Читаем Кошка Шредингера онлайн бесплатно
Тулянская Ю.
Кошка Шредингера
Я лениво стучала по клавишам, пользуясь возможностью немного расслабиться. Я не хожу по веб-чатам, но iRC - дело другое. На старом добром канале был только один человек, которого я знала давным-давно, и мы беспечно трещали о том о сем. В частности, обоих беспокоила осень. Она вот уже месяц как совершенно откровенно свирепствовала в нашем городе (а мы на этом канале все из одного города), навевая экзистенциальную грусть.
- Хожу по скверу, - выстукивала я, - под ногами желтые листья, над головой бледное небо, - думаю об упущенных возможностях...
- Та же фигня, - элегически выводил на экран мой собеседник.
Слово "фигня" он писал несколько иначе, чем я сейчас, оно начиналось у него на другую букву, и после буквы шло два характерных символа - "собачка" и знак процента. В таком виде слово "фигня" выглядело особенно выразительным и поэтичным.
Оба мы понимали, что осень - штука такая. Не всякий осознает скрытые в ней механизмы, но завести она может человека довольно далеко.
- Думаю обо всех, кем я не стала. Мне кажется, что они все, - те, кем я обещала стать, но не стала и не стану никогда... все где-то рядом со мной, - стучала я.
- Та же фигня, - соглашался собеседник, являя полное единодушие.
Я вдохновенно стучала дальше (ибо к тому времени основательно наболело).
- А вот еще бывает, взял ты билет на поезд. И едет он по намеченному маршруту, и на стене висит расписание, в котором черным по белому написано: такая-то станция - тогда-то, стоянка столько-то минут. И встречается на пути полустанок с бабушками, продающими снедь, и Гусь-Хрустальный, где можно купить кофейный сервиз, люстру, вазу и что угодно, и все заранее ясно, и тебе действительно реально надо туда, куда этот поезд едет. Ты спокойно пьешь чай, зная, что через два часа будет Муром, а потом за окном раскинется такой-то ландшафт. Тебе хорошо. У тебя есть цель и пункт назначения.
И вдруг какая-то зараза переводит стрелку. Да так переводит, что состав несется как псих совсем в другую сторону, - туда, где нет ни Гуся-Хрустального, ни знакомых ландшафтов, ни бабушек с пирожками, ни вообще остановок. Он несется сквозь незнакомые места, и ты понимаешь, что сейчас 9.00, и должна, должна по тому, уже недействительному для тебя расписанию, быть такая-то станция, а ее нет. Ее вообще нет на этом маршруте следования, ее никогда тут не было и не будет. Она осталась там. Нового расписания на стену не повесили, а старое уже неактуально. И пункт назначения остался там, а новый пункт назначения неизвестен. Может, его никакого и нет. Может, рельсы этой ветки, пройдя через тайгу и тундру, кончаются у кромки северного ледовитого океана, и дальше простираются необъятные ледяные просторы, и ты можешь только повторить в обратную сторону подвиг Фредерика Кука и Роберта Пири*. Только тебе не повезет, и первый же полярный медведь будет очень доволен ужином.
Или есть вариант сесть на берегу и ждать погоды.
Которой так и не будет.
А может, поезд сделает непонятный, почти незаметный поворот и пойдет на юг, и вывезет тебя к побережью Средиземного моря, где пальмы и мимозы.
Только это вряд ли, вон за окном, кажется, мелькает все более низкорослый лес, и вот уже тундра...
Главное, что ты помнишь все станции. Ты наизусть выучил устаревшее расписание.
И теперь, когда поезд несет тебя сквозь пожарища, болота, мимо зловещих адских факелов ТЭЦ, мимо жутких промышленных городов, и нет ни одного знакомого названия, ни одной знакомой платформы, и не с чем сверить маршрут, - ты думаешь: а вот сейчас бы я был там-то!...
А где-то в параллельной Вселенной, там, где никакой гад не перевел стрелку, несется твой поезд, и ты в нем, и сейчас тот ты подъезжаешь, должно быть, к запланированной и давно ожидаемой станции, указанной в расписании. Ты этого никогда не узнаешь.
Написав все это, я окинула экран удовлетворенным взглядом. Собеседник на том конце провода вчитался в мои далеко не скупые строки, видимо, порадовался моей способности образно мыслить и меланхолично вывел: "Та же фигня!".
Тут меня выкинуло с канала, и мой провайдер показал себя во всей красе - подконнектиться было уже больше нереально, и после трех-десяти попыток я оставила это бесполезное занятие.
Наутро собеседник из МИРКа позвонил мне на работу (на работе нам не разрешают сидеть в Инете за счет фирмы, поэтому связаться в аське или МИРКе мы не могли). В отличие от нас, людям из той конторы, где работал мой приятель, все эти блага были доступны в течение дня и на халяву, чем он и пользовался весь рабочий день весьма активно.
- Ир, короче, я лог вчерашнего чата переслал тут одной... Она заинтересовалась. Пишешь ты хорошо.
- Зачем еще? - спросила я.
- Да так... Она занимается проблемами этими. Пригласил ее к нам на канал, ты не возражаешь? Она очень заинтересовалась. Ничего?
- Да мне в общем-то все равно, - ответила я.
Через десять минут я об этом разговоре забыла.
Вечером я открыла, как всегда, кучу окон в Интернете, и среди прочего зашла в МИРК.
На канале никого не было, и я оставила окно открытым, дожидаясь кого-нибудь. Минут через десять я проверила, что там у нас в МИРКе. К своему удивлению, я увидела, что на канале, кроме меня, висит некий новый ник: Koshka_Shre.
- Ты кто? - спросила я, думая, что это кто-то из знакомых.
- Ты Airin? - в свою очередь спросила (спросил, спросило) Koshka_Shre.
- Я-то Айрин, а вот ты кто? - невежливо отозвалась я.
- Кошка Шредингера, - ответили мне.
- А кто такой Шредингер? - заинтересовалась я. - Надеюсь, он хорошо обращается с домашними любимцами?
- LOL, - ответила Кошка.
- Или это что-то типа Собаки Павлова? - продолжала стебаться я.
- Пожалуй, вот это ближе, - согласилась Кошка Шре.
К стыду моему, я действительно не знала, что такое Кошка Шредингера. Могу я чего-то в этом гребаном мире вообще не знать?
- Айрин, - сказала Кошка. - Дай аську. Надо поговорить...
Я кинула Кошке в приват номер моей аськи и отключила МИРК.
Мало ли о чем Кошке надо поговорить? Я люблю животных...
Дальнейший диалог происходил в аське. Из уважения к тем, кто будет это читать, и кто не знаком со спецификой виртуального диалога, я не буду здесь ставить смайлики и придам диалогу характер обычного, хотя, как вы понимаете, изначально он выглядел несколько иначе по синтаксису и орфографии.
- Я читала твои мысли об упущенных возможностях и разных вариантах событий, - не успев толком авторизоваться, кинула мне сообщение Кошка.
- Ага, - согласилась я.
- Ты очень правильно все понимаешь, хотя и довольно стихийно.
- Как стихийно?
- Ты чувствуешь это интуитивно.
- Что именно?
- Цитирую: "А вот еще бывает, взял ты билет на поезд. И едет он по намеченному маршруту, и на стене висит расписание, в котором черным по белому написано: такая-то станция - тогда-то, стоянка столько-то минут"...
- Постой, это откуда?
- Мне дал Rif. Разве он тебе не говорил, что послал мне лог? Этот лог у меня сейчас открыт.
- Ах, да... Он сказал, что "послал одной". Ты же не предупредила, что ты и есть эта "одна".
- Забыла... Итак, цитирую дальше: "Вдруг какая-то зараза переводит стрелку. Нового расписания на стену не повесили, а старое уже неактуально".
- Ага, и что?
- Погоди, дальше самое главное. "А где-то в параллельной Вселенной, там, где никакой гад не перевел стрелку, несется твой поезд, и ты в нем, и сейчас тот ты подъезжаешь, должно быть, к запланированной и давно ожидаемой станции, указанной в расписании. Ты этого никогда не узнаешь".
- Да... я об этом много думала.
- Так я тебе хочу сказать: это все так и есть.
- ?
- Действительно твой поезд в параллельной Вселенной несется сейчас по старому расписанию, как ты говоришь. Хотя это не совсем точно на самом деле. Это не Вселенная... Люди привыкли слово "параллельная" сразу связывать со "Вселенной".
- Ага, а еще есть параллельные прямые...
- Не суть. Суть в том, как пересесть в нужный поезд, ведь правда? И как сбежать с маршрута, где вокруг - только жуткие промышленные города и адские зловещие факелы ТЭЦ? Или еще хуже - с маршрута, который скоро окончится тупиком? Темным тоннелем, в конце которого нет света? Потому что стрелки переводятся каждый день, и более того - каждый миг. Как тебе это?
- Мне это... ну, страшно.
Пока мы говорили, я открыла окно ее личной информации. Там, мягко говоря, было не густо. "Мертва наполовину", было написано в разделе, где полагается быть сведениями о личности юзера. Ник ее и в аське был Кошка Шре. Сейчас можно писать ники кириллицей.
- Так о чем ты хотела поговорить? - спросила я.
- О поездах, стрелках и параллельных путях.
- Конкретнее...
- Могу помочь.
- Да в чем?!
- Управлять поездом. Помнишь Макара**?
Один говорил - куда хотим, туда едем, и можем, если надо свернуть;
Другой говорил, что поезд проедет лишь там, где проложен путь...
Ну и так далее... Избежать перевода стрелок... Тупиков, темных тоннелей...
- Хватит, может быть, уже? - мне стало порядком надоедать это философствование. - Ты что, ведьма, магичка?
- Нет...
- Ну а зачем тогда все это говорить?
- Я действительно могу помочь. Ты мне не веришь?
- Нет, конечно.
- Зря. Твой поезд подъезжает сейчас к такому... узлу, развязке... И лучше бы тебе не прозевать, когда опять переведут стрелку! Образно говоря, конечно, но мне твоя образная система понравилась. Я ее решила использовать.
- А какой образной системой ты пользовалась до этого? - спросила я.
Мне, естественно, стало не по себе от упоминания об очередном переводе стрелки.
- Своей, - захихикала она (по крайней мере, смайлик свидетельствовал о том, что она захихикала).
- А в твоей образной системе как обозначается то, что ты называешь теперь "стрелка"?
- В моей... ну, я это называла "переключение". Щелк! И включилась другая программа.
- А кто включает?
- Да кто угодно. Обстоятельства. Выбор. Иногда - внешние факторы. Чаще всего "гад, который перевел стрелку" - сам человек. Ты, я... Причем мы это делаем совершенно неосознанно и потом говорим: "какой-то гад"...
- Все это, конечно, очень интересно, но тут мы бессильны что-либо изменить, - сказала я ей, чтобы, наконец, отделаться.
Тема была для меня слишком близкой и болезненной, чтобы еще раз перемалывать ее со случайной знакомой.
Почему-то еще в достаточно раннем возрасте я представляла, нет, знала, что буду старой. Я уверена, что никто из моих ровесников тогда об этом не задумывался: возраст сорок-сорок пять лет казался порогом, за которым люди уже не живут, - так, доживают, в лучшем случае. Я же знала о собственной будущей старости всегда и втайне надеялась, что, может быть, за то, что я уже заранее много раз пережила ее в предвидении, в разнообразных вариантах болезни и одиночества, даже нищеты, - за это мне Кто-то-Там-Наверху пошлет хотя бы спокойную и счастливую старость (насколько она вообще может быть таковой).
Случались у меня другие предчувствия, когда я заранее видела и представляла, кем могу стать. Проходили годы, я не становилась ни этим, ни тем, но все образы, все так и не сбывшиеся варианты моей судьбы оставались мне дороги, как будто еще ждали меня где-то.
Уже закончив университет и даже основательно забыв все, что я там постигла, я часто ловила себя на мысли: "Когда я буду учиться на таком-то факультете..." На том, на который на самом деле я не пошла, выбрав в свое время другой.
Умом я прекрасно понимала, что учиться я больше никогда не буду. Нельзя учиться на всех факультетах зараз, нельзя стать одновременно художником, музыкантом, математиком, писателем, ученым, оставаясь при этом всегда молодой, вечно влюбленной, вечно ожидающей того, единственного, и вечно встречающей его, и - и еще не забыть стать счастливой матерью. Я все еще ловила себя на мысли-чувстве-состоянии: "Когда у меня будут дети..."
Теперь, к моим двадцати девяти годам, я точно знала, что детей у меня не будет: неожиданная беременность, случайная инфекция, неудачная операция... Не хочу говорить подробнее, но вот уж точно, "какой-то гад перевел стрелку". И при этом постоянное ожидание какого-то (теперь уже точно не моего) будущего, где у меня будут свои дети, меня не покидало.
И я так запуталась во всех этих чужих-своих будущих и несбывшихся настоящих, что порой, особенно осенью, меня просто охватывала непонятная ностальгия о том, чего никогда не было и не будет, но что должно было быть.
Невозможным было еще одно: одновременно ожидать будущего и жить в нем. А ведь ожидание будущего - это и есть счастье. Если бы можно было всегда находиться перед какими-то событиями, чтобы они оставались у тебя впереди, и при этом проживать их, и при этом проживать их все сразу; и к тому же еще предвидеть те повороты судьбы, которые эти события от нас отрезают...
Счастливее всего я была (я имею в виду более-менее взрослую жизнь, конечно) тогда, когда окончила школу и познакомилась со своим первым мальчиком. Это произошло почти одновременно. Передо мной расстилалось бесконечное море будущих. Выбор специальности, любовь, семья, друзья - да тут кто угодно ошалеет от счастья. Потом я поступила в университет и уже на первом курсе поняла, что сделала глупость. Специальность была мне не интересна. Мальчик оказался не то чтобы козлом, - просто уже через два месяца сменил меня на другую девочку, а я нашла себе другого мальчика. Подруги оказались частично высокомерными, частично коварными, частично назойливыми, друзья - ненадежными, здоровье - таким же ненадежным, как друзья, и через два года после школы будущих у меня было меньше, наверное, уже наполовину, а счастья меньше раз в пятнадцать. К окончанию универа будущих осталось считанные единицы, а счастья было совсем мало - как мелочи на проезд за три дня до зарплаты. И вот теперь, боюсь, будущее у меня всего одно (я имею в виду такое будущее, о котором вообще стоит думать), а счастья, объективно говоря, нет. Разве что кто-то еще раз, по-доброму так, переведет стрелку.
Рассуждать об этом было совершенно бессмысленно. Я рассматривала все это как одну из моих блажей, странностей, вывихов одинокой старой девы... Впрочем "старой" и "девы" - условно, конечно. "Старая дева" - это устойчивое словосочетание, не имеющее подчас отношения ни к старости, ни к девству. Как "морская свинка" не имеет отношения ни к свиньям, ни к морю. А вот одиночество - оно реально. Это слово в характеристике моей судьбы и моего статуса означало именно то, что и в словаре Ожегова.
В общем, Кошка Шредингера задела меня за живое. Тем, что очередной раз растравила душу, и как всегда - неконструктивно. Я сама себе ее могу так растравить, что и делаю регулярно.
Однако, задумавшись, я не сразу заметила, что свернутое на панель управления окно диалога с Кошкой уже давно лихорадочно мигает желтым: она мне ответила, и, наверное, не один раз. Открыв диалог, я прочитала:
- Это вы бессильны. Я до тебя уже полчаса пытаюсь донести, что есть возможность овладеть всем этим. Не прикидывайся глупее, чем ты есть, и не делай вид, что никогда так не думала.
- Иди ты на... - и я написала первый слог того слова, которым мой флегматичный собеседник из МИРКа имел обыкновение заменять слово "фигня".
- Нда... А еще интеллигентная девушка, - хихикнула, судя, опять же, по смайлику, Кошка Шре.
