Читаем Королевский размер онлайн бесплатно

Хэйдэн

ВРЕМЯ ПРИШЛО

Моё время пришло. Прошли месяцы ожидания, ожидания своего часа. Месяцы моей навязчивой идеи и наблюдения, как эта самая навязчивая идея обручается с другим мужчиной. Ничтожным мужчиной. Чёрт, даже не мужчиной по моим меркам, бл*ть, и, конечно, ни по чьим другим, кто имел дело с такой девушкой, как она.

Но сегодня всё закончится.

Сегодня вечером, её брачная ночь. Только свадьбы не будет, по крайней мере, у него.

Вы можете сказать, что это плохая идея, перебросить невесту через плечо в стиле пещерного человека и убежать с ней, особенно если это не ваша свадьба. Возможно, хуже, если настоящий жених – соперничающий король. Вы можете сказать всё это, и вы даже можете быть правы. Но тогда король Милтон Манефорд не должен был приглашать меня, не с ней в роли невесты.

Принцесса Калли Херст, из Арбора.

Моя зависимость. Моё наваждение. Моя навязчивая идея.

Полагаю, я не тот мужчина, с кем ей нужно иметь какие-либо отношения. Я могу быть Королём, но во мне нет ничего «джентльменского». Мои грубые руки хотели одного и только одного – удерживать её и никогда не отпускать.

Принцесса Калли. Моя Калли.

Я, конечно, знал кто она, прежде чем о ней объявил Милтон. Я уже заглядывался на неё, даже дольше положенного, скажем так. Но Милтон разбросался подарками и деньгами перед её бедствующими на то время родителями – королём и королевой Арбор. Он перехватил её, прежде чем я смог сделать свой собственный ход.

Я ненавидел его и раньше. Но после этого я захотел похоронить его за то, что он оказался рядом с таким ангелом, как она.

Блондинка, голубоглазая, такая нежная и хрупкая. Маленькая, с бёдрами, которые умоляли мои руки крепко сжать их и пригвоздить к кровати. Ноги, которые были созданы, чтобы обернуться вокруг моей талии, когда я их широко раздвину. Губы, предназначенные для того, чтобы стонать моё имя, когда я покажу ей, каким должен быть настоящий мужчина. Сладкая, ангельски красивая, и так чертовски невинна.

На самом деле очень невинна. Её никто не касался прежде. Даже её дерьмовый жених. Будучи надутым индюком, король Милтон был редкостным пи**аболом, особенно когда выпивал. Я это понял, когда несколько месяцев назад, за покерным столом, перебрав мартини, он начал хвастаться, что его новоиспеченная невеста девственница, и что скоро он обрюхатит её.

От мысли, что он положит на неё свои жирные грёбаные лапы, меня будто бросило в кипящую лаву. Но он этого не сделал. «До свадьбы ни-ни», как он поклялся за этой проклятой покерной игрой.

Черт, она заслужила гораздо лучшего, чем он. Она заслуживала быть королевой во всех смыслах, а не трофеем для стареющего, неряшливого куска дерьма, такого как Милтон. И эта милая маленькая роза между её бедер, заслуживает того, чтобы её сорвал мужчина, который знает, что он делает. Мужчина, который заставил бы её чувствовать то, о чём она никогда не мечтала.

Такой мужчина, как я. Не чертов Милтон.

Но, как я уже сказал, этого не произойдет. Уже нет. Не будет свадьбы, ни после того, как я украду у него красивую молодую невесту.

Мой член болел от одной мысли, чтобы перебросить её через плечо и убежать с ней. Мои яйца покалывали, а сперма кипела внутри, когда я представлял себе, что увезу её в свой замок и поставлю перед фактом, что она – моя королева и её место в моей кровати. Мой пульс ускорился, пока я стоял в коридоре у её комнат. Я знал, что она там, готовится к свадьбе, которую она боялась, с мужчиной, которого она не хотела.

И я собирался увести её от всего этого.

Я положил руку на дверную ручку её комнаты и вздрогнул. Хватит ждать. Пришло моё время. Я уже чувствую, как её ноги обхватывают мои бедра, и её стоны врезаются в мои уши.

Сегодня вечером она будет моей.

Хэйдэн

— О, Райли, ты вернулась, — она вздохнула, и её обнаженные, безупречные плечи поникли. Она была одета в белоснежное платье с кружевами, в котором её плечи оставались голыми и заставляли мой член жестко пульсировать.

Белая, чистая, безупречная. Сама картина невинности.

…Ненадолго.

Она снова вздохнула, глядя на свой телефон, когда начала поворачиваться.

— Эй, ты нашла…

Она ахнула, её лицо побелело в тон платья, на секунду, когда она увидела меня, стоящего в дверях её комнаты. Белый тон на щеках быстро сменился пунцовым, и её большие голубые глаза расширились, а челюсть едва ли не доставала до пола.

Она знала, кто я.

Большинство людей знали, кто я. Трудно было не знать короля шести футов пяти дюймов с широкими плечами и мускулами, особенно с татуировками и шрамами, такими как у меня. Видите, я мог бы быть властелином царства, но я был королем, который прошел через всю грязь, огонь и воду, чтобы стать тем, кем я являюсь. Никакая родословная не «дала» мне мою корону. Я заработал всё потом и кровью.

— Ва-Ваше Высочество, — быстро прошептала она, поспешно вставая и разглаживая платье. Она выглядела так, будто не знала, что делать со своими руками, находясь наедине с таким шкафом, как я. Чёрт возьми, мне потребовалась вся сила воли, чтобы не сгрести её в объятия, не напугав при этом.

— Принцесса, — прорычал я, закрывая за собой дверь, и мои глаза остановились на стоящей передо мной красоте. Однажды мы встретились на балу в честь её восемнадцатилетия в Арборе. Я вспомнил, как держал её за руку и наклонился, чтобы поцеловать её ладонь – мои губы сложились в жесткую линию, несмотря на то, что я жаждал попробовать гораздо больше её мягкой кожи. Я хотел пройтись языком по каждому дюйму. Я хотел вырваться из этого душного бала, в честь её дня рождения, утащить её в постель и показать ей, как настоящий мужчина сможет сделать из неё женщину.

Так или иначе, я сдержался. Больше я не повторю эту ошибку.

Я вспомнил, как она покраснела, когда её глаза зацепились за меня.

О, она вспомнила меня. Я уловил, как участился её пульс на шее, и то, как её щеки покраснели, а пальцы сцепились. Я зарычал, увидев, как её соски встали под чистой белой марлей её платья. Мой толстый член упёрся в брюки, как будто я какое-то животное, дикое и похотливое.

— Что… — она вытащила язык, чтобы облизнуть губы, её глаза быстро заморгали. — Ваше высочество, зачем Вы пришли сюда?

— За тобой.

— Не может быть, я имею в виду, Вы... — пробормотала она, прикусив губу, когда её глаза встретились с моими.

Медленно, я подошёл к ней, вслушиваясь в её дыхание. Я усмехнулся, её голодные глаза пожирали меня.

— Я могу делать, как мне нравится, принцесса, — промурлыкал я. – И сделаю.

Она снова сглотнула, губа все еще была зажата её зубками.

— У меня есть жених, — прошептала она.

Я усмехнулся.

— Не всё ли равно?

Она тихонько ахнула.

— Вас не должно быть…

— О, но я здесь, принцесса, — прорычал я. — И ты знаешь, почему я здесь.

Калли тихонько захныкала, щеки её стали ещё более розоватыми, глаза чуть расширились, а её сосочки встали, как маленькие камешки под её платьем.

— Вы не можете видеть невесту перед свадьбой, — прошептала она.

— Это не моя свадьба.

— Нет, но моя.

— Только если сможешь пойти на это, — прошипел я.

— Кто сказал, что я не пойду…

— Я, — прорычал я, хватая её. Калли покраснела, и я почувствовал, как она дрожит.

— Ваше высочество! – взмолилась она, широко распахнув голубые глаза. — Я…

Она захныкала, когда мои руки скользнули вокруг её талии и, сомкнувшись на спине, притянули прямо ко мне. Я застонал, наклонился, и мне понравилось, как остановилось её дыхание, когда я позволил своим губам воспарить над её устами.

— Я считаю до трёх, принцесса, — тихо сказал я, пульс зашкаливает, моя кожа, будто в огне, и каждый дюйм моего большого толстого члена пульсировал напротив передней части моего смокинга.

— И на три, я забираю то, что принадлежит мне.

Калли тихонько застонала.

— Если ты этого не хочешь, прикажи мне уйти, — прошипел я сквозь стиснутые зубы. — Но сделай это до трёх, потому что после этого я не остановлюсь, — я застонал, когда мои руки сжались на её милом маленьком теле, чувствуя, как пульсирует её кожа даже через платье.

— Я никогда не остановлюсь, когда дело касается тебя.

Калли сцепилась со мной взглядом.

— Один, — прорычал я.

— Ваше высочество!

— Два.

Она захныкала, её глаза закрылись, и готов поклясться, я увидел, как не детский огонь разгорается в этом омуте. Я чувствовал, как её кожа вибрирует от потребности, как её тело так тонко изогнулось, как будто она боролась со здравым смыслом.

Как я уже сказал, обратного пути нет.

И никогда не будет.

— Три.

Мои руки сжались, я подтянул её еще ближе к себе, и прижался к её губам.

...И целый мир остановился.

Калли

МЕНЯ БИЛА КРУПНАЯ ДРОЖЬ, каждый нерв в моем теле искрился, его близость испепеляла меня.

Он так близко.

Он. ОН. Прямо здесь, во плоти, стоит прямо передо мной, как живой сон или запретная фантазия, которая туманила мою голову месяцами. Незаконные, ужасные, грязные фантазии, которые не давали мне спать по ночам. Фантазии о мужчине, которого я представляла, когда

мне приходилось закрывать глаза, чтобы избежать реальности того, за кого я на самом деле выхожу замуж.

Но я очнулась, это был не сон, и он действительно стоял прямо передо мной, и эти пронзительные тёмные глаза пылали.

Король Хэйдэн Андерс.

Грубый, великолепный, немного страшный, в некотором смысле, но который посылал дрожь через моё тело и заставлял пылать между бёдер, чего не должно было быть. Король Хэйдэн не был похож на других – и уж конечно не на того, за кого я должна была выйти замуж.

Короли происходят из родословных, но не он. Не Хэйдэн. Когда его страна находилась в середине кровопролитной гражданской войны, он пробивался к вершине, воссоединял страну и в одиночку подталкивал её к миру и процветанию чистой железной волей.

Конечно, эти истории были легендой, и я слышала их десятки раз. Но тогда это были не единственные истории о короле Хэйдэне.

Я почувствовала, как моё лицо запылало при мысли о других историях, о которых, принцессы шептались друг с другом, хихикали и краснели. Потому что это были легенды не о способностях короля Хэйдэна, не о его некоролевских началах, о которых мы рассуждали с девочками перед сном. Это были не его татуировки, не его чеканная челюсть или его огромные мышцы, или факт, что он был великолепным, хотя мы, конечно, сплетничали и об этом.

Нет, легенда, которая заставила меня яростно покраснеть в первый раз, когда я это услышала, а затем начались первые грязные, порочные сны, была легендой между его ног.

... Король Хэйдэн был ОГРОМЕН.

Весь. Полностью.

Я чувствовала, как всё моё тело покалывало, пока мои глаза исследовали его мощную грудь и широкие плечи, и эту красивую, высеченную челюсть с его пронзительными темными глазами. Он был не просто крупным мужчиной, не так ли? Я имею в виду, что и ТАМ он тоже был огромен. Правильно?

Что, можно подумать, вы более опытны?

Я прикусила губу и сжала пальцы в кулак, впиваясь ногтями в ладонь, чтобы попытаться вырваться из грязных мыслей, проносившихся в моём сознании относительно стоящего передо мной мужчины, закрывшего нас наедине в моих палатах.

В день моей свадьбы.

Я вздрогнула, чувствуя, как моё сердце замерло, а соски затвердели маленькими бусинами под моим тонким, голубовато-белым платьем.

Меня не радовало то, на что я собиралась пойти. Только долг, который был горькой пилюлькой, которую нужно проглотить. Я имею в виду, король Милтон был ужасен. Он не трогал меня — слава Богу, но я знала, что этот момент настанет. В первую же ночь. Он долго говорил о том, как он собирается «сделать меня женщиной» после нашей свадьбы и как он собирается «спать» со мной.

Ужас.

Милтону перевалило за шестьдесят лет, и он был потный, старый и отвратительный. У него было три любовницы, о которых я уже знала, он пах как пережаренный бифштекс, а его дыхание было тошнотворным.

Но, он выплатил немалые долги моих родителей, и взамен потребовал приз.

Меня.

Мои родители были против этой идеи – особенно мама. Но я понимала, что это на благо моей семьи и Королевства Арбор.

Необходимо было принести жертвы, поэтому я обручилась с самым грубым королем в мире. Ну, или, по крайней мере, должна была.

Но когда король Хэйдэн подошёл ближе и вдохнул в меня жизнь, когда его руки скользнули по моей талии, чтобы притянуть меня к себе, заставив мою кожу плавиться, я уже не была так уверена в намеченных целях.

Я захныкала, когда моё тело вжалось в его, ладони прилипли к его груди, и моё сердце подскочило до самого горла. Я ахнула, чувствуя настойчивую хватку и жар в его глазах. И

когда его большое, твёрдое тело прижалось к моему, я почувствовала, как дрожь и средоточие желания, соединились между моими бёдрами.

И потом я почувствовала это. Я почувствовала, как что-то ГРОМАДНОЕ упирается в мой живот, и ахнула.

Это не могло быть реальностью, не так ли? Как такое возможно?

Моя голова закружилась, и мне показалось, что тепло комнаты запульсировало сквозь меня, когда он притянул меня к себе. Одна рука скользнула по задней части моего белого свадебного платья, скользнула в тщательно сложенные кудри моих светлых волос, запутываясь в них. Он потянул за них достаточно, чтобы заставить моё сердце биться, когда наклонил мою голову назад, и его глаза сверкнули.

— Я считаю до трёх, принцесса, — прорычал он, заставляя меня дрожать. Я чувствовала, как толстая выпуклость под его чёрным смокингом пульсирует напротив меня, превращая меня в лужу, и я потеряла себя в его глазах.

— На три, я беру то, что принадлежит мне.

Я застонала.

— Если ты этого не хочешь, прикажи мне уйти, — прошипел он, его челюсть сжалась. — Но сделай это до трёх, потому что после этого я не остановлюсь.

Его рука сжалась на моем теле, и я почувствовала, как мои бедра изогнулись, словно у них был собственный ум, или, как будто они были генетически запрограммированы на это.

— Я никогда не остановлюсь, когда дело касается тебя.

Мои широко открытые глаза захлопнулись.

— Один, — промурлыкал Хэйдэн.

Это было безумие, не так ли? Я полностью потеряла рассудок, верно? Я имею в виду, что Милтон был ужасен, но это был день моей свадьбы, а я здесь с великолепным, увлекательным, и обжигающим трусики горячим королем Андерсом на моих губах, обещающим украсть меня.

— Ваше высочество! — я заскулила.

— Два.

Я хныкала, но знала, что это уже закончилось. Я знала, что я уже его.

— Три.

Его губы пленили меня, и когда я почувствовала, что все моё тело растворилось в нем, я поняла, что уже потеряна. Блаженно, чудесно, не желая быть никогда найденной – потеряна.

Он медленно целовал меня, позволив мне прочувствовать каждую секунду, когда весь мир размылся вокруг меня. Моя кровь испепеляла меня изнутри, как огонь, моё тело болело, и когда я раскрыла губы для его языка, я больше не хотела, чтобы он останавливался.

Но он, словно скорый поезд, медленно останавливается, и, отодвинувшись, оставляет несколько дюймов между нашими губами. Его глаза вспыхивают еще ярче.