Читаем Королевский Ассасин онлайн бесплатно

Melissa de la Cruz

THE QUEEN’S ASSASSIN

Copyright © 2020 by Melissa de la Cruz

All rights reserved including the right of reproduction in whole or in part in any form. This edition published by arrangement with G.P. Putnam’s Sons, an imprint of Penguin Young Readers Group, a division of Penguin Random House LLC.

Jacket stock photography courtesy of Getty Images / Westend61 and Shutterstock

Cover design by Kristie Radwilowicz

© Е. Татищева, перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке. ООО Издательство «Эксмо», 2021

Давным-давно, когда все королевства Авантина были едины под крылом великой богини Деи и краем правила могучая династия Деллафиоре, там жил очень дурной человек по имени Фраз.

Хотя у него имелось собственное состояние, Фраз очень завидовал своему двоюродному брату, королю, происходившему по материнской линии из рода Деллафиоре и обладавшему намного большей магической силой. Эта зависть так разъела сердце и душу Фраза, что он убил короля и завладел королевской короной.

Захватив власть, он стер всякое упоминание о Деллафиоре, дабы в будущем история Авантина начиналась с него, короля Фраза I.

Но вместо того, чтобы завоевать людские сердца, он прославился как Король Тиран, ибо был жесток, подозрителен и одержим желанием прибрать к рукам всю магию.

Посулив своим приверженцам великие богатства и власть, Король Тиран создал многочисленное и могучее войско и повелел его воинам собрать все до единого оккультные и священные тексты, которые они смогут найти, – от рецептов зелий до магических книг и томов, в коих содержались тайные знания о черной магии и демонах. Из них его наиболее доверенные приближенные составили единую грамоту, которая стала известна как Деянские свитки и сделалась единственным источником сведений о магии, ее истории и применении.

Никто в королевстве не имел доступа к этим свиткам, кроме тех, кто их составлял и кто именовал себя афразианцами в честь своего короля. Благодаря им король Фраз познал секреты самой темной магии во вселенной и правил и как король, и как колдун. А орден афразианцев, его магических воинов, получил во владение замок Баэр и мог использовать его как угодно. И афразианцы создали из него аббатство.

Обычным людям было запрещено обращаться к магии, и особенно это относилось к знахаркам и ворожеям, которых почитали великой угрозой власти короля и его людей.

Храбрые ведуньи сберегли столько магических знаний, сколько смогли, и передавали их тайно. Так была основана Гильдия Очага. Поначалу эта Гильдия была просто-напросто тайной организацией, занимающейся сохранением повседневной и бытовой магии, и только позднее она превратилась в общество шпионов и ассасинов.

Оставшиеся Деллафиоре затаились. Утверждали, что их род угас. Они были забыты, как и легенды о магах и демонах.

За трехсотлетнее правление Короля Тирана было множество восстаний против его власти, а после его смерти произошла смута, в результате которой Авантин распался на несколько королевств, борющихся друг с другом за власть: на западе образовалась Реновия, на севере – Монтрис, на юге – Аргония, а на востоке – Ставин.

Аббатство Баэр находилось на западе, и, таким образом, монахи-афразианцы сделались подданными Реновии. Но, хотя им полагалось подчиняться своему королю или королеве, могущество ордена умножилось настолько, что его предводители начали относиться пренебрежительно к своим монархам и действовать по своему усмотрению, к тому же многие из них принадлежали к высшей знати. Афразианцы считали, что никто им не указ и они могут собирать десятину и вводить налоги по своему произволу. Ходили слухи, что это из-за них Реновия непрестанно воюет со своими соседями, ибо они продают магию тем, кто больше платит, и разжигают вражду, одновременно делая вид, будто они хранят верность короне.

Монахи-афразианцы несколько веков держали в своих руках Деянские свитки, скупо делясь с другими премудростью, которая была ведома им одним, и вынуждая всех остальных обращаться к ним за лечением любых физических и душевных недугов. Они притворялись послушными подданными своих государей, но на деле манипулировали ими по своему хотению.

Так продолжалось, пока потомок Короля Тирана король Эзбан не объехал свои земли и не обнаружил, как жестоко его подданные страдают от высоких налогов и духовного гнета. И тогда он решил, что магия и знания должны принадлежать всем, и поклялся раз и навсегда положить конец террору афразианцев.

Король Эзбан не продолжил линию правления своих предков и, вопреки мнению своих советников, решил не выходить из мирного договора и не нападать на Монтрис в отместку за их выступление против его молодой жены-монтрисианки. Вместо этого он объявил войну афразианцам и обрушился на аббатство Баэр. После продолжительной битвы войско короля одержало верх, но цена этой победы была высока. Король Эзбан сражался самоотверженно и отважно и погиб, отдав свою жизнь за свой народ.

Но, несмотря на его жертву, Деянские свитки так и не были найдены – они пропали вместе с последними представителями ордена афразианцев.

С тех пор вдова Эзбана, королева Лилиана, занимается поисками этих свитков. Они суть единственное собрание знаний о Деянской магии, если не считать тех премудростей, которые передавались Гильдией Очага, а также от матерей к дочерям.

Знания Гильдии являли собою лишь малую часть тех магических знаний, которые содержались в Деянских свитках, и без них королева и королевство Реновия остаются уязвимыми для угроз как из-за пределов страны, так и в ее границах.

Но королева переживает только о стране. Она пойдет на все, лишь бы отыскать свитки, ибо, только обретя их, она сможет защитить свою семью… и спасти свое королевство.

– Король умер! Да здравствует королева!

Первой это прокричала дряхлая старуха из деревни Нхаинне, стоящая, сгорбившись, в задних рядах толпы, опираясь левой рукой на потертую клюку. Подняв свободную руку, она показала скрюченным пальцем на дворец и закричала опять, на сей раз громче, хотя ее сиплый голос срывался:

– Король умер! Да здравствует королева!

Поначалу остальные боялись раньше времени говорить о смерти государя, поскольку при предыдущих монархах такие разговоры считались изменой, но старуха прожила слишком долго, чтобы бояться правды. Она подняла свою клюку, ударила ею об землю и возгласила опять так зычно, как только могла:

– Король умер! Да здравствует королева!

Следующим эти слова произнес маленький мальчик, затем их начали повторять другие люди, слова распространялись, набирали силу, словно ветер, перерастающий в ураган. Поначалу они звучали чуть слышно, затем их произнесли многие разом, и так продолжалось, пока все вокруг не начали кричать:

– Король умер! Да здравствует королева!

Это переросло в требование. Жители Реновии желали получить ответы.

Накануне вечером крестьяне высыпали навстречу войску Реновии – оставшимся его воинам, когда те брели по проселочной дороге, возвращаясь домой, оборванные и босые. Их плечи были сгорблены, несмотря на одержанную ими победу, многие помогали шагать своим товарищам, еще более потрепанным, чем они. Воины сообщили, что их любимый король, сражавшийся в битве бок о бок с ними против монахов-афразианцев, был убит.

Поэтому вскоре после рассвета реновианцы начали собираться на границе Виоллы Рузы, их становилось все больше и больше – все хотели услышать объявление. Солнце уже стояло высоко, но к ним так никто и не вышел. Несомненно, королевский дворец сделает официальное объвление, как происходило всегда, когда монарх умирал, или хотя бы намекнет, что слухи о его смерти верны – и что королевству ничего не грозит. Больше всего реновианцы опасались вторжения войска Монтриса, хотя никто не удивился бы и нападению со стороны Ставина или Аргонии. Всем было известно, что мирные договоры часто нарушаются.

Но люди были встречены молчанием. Белокаменные стены и зубчатые башенки дворца безмолвно и зловеще нависали над собравшимися реновианцами, а королевское знамя Реновии реяло на самом высоком из его шпилей еще долго после того, как солнце зашло за дворец, а затем и за горизонт. Его так и не приспустили. Никто не знал, как это понимать: то ли король Эзбан жив, то ли его жена просто не может принять его смерть. Или же ситуация и того хуже – и корону захватили афразианцы?

Наступил новый рассвет, но объявления так и не произошло. Однако вести о гибели короля и поражении афразианцев распространялись от города к городу, от деревни к деревне, и толпы вокруг дворца все росли, росли. Люди стояли перед его огромными чугунными воротами, они заполнили окружающие поля, ряды скорбящих разрастались, в них вливались сначала десятки людей, потом сотни. Одни прибывали верхом или на повозках, на которых ехали и члены их семей, и их соседи, другие приходили пешком. Они привязывали к дворцовым воротам белые и лиловые тряпицы и приносили из своих садов корзины свежесрезанных цветов – лилий для королевы и сирени для маленькой принцессы – и раскладывали букеты вокруг замка. Их король пожертвовал своей жизнью, чтобы они могли надеяться на лучшее будущее, свободное от гнета ордена афразианцев. И теперь все свои надежды они возлагали на королеву-регентшу и наследницу престола.