Читаем Красная площадь онлайн бесплатно
63.3[2-2л] Р 98
Рябчиков Е. И., Абрамов А. С, Романовский И. С. Р 98 Красная площадь. - М.: Моск. рабочий, 1980. - 240 с.
Книга рассказывает об истории Красной площади, о связанных с ней важнейших событиях, о Мавзолее В. И. Ленина и архитектурных достопримечательностях. Читатель узнает о славном революционном прошлом главной площади страны и ее современной
Главы о дореволюционной истории Красной площади написаны И. С, Романовским, о ее советском периоде - Е. И. Рябчиковым, о Мавзолее Ленина и Революционном некрополе - А. С. Абрамовым.
80102-097
P--------------------142-80 0501000000
М172(03)-80
ББК 63 3(2-2м) 9(С-М)
Издательство «Московский рабочий», 1980 г.
Сердцем Советской страны, ее столицей является город-герой Москва.
Сердце Москвы - Кремль, Красная площадь.
Красная площадь имеет свой паспорт - № 1; он хранится в Моссовете, в нем указан год рождения площади, приведены ее технические данные: длина 695 метров, ширина 130 метров.
Конечно, не эти данные определяют значение главной площади страны. Красная площадь для каждого из нас не просто замощенная брусчаткой городская территория; в нашем сознании она является державным символом отечества. В этом символе - многовековая история, бурная жизнь народа, его труд, борьба, мечты о будущем.
Было время - оно теряется в седой древности, - когда не существовали еще ни Кремль на семи холмах, ни посады, ни колесные дороги, ни, естественно, и сама площадь. А на этом месте, на левом берегу Москвы-реки, среди лесных чащоб приютилось селеньице. Это подтвердили раскопки советских археологов, проведенные в 1949 - 1951 годах. В этом значительном по тем временам поселении жили рыбаки, охотники, а впоследствии ремесленники, искусные в своем деле гончары, кожевники, кузнецы, сапожники и даже ювелиры. Возникла и стала расширяться торговля. Сюда потянулись дороги с разных сторон, а на Москве-реке появилась деревянная пристань. К ней держали свой путь ладьи и барки, плыли наскоро сколоченные плоты с «лесным товаром».
Возникло это село лет за сто, а то и за полтораста до начала официальной истории Москвы. Со временем стало оно центром округи и, по утверждению ряда исследователей, приняло имя Москвы-реки.
С той поры, войдя в рост, стала юная Москва шириться, набираться сил. И пошла гулять по свету слава о ней. Потянулся в Москву люд торговый да ремесленный. А за ними ринулись и супостаты. Тут-то и возникла насущная потребность в защитных сооружениях. Уже в ту пору Москва оказалась настолько состоятельной и сильной, что позволила себе при князе Юрии Долгоруком, в 1156 году, возвести на Боровицком холме деревянные, крепко сколоченные стены и башни. Что и говорить, первоначально Кремль был невелик - занимал всего лишь юго-западный угол современной обширной территории между двумя реками - Москвой и Неглинной.
Бурная жизнь будоражила Кремль: здесь заключались крупные торговые сделки, проходили праздники, случались пожары и налеты грабителей. Чего только не сохранили на своих страницах летописи! Кочевники-половцы во главе с изменником рязанским князем Глебом вероломно напали в 1177 году на Москву. Они сожгли Кремль и окрестные села, спалили и строения на рыночной площади. Однако Москва быстро оправилась после нашествия ворогов, подняла свои кремлевские стены, смела следы опустошений. Увы… не надолго. В 1209 году Кремль осадили воины князей рязанского Изяслава и проскинского Михаила. Их тоже разбили и изгнали.
Миновала четверть века с небольшим, и в Москву ворвались татарские полчища хана Батыя, внука Чингисхана. «…От множества воинов стонала и гудела земля, бесились дикие звери, безумели птицы», - описал вторжение восточный историк.
Морозным январем 1238 года к Москве вновь приблизились татарские орды. Вздымая снежные бураны колесами своих арб, оглушая окрестности криками воинов, ревом верблюдов и ржанием коней, они вплотную подошли к Москве и осадили ее. Москвичи были отважны и упорны, но что могли они сделать, если окрест Кремля все гудело под копытами вражеских коней?… Ворвавшись в Кремль, вороги предавали огню все, что могло гореть, грабили все, что можно было ограбить, убивали детей и стариков. Наступило страшное лихолетье - Москва, как и вся Русь, на долгие годы попала под татарское иго.
Но Москва не стала бы Москвой, если бы не нашла в себе силы и энергии, чтобы и в горестную пору владычества Золотой орды расти и крепнуть.
В 1339 - 1340 годах князь московский Иван Калита обнес Кремль новыми дубовыми стенами, продвинул их на восток, а с ними переместилась и рыночная площадь.
Не прошло и четверти века, как опустошительный пожар превратил деревянный Кремль в груды дымившихся головней. Рыночная площадь утонула в золе и древесном угле. Но катастрофа многому научила. На месте пожарищ, где еще тянуло гарью, упорный московский люд поднял всего лишь за один год каменные, из белого известняка, стены и башни Кремля. Может быть, с той поры и стали называть Москву белокаменной.
Продвинувшись вместе с Кремлем еще дальше к востоку, рыночная площадь расширила свои границы и заняла современное положение. А то, что площадь раскинулась у подножия каменных стен и башен Кремля, стала его неотъемлемой частью, придало ей особую величавость и красоту. Тем не менее назначение ее оставалось прежним - это был Торг, место торговых сделок и мелкой розничной торговли. Здесь встречались московские торговые люди с заморскими гостями.
Москва росла, крепла, возвышалась, но покоя все не было. Уж очень лакомой добычей казалась Белокаменная для супостатов. Не прекращались нашествия ворогов. Не умолкал набат. Москвичи не успевали тушить пожары.
Другие города Древней Руси тоже познали разбой и грабеж, насилие и пожары. Но то, что выпало на долю Москвы, не поддается описанию. Обильно была полита кровью земля московская. Зарева пожаров полыхали окрест на многие версты. Не счесть погибших, обездоленных, сирот… Но Москва выстояла, поразила весь мир своей стойкостью и силой духа. В ней была такая стать, такая удаль и мудрость, что, собрав под свое крыло Русь, она сплотила княжества и двинула войска против Золотой орды.
Пришел тот исторический день, когда на рыночной площади у стен Кремля стали собираться войска для похода на великую сечу - за освобождение Руси от татарского ига. Площадь заполнялась воинами, которые приходили сюда из Ярославля и Коломны, из Ростова и Костромы, из других русских городов. Едва ли не вся Русская земля посылала в Москву сынов своих. Ржание коней сливалось со звоном стали. Дьяки на площади читали указы. Монахи в черных одеждах молили бога ниспослать победу. В воздухе колыхались знамена и хоругви. Бабы рыдали, прощаясь с мужьями, сыновьями и внуками. Рыночная площадь шумела, голосила, пела, звенела оружием.
Тремя колоннами из трех ворот Кремля вышла на площадь осенним днем 1380 года русская рать. Во главе колонны, что выходила из Тимофеевских ворот (ныне Константино-Еленинская башня), ехал на белом коне князь Дмитрий, которого впоследствии прозвали Донским. Москвичи кланялись ему в пояс. Ударили в колокола. Запел хор. Всадники и пехотинцы направились в далекий ратный путь…
Какой же был праздник и как ликовали москвичи, когда услышали о Куликовской битве! 8 сентября 1380 года в жесточайшей сече были разгромлены вражьи орды. Поле битвы, залитое кровью, являло собой страшную картину. Над бесчисленными трупами кружило черное воронье, из лесных трущоб сбегались дикие звери…
Выполнив свой боевой долг, ратники-победители возвращались в Москву. 1 октября 1380 года первые отряды вступили в город и вышли на рыночную площадь. Что тут творилось! Вся Москва вышла встречать героев! Торжественно перезванивались колокола. Жарко горели свечи. Церковные хоры славили дружины. Главная площадь Москвы стала центром народного торжества.
Прервем на время хронологию событий на площади, которую называли то рыночной, то Торгом, то Пожаром, а впоследствии Красной.
О минувших столетиях Москвы, о событиях на ее центральной площади будет подробно рассказано в последующих главах, а сейчас мысленно перенесемся в тот великий день, который определил новую историю Москвы и Красной площади, в день, когда случился крутой поворот в мировой истории человечества.
Начало XX века.
Революционные бури потрясают Россию. В Москве назревает восстание. Близится крах старого мира. Едва в Москву из Питера пришла всех всколыхнувшая весть о свержении царского самодержавия, москвичи вышли на улицы и хлынули на Красную площадь. Только она соответствовала размаху событий и могла вместить тысячные толпы. Перед Историческим музеем с утра до ночи собирались люди послушать ораторов. Огромной трибуной - Красной площадью - овладевали большевики; сохранился снимок, запечатлевший выступавшего на Красной площади В. П. Ногина. Рвались на Красную площадь меньшевики, эсеры, кадеты. Все они отдавали себе отчет, сколь важно захватить Красную площадь.
В августе 1917 года, по соседству с Красной площадью, в Большом театре открылось так называемое Государственное совещание. Встревоженные банкиры и заводчики, помещики и торгаши заодно с генералами решили «спасти Россию», для чего требовалось выработать программу решительных и жестких мер. По этому случаю генерал Корнилов, метивший в спасители, решил устроить показательное шествие. С этой целью он в сопровождении текинцев из «дикой дивизии», офицеров, юнкеров и священников направился на поклон к иконе Иверской божьей матери, что была в часовне у Воскресенских ворот на Красной площади. Генерал молился и злобно призывал «разогнать Советы», «принять беспощадные меры» для спасения России.
Духовенство тоже организовало свою демонстрацию в знак поддержки генерала Корнилова. Сверкая золотом и драгоценностями облачений, священники вынесли на Лобное место иконы и установили их для всеобщего обозрения и преклонения. Под звон колоколов в Успенском соборе прошел «вселенский собор» - торжественный молебен на одну тему: как избавиться от большевиков, как отвести «красную угрозу».
Из Успенского собора шествие направилось на Красную площадь. Здесь дьяконы раскуривали ладан, сияли иконы и хоругви, стенали юродивые. Проповеди и молитвы - против рабочих и крестьян. Звон колоколов - призыв к подавлению революции. Шествие священнослужителей - демонстрация силы, которая надеялась удержать свои владения, богатство и власть.
И что же!… Ни демонстрация генерала Корнилова, ни шествие попов, ни «вселенский собор», ни Государственное совещание - ничто не могло остановить пролетарскую революцию. Наоборот, откровенно контрреволюционные демонстрации вызвали новый взрыв революционных выступлений и всеобщую забастовку. В городе погас электрический свет, остановились трамваи. Прекратили работу даже повара и официанты в самых роскошных ресторанах. Господам-делегатам Государственного совещания пришлось отобедать всухомятку…
Уже оставались считанные недели до октябрьской бури. На Красную площадь долетали ее шквалы. То и дело возникали многолюдные митинги, проходили демонстрации. Торопливо маршировали юнкера. Пересекали площадь вооруженные рабочие отряды. Мальчишки-газетчики прикатывали на трамвае с пачками свежих газет.
А в Питере легендарный крейсер революции «Аврора» уже занял боевую позицию на Неве, нацелил жерла своих орудий на Зимний дворец. В это время грозовые события развертывались и в Москве.
Баррикадные бои 1905 года на Красной Пресне, став генеральной репетицией Октябрьской революции, многому научили и обеспечили широкую подготовку вооруженных рабочих. Бои начались в центре, в Хамовниках и Замоскворечье. Заполыхала Пресня. С особым ожесточением развернулись схватки за Красную площадь, за Кремль. Всем было ясно, что Кремль и Красная площадь не только важные стратегические пункты, но и священные места русского народа.
Юнкера и офицеры окружили в ночную пору Кремль и поставили патрули на Красной площади. Заслоны юнкеров были приведены в действие, когда 27 октября 1917 года на Красную площадь вышел революционный отряд двинцев - он держал путь к зданию Военно-революционного комитета на Скобелевской (ныне Советская) площади. Когда двинцы подошли к храму Василия Блаженного, путь им преградили юнкера и белогвардейцы. Первым рядам двинцев удалось прорваться, но около Исторического музея их остановила вражеская цепь. Раздался провокационный выстрел, сразивший командира отряда революционных бойцов Евгения Николаевича Сапунова. Его место занял коммунист Цуцын. Послышалась его твердая команда:
- Пли!
Двинцы открыли огонь. Они атаковали юнкеров и с боем вышли на Тверскую улицу.
В то время Кремль охраняли солдаты 56-го пехотного запасного полка. Во главе их стоял прапорщик О. М. Берзин. Военно-революционный комитет назначил его комендантом Кремля. Небольшой гарнизон оберегал кремлевскую цитадель. Одолеть ее было трудно, и противник пошел на хитрость. Воспользовавшись тем, что солдаты были лишены связи со своим командованием, Берзину позвонил по телефону командующий Московским военным округом правительства полковник Рябцев. Он сообщил, что вооруженное восстание рабочих в Москве подавлено, город целиком находится в руках юнкеров и сопротивление бесполезно. Полковник потребовал сдачи Кремля. Поверив ему на слово, защитники Кремля открыли Троицкие ворота. Юнкера и офицеры ворвались в Кремль, обезоружили революционных солдат, открыли по ним смертоносный огонь.
Эти события послужили тем грозным толчком, который ускорил «развязывание октябрьских победоносных боев московских рабочих и солдат за власть Советов», - писал, вспоминая те дни, П. Ф. Федоров, член КПСС с 1912 года.
Весть о кровавой расправе прокатилась по Москве. Поднялись революционные отряды рабочих и солдат. Стали ожесточеннее бои с юнкерами и белогвардейцами в центре, на Пресне и в других районах города. 28 октября остановились все фабрики и заводы Москвы. Здания районных Советов превратились в боевые штабы. Повсюду начали рыть окопы и натягивать проволочные заграждения. Революционные патрули пикетировали улицы. Под нажимом отрядов рабочих и революционных солдат основные силы контрреволюции откатывались к центру, группировались вокруг Кремля, окапывались на Красной площади, у Троицких ворот в Александровском саду.
«К вечеру 29 октября положение революционных войск укрепилось по всему городу, - сообщала газета «Социал-демократ». - С районов к центру направляются наши войска, занимая улицы и дома». В это время в Москву стали прибывать подкрепления из многих городов. Отрядом иваново-воз-несенских рабочих командовал М. В. Фрунзе.
