Читаем Красная Орхидея онлайн бесплатно

Ясное, бодряще-морозное январское утро вселяло в обитателей Ричмонда жизнерадостное осознание того, как все же хорошо, что живут они за пределами перенаселенного Вест-Энда. Темза посверкивала на утреннем солнышке. В магазинах и на центральных улицах еще царила тишина: было почти шесть часов утра. Дэнни Фаулер на велосипеде миновал отель «Ричмонд», торопясь добраться до спуска и покатиться с холма вниз. Ему осталось развезти лишь три газеты. С привычной ловкостью он зигзагом пересек улицу и вкатился на тротуар, там задержался, чтобы сложить получше «Таймс» и «Дейли мейл», после чего прислонил велосипед к стене и поспешил к домам, выходящим фасадами к реке. Остался только «Дейли телеграф», и его сегодняшний объезд будет завершен. Ему не терпелось наконец отправиться домой и подкрепиться. Когда парнишка с урчащим в предвкушении завтрака животом вернулся к велосипеду, он заметил у самой воды белый силуэт. Не разобрав, что же там такое, он снова уселся в седло и катнулся через дорогу — посмотреть с набережной вниз.

Непонятный предмет выглядел как манекен или невероятных размеров кукла. Руки были подняты над головой, точно махали, привлекая чье-то внимание, ноги широко раздвинуты. Что-то странное было в этой фигуре, но с такого расстояния ничего невозможно было разобрать, а потому, сгорая от любопытства, мальчишка покатил по узкой тропинке к реке, чтобы разглядеть поближе.

То, что Дэнни там обнаружил, он запомнил на всю оставшуюся жизнь. Парнишка с воплями побежал наверх, забыв про упавший велосипед. Обнаженное женское тело в талии было разделано надвое. Темные, золотисто-каштановые волосы рассыпались по плечам. Неестественно белая кожа казалась совсем бескровной. Лицо распухло, а уголки рта были рассечены, отчего на лице расплылась отвратительная, от уха до уха, клоунская улыбка.

Детектив-инспектор Анна Тревис приехала к отелю «Ричмонд» и присоединилась к следственной бригаде, уже собравшейся на автостоянке. Припарковавшись, она поспешила к старшему детективу-инспектору Глену Моргану, который стоял возле полицейского передвижного буфета, попивая чай из одноразовой чашки.

— Выпей-ка горяченького, и пройдем в палатку. И соберись с духом: зрелище не из приятных.

Анна заказала себе кофе, тем временем остальные детективы столпились вокруг Моргана.

— Утром ее обнаружил разносчик газет. Пришел вместе с матерью, дал показания. Я поскорее отпустил его: мальчишка потрясен увиденным, ему всего четырнадцать.

Морган глянул на подъезжающий белый фургон судмедэкспертов и обернулся к своей команде.

— Я еще не видел ничего подобного, — сказал он мрачно.

— Труп свежий? — спросил кто-то.

— Трудно сказать, — покачал головой Морган. — По-моему, где-то пара дней, но не берусь утверждать. В лаборатории определят более точное время.

Морган был привлекательный мужчина атлетического сложения, с коротко подстриженными темными волосами. Любитель гольфа, он почти все выходные проводил на местной площадке.

Шеф смял опустевшую чашку и швырнул в урну:

— Ну пошли. Готовьтесь.

— К острым ощущениям? — сострил молодой детектив.

— Зловония там нет, но от одного зрелища выворачивает.

Они спустились по той же самой тропинке, по которой Дэнни поутру добрался до берега реки. Белая палатка криминалистов уже была установлена, вокруг нее и внутри сновали эксперты в белых комбинезонах. Снаружи стояла большая коробка с одноразовыми бумажными комбезами, а также масками, бахилами и резиновыми перчатками.

Эксперт-криминалист Билл Смарт вышел из палатки и, помотав головой, обратился к Моргану:

— Невероятная кровожадность. — Он стянул резиновые перчатки. — Сегодня я не смогу позавтракать, это точно. Убили жертву не здесь, кто-то привез ее сюда и соорудил эту жуткую инсталляцию, что любого ошеломит. На первый взгляд данных у нас немного. Может, их станет больше, когда телом займутся патологоанатомы.

В то время как следователи облачались в бумажные защитные костюмы, Билл Смарт стянул свой, скатал его в ком и кинул в предназначенный для этого мусорный бак. Наклонившись, чтобы снять бахилы, он остановился и тяжко вздохнул. За свою тридцатилетнюю практику в судебной медицине он никогда не сталкивался с подобным зверством. Вновь перед его глазами возникла омерзительная расплывшаяся улыбка. Теперь она будет мерещиться им всем.

Анна нацепила маску и направилась вслед за Морганом в палатку. Это было ее четвертое расследование убийства, и она уже проделала немалый путь с того первого в своей жизни трупа, от одного вида которого ее моментально вывернуло.

Там же, в начале карьеры, остался и старший инспектор Ленгтон, с которым она тогда работала по делу Алана Дэниела. До Анны нередко доходили рассказы о его подвигах. Едва ли он вспоминал ее и уж наверняка не знал, что ее повысили в звании. Последующие ее дела были более бытовыми; тому, как прорезывались ее зубы детектива на деле о серийном убийце типа Дэниела, позавидовали бы многие начинающие сыщики.

Следователи молча стояли за окружавшей тело лентой ограждения.

— Жертва разрезана в поясе. Разъединенные части тела находятся на расстоянии десяти дюймов друг от друга, — тихо говорил Морган, указывая рукой в перчатке. — Рот разрезан с обеих сторон. Трудно сказать, как она выглядела до того, как с ней это сотворили. Все тело в ссадинах.

Анна продвинулась чуточку вперед, посмотрела на мертвую женщину. Краем глаза она заметила, как молодой детектив-новичок повернулся и поспешил из палатки. Анна даже не обернулась: она прекрасно знала, что он чувствовал, но сама оставалась невозмутимой при виде ужасающей картины.

— Очевидно, никакой ее одеждой мы не располагаем. В первую очередь требуется установить личность жертвы. — Морган мигнул от сверкнувшей рядом вспышки: труп фотографировали в разных ракурсах.

Он посмотрел на медика — пухлого мужчину в очках с толстыми линзами, который, сощурившись, отступил назад.

— Чистая работа, — заметил врач. — Кто бы ни произвел это препарирование — выполнено оно со знанием дела. Кровь у жертвы дренирована, вот почему кожа такая белая. Предположительно смерть наступила два-три дня назад.

И, обогнув двух работавших криминалистов, он поспешил к выходу из палатки. Морган последовал за ним:

— Док, можете уделить мне несколько минут?

— Давайте снаружи. Не могу здесь разговаривать.

И они с Морганом двинулись на выход.

— Боже правый, что за скотина это сделала! — воскликнул медик.

— Вы можете еще что-либо сказать по этому поводу?

— Нет, меня только что вызвали, чтобы зафиксировать смерть жертвы. И мне нужно возвращаться в кабинет.

— По-вашему, это сделано профессионально? — спросил Морган.

— Да, мне так показалось, но патологоанатом сообщит дополнительные детали. Разрез очень аккуратный, без зазубрин, и рот рассечен остро отточенным ножом. А уж насколько тонким и длинным, не могу вам сказать. Еще имеются порезы на лице, шее, на плечах и ногах.

Морган вздохнул: он рассчитывал на большее количество подробностей. Повернувшись, он остановил тяжелый взгляд на колышущихся полах палатки. Один за другим его подчиненные выбирались наружу, подавленные и шокированные увиденным, стягивали с себя бумажные костюмы и бахилы.

Анна вышла последней и тоже сняла одноразовый комбез. Сотрудники направились обратно к парковке. Она подняла взгляд, посмотрев на набережную, — там, у дороги, уже собралась толпа зрителей. Учитывая, какой хороший обзор открывался с того места, можно было не сомневаться: убийца хотел, чтобы жертву быстро обнаружили. И может статься, даже наблюдал теперь за их действиями. От этой мысли Анна похолодела.

Полицейский участок Ричмонда находился всего в десяти минутах езды от места убийства, так что оперативный штаб расследования решили разместить там. К одиннадцати тридцати уже сделали перестановку, установив большой информационный стенд. Кроме того, в комнату перетащили письменные и компьютерные столы, равно как и сами компьютеры для следователей. Детективы суетились, каждый выбирал себе место для работы. Морган наблюдал, как они устраиваются.

— Ну что, начнем, пожалуй? — сказал он наконец и, внезапно рыгнув, извинился и полез в карман за таблеткой антацида. — Следует установить личность жертвы. Фотографии мы получим, но, пока жертва не идентифицирована и нет заключения патологоанатомов, не так-то много мы можем сделать. По мнению нашего медика, над телом поработали профессионально, так что будущий подозреваемый определенно обладает медицинским, точнее, хирургическим опытом.

Анна подняла руку:

— Тело как будто было выставлено напоказ, чтобы его заметили с дороги и быстро обнаружили. Может быть, убийца из местных?

— Возможно, — ответил Морган, с хрустом разжевав таблетку. Он уставился взглядом в пространство, будто раздумывая, что еще добавить, и пожал плечами. — Начнем с без вести пропавших в этом районе.

Тело жертвы поместили в патологоанатомический мешок из толстого полиэтилена и в четверть второго пополудни увезли с места преступления. Команде задействованных в деле полицейских поручено было исследовать все вокруг как можно тщательнее. Благодаря сухой погоде и утреннему заморозку земля была твердая, а потому следы попадались нечасто.

Морган настоял на обходе всех домов, выходящих окнами на реку. Было ясно, что убийство кто-то тщательно спланировал, но до сих пор сыщики лишь надеялись на удачу, что кто-либо видел вблизи от места преступления машину в период между поздним вечером и ранним утром.

Фотографии жертвы были размещены на информационном стенде в полной тишине. Уж сколько лет подобные снимки просматривались на компьютере, но вывешивались крайне редко — работе детективов мешало эмоциональное воздействие этих фото, с которых точно сама смерть взирала на собравшихся. Также не исключалась возможность того, что какой-то зашедший в участок родственник погибшего или кто-то из допрашиваемых увидит их и не сумеет скрыть свои переживания. Кстати, именно Морган настаивал на том, чтобы фотографии были на виду. Он чувствовал, что всем и каждому в бригаде необходимо осознание серьезности этого дела. Зверское преступление могло вызвать настоящее безумие в прессе, и, пока убийца не арестован, детективам предстояло работать без выходных.

К шести часам вечера их Джейн Доу [1]так и не была опознана.

Список пропавших без вести в районе Ричмонда ничего не дал следствию, поэтому границы поиска были расширены. Никто из обитателей домов у реки не видел ничего подозрительного, даже припарковавшегося авто. Освещение здесь было скудным, а потому убийца вполне мог явиться в ночи и уйти незамеченным. Выяснилось, кстати, что жилец одного из домов, выгуливая собаку в два часа ночи, прошел как раз мимо места преступления и ничего не заметил. Таким образом было установлено, что убийца разместил тело на берегу где-то между двумя и шестью часами утра.

На третий день они побывали в морге. Шеф отправился туда за предварительным отчетом и велел Анне и еще одному детективу его сопровождать. Время смерти было уже установлено: за три дня до обнаружения трупа, хотя определить ректальную температуру найденного тела экспертам не удалось, поскольку анальное отверстие было чем-то закупорено. Следователи надеялись узнать больше деталей после полного вскрытия. Патологоанатом подтвердил подозрения врача: тело было разрезано профессионально, хирургической пилой, и кровь перед анатомированием была дренирована. На теле имелось четыре характерных отверстия, куда предположительно вставлялись дренажные трубки, — крови, судя по всему, выкачано было немало. Врач заметил, что для совершения подобной «операции» убийце требовалось специально оборудованное место.

— На спине, ягодицах, руках и бедрах жертвы имеются следы побоев, — добавил он. — Такие появляются при нанесении множественных ударов тупым предметом. Разрезы в углах рта вполне могли быть выполнены острым скальпелем. Они глубокие, аккуратные и точные.

Анна посмотрела туда, куда указывал патологоанатом. Щеки жертвы теперь расползлись, обнажив зубы.

— Мне нужно еще много времени, но я понимаю, как важно для вас уже на этом этапе получить максимум информации. Надо сказать, за всю свою жизнь я не видел такой жути. В области лобка и вокруг вагины имеются многочисленные разрезы. На коже хорошо различимы крестообразные метки до пяти дюймов в длину…

Слушая подробный отчет, Анна делала пометки в блокноте, стараясь заглушить эмоции. Хруст постоянно разжевываемых Морганом таблеток начинал раздражать. Наконец патологоанатом сдвинул маску и протер глаза:

— Судя по всему, она долго и ужасно страдала перед смертью и вытерпела непереносимую боль. На запястьях у нее остались следы — позднее выясним, от какой именно проволоки, — так что ее связали, прежде чем совершить надругательство. Проволока прорезала кожу на правом запястье.

Он снова натянул маску, двинулся вдоль стола и осторожно убрал с лица густые золотисто-каштановые волосы девушки. Помедлив немного, он глухо сказал:

— Есть еще кое-что.

Когда врач продолжил, Морган перестал жевать, а Анна прервала свои записи. То, что рассказал патологоанатом, было столь ужасающим, что кровь стыла в жилах. Эти зверства, совершенные над живой еще жертвой, были за пределами человеческого восприятия.

Тревис забралась на пассажирское сиденье за спиной Моргана. Прошло минут десять, но шеф так и не проронил ни слова. Анна пролистала свой блокнот и принялась что-то описывать.

— Обратно в участок, сэр? — спросил наконец водитель.

Морган кивнул.

— Пришла в себя? — спросил шеф, когда они медленно выворачивали с парковки возле морга.

Анна кивнула, закрывая блокнот.

— Похоже, сегодня мне выспаться не светит, — пробормотала она.

Вернувшись в комнату следственной бригады, Морган повторил то, что они услышали в морге. И вновь Анна отметила гнетущую тишину. Следователи смотрели то на фото умершей женщины, то снова на шефа. Тот глубоко вздохнул:

— И это еще не все. Несчастную жертву мучили, над ней надругались, извращенно изнасиловали. Мы пока не располагаем всеми деталями, поскольку патологоанатомы и судмедэксперты еще работают с телом.

Анна украдкой огляделась. Услышанное произвело угнетающее впечатление на детективов, особенно расстроились две женщины из их бригады.

Шел четвертый день, а личность жертвы все еще не была установлена.