Читаем Корректировка. Гром онлайн бесплатно

Все события вымышлены, а совпадения случайны, кроме одного…

Посвящается моему сыну.

Пролог

Он умирал… Страшно и нестерпимо больно. Каждая клетка стонала, боль пульсировала и рвалась наружу, заслоняя собой все на свете. Мучительные волны не отступали и не останавливались, накатываясь снова и снова. Они ритмично пробивали израненное тело насквозь. Воин скрипел зубами во всю силу челюстных мышц, сжимая серебряный нательный крест. Побелевшие от напряжения пальцы вцепились в штурмовую винтовку, которую не посмели у него забрать. Жизнь уходила с каждым вздохом, с каждой прошедшей секундой, покидая измученное тело. Пять кусочков металла злобно вцепились в человека и терзали его, не оставляя шанса на жизнь.

Вокруг, словно рассерженные осы, жужжали пули и крошили штукатурку стен. Остервенело рвались гранаты и отчаянно кричали люди. Но он этого не слышал и не видел. Воин уходил…

Жизнь, как многоцветный калейдоскоп, пронеслась в его голове со скоростью падающего метеорита. Впереди появился огромный сгусток живой энергии, и он неумолимо тянул к себе. Неведомая сила оказалась необычайно приятной, но в то же время чувствовалась ее безграничная мощь и величие. Последним видением внезапно появился образ старца в белых одеждах, с длинными седыми волосами и бородой.

– Ты вернешься, – прошептал старик, приблизившись лицом к лицу воина. Его глаза на миг вспыхнули нестерпимо ярким серебром, а взгляд проник внутрь умирающего человека. Сказав нужные слова, старец мгновенно исчез. А вместе с ним пропал и огненный шар из чистой энергии. Через секунду умирающий мужчина закрыл глаза. Он погрузился в непроницаемую, таинственную и враждебную всему живому темноту…

1.

Свет – абсолютный источник жизни! Он обрушился на человека, обжег своим сиянием и оживил.

Воздух с шумом наполнил легкие, а кровь толчком рванула по венам. Мгновенно, едва начиная работу, мозг завалил сам себя вопросами.

Как? Кто? Почему?

Он знает себя и знает, что умирал. Дальше сплошной и непроглядный мрак…

Его зовут Максим. Фамилия звучит громко, и он гордился ей – Громов. Гром. Так все его называли. Друзья и враги. Люди, которые любят и уважают, а также те, кто боится и ненавидит.

В памяти туман и пустота, обрывки воспоминаний и фрагменты образов. Он помнит набор базовых знаний, что сохраняются сами глубоко в подсознании. Помнит некоторые имена, часть жизненных навыков и общей информации. А далее – глухой тупик…

Возвращаясь в реальность, Максим осмотрелся. Картинка оказалась расплывчатой, как в туманном мареве. Перед глазами все кружилось и не имело отчетливых линий. Повсюду белый фон, словно все вокруг густо залили молоком.

Немного приподнимая голову, Макс попытался сфокусировать взгляд на противоположной стене. После нескольких попыток ему это удалось. Первое, что он увидел, большое зеркало напротив. Далее две двери в белой стене и еще одна в соседней. Они тоже были белыми и не удивительно, что с первого раза он их не разглядел. Белые диван, кресло и белый ковер на белом полу. Стены из белого и шероховатого на вид материала. Единственным предметом другого цвета в комнате оказался стальной шар на высокой подставке. C места, где он лежал, рассмотреть материал, из которого сделан шар не получилось.

Возвращая взгляд к зеркалу, Максим замер. С расстояния в три метра на него смотрел мужчина в прекрасной физической форме, с необычным взглядом серых глаз.

Макс узнал себя, но на десять лет моложе.

Тот же ровный овал лица, немного острый подбородок и резко очерченные скулы, Прямой нос, средней полноты, постоянно поджатые губы и чуть прищуренные серые глаза. Пропала седина в темно-русых волосах, исчезли горбинки от переломов на носу, нет шрамов и мелких морщинок на лице. Тело подверглось невероятной трансформации. Он всегда подтянут, спортивен и никогда не имел видимых недостатков. Но сейчас его тело стало вершиной атлетизма. Без лишней массы, в идеальных пропорциях. Мечта античного скульптора. Не раскачанный стероидами культурист, а идеальный древнегреческий атлет.

Но самое удивительное отличие светилось в глазах. Обычного светло-серого цвета глаза изменились… Сейчас они сверкали ослепительным серебром. Металлический блеск то появлялся, то внезапно исчезал. С ним глаза приобретали хищный и вызывающе-пронзительный взгляд.

Его кардинально изменили и значительно улучшили.

Вытягивая в стороны руки, Макс поиграл мускулами. Плавно двигаясь под кожей, они безупречно повиновались, готовые к любой работе. Максим удовлетворенно улыбнулся, прилег обратно на подушку и глубоко задумался. Он помнил себя, свое имя, возраст, знал, что он профессиональный военный и все, далее полнейшее безмолвие. Еще он помнил, что умирал в последнем бою и на этом тишина памяти превращалась в полновесную глухоту. Действительность изрядно напрягала и вызывала беспокойство.

"Мне нужен тот, кто ответит на вопросы", – подумал Макс, опуская ноги с кровати на пол.

В тот момент, словно читая его мысли, в дверь вежливо постучали. Не дожидаясь ответа, она открылась, и в комнату вошли два человека. Приблизительно одного роста, похожие внешне, в одинаковых белых костюмах. Они встали рядом возле изголовья кровати.

– Здравствуйте, Максим. Я доктор Симонов. А это доктор Ваньченко. Мы пришли поговорить, – ровным голосом начал разговор один из "людей в белом".

– Привет, двое из ларца, одинаковых с лица, – приветствовал их Максим, первой пришедшей на ум фразой.

– Мы понимаем, что у вас масса вопросов, но сначала давайте поговорим о вашем самочувствии. Внешнем и внутреннем. Мы с коллегой крайне интересуемся тем и другим.

Не очень натурально улыбаясь, Симонов обнажил блистающие белизной зубы.

– Терапевт и психиатр? – неожиданно задал вопрос Максим.

Нужные слова пришли к нему сами, будто мозг нашел их глубоко в памяти. Максу ситуация не нравилась. Его глаза, независимо от хозяина, дали реакцию. Всего на миг они сверкнули полированной сталью.

– Вы видели? Сергей Сергеевич, вы видели? – Симонов схватил стоящего рядом коллегу за руку.

– Спокойнее, Петр Семенович. Видел и исключительно заинтересован данным моментом, – освобождая руку, неторопливо ответил доктор Ваньченко и потянулся в карман.

– Что так уставились? – за секунду вскипел Максим, и одним движением вскочил на ноги.

Он шагнул в сторону докторов и угрожающе над ними навис. Его глаза светились чистым обжигающим серебром. Доктора инстинктивно прижались друг к другу.

– Тише, тише Максим. Мы друзья и хотим помочь, – немного растягивая слова, заговорил Ваньченко, которого Максим определил, как психиатра.

– Кто сказал, что мне нужна помощь?

– Поверьте, нужна. Давайте мы вам, кое-что расскажем, а вы сами решите, нужна помощь или нет, – тихим голосом, успокаивая, произнес Симонов.

– Хорошо. Валяйте, – смирился Макс и плюхнулся в стоящее рядом кресло.

Доктора тут же дружно присели на диван напротив.

– Максим, мы не уполномочены отвечать на вопросы, которые не касаются вашего здоровья и психики. На них обязательно ответят, но немного позже. Поговорим о том, что касается исключительно нас, нашей сферы деятельности.

Ваньченко достал из кармана миниатюрный приборчик.

– Пожалуй, я ошибся, вы не терапевт, – Макс в упор посмотрел на Симонова. – Вы оба "доктора-мозголомы". Пришли посмотреть, на сколько я буйный.

Медики торопливо переглянулись и снова повернулись к Максиму.

– На чем основаны ваши выводы? – в свою очередь спросил улыбчивый Симонов.

– Посмотрите на меня… Я похож на Ахиллеса в его лучшей форме (имя греческого героя само собой выскочило откуда-то из далеких глубин памяти). Точно поработали высококлассные медики. Чувствую себя замечательно, как и выгляжу, мне даже зубы подправили. Небольшое головокружение прошло, я готов прямо сейчас разгрузить пару машин кирпича, если меня покормят. Отсюда вывод, что терапевт или еще кто-то по профилю не нужен, – скрещивая руки на груди, Макс усмехнулся.

– В логике вам не откажешь, – сдержанно заговорил Ваньченко. – Мы рады, что все хорошо складывается и вы в порядке. Не будете возражать, если мы перейдем к делу и проведем небольшой тест?

– Валяйте, – утвердительно кивая головой, Максим откинулся в кресле.

– Попрошу вас отвечать односложно, максимально быстро и не раздумывая, – попросил Симонов.

Ваньченко несколько раз ткнул в кнопки на приборе и, перекинувшись взглядом с коллегой, начал задавать вопросы.

– Ваше имя?

– Громов Максим Александрович.

– Возраст?

– 35.

– Место рождения?

– Не помню.

– Родственники?

– Не помню.

– Друзья?

– Не помню.

– Вид деятельности, профессия?

– Военный.

– Специализация?

– Не помню.

– Особые навыки?

– Не помню.

– Вы убивали когда-нибудь?

После вопроса Максим нахмурился, сверкая глазами, но сдержался, и ответил.

– Не помню.

– Головные боли?

– Нет.

– Головокружение?

– Нет.

– Расстройства зрения?

– Уже нет.

– Восемь умножить на семь?

– 56.

– Вы шокированы происходящим?

– Я бы сказал удивлен, – Максим напряженно улыбнулся.

– Ваше последнее воспоминание?

– Я умираю от полученных ран, и мне больно, – сосредотачиваясь на воспоминаниях, Макс сдвинул брови. Рассказывать о седом старце он не стал.

– Вы помните где?

– Нет.

– При каких обстоятельствах?

– Нет.

– Вы жалели о чем-то в жизни?

– Не помню.

– Вам хотелось что-то в ней изменить?

– Не знаю.

– Хорошо. Пока закончим.

– Пока? – по интонации голоса стало понятно, что Максиму не понравилось их “пока”.

– Понимаете, Максим, амнезия неполная, вы частично помните многие вещи, – Ваньченко неторопливо положил прибор в карман. – Мы с коллегой уверены, что память постепенно вернется, и поэтому нам придется встретиться еще.

– Даже не знаю, радоваться этому или нет, – потянулся и притворно зевнул Максим.

– Мы пойдем, а вас покормят и…

– Вторая хорошая новость за сегодня, – беспардонно перебил его Макс.

– И вам придется пообщаться с врачами еще, – закончил фразу Ваньченко.

– Вторая плохая новость за сегодня.

Максим встал с кресла, давая понять, что аудиенция завершена.

– До встречи. Отдыхайте, набирайтесь сил, – доктора двинулись к двери.

– Я не устал, – с вызовом в голосе высказался он им вслед.

«Близнецы» ему не понравились. В словах и движениях докторов присутствовало нечто боязливое и притворно-слащавое. Они его опасались.

За ушедшими "мозголомами" закрылась входная дверь, а Макс пошел посмотреть, что скрывается за двумя другими. Ничего выдающегося он не нашел, за одной дверью оказался туалет, а за другой ванная комната.

Решая принять душ, Максим шагнул внутрь. Он неспешно разделся и встал под широкую лейку, ища глазами переключатели воды. Их не оказалось.

"Что за шутки?" – подумал Максим, озадаченно вертя головой.

– Дайте воды! – громко закричал он в пустоту.

В тот же момент отпрыгнул в сторону, так как на него хлынул поток ледяной воды.

– А теплее нельзя? – вопрос прозвучал в воздух, никому.

Но вода пошла теплая, будто за ним внимательно наблюдали.

"Скорее всего голосовое управление", – догадался Макс через пару секунд.

После водных процедур он вернулся в комнату, а его взгляд снова устремился в зеркало.

Изменения впечатляли…

Из зеркала на него смотрел молодой, симпатичный мужчина со странным, тяжелым взглядом. Серебристый отблеск добавлял внутренней силы и агрессивной хищности. Цвет глаз менялся произвольно, сам по себе, что оставалось для Макса загадкой, ответ на которую он решил найти позднее.

Падая на пол, Максим с легкостью отжался пятьдесят раз, дыхание не сбилось, а руки даже не напряглись.

"Мне нравится", – подумал он мельком о своем измененном теле.

Тут его взгляд уперся в неприметную щель рядом с кроватью. Открывая встроенный шкаф-купе, Макс увидел висевшие на крючках белый махровый халат и белую пижаму.

"Здесь у кого-то маниакальная склонность к белому цвету", – с улыбкой подумал он, натягивая мягкий халат на себя.

– Самое время немного подкрепиться, – крикнул Максим в потолок, помня о душе.

Буквально через пару минут дверь открылась, и в комнату вошел мужчина в стерильно белом костюме. Он катил перед собой небольшой сервированный столик на колесах.

– У вас все делается так оперативно? – кинул в него вопросом Макс.

Но мужчина промолчал. Поставил столик у дивана, развернувшись, и спешно вышел.

– Рад познакомиться, – успел крикнуть ему вдогонку Максим.

Садясь на диван, он придвинул к себе столик и визуально оценил содержимое подноса на столе. Салат из овощей, большой кусок тушеного мяса с отварным рисом, два пирожка, стакан сока и маленький чайник с черным чаем.

"На вид вполне съедобно", – пробежала шустрая мысль.

Утолив голод, Максим прилег на кровать и заложил руки за голову. Не прошло и минуты, как раздался вежливый стук.

– Открыто, – нисколько не удивившись, произнес он в закрытую дверь.

В комнату вошла высокая, стройная женщина. Неизменно белый костюм, но под пиджаком выделялась блузка светло-серого цвета.

"Хоть какое-то цветовое новшество", – подумал Макс и сел на кровати, решая, что лежать в присутствии дамы неприлично.

– Здравствуйте, Максим. Я Ольга Владимировна Швецова. Ваш личный доктор.

На вид около тридцати с небольшим. Темные волосы, собранные в хвост, оттеняли очаровательные карие глаза. Чуть вздернутый вверх носик, красивые полные губы и слегка заостренные скулы. Заканчивала картинку, добавляя особой пикантности маленькая родинка над губой справа.

– Привет, доктор Ольга, – широко улыбаясь, ответил на приветствие Максим.

– Нам нужно пройти ряд тестов и сделать несколько анализов, – Ольга подняла глаза от планшета, и взгляды встретились.

В бездонных, темных колодцах Макс прочел интерес и заботу. Страха или неприязни он не увидел.

– Надо, так надо. Но у меня есть маленькое условие.

– Какое?

– После всех ваших опытов и бесчеловечных пыток, вы придете ко мне на ужин. Или обед, или завтрак, хотя приглашать женщину на завтрак вульгарно. Но я не знаю, сколько сейчас времени, и поэтому прошу меня простить, – пытаясь флиртовать, Максим чувствовал, что Ольга перебирает в голове варианты ответа.

– Я не против, – наконец решилась женщина, – Нужно спросить разрешения у руководства базы.

– Конечно, конечно, – улыбаясь, согласился Максим, отмечая для себя слово «база».

– Тогда пойдемте?

– После вас, – он протянул руку в направлении двери, пропуская Ольгу вперед.

"А вид сзади не менее шикарен", – мысленно отметил Макс, идя в полутора метрах позади.

Интерьер за дверью его не удивил. Белые стены и потолок из того-же материала, что и в комнате. Коридор уходил направо и налево, Ольга свернула налево.

– Для начала вам нужно пройти обследование, – останавливаясь перед одной из множества одинаковых дверей, Ольга повернулась к нему. – Вы заходите, я приду через час.

– Только обязательно возвращайся, – немного наглея перешел на ты Максим.

– Непременно вернусь, – ответила женщина и впервые улыбнулась в ответ.

Одарив его подбадривающей улыбкой, Ольга развернулась и ушла. Он открыл дверь и шагнул в царство медицинского стекла, неизвестных приборов, разноцветных лампочек и бесчисленных проводов.