Читаем Корнеслов онлайн бесплатно

© Дмитрий Шелег, 2024

© Издательский дом «BookBox», 2024

Кинороман не претендует на достоверность, его герои и события являются вымышленными.

Кинороман призван пробудить интерес читателя к русскому языку, отличному от других языков своей способностью дать человеку образное мышление и развивать его духовность.

Само название книги, включающее в себя «Второй сезон», говорит о том, что она входит в состав киносериала и является продолжением киноромана «Первые и Вторые. Первый сезон. Медведь».

Задачей «Первого сезона» задуманного киносериала являлось донести до читателя саму идею – о многогранности русского языка, начиная с образов Буквицы и исходных слов.

Конечно же, вам желательно начать с «Первого сезона» киносериала, но вовсе не обязательно, потому что «Второй сезон» – это совсем другая история. История, которая отрывает еще одну грань русского языка – образование словарных ветвей от одного корня, причем не только исконно русских слов, но и множества европейских.

Молодой московский повеса Тихомир по настоянию отца-миллионера приезжает в отдаленную российскую глубинку, где влюбляется в очаровательную, но странную девушку Забаву.

Позже оказывается, что Забава является Первой – прямым потомком первых людей на Земле, сотворенных Богом как Творцом по своему замыслу, смыслом жизни которых является обретение высшего знания, которое откроет им замысел Творца. За Первыми испокон веков ведут охоту Вторые – вторые люди на Земле. Созданные Господом для своего промысла, они должны помешать Первым обрести высшие знания, уничтожив их и все древние знания для обретения мирового господства.

Не зная об этом, Тихомир сталкивается с реальной угрозой. И не только для себя, но и для своего сына, потому что Забава была убита Вторыми при рождении нового Первого.

Тихомир вынужден скрываться от Вторых, спасая себя и сына. Одновременно Вторые разыскивают древнюю реликвию Первых, способную дать им доступ к знаниям Высшего разума – информационному полю Вселенной.

Во время побега, в котором ему помогают простые русские люди, Тихомир открывает для себя новый мир – мир русской духовности и русской культуры, сохраняемые в народе. «Хранитель Первых» и старцы объясняют ему основы исходного русского языка. Будучи ранее совершенно далеким от реального мира, Тихомир начинает познавать все в сравнении. Беспрецедентные для него гонка и лишения, страх и радость, интриги и добродушие, убийства и спасения, загадки и ответы, предательство и отвага, а также внезапно нахлынувшие чувства к простой русской женщине – все это меняет мировоззрение Тихомира.

Почему кинороман?

Совмещение литературного текста с визуальностью кинематографа позволит вам более ярко воспринимать материал.

Вы сами себе можете быть и кинорежиссером, и художником-постановщиком, и кинооператором, рисуя в голове образы героев, окружающие их интерьеры и экстерьеры, их костюмы и сопутствующий реквизит…

Представляйте себе визуально каждую сцену каждого эпизода.

Ведь вы не только читаете по-русски, но и думаете по-русски, а значит, имеете образное мышление от самого рождения!

Для наилучшего визуального восприятия текст «Второго сезона», равно как и «Первого сезона», разбит «титрами-рамками», символизирующими экран «немого кино»:

титры – СЕРИЯ,

титры – ЭПИЗОД

и *** – сцены.

Но во «Втором сезоне» есть особенность, которая, по-моему, внесла определенную новизну. Появились еще одни «титры-рамки», текст которых обозначен курсивом – это «закадровый голос».

Пожалуйста, посмотрите пример рамки с «закадровым голосом» и представьте, что не кто иной, как диктор, для кого-то из вас с мужским голосом, а для кого-то из вас – с женским, дает пояснения:

Кроме этого, вы увидите, что некоторые фразы в эпизодах выделены «жирным шрифтом» – эти фразы характеризуют основную мысль этого эпизода или являются подсказкой при дальнейшем развитии событий в следующих.

На разворотах передней и задней обложек книги размещены план Великого Новгорода и карта окрестностей Старой Ладоги. На мой взгляд, это позволит вам лучше сориентироваться в эпизодах, описывающих путь героев.

Последняя страница книги даст вам представление о числе жертв инфекционных заболеваний, начиная с первых пандемий и до нашего времени.

Для сохранения интриги в описании истории киноромана использован киношный прием «отклонение в прошлое», и вам не просто будет разобраться, в какое время происходит действие. Поэтому есть еще одна подсказка – время и место действия легко отследить по монтажному листу – содержанию.

За иллюминатором клубились вспененные холодные облака.

В их просветах проглядывало тусклое утреннее предновогоднее солнце.

В глубоком удобном кресле сидел черноволосый мужчина с отметинами седины на висках. Он выглядел моложаво, но глаза выдавали в нем многое повидавшего человека.

Мужчина крутил в руках гвоздь «сотку» и раздумывал о чем-то.

К нему бесшумно подошла стюардесса с небольшим подносом:

– Тихомир Петрович! С добрым утром.

Мужчина улыбнулся ей в ответ.

Стюардесса поставила на небольшой столик заварник, чашку и блюдце с медом:

– Пожалуйста – отвар костянковского травяного сбора и алтайский мед. Все как вы любите.

Он с благодарностью кивнул.

Зная привычки Тихомира Петровича Медведя, уходя тихой поступью по мягчайшему персидскому ковру с высоким ворсом, она мимоходом включила телевизор.

Новостной канал Al Jazeera привлекал Тихомира Петровича минимальным присутствием рекламы при максимальном количестве репортажей, записанных вне студии – прямо с места событий. Кроме того, ему было интересно узнавать новости именно на арабском языке.

Но в этот раз новости были как раз из студии:

– …Вспышка заболеваемости от неизвестного вируса зафиксирована в Ухане…

Глаза Тихомира Петровича напряженно прищурились, а руки сами собой закрутили гвоздь в спираль.

Он нажал на кнопку громкой связи с пилотом:

– Илья. Запроси посадку в Шанхае. И пусть арендуют вертолет.

Когда реактивный двухмоторный Gulfstream G550 лег на крыло и круто развернулся на восток, Тихомир Петрович тихо и медленно сам себе сказал:

– И снова все повторяется…

Металл обшивки блеснул на червленом солнце.

– Только на той стороне реки семь храмов насчитала, – прошептала Марфа на самое ухо Тихомиру и в очередной раз перекрестилась, с восхищением глядя на высокую колокольню древней монастырской обители.

Посмотрев на левобережный монастырь, Тихомир задумчиво вспоминал образы, которые ему еще на Валдае объяснял слепой Старец Афанасий:

– Обитель, обитатель, обитать, обретать, обретение.

Они остановились возле уже знакомых ворот у некрашеного палисадника старого трехэтажного бревенчатого терема. Несмотря на частичный новодел, терем с приметной полигональной кладкой фундамента был как белая ворона среди своих соседей – двухэтажных отштукатуренных кирпичных «близнецов».