Читаем Кость в горле онлайн бесплатно

Время военных действий закончилось. Погода стояла – хуже некуда. В «Темной Лошадке» конскому яблоку было не упасть.

Бессмысленной работы уже не хватало, чтобы занять всех солдат. Жена и сестра Маркеба Зураба обе помогали в зале. Некоторые повесы надеялись, что Маркеб позовет на помощь и свою аппетитную дочку.

Масло бросил взгляд на карту, которую только что сдал сам себе, и выругался. Ему страшно не везло.

– А ты, смотрю, совсем не рад выигрышу, Костоправ.

– Кошмар ночью приснился. Все в себя не приду.

«Все тот же?» – жестом спросил Молчун.

– Третью ночь подряд.

– Верно, твоя зазноба соскучилась, – разлыбился Масло.

И не надоест им...

«Прекрати», – велел Молчун.

Мой ход. Я выложил на стол все одиннадцать. Масло выругался. Молчун покачал головой и спасовал. Кори, сидевший на месте Одноглазого, сделал вид, что утирает слезы.

– Когда поле битвы – не поле битвы? – спросил он.

– Э? – опешил Масло. – Это что за херня, загадка, что ли?

– Да Одноглазый спросил недавно.

Сейчас Молчун был единственным колдуном в трактире.

– А где Гоблин с Одноглазым? – спросил я.

Их ученик, Третий, тоже куда-то запропастился. Обычно-то он старался держаться поближе к пиву. Эти двое кого угодно споят.

Масло взял со стола карты Молчуна с таким видом, словно боялся – сейчас укусят.

– Вместе куда-то свалили? Быть беде.

Эти двое вечно что-то замышляют, но не вместе же. Тревожно.

– Плохо дело, – пробормотал Кори.

Молчун хмуро кивнул.

У нашего стола некстати возник Зураб с очередным кувшином.

– Мухи, – пробормотал он и поспешил обратно к оставшейся без присмотра барной стойке.

Я сбросил. Кори вцепился в карту и выложил пятерку, шестерку и семерку с восьмеркой, но всем было плевать. За столом воцарилось молчание. Карты и кружки внезапно всех необычайно заинтересовали.

В зал вошел Дохляк. Высокий, тощий как скелет, – ему явно не хватало дополнительных ног и глаз для полноты образа.

– А когда поле битвы не поле битвы? – пробормотал Масло.

Этот вопрос можно было понять очень по-разному.

* * *

Дохляк. На самом деле его звали Шор Чодрос. Колдун, полковник, полноуполномоченный из Западного штаба. Благословение, которым Черный Отряд наградила Взятая Шепот.

Он ни словом не обмолвился о своих истинных целях. По слухам, он был на редкость непредсказуемым психом.

Наши колдуны исчезли, стоило ему появиться. Он ворвался в нашу ставку в сопровождении громилы-телохранителя, полный злобы и самодовольства.

– Этот не стоит и двух дохлых мух, – сказал тогда Лейтенант, пока он бушевал.

Масло продолжил сдавать. Остальные съежились. Сейчас кому-то не поздоровится.

Я встретил взгляд Дохляка, в который раз удивляясь, что у него все-таки два глаза. Слева его лицо было перечеркнуто синюшным шрамом от лба до подбородка. Скорее всего это был результат удара алебардой снизу вверх.

Он направлялся к нам. И... он был напуган. Дрожащий от страха колдун? Не к добру.

Боялся он не нас. Нас он снисходительно терпел. Но, впрочем, с телохранителем не расставался. С историей Отряда он был знаком.

Но где же Канюк теперь?

Дохляк указал на меня, затем – на Молчуна.

– Вы двое. За мной. Захватите снаряжение.

Я всегда таскаю с собой сумку. Никогда не знаешь, когда придется штопать какого-нибудь идиота.

* * *

Молчун шагнул на улицу и остановился как вкопанный. Я врезался ему в спину.

– Эй! Вот только пантомим сейчас не надо!

Это было новое хобби Молчуна. Но дело было не в нем. Это была реакция на погоду.

Шквальный северный ветер бросал снежинки нам в лица.

Дохляка холод не беспокоил. И, в отличие от нас, он не пил. На морозе мне немедленно захотелось ссать, но Дохляк рявкнул:

– Двигай!

Я двинул.

Канюк ждал нас в полном боевом снаряжении с нелепым каплевидным щитом огромных разметов. Судя по выражению лица, у него явно было худо с животом.

Канюк напоминает ходячий дом. К таким обычно прилипают прозвища вроде Крохи или Малыша, и они бывают туповаты, но этот был противоестественно быстр, чудовищно силен и в два раза смекалистей нанявшего его типа.

Канюком его прозвали за длинную, кривую шею и кадык размером с коленку.

Болтливостью он не отличался. Он нравился парням настолько же, насколько они шарахались от Дохляка. Он был ветераном и, по его словам, не раз сражался бок о бок с братьями Отряда, в том числе во время битвы при Чарах.

Дохляк потопал дальше. Мы следовали за ним, а я надеялся, что терпеть долго не придется.

В принципе мы могли бы послать Дохляка куда подальше. Мы ему не подчинялись. Но он был близким соратником Шепот, а та была бы рада поквитаться с Отрядом – дай только повод. К тому же он наверняка еще долго будет путаться у нас под ногами. И потом, мне было донельзя любопытно: что могло так напугать этого паука?

* * *

Алоэ – городок небольшой, но расползшийся во все стороны. Впрочем, это самое крупное поселение на ближайшую сотню миль. Наконец Дохляк привел нас к кирпичному дому на фундаменте из глыб известняка.

– Там, – он указал на холм бурой шерсти посреди засохшего цветника. Ветер шевелил шерсть и мертвые листья.

– Кажется, оно нездорово, – высказался я.

Молчун промолчал. Канюк схватился за живот.

– Что это? – спросил я.

Явно не барсук. Слишком крупный, да и масть не та. И не медведь: они крупнее.

– Не знаю, – сказал Дохляк. – От него магией несет.

Молчун кивнул. Канюк, похоже, был готов обделаться. Я шагнул в сторону и наконец-то отлил. Пар поднялся навстречу редким снежинкам. Крупные какие.

Видно, к оттепели.

Я осторожно приблизился. Зверь лежал, свернувшись, как мокрица.

– Их было еще двое, – сказал Дохляк. – Смылись, как нас заметили.

– Я не видел, – сказал Канюк.

– Несколько шагов пробежали и исчезли, – ответил Дохляк.

Он снова разнервничался. С чего бы?

– Как они выглядели? – спросил я.

– Гигантские бобры. Или лесные сурки? Слишком быстро испарились, не рассмотреть было.

Что ж. Бобры и сурки несколько уступают медведям в свирепости.

Этот зверь не мог быть лесным сурком – масть не та. Хотя насчет гигантских бобров я не был уверен.

Я заметил движение – явно не от ветра.

Молчун дал знать, что чует колдовство.

– Магия в воздухе, – сказал Дохляк.

Под магией он подразумевал совсем не чудесный сюрприз для детишек.

Но нас ждало разочарование. Ничего не произошло.

Я опустился на колено и прикинулся ветеринаром.

Дыхание зверя было медленным и поверхностным, сердцебиение – слабым. Может, он в спячке? Когда наступает время спать, медведи иной раз падают, где стояли.

Оно не проснулось и не разорвало меня на части. Дохляк счел, что теперь опять можно вести себя как последняя задница.

* * *

Мы с Молчуном затащили зверя на щит Канюка. Сам он был слишком велик, чтоб нормально нам помочь. Большая часть веса пришлась на нижний край щита. Вдобавок ему едва удавалось не наделать в штаны.

* * *

Зверь распластался на столе у меня в лазарете. Канюк исчез в направлении отхожей траншеи. Дохляк уселся на табуретку рядом, как никогда похожий на паука, и мужественно держал пасть на замке. Капитан и Масло тоже держались поблизости. Как и Дохляк, они помалкивали, пока я делал свое дело.

– Ну и урод, – высказал я свое професиональное мнение.

Распростертым он больше напоминал не бобра, а обезьяну. Лицо – как жуткая маска из алой кожи. Зубы сошли бы за крокодильи. Глаза змеиные. На каждой лапе – наполовину втягивающиеся когти и короткий, но отстоящий большй палец.

– Начинает вонять, как падаль, – заметил Масло.

И сердце у твари билось все быстрее.

– Наверное, холод его подкосил.

У этой мерзкой погоды, видать, были свои плюсы.

Капитан перекрыл дымоход моей печки.

– Значит, можно не бояться этих тварей, пока погода не переменится.

Но Кори сказал – она скоро переменится, а он из местных. Прежде чем зима вступит в свои права, нам светит еще неделя почти весенней погоды.

– Костоправ? – подстегнул меня Масло.

Дело не терпело отлагательств. Не даром сам Старик пришел посмотреть.

Они что-то знали? Дохляк определенно что-то подозревал.

Старик сгорал от любопытства:

– Оно колдовское, да? Какого рода? Откуда? Его призвали? И много там таких? Да говорите уже.

Он не сомневался, что виноват Дохляк.

Тот покачал головой.

– Клянусь, впервые вижу такую тварь.

– Где Гоблин и Одноглазый? Кто-нибудь знает? – спросил Масло. – Их который день не видать.

– Полковник сказал, что видел других таких же тварей, – напомнил я. – Надо бы найти их, пока холодно.

– Пока погода на нашей стороне? – протянул Масло.

– Когда поле битвы – не поле битвы?

Мы сокрушили местных повстанцев, и наш успех не порадовал некоторых «друзей». Обнаружились случаи потрясающей некомпетентности и продажности, к большому неудовольствию виновных. Задело и Шепот – в результате чего к нам в гости прибыл Дохляк.

Я надеялся, что выжившие мятежники залягут и в ближайшее время будут пополнять ряды, тренироваться, добывать оружие и припасы в ожидании того момента, когда нас отправят куда-то еще. Но осведомители передали, что затишья нам не видать.

Руководство повстанцев жаждало отбить Алоэ. Здесь могли быть скрыты Врата Теней.

Жители Алоэ ничего не смыслили в этих отголосках древних времен. В отличие от повстанцев. Самых честных из них это пугало настолько, что некоторые переходили на нашу сторону.

* * *

Я много читаю. Копаюсь в фольклоре, легендах и местной истории. Врата Теней были частью плана воскресить Властелина – правителя древней империи. Для некоторых он по-прежнему полубог. Через Врата Теней он может выбраться из своей гробницы.

Среди генералов повстанцев хватает тайных воскресителей. Госпожа боролась с ними с тех самых пор, как ускользнула из могилы, оставив муженька там.

Старик с приятелями явно волновались, но летописцу они ничего не скажут. Ведь летописец все это тщательно запишет.

Может, эта тварь связана с воскресителями? До сих пор враги действовали иначе. Заслать смертельно опасных колдовских уродов во вражеский лагерь – это скорее в нашем духе.

Капитан склонился над зверем, искушая свою удачу.

– Пусть Костоправ его разрежет и поглядит, что внутри. Или посадим в клетку и подождем?

Молчун пожал плечами. В таком он не разбирался.

– Какие будут предложения, полковник? – обращаясь к Дохляку, капитан внимательно следил: не выдаст ли тот себя хоть чем-то?

Это ведь он нашел зверя.

Дохляк остался невозмутим. Он знал, что ходит под подозрением с самого начала. Этого ничто не могло изменить.

– Не убивать, но держать в холоде. Найти остальных. Исследовать здорового.

Он посмотрел на Молчуна. Тот пожал плечами, упорно не желая делиться своим мнением.

* * *

Я наклонился, перебирая шерсть в поисках паразитов. Блохи, клещи и вши могут многое рассказать.

– Эта тварь согревается...

Молчун оттолкнул меня так резко, что я едва удержался на ногах. Он указал на голову зверя. Из одной ноздри вылетело несколько чешуек обсидианово-черной сажи.

– Подай склянку. Несколько склянок.

На свет появился черный жук, блестящий, как те чешуйки. Огляделся, готовясь покорять мир.

– Какой-то скарабей? – спросил Старик.

Второй жук выбрался вслед на первым, натолкнулся на него. Первый был в плохом настроении. Хрясь! Никаких предупредительных угроз, никаких ритуальных танцев. Жуки пытались убить друг друга, щелкая челюстями, напоминавшими медвежьи капканы.

– Что за хрень? – вскрикнул я.

Дохляк схватил самую большую из моих банок и надел ее на голову зверя. Щели он заткнул подвернувшимися под руку тряпками.

Масло вылетел вон, даже не закрыв двери. Внутрь налетел снег, и дверь закрыл Молчун.

Снова посыпалась сажа, и на свет появились другие жуки. Эти были настроены менее убийственно и просто хотели выбраться. Банка им помешала. Тогда они взбесились.

– Ну и ну, – Капитан был потрясен, что случалось не часто.

Зверь начал скукоживаться. Дохляк напихал вокруг его шеи еще бинтов. Некоторые жуки принялись рвать ткань мощными челюстями.

– Нужно что-то, во что можно засунуть его целиком, – сказал Дохляк. – Может, бочонок.

Бах! В лазарет ворвался Масло, тащя большой жестяной ящик с откидной крышкой. На складе в таких хранили зерно и муку, чтобы уберечь от мышей и крыс.

– Идеально, – оторопел Дохляк.

Слишком хорошо мы соображали для тех, кому полагалось тупо позволить загнать себя в ловушку.

– Засовывайте вместе с банкой, – сказал Масло, ставя ящик так, чтобы Дохляк мог спихнуть зверя внутрь.

Дохляк по-собачьи прижал лапки к груди. Ему – запачкать свои нежные руки?

– Серьезно? – рявкнул Старик. – Пихай эту чертову тварь!

И тут особенно крупный жук выбрался на волю через нижнее отверстие твари. Увидел палец Дохляка. Откусил кусочек.

– А, черт! – взвыл Дохляк. – Черт, как больно!

Выполз жук еще более впечатляющих размеров. Челюсти у него были совсем несусветные, а сзади было что-то вроде тонкой, длинной воронки. Он полетел к Дохляку – буквально полетел, задрав надкрылья, точно божья коровка. Сев на тыльную сторону левой ладони, он вцепился и хорошенько куснул. А потом перевернулся вниз головой, изогнул брюшко и погрузил кончик в ранку.

Все это произошло в один миг. Дохляк вновь завопил.

Молчун раздавил жука.

Масло захлопнул ящик. На столе копошилось несколько червячков. Старик занялся охотой на сбежавших жуков, а мы с Молчуном усадили Дохляка в кресло. Его трясло. Шок?

Укусы выглядели не так уж плохо.

«Он отложил яйца», – прожестикулировал Молчун.

Звуки из ящика напоминали грохот града по металлической крыше.

Прихлопнув последнего жука, Старик занялся червями.

– Масло, оттащи ящик к мусорной яме. Потом отправь всех бездельников на поиски оставшихся тварей. Возьмите собак.

Он подошел и стал наблюдать, как я вытаскиваю крошечные, едва различимые кремовые бисеринки из руки Дохляка.

Масло утащил грохочущий ящик. А минутой спустя вернулся:

– Глядите, кто тут шастает с мешком краденого хлеба с беконом!

Он держал за шкирку ученика колдунов, Третьего.

Парень выглядел очень несчастным. Сказать по правде, с тех пор, как он спутался с Гоблином и Одноглазым, шансов на счастье у него практически не было.

Старик уселся в кресло, откинулся на спинку и оглядел Третьего. «Ну послушаем, что ты мне соврешь», – было написано у него на лице.

Молчун передал мне склянку карболки. Я кинул туда яйца, затем капнул на ранки Дохляка. Он пронзительно взвизгнул.

– Одноглазый отправил меня за едой, – сказал Третий.

Да ну? Старый засранец не большой любитель бекона. А вот Третий уписывал его за обе щеки.

Пока я возился с Дохляком, Молчун наблюдал за червями в банке. Они вели себя не лучше взрослых жуков.

Старик смерил взглядом Третьего.

Снаружи нарастал шум: Масло передал приказы Капитана.

Ввалился Канюк. Выглядел он так, что краше в гроб кладут. Пребывание у отхожей ямы мало ему помогло.

– Это я для себя брал, – сказал Третий. – Масло заметил меня прежде, чем я взял для Одноглазого.

– С приоритетами у парнишки все в порядке, – заметил я.

Дохляк слабо улыбнулся. Его по-прежнему трясло.

– Присматривай за полковником, пока не убедишься, что он будет в норме, – проворчал Старик. – Не будем давать Шепот новых поводов. Ты, – он ткнул пальцем в Третьего. – За мной.

Канюк засуетился вокруг начальника.

Дохляк скривился.

– Ты выглядишь как настоящий засранец, Тесч. Да и пахнешь так же.

Он толкнул меня здоровой рукой.

– Я выживу. Им займись.