Читаем Космический пёс онлайн бесплатно

Космический пёс очнулся уже на орбите. Он тут же запустил цикл проверки всех узлов и с удовлетворением заключил, что все они в превосходном состоянии и готовы к работе. Для начала пёс попробовал моторику и оттолкнулся от самого большого ящика из-под собственных деталей, пролетев через весь отсек и аккуратно уцепившись манипуляторами за скобы на противоположной стене – получилось идеально.

А потом пёс заметил её. Конечности приделаны несуразно – слишком мала свобода движений, а уж про угол обзора окуляров просто промолчу. Запустил предварительную оценку характеристик – ого! Да это реально смешно: диапазоны допустимых температур, давления, состава атмосферы – никуда не годятся. И кто же додумался использовать здесь нечто, столь неприспособленное к продуктивной деятельности? Вот и выходит, что первым приоритетом стоит обеспечение безопасности этих существ, они же хрупкие, как… Додумать эту мысль не удалось, потому что женщина подлетела поближе и ткнула портативным анализатором прямо в бок.

– Ну что, очнулся? – женщина подключила устройство к инфо-порту пса и принялась листать простыню показателей. Щекотно. – А ты молодец, очень стабилен. Надеюсь, не подведёшь меня. Понаблюдаю пока тебя на станции, а уж потом попробуем открытый космос, идёт?

Пёс не понял, какой именно ответ она ожидала услышать, и благоразумно промолчал.

Где-то в другой секции орбитальной станции настойчиво прозвучал сигнал всеобщего внимания. Женщина приветливо улыбнулась псу и поманила за собой, довольно метко запустив себя в узкий коридор между отсеками. Пёс последовал за ней, перемещаясь гораздо эффективнее. Там было ещё трое – мужчины, лишь мельком взглянувшие на пса. Их мышечная масса чуть-чуть отличалась от женской в лучшую сторону, но всё равно не впечатляла.

Вызов поступил из центра управления полётами – на экране большой зал ЦУП с кучей маленьких фигур, точь-в-точь напоминающих организмы на станции, только они не летали свободно по помещению, а крепко держались ногами за пол.

Заинтересовавшись, пёс прикинул особенности гравитации ближайшей планеты и понял, что так и должно быть. Кстати, местами на её поверхности встречаются условия, вполне подходящие для людей. Остался пока открытым вопрос, зачем некоторые из них пытаются делать вид, что космическая станция тоже годится.

В центре экрана показалось весёлое лицо человека с густой растительностью на голове.

– Центр вызывает Станцию-13, ответьте.

– На связи капитан Глеб Лисицин, вижу вас хорошо, – Лисицин помахал рукой в камеру.

– Мы зафиксировали метеороид, метящий прямиком в вас. Довольно крупный, кстати. Ребята уже рассчитали манёвр уклонения и сейчас сбрасывают его вам. Подтвердите получение.

– Сейчас проверим… – Лисицин обернулся. – Вэй, ты там поймал горячий привет от ЦУП?

– В процессе, – тот коротко кивнул и вывел статус загрузки на свой коммуникатор.

– Лю Вэй говорит, что дело идёт. Как там у вас обстановка? Слышал, снегом завалило? Надеюсь, успеете расчистить к нашему возвращению?

– Даже не сомневайся. Если что, лично пойду махать лопатой, так не терпится тебя увидеть, ты же мне должен ещё одну партию.

– Похвально, но выигрыша это всё равно не гарантирует, – Лисицин усмехнулся, а Лю Вэй дал знак, что загрузка успешно завершена. – Манёвр уклонения принят, будем выполнять.

– И ещё, передай Андрею, что его жена сдала экзамен на отлично и собирается завтра приехать в ЦУП, чтобы поболтать с вами, – Андрей показал палец вверх. – А как там дела у Ани? Активировали пса?

Аня подплыла к объективу камеры и ухватилась за поручень рядом с капитаном.

– Салют! Пока провожу первичную проверку всех систем, но выглядит всё неплохо.

– Рад слышать! Если мне надоест всё время проигрывать Глебу, возьму в партнёры его.

– Тогда я постараюсь научить его всем приёмам, – Аня засмеялась радостно и беззаботно.

– Ладно, доложите по окончании манёвра. Отбой, – картинка из ЦУП пропала.

Потом Аня методично прогоняла пса через целую серию дурацких тестов, пытаясь придраться к малейшей оплошности, хотя невооружённым глазом видно, что толковый механизм может сходу дать им всем фору при выполнении любой работы на станции, и уж, тем более, в открытом космосе.

В момент, когда опасный метеороид должен был лихо просвистеть мимо, Аня прильнула к иллюминатору, чтобы полюбоваться, как тот сгорит при заходе в верхние слои атмосферы. Что-то явно пошло не так, потому что она вдруг сломя голову ринулась в кают-компанию, где и нашла остальных, тоже заметно озадаченных.

– Видели, что вспышка была зелёной? А разве это нормально? – судя по тону, она сейчас застряла как раз посередине между азартом от уникального наблюдения и очень лёгким, смутным беспокойством. В ответ Лю Вэй в сомнении покачал головой и пожал плечами, а Андрей задумчиво почесал подбородок.

– Знаешь, это определённо очень необычно. А давай-ка мы запросим у наших умников из ЦУП, что они думают по этому поводу, – подытожил капитан Лисицин.

ЦУП выразил удовлетворение выполненному станцией манёвру уклонения и попросил предоставить видео-запись вспышки. И ещё они уверили, что метеороид не должен достигнуть поверхности Земли, так что риска в любом случае нет никакого, хоть зелёный там цвет, хоть какой. Сгорит дотла, судя по вероятной массе и скорости небесного тела.

Через полтора часа станция снова оказалась над местом падения метеороида, и Аня на несколько минут прервала регламентные испытания пса, чтобы лично убедиться, что ничего особенного там не произошло. Интересно, а как она это себе представляла? Правда думала разглядеть хоть что-то с орбиты?

Но она действительно обнаружила аномалию, причём – отчётливо видимую из космоса.

На поверхности планеты будто бы очертили ровный круг, внутри которого не обнаруживалось ни одной световой точки, хотя это довольно густо населённый район, а время у них как раз вечернее, самое оно для впечатляющей иллюминации.

ЦУП встретил экстренное сообщение с интересом, но заверил, что никаких тревожных новостей оттуда пока не поступало, будем внимательно следить за ситуацией.

Ещё через полтора часа аккуратное тёмное пятно поглотило заметную часть Южной Америки, и ЦУП неохотно признал, что наблюдается полная потеря связи с космодромом во Французской Гвиане, а специалисты во всех космических центрах сейчас пытаются понять, что же произошло.

Андрей пробежался по новостным сайтам – большинство международных служб уже забили тревогу, потому что все источники с той стороны разом замолчали.

И ни одного живого свидетельства оттуда – ни от местных журналистов, ни из соцсетей, а спешно отправленные за горячим материалом телевизионщики просто переставали выходить на связь, как только пересекали невидимую границу.

Через шесть часов после падения метеороида в ЦУП прозрачно намекнули, что военные тоже подтверждают невозможность связаться с кем-либо в том регионе – к тому моменту паника в сети уже напоминала торнадо, а движение на магистралях, направленных прочь от эпицентра невидимой угрозы, практически парализовало. Население в спешке бросало дома и пыталось уехать, а ещё работающие аэропорты приходилось брать штурмом.

Через восемнадцать часов почти никого из дежурных специалистов в ЦУП не осталось – вечно заполненный наблюдателями и операторами зал напоминал теперь брошенный офис, а кое-где можно было видеть бумаги, брошенные прямо на пол, и никто не торопился тут же исправить возмутительный беспорядок.

А потом ЦУП и вовсе перестал выходить на связь.

За сутки вся планета превратилась в угрюмо молчащий шарик, как будто человечество исчезло, заодно позаботившись обесточить всё, что только можно.

Никто из космонавтов не смог поспать в положенные часы отдыха, так что все разбрелись по станции и продолжали механически идти по графику текущих исследований, стараясь не смотреть на безжизненную Землю.

Сигнал всеобщего внимания прозвучал, как гонг.

На большом экране в командном отсеке – зал ЦУП, полный сосредоточенных и спокойных людей. В кадре возник тот же лохматый человек, а планета обрела абсолютно нормальный вид, быстро прокручивая в иллюминаторе привычные огни мегаполисов.

– Центр вызывает Станцию-13, ответьте.

– На связи капитан Глеб Лисицин, что у вас стряслось?! – Лисицин почти прокричал это в камеру.

– Ну что у нас должно было случиться? Всё хорошо, снегопад вот только. Мы зафиксировали метеороид, метящий прямиком в вас. Довольно крупный, кстати. Ребята уже рассчитали манёвр уклонения и сейчас сбрасывают его вам. Подтвердите получение.

– Вы что, издеваетесь? – Лисицин обернулся, а Лю Вэй развернул свой коммуникатор, на котором отобразился статус загрузки.

– Я не понял, – человек на экране нахмурился, – это что, какая-то шутка? Повторите.

– Лю Вэй говорит, что дело идёт. Но ровно сутки назад мы уже сделали похожий манёвр, а потом на Земле случилось что-то непонятное. Похоже, всю планету обесточило, начиная с Южной Америки, куда и угодил ваш метеороид.

– Глеб, если ты думаешь, что это правда смешно, то просто имей ввиду, что я всё ещё жду от вас подтверждения загрузки манёвра.

– Послушай, мы вовсе не шутим. Посмотрите наш бортовой журнал, в конце концов, – Лисицин так крепко вцепился в скобы, что костяшки его пальцев побелели, а невозмутимый Лю Вэй показал, что загрузка уже закончена. – Да, манёвр уклонения принят, подтверждаем.

– И ещё, передай Андрею, что его жена сдала экзамен на отлично и собирается завтра приехать в ЦУП, чтобы поболтать с вами, шутниками, – Лисицин повернул голову, чтобы убедиться, что Андрей услышал послание, но того в командном отсеке не было. – А журнал мы проверим, не сомневайся. Что-то уж больно юморные вы сегодня. Да, а как там дела у Ани? Активировали пса?

Аня подплыла поближе к камере.

– Салют! Провела проверку всех систем, думаю сегодня выйти с ним в открытый космос.

– В каком смысле – сегодня? У тебя же по плану ещё целый день тестирования?

– Так я вчера уже всё проверила, – Анин голос прозвучал на редкость невыразительно.

– Аня, вот уж не ожидал, что ты поддержишь глупый розыгрыш. Ладно, доложите по окончании манёвра. Отбой.

Какое-то время все дружно молчали, а потом Лисицин хлопнул в ладоши и медленно перелетел через весь отсек.

– Ладно, хотя бы с человечеством пока полный порядок. А где, кстати, Андрей? Кто-нибудь знает?

Лю Вэй остался следить за выполнением манёвра уклонения, а остальные бестолково метались по кругу, упорно надеясь, что потерянный космонавт вдруг возьмёт, да и найдётся в каком-нибудь закутке.

Андрея так и не нашли, хотя на вопрос, как можно потеряться на орбитальной станции, ответа тоже не было. В процессе поисков несколько раз пересчитали скафандры – все были на месте, конечно, но Лисицин предложил всё-таки выйти наружу и проверить как следует сразу после пролёта метеороида.

Зелёную вспышку на фоне мирного атлантического побережья встретили в гнетущей тишине, а потом доложили в ЦУП, что манёвр уклонения прошёл хорошо, а космонавт Андрей Школьников пропал.

Известие о пропаже космонавта ЦУП воспринял в штыки, пообещав серьёзно разобраться с клоунами и напомнив о недопустимости перехода границ.

Лисицин отправил на поиски вне станции двух человек и пса. Сначала Аня и Лю Вэй облачились в громоздкие человеческие скафандры, а потом все вместе залезли в узкий шлюз. Аня зачем-то потрясла один из гибких манипуляторов и сказала: «Не бойся, славный пёс. Всё будет хорошо, обещаю». Откуда она могла это знать? Логикой здесь и не пахло.

За пределами относительно комфортабельной станции превосходство роботизированной конструкции стало ещё более очевидным – люди напоминали с трудом перемещающихся манекенов, а пёс чувствовал себя свободно, как рыба в воде.

Никаких следов пропавшего Андрея здесь не обнаружилось, да и не могло бы. Зато, когда Земля сделала полный оборот под ногами, все увидели знакомое круглое чёрное пятно непонятного заражения.

Запустился новый виток апокалипсиса.

Космонавты собрались в кают-компании и бурно обсуждали, что делать. Почему-то никто не сомневался, что цикл снова повторится. К тому моменту, когда ЦУП начал выдавать, как под копирку, вчерашние новости, было решено попробовать убедить их заранее сбить метеороид – достаточно высоко, чтобы уничтожить любую угрозу, какой бы они ни была.

А пока – выспаться. Хотя не думаю, что это кому-нибудь удалось.

Когда прозвучал сигнал всеобщего внимания, случились сразу две вещи. Планета снова украсилась огнями цивилизации, а тихий и всегда такой спокойный Лю Вэй просто исчез.

– Центр вызывает Станцию-13, ответьте.

– На связи капитан Глеб Лисицин, экстренное сообщение, код опасности «Авария-125», повторяю, «Авария-125»! Прошу сбить обнаруженный метеороид на максимально возможной высоте, – Лисицин проговаривал слова чётко и ясно, хотя пульс его прилично зашкаливал. После небольшой паузы ЦУП наконец отреагировал.

– Прошу продублировать запрос.

– Код опасности «Авария-125»! Сбить метеороид на максимально возможной высоте!

– То есть вы уже знаете про метеороид? Любопытно. Да, он довольно крупный, но сбивать его необязательно, наши ребята уже рассчитали манёвр уклонения и сейчас сбрасывают его вам. Подтвердите получение.

– В топку манёвр уклонения! Послушай, я абсолютно серьёзно тебе сейчас говорю, и всем, кто меня слышит. Метеороид угрожает жизни на Земле. Понятия не имею, как именно это происходит, но через сутки там у вас ничего живого уже не останется! – Лисицин умолял, угрожал, требовал и высылал историю наблюдений с орбиты за прошлые дни, чтобы доказать свою правоту, но ни одного человека в ЦУП так и не убедил, а их с той стороны сменилось ещё немало, пока разгорался скандал, а он тщетно пытался достучаться хоть до кого-нибудь. В журналах просто ничего не было про конец света.

Манёвр уклонения прошёл в штатном режиме.

Оставался только один выход – в следующий раз попробовать помешать метеороиду корпусом самой станции. Идея добротная – если позволить им столкнуться, то будет взрыв, ведь горючего и окислителя здесь – хоть отбавляй.

Лисицин передал Ане коды доступа к ручному управлению станцией – тот, кто будет здесь завтра, должен перевести всё в автономный режим и отказаться от манёвра уклонения.

Не думал, что в людях может барахлить функция самосохранения, а вот поди же ты.

Глеб и Аня, не отрываясь, смотрели на Землю, погрузившуюся во мрак.

– Центр вызывает Станцию-13, ответьте.

Осталась Аня. Глаза её покраснели от недосыпа, а лицо слегка посерело и выглядело помятым, но она сразу ответила, когда планета ожила.

– На связи инженер Аня Завьялова. У меня для вас сообщение, и мне всё равно, что вы там подумаете, но манёвра уклонения сегодня не будет. Пожалуйста, дайте мне поговорить с мужем и дочкой, они должны быть дома сейчас. Это очень срочно.

Аня хмуро отклонила входящую загрузку и переключила станцию в автономный режим, оставив ЦУП возможность использовать лишь канал видео-связи.