, на безоблачном синем небе солнце лишь добавило и без того физической усталости от долгой дороги.

Уставшие, и слегка покрасневшие от сухого ветра карие глаза сощурились и заприметили впереди одиноко растущее дерево среди пустынной местности, раскинувшейся на необъятное взору пространство вокруг. Смахнув пыль рукой с высоких выдающихся скул и слегка впалых щёк, шаркая кожаными сандалами по пыльному песку, путник, одетый в бежевую тряпичную тунику ниже колен поправил тканевый пыльный капюшон, накинутый на голову в качестве защиты от яркого солнца.

Добравшись до дерева и скрывшись в тени под кроной, высокий и крепкий телосложением путник скинул балахон, растрепал тёмные волосы и осевшую за полдня пути пыль. Скинув с плеча видавшую лучшие дни тряпичную котомку, смуглый брюнет присел возле дерева, развязал бечёвку на горловине котомки, достал сухую краюху хлеба, а вместе с ней почти пустой бурдюк с уже нагретой за утренние часы водой.

Стерев ладонью пыль с иссохших губ, странник сделал небольшой глоток, преломил кусочек хлеба, закинул его в рот и замер, ожидая, когда он слегка размякнет. Итак, повторив несколько раз процедуру, он утолил аппетит и жажду, попутно, прищурив карие глаза внимательно оглядываясь по сторонам пустынной местности.

Он знал – за ним иду. Завистники. Враги. Но он не в праве подвести своих родных, близких и тех последователей, кто доверился ему, его учению, идее, кто скитался с ним по земле в поисках дома.

– Всё это во благо, не только нашего, но и будущего. Крепись и следуй к цели… она того стоит! – прошептал едва слышно он в угоду собственной поддержки. Это работало.

В очередной раз размышляя над чередой обстоятельств и тем, кем он стал и чего достиг, какие события предшествовали этой дороги и были уготованы ему впереди, и какие последствия ожидают не только его, но и прочих его приверженцев и последователей, мужчина лишь глубоко вздохнул.

Закончив скромную полуденную трапезу, путник убрал то немногое, что имел при себе. Вдруг послышалось чириканье и где-то сверху в крону одинокого дерева врезалась птичка. Падая с ветки на ветку, птица то и дело теряла перья и сбивала редкие листики, подхвачиваемые и уносимые сухими порывами ветра. Шмякнувшись рядом с путником лапками вверх, птица пискнула и замерла.

Смуглый темноволосый брюнет сощурил глаза, вздохнул и аккуратно взял птицу в ладони. Закрыв глаза, путник почувствовал, как крохотное сердечко существа теряет ритм, медленно умирая. Накрыв ладонью грудную клетку пернатой, мужчина глубоко вдохнул, ощутил силы в себе, направил энергию в существо и…

…оно ожило.

Встрепенувшись от испуга и выпорхнув из ладони, птица села на ближайшую к ней ветку и чирикая посмотрела на сидящего и прислонившегося к стволу дерева мужчину. Тот улыбнулся и кивнул пернатой со словами, сказанными на древнем языке, – живи!

Приподнявшись с пыльной, толи земли то ли песка, мужчина спугнул мелкую птицу, и та долго не думая упорхнула, взмыв в жаркое синее небо от спасителя своего. Улыбнувшись пернатой и проводив её взглядом, мужчина вдруг почувствовал лёгкую вибрацию в котомке.

Запустив руку, брюнет выудил из котомки прозрачную, едва дрожащую сферу. Кристальной чистоты словно слеза идеально гладкий шар. Прозрачный минерал, размером с голову младенца и лёгкий как упорхнувшая тварь пульсировал тёмно-синим светом изнутри, рождая сияние в глубине себя. Мужчина взял и обнял сферу ладонями, как его научили создатели этого дивного механизма, мгновенно ощутив слегка шершавыми ладонями и прохладу и тепло, исходящее из сферы. И нечто большее, всё ещё необъяснимое для него, для всех людей, кто его окружал.

Получив послание и передав свои мысли светящей тёмно-синим ореолом сфере, мужчина незаметно кивнул и убрал вверенный ему древний артефакт обратно в пыльную котомку.

Он вдруг вспомни сколь много невероятного он узрел и почерпну от них, великих и загадочных Аиооиа за годы взаимодействия, а именно интеллектуального, духовного, физиологического, чему научился, какие способности обрёл и кем должен был стать… Но.

Вопреки предостережениям от старших по разуму, духу и философии… учителей… он решил пройти этот маршрут наедине с собой и собственными мыслями, без окружающих его последователей, дюжей помощи и дивных механизмов учителей. Сам, налегке.

Поправив волосы и накинув на голову подобие капюшона, мужчина сощурил карие глаза, едва улыбнулся на правую сторону лица, поросшего щетиной и шепнул на арамейском языке, выйдя из тени древа, взяв шаг в далёкие, раздираемые противоречиями земли, туда, где через призму будущих прошедших лет знаменательный исход уже подстерегал его, – всё, к чему мы стремимся волей своей или под гнётом незримых иль явных событий, всё происходит не зря…

Часть первая

Где-то в Океании.

Остров.

Время неопределенно.

– Как же болит голова! – едва слышно произнёс юноша, медленно и аккуратно приподнимаясь от земли на руках. Тяжелая на ощущение голова пошла кругом, к жаждущему воды горлу подкатил приступ тошноты, и юноша бессильно лёг на тёплую землю, поросшую сочной травой и папоротниками.

– Где я, кто я? – раздавались отдаленные мысли в больной голове, в которой царил информационный хаос, и казалось, все синапсы между нейронами готовы были взорваться в момент осознания реальности.

Полежав еще несколько минут, парень ощущал, как голова потихонечку начала просветляться. Сам он в эти минуты параллельно пытался привыкнуть к яркому солнечному свету, пробивавшемуся через огромные зеленеющие пальмовые листья, высившиеся на стройных и серых, уходящих в голубое небо стволах тропических деревьев.

– Кажется, я не дома… – подумал про себя молодой брюнет, исказив на лице гримасу недовольства, – дома деревья явно другие! А какие они должны быть? Так, стоп, а где мой дом-то?

Без ответа на эти мысленные вопросы молодой человек в очередной раз попытался привстать, и снова ощутил резко накатившую боль не только в голове, но и во всём теле.

Ощущение было такое, как будто на тебе только что отработали удары профессиональные боксеры и каратисты, а после разминки тебе влили пол литра текилы и выдавили в горло парочку лимонов. Кровеносные же сосуды и капилляры в голове отбивали резкую чечётки.

Кое-как перевернувшись на спину, юноша зажмурился от ярких солнечных лучей и сразу же ощутил на лице их теплые прикосновения. С каждой минутой становилось всё жарче. Привстав на локтях и стабилизировав зрение, он начал потихонечку фокусироваться на пространстве вокруг себя. И здесь он сильно удивился.

То, что он увидел своим, ещё пока смутным взором, никак не воспроизводилось у него в памяти.

– …откуда? – невнятно пробубнил юноша, едва шевеля языком от сухости во рту.

Вокруг царил мир дикой природы. Высокие пальмы вздымались к голубому безоблачному небу, раскинув широкие листья, и шелестя ими от налетающего ветерка. Папоротники и разнообразные яркие растения, которым он и названия припомнить не мог, делали пространство вокруг похожее на сад Эдема. Птицы парили над пальмами, а в траве стрекотали и копошились жуки.

Поводив взором ещё с минуту другую и окончательно стабилизировав фокусировку, Сокольский начал осматривать себя на предмет травм и увечий. Одет он был в странные цветастые шорты, едва доходившие до колен. Местами они были порваны и грязные, то ли от земли, то ли от краски, или вообще от машинного масла. Смотря на их потрёпанный вид, юноша неожиданно для себя вспомнил побережье, белоснежный песчаный пляж и далеко идущую девушку в лёгком ярком парео.

…и вот она бежит к нему по белоснежному песку, оставляя за собой вереницу следов, а он стоит и ждет её, широко улыбаясь всей душой. На нем всё те же цветастые шорты, ещё пока целые и в приличном виде, и такая же колоритная футболка. И вот эта высокая стройная девушка уже близко, и он хочет что-то крикнуть ей, и…

Воспоминание так же внезапно оборвалось с приступом колкой боли, как и возникло в глубинах сознания.

– К чему бы это? – тихонько вымолвил вслух парнишка, исказив лицо от боли. Аккуратно потрогав больной затылок, и нащупав там шишку, юноша подумал, – кто она? Кто я?

Ниже шорт картина целостности ног удивила его – они были в царапинах и ссадинах. Переведя удивленный взгляд на свои руки, юноша, подметил тоже самое, ссадины, синяки, многочисленные мелкие порезы со свернувшейся кровью. От констатации увечий все раны сразу же дали о себе знать, начав зудеть и чесаться. На левом плече имелась простецкая повязка, сделанная из части рукава, который отсутствовал на левом плече грязной и так же хаотично порванной футболки. Потрогав перевязку, юноша ощутил под ней неприятную колкую боль.

– Да уж, красавчик! – пробурчал юноша и выдавил подобие ироничной недовольной улыбки. Медленно встав и покачавшись на ещё не окрепших ногах, он начал озираться в пространстве вокруг себя.

Жарко и влажно. И не единой души вокруг.

Заметив просвет по правую руку от себя, он начал пробираться через кустарники и высокую траву. Сверху шелестели пальмовые листья, ноги щекотала трава, в которой бегали жучки разных видов, а где-то впереди слышался шум прибоя, и с каждым пройденным шагом он становился более отчетливым, донося запах соли.

Пройдя метров двадцать, он вышел-таки из окутавших его словно туман пальм и кустарников, и очутился на широком песчаном побережье. Открывшаяся его взору картина, на мгновения затмила ощущение боли во всем теле, и молча, с благоговением заставила созерцать её безмятежный вид.

Белый песчаный пляж уходил в обе стороны вдоль всего побережья и терялся за валунами и изгибами береговой линии. Волны, накатывавшие на песок белыми барашками, приносили запах свежести и мелкие брызги. Ему показалось что отходящая волна уносила с собой не только частицы песка, но и негативные мысли, недоумение и хаос из вопросов, которые сейчас испытывал молодой человек, стоя босиком на теплом мелкодисперсном коралловом песке.

Обернувшись назад, юноша увидел бесчисленные кокосовые пальмы, высившиеся к кристально чистому голубому небу и клонившиеся к песку. Пальмы, будто сговорившись, выставили живой щит против бескрайнего бирюзового водного пространства.

– Походу я умер, и я в раю… – подумалось ему, однако резкий порыв боли в замотанном левом плече вернул его в суровую реальность, и он выдавил вслух, морщась от неприятной боли, – нет, в раю боли точно не бывает.

– Окуни руку в воду, соль быстрее затянет рану… – послышался приятный женский голос за спиной, и парень не то от испуга, не то от удивления резко повернулся, непонятно зачем чуть пригнувшись в боевую стойку.

– Тише, тише… cмочи рану, это поможет, – едва улыбнулась молодая девушка, смотря на паренька карими глазами с лёгким прищуром.

– Удивлению, похоже, сегодня не будет предела, – подумал юноша, всё ещё находясь в напряжении.

Перед ним стояла высокая стройная девушка в чёрном купальнике. Её спокойный, но в тоже время проницательный и изучающий взгляд был направлен на него. Тёмные вьющиеся волосы хаотично ниспадали на плечи. Но картина тела ниже плеч удивила юношу. Несмотря на её стройную форму тела, девушка была покрыта ссадинами и мелкими царапинами, а на левом боку имелся здоровенный синяк. Он задержал взгляд на синяке дольше, чем положено, как будто пытаясь вспомнить, кто она, как она его получил, и что вообще произошло, происходит?

– Это случилось во время падения вертолета, – ответила незнакомая особа с лёгким иностранным акцентом, проследив за взглядом паренька, нацеленным на синяк на плоском загорелом животе. Вздохнув, она добавила дружелюбным тоном, – вообще-то нам с тобой повезло, мы ещё легко отделались!

Юноша посмотрел ей в глаза своим удивленный карим взглядом, откровенно выражающим полное недопонимание сложившейся ситуации, окружавшей его своей безумно живописной природной красотой.

– Ах да… прости… я совсем забыла… – незнакомка слегка замялась, толи подбирая слова, то ли осекаясь, подошла ближе и протянула руку для знакомства, – я София, можешь называть меня Софи.

– А я… меня зовут… я… я не помню… – расстроено сказал юноша, запинаясь и пытаясь вспомнить своё имя. От безрезультатности на его лице исказилась печаль, и он спросил – кто ты Софи, и что здесь происходит?

– Тебя зовут Александр. Фамилия Сокольский, – пояснила с тем же лёгким американским акцентом девушка мягким, дружелюбным тоном, – мы потерпели крушение на вертолете, который перевозил нас из пункта А в пункт Б для последующего дознания и вероятной ликвидации.

Юноша округлил глаза, пропустив факты через себя. Однако, эта информация лишь разожгла костерок вопросов, который с каждой минутой превращался в испепеляющий мозг кострище.

– Но я не помню ничего такого! – ответил изумленно Сокольский, вглядываясь в красивые карие глаза Софии, и переводя взгляд на залитое солнцем и жарким влажным воздухом белое песчаное побережье, без единой живой души на нём, – ты меня разыгрываешь?!

– Ага, конечно! – улыбнувшись, ответила София, пытаясь убрать акцент, и обвела взглядом себя и Александра, – порезы и ссадины я аккуратно нанесла сама, ради поддержания розыгрыша. Нет, мой юный друг по несчастью, это суровая реальность. Нам пришлось бежать из-под заключения.

– Из-под заключения? Мы преступники? – так же удивленно спросил юноша, вдыхая соленый запах и ощущая привкус самого океана у себя в легких.

– Долгая история… – философски ответила София и села в позу лотоса на белый песок. Посмотрев на Александра снизу-вверх, она заключила в очередной раз его внутреннюю силу и красоту, и, похлопав ладошкой по теплому песку, тихонько сказала, – присядь, есть разговор.

Сокольский сдался на милость красивой девушке, и молча присел рядом, обхватив колени руками, уставившись задумчивым нахмуренным взором в бескрайний океан и ощущая, как солнце полуденное припекает черноволосую голову.

Вдруг в памяти всплыла картина раннего дня.

…его бесцеремонно выволокли из прохладного бетонного помещения, и долго тащили по лабиринту коридоров, затем на лифте доставили куда-то на поверхность. Там было так же жарко, как здесь, но запах воздуха казался иначе.