Читаем Крысолов онлайн бесплатно
Стар и давен город Гаммельн,
Словом скромен, делом строг,
Верен в малом, верен в главном:
Гаммельн — славный городок!
В ночь, как быть должно комете,
Спал без прóсыпу и сплошь.
Прочно строен, чисто мéтен,
До умильности похож
— Не подойду и на выстрел! —
На своего бургомистра.
В городе Гаммельне дешево шить:
Только один покрой в нем.
В городе Гаммельне дешево жить
И помирать спокойно.
Гривенник — туша, пятак — кувшин
Сливок, полушка — твóрог.
В городе Гаммельне, знай, один
Только товар и дорог:
Грех.
(Спросим дедов:
Дорог: редок.)
Ни распоясавшихся невест,
Ни должников, — и кроме
Пива — ни жажды в сердцах. На вес
Золота или крови —
Грех. Полстолетия (пятьдесят
Лет) на одной постели
Благополучно проспавши, спят
Дальше. «Вдвоем потели,
Вместе истлели». Тюфяк, трава, —
Разница какова?
(Бог упаси меня даже пять
Лет на одной перине
Спать! Лучше моську наймусь купать!)
Души Господь их принял.
И озаренье: А вдруг у них
Не было таковых?
Руки — чтоб гривну взымать с гроша,
Ноги — должок не додан.
Но, вразумите, к чему — душа?
Не глубоко ль негодный
— Как жардиньерка — гамак — кларнет —
В нашем быту — предмет?
В городе Гаммельне — отпиши —
Ни одного кларнета.
В городе Гаммельне — ни души.
Но уж телá за это!
Плотные, прочные. Бык, коль дюж,
Дюжины стоит душ.
А приосанятся — георгин,
Ниц! преклонись, Георгий!
Города Гаммельна гражданин, —
Это выходит гордо.
Не забывай, школяры: «Узреть
Гаммельн — и умереть!»
Juri, и Rührei, и Rühr uns nicht
Аn[1] (в словаре: не тронь нас!) —
Смесь. А глаза почему у них
В землю? Во-первых — скромность,
И… бережливость: воззрился — ан
Пуговица к штанам!
Здесь остановка читатель. — Лжешь,
Автор! Очки втираешь!
В сем Эльдорадо когда ж и кто ж
Пуговицы теряет?
— Нищие. Те, что от грязи сгнив,
В спальни заносят тиф, —
Пришлые. Скоропечатня бед,
Счастья бесплатный номер.
В Гаммельне собственных нищих нет.
Был, было, раз — да помер.
Тощее ж тело вдали от тел
Сытых зарыть велел
Пастор, — и правильно: не простак
Пастор, — не воем «осанна!»
Сытые тощему не простят
Ни лоскута, ни штанной
Пуговицы, чтобы знал-де всяк:
Пуговка — не пустяк!
(Маленькая диверсия в сторону пуговицы:)
Пуговицею весь склад и быт
Держатся. Трезв — застегнут.
Пуговица! Праадамов стыд!
Мод и свобод исподних —
Смерть. Обывателю ты — что чуб
Бульбе, и Будде — пуп.
С пуговицею — все право в прах,
В грязь. Не теряй, беспутный,
Пуговицы! Праадамов крах
Только тобой искуплен,
Фиговая! Ибо что же лист
Фиговый («Mensch wo bist?»[2]) —
Как не прообраз ее? («Bin nackt,[3]
Haг, — потому робею») —
Как не зачаток, не первый шаг…
Пуговица — в идее!
Пуговицы же (внемли, живот
Голый!) — идея — вот:
Для отличения Шатуна-
Чад — от овец Господних:
Божье застегнуто чадо нá
Всé, — а козел расстегнут —
Весь! Коли с ангелами в родстве,
Муж, — застегнись на всé!
Не привиденьями ли в ночи
— Целый Бедлам вакантный! —
Нищие, гении, рифмачи,
Шуманы, музыканты,
Каторжники…
Коли взять на вес:
Без головы, чем без[4]
Пуговицы! — Санкюлот! Босяк!
От Пугача — к Сэн-Жюсту?!
Если уж пуговица — пустяк,
Что ж, господа, не пусто?
Для государства она — что грунт
Древу и чреву — фунт
Стерлингов. А оборвется — голь!
Бунт! Погреба разносят!
Возвеселися же, матерь, коль
Пуговицею — носик:
Знак добронравия. (Мой же росс
Явственно горбонос —
В нас[5]).
Дальше от пуговичных пустот,
Муза! От истин куцых!
От революции не спасет —
Пуговица. Да рвутся ж —
Всé! Коли с демонами в родстве —
Бард, — расстегнись на всé!
Город грядок —
Гаммельн, нравов —
добрых, складов
полных, — Рай-
город…
Божья радость —
Гаммельн, здравых —
город, правых —
город…
Рай-город,[6] пай-город, всяк-свой-пай-берет, —
Зай-город, загодя-закупай-город.
Без загадок —
город, — гладок:
Благость. Навык —
город. — Рай-
город…
Божья заводь —
Гаммельн, гадок —
Бесу, сладок —
Богу…
Рай-город, пай-город, Шмидтов-Майеров
Царь-город, старшему-уступай-город.
Без пожаров —
город, благость-
город, Авель-
город. — Рай-
город…
Кто не хладен
и не жарок,
прямо в Гаммельн
поез —
жáй-город, рай-город, горностай-город.
Бай-город, вовремя-засыпай-город.
Первый обход!
Первый обход!
С миром сношенья прерваны!
Спущен ли пес? Впущен ли кот?
Предупрежденье первое.
Су — дари, выпрягайте слуг!
Тру — бочку вытрясай, досуг!
Труд, покидай верстак:
«Morgen ist auch ein Tag».[7]
Без десяти!
Без десяти!
Уши законопатить
Ватой! Учебники отнести
В парту! Будильник — нá пять.
Ла — вочник, оставляй мелóк,
Бюр — герша, оставляй чулок
И оправляй тюфяк:
«Morgen ist auch ein Tag».
Десять часов!
Десять часов!
Больше ни междометья!
Вложен ли ключ? Вдéт ли засов?
Предупрежденье третье.
Би — блию закрывай, отец!
Бюр — герша, надевай чепец,
Муж, надевай колпак, —
«Morgen ist auch ein…»
— Спят
Гаммельнцы…
В других городах,
В моих (через — крáй-город)
Мужья видят дев
Морских, жены — Байронов,
Младенцы — чертей,
Служанки — наездников…
А ну-ка, Морфей,
Чтó — гаммельнцам грезится
Безгрешным, — а ну?
— Востры — да не дюже!
Муж видит жену,
Жена видит мужа,
Младенец — cocoк,
Краса толстощекая —
Отцовский носок,
Который заштопала.
Повар — пробует,
Обер — требует.
Всё как следует,
Всё как следует.
Вдоль спицы петля —
Тáк всё у них плавно!
Павл видит Петра,
А Петр видит Павла,
Конечно — внучат
Дед (точку — прозаик),
Служанка — очаг
И добрых хозяев.
Каспар — заповедь,
Пастор — проповедь.
Не без проку ведь
Спать, — не плохо ведь?
Пуды колбасы
Колбасник (со шпэком),
Суд видит весы,
Весы же — аптекарь,
Наставнику — трость,
Плод дел его швейных —
Швецу. Псу же — кость?
Ошиблись: ошейник!
Стряпка — щипаное,
Прачка — плисовое.
Как по-писаному!
Как по-писаному!
— А сам бургомистр?
— Что въяве — то в дрёме.
Раз он бургомистр,
Так что ж ему кроме
Как бюргеров зреть,
Вассалов своих?
А сам бургомистр —
Своих крепостных.[8]
Дело слаженное,
Платье сложенное, —
По-положенному!
По-положенному!
(Лишь тон мой игрив:
Есть доброе — в старом!)
А впрочем, чтоб рифм
Не стаптывать даром —
Пройдем, пока спит,
В чертог его (строек
Царь!) прочно стоит
И нашего стóит
Внимания…
Замка не взломав,
Ковра не закапав —
В богатых домах,
Что первое? запах.
Предельный, как вкус,
Нещадный, как тора,
Бесстыдный, как флюс
На роже актера.
Вся плоть вещества, —
(Счета в переплете
Шагреневом!) вся
Вещественность плоти
В нем: гниль до хрящей.
С проказой не шутят!
Не сущность вещей, —
Вещественность сути:
Букет ее — всей!
Есть запахи — хлещут!
Не сущность вещей:
Существенность вещи.
Не сущность вещей,
— О! и не дневала! —
Гнилых овощей[9]
— Так пахнут подвалы —
Ему предпочту.
Дух сытости дивный!
Есть смрад чистоты.
Весь смрад чистоты в нем!
Не запах, а звук:
Мошны громогласной
Звук. Замшею рук
По бархату красных
Перил — а по мне
Смердит изобилье! —
Довольством — вполне.
А если и пылью —
Не нашей — с весной
Свезут, так уж што ж нам?
Не нищей: сквозной,
А бархатной — штофной —
Портьерной. Красот
Собранием, скопом
Красот и чистот,
А если и пóтом —
Добротным, с клеймом
Палаты пробирной,
Не нашим (козлом),
А банковским, жирным
Жилетным: не дам.
По самое небо
— О Ненависть! — храм
Стоглавый тебе бы —
За всех и за вся.
Засова не сняв,
Замка не затронув,
(Заметил? что в снах
Засовы не стонут,
Замки не гремят.
Врата без затвора —
Сон. Дóмы — без врат.
Всé — тени, всé — воры
В снах).
Стó — невест тебе.
Всé — с запястьями!
Без — ответственно.
Без — препятственно.
Сé — час жениха!
За кражи! за взломы!
Пустить петуха
В семейные домы!
В двуспальных толстух,
В мужей без измены.
Тот красен петух —
Как стяги — как стены
В иных городах…
Замка не затронув,
Посмотрим, как здрав
В добротных хоромах
Своих — бургомистр.
Домовит, румянист —
Баю-бай, бургомистр.
Завершенная седьмица —
Бургомистрово чело.
Что же мнится? что же снится
Бургомистру? Ни — че — го.
Ничего (как с жир-горы
Пот-то!), то есть: бюргеры.
Спи, жирна, спи, верна,
Бургомистрша, жена
Бургомистрова: синица,
Переполнившая зоб.
Что же мнится? что же снится
Бургомистрше? (Хорошо б,
Из перин-то вырвавши…)
…Бюргеры, ей — бюргерши.
Той — пропавшей без вести,
Этой — Цезарь рядышком…
Женщине ж порядочной
Ничего не грезится.
Спи-усни, им не верь,
Бургомистрова дщерь.
Соломонова пшеница —
Косы, реки быстрые.
Что же мнится? что же снится
Дочке бургомистровой?
Запахи, шепоты…
Все — и еще что-то!
Тетки-трещотки,
Кухарки-тараторки,
— Чепцы, кошёлки —
Бабки-балаболки.
— Сала для лекаря!
— Трав для аптекаря!
— Свежего, красного
Легкого для пастора!
— По — следней дойки!
Девки-маслобойки.
— Ядрёной крупки!
Стряпки-мясорубки.
— Счастья, здоровья,
Сил на три месяца!
— Свежих воловьих
Жил для ремесленников!
Тетки-трещотки,
Торговки-горлодёрки
— Кофты на байке —
Хозяйки-всезнайки.
— Све — жая требуха!
— Жи — вого петуха!
— Масляна, не суха!
— Сéрд — ца для жениха!
— Сливки-последки!
Соседки-добросердки.
— Свежего! с ледничку!
Советницы-сплетницы.
— Взвесь, коль не веришь!
— Жарь — не ужарится!
— Гу — синых перьев
Для нотариуса!
— Ó — вощи да с гряды!
— Сó — вести для судьи!
Кур — ки-цесарки,
Невесты-перестарки,
Свежи, с постельки
Вдовицы-коротельки.
— Мни, да не тискай!
— Рдянь — не редиска!
— По — лушка с миской!
— Мозгов для бургомистра!
— Чтó хотите, то берите!
Подолы, капорá.
Поварихи-разберихи,
Румяные повара.
Но — сы приплюснутые:
— Чего бы вкусненького?
Ла — дошки — ширмочками:
— Чего бы жирненького?
Выловить.
Выудить.
Выведать.
Выгадать.
— Всé чехлы посняли с кресел!
— А гостей! А гостей!
— Нынче пекарева крестят!
— Новостей! Новостей!
Язвы-тихони.
Один в трахоме
Глаз, другой — пенится.
Сидни-кофейницы.
— Женишка-то, чай, постарше!
— А наряд! А наряд!
— Говорят, что у почтарши…
— Говорят… Говорят…
Язвы-шнырялы,
Кляузы-обмиралы,
— Нá площадь сор неси! —
Козни-цикорницы.
— Нацепил зеленый галстук!
— Ловелас! Ловелас!
— Мясник с тещей поругался!
— А у нас! А у нас!
Ред — ко — сти…
Хит — ро — сти…
— Kxe-кxe-кxе…
— Кхи-кхи-кхи…
— Бургомистрова-то Грета!
— Не того! Не того!
— Третью ночь сидит до свету!
— Каково? Каково?
— Свечку жжет…
— Век свой жжет…
— Счастья ждет…
— В гроб пойдет…
— Скатертей однех — с три пуда!
— Чай, одна! Чай, одна!
— Ни за кем, отцу, не буду.
— Не жена! Не жена!
— Грех-таки…
— Стыд-таки…
— Кхе-кхе-кхе…
— Кхи-кхи-кхи…
— Поглядеть — одне костяшки…
— Не в соку! Не в coкy!
— К нам на кашку! К нам на чашку
Кофейку! Кофейку!
Клуб
Женский — закрыт:
Суп
Перекипит.
Город грядок
Гаммельн, нравов
добрых, складов
полных —
Мера! Священный клич!
Пересмеялся — хнычь!
Перегордился — в грязь!
Да соразмерит князь
Милость свою и гнев.
Переовечил — хлев,
Перемонаршил— бунт:
Zuviel ist ungesund.[10]
В меру! Сочти и взвесь!
Переобедал — резь,
(Лысина — перескреб),
Перепостился — гроб,
Перелечил — чума!
Даже сходи с ума
В меру: щелчок на фунт:
Zuviel ist ungesund.
В меру и мочь и сметь:
Перезлословил — плеть,
Но и не перегладь!
— Только не передать! —
Не пере-через-край!
Даже и в мере знай —
Меру: вопрос секунд.
Zuviel ist ungesund.
В меру! Im rechten Mass![11]
Верный обманет глаз.
В царстве — давно — химер —
Вера и глазомер.
Мера и сантиметр!
Вот он, разумных лет
Лозунг, наш тугендбунд.
Zuviel ist un —
Не красоты одной — сало, слышишь? —
Вреден излишек.
Переполнения ж складов — рисом —
Следствием — крысы.
Саго, и сала, и мыла — в меру,
Господи, дáруй!
Так и гремит по всему базару:
«Склады-амбары».
Так, чтобы в меру щедрот: не много
Чтоб, и не мало.
Так и гудит по живому салу:
«Склады-завалы».[12]
К вам, сытым и злым,
К вам, жир и нажим:
Злость сытости! Сплёв
С на — крытых столов!
Но — в том-то и гвоздь! —
Есть — голода злость.
Злость тех, кто не ест:
Не есть — надоест!
Без — сильных не злобь!
(Кры — синая дробь).
Злость тех, кто не сыт:
Се — годня рысит,
А завтра — повис.
(Кры — синая рысь).
(Скороговорка):
Не сыт и не спит,
(Крысиная сыпь),
По сытеньким — прыг,
(Крысиная прыть).
Дом. Склад.
Съе — дят
До — крох.
(Крысиный горох).
Зря — кpaл,
Зря — клал,
Зря — греб
(Крысиный галоп).
Глав — глад —
Крысиный набат.
Глав — гвалт —
Крысиный обвал.
Куль! Рвись:
Глав — крыс!
А над кулём-то, а над мешком-то —
Точно над трупом!
И перекатывается круто:
«Крысы да крупы».
(Твой зуб,
Главкруп!)
Докраснобайствовались, мессии
Низшего класса!
Так и свистит по живому мясу:
«Крысы-запасы!»
(Твой всхлёст,
Главхвост!)
— Присягай, визжат, главглоту!
— Взяли склад, дай им глаз!
— Всю ночь топали, как рота!
А у нас! А у нас!
— Ушки! Замашки!
— Занды[13] карноухие!
— Всé-то бумажки
Взрыли, перенюхали!
— Присягай, визжат, главблуду!
— Думал — горсть, смотришь — рать!
— Самого, визжат, на блюде
Бургомистра подать!
Эка крýговерть
Карноусая!
Все-то пуговицы
Пообкусывали
Штанные!
— Schande![14]
— Schande нам!
— Банды!
— Мастерá — усы-то салить!
— Ты им: ой! они: бей!
— У нас Библию: на палец,
Дескать — сала на ней!
— Ух, бессовестные!
— Ух, нахрапистые!
Всé-то соусники
Перепакостили!
— Не спасут, визжат, молебны!
— Ты им: Gоtt![15] они: глав!
— Весь по буковкам судебный
Растащили устав!
— Ух, нахрапистые!
— Ух, обшарпанные!
Все-то сахарницы
Пообхаркивали!
— Целый мир грозятся стрескать!
— Солнцеверт! — Мозговрат!
— Из краев кант-то русских,
Кораблем, говорят.
— Граждане!
К спайке!
Schande нам:
Шайки!
Ни торгов от них, ни сна нет:
Ты им: ррраз! они — сто!
«Голов сахарных не станет, —
А купецки на што?»
— Мало этого-то:
Рукой писаные
Всé-то летописи
Поо —
— Присягай, визжат, главсвисту!
— Уж и стыд! Уж и страмь!
— Не совсем, с лица, на крыс-то…
— Да уж крысы ли впрямь?
— Лысины!
— Пасмы!
— Слыхано ль?
В красном!
Предиковинный сорт!
Ты им: Бог, они: черт!
Скок — на башенный шпиц!
Ты им: Herz,[16] они: цыц!
Ты им: чин, они: чушь!
Ты им: пиль! они: куш!
Ты им: стой! они: при!
Ты им: три! они:
— пли!
Коль не бос — кровосос,
Коль не бит — паразит,
— А язык!
— А язык!
— А язык!
— А язык!
У нас: Brot,[17] у них: прод,
И язык не берет!
Думал: сдох, смотришь: прет, —
И мышьяк не берет!
У нас: взлом, у них: Ком,
У нас: чернь, у них: тéрн,
Наркомчёрт, наркомшиш, —
Весь язык занозишь!
В новый мир, дескать, брешь:
Не потел — так не ешь,
Не пыхтел — так не ешь,
Не пострел — так не ешь.
До поры, дескать, цел:
Не потел — под расстрел,
Не хотел — под расстрел,
Не пострел — под расстрел!
(Тоном обвинительного акта):
В воровстве.
В кумовстве.
В шельмовстве.
В колдовстве.
(Тоном заговора):
— Всé мы белые?
— Все.
— В чем же дело?
— В словце.
(Силясь выговорить):
Не терял.
Начинал.
Интеграл.
Интервал.
Наломал.
Напинал.
Интерна —
цио…
— Сказок довольно!
Слушать герольда!
Всех, кто отчизне — сын,
Оповещаю сим…
Не углубляясь в частности:
Гаммельн в опасности!
Горний и дольний!
Слушать герольда!
Всé и семижды всé,
Знайте: на волоске
— Вот уже рвущемся —
Наше имущество,
Слава и класс,
Граждане, глас
Девы, словес не тратящей:
Постановление ратуши:
«Будь то хоть бес, хоть жид,
Тот, кто освободит
Город от тьмы крысиной,
В дом бургомистра — сыном
Вступит — прошу понять:
Сын означает: зять.
(Треск барабанный.)
В Гаммельне… аnnо
Domini…».[18]
В тот же час — вините будочника:
Что ж он не усторожил?! —
В город медленно входил
Человек в зеленом — с дудочкой.
— Ти-ри-ли —
— По рассадам германской земли,
— Ти-ри-рам —
По ее городам
— Красотой ни один не оставлен —
Прохожу,
Госпожу свою — Музыку — славлю.
Нынче — здесь,
Да и то половинку, не весь!
— Ти-ри-рам —
Завтра — там,
И хотя повсеместно обóлган —
Стар и мал,
Равнодушно никто не внимал
И никто не отказывал в долгом
Взгляде — вслед.
Только там хорошо, где нас нет!
— Сердцелов! —
Только там хорошо, где ты нов:
Не заведом, не дознан, не вызван.
«Прижились», —
Эта слизь называется — жизнью!
— Переезд! —
