Читаем Коридор Времени онлайн бесплатно

Играть со временем опасно. Но правило изначального импульса было открыто не просто для заполнения теоретических пробелов в учебнике. Превратить в Сюжет четыреста шестнадцатый потенциал…

Аурелиус с нескрываемым интересом следил, как мокрый от дождя кустик вытянул из липкой земли длинные тонкие корни и пополз к стене. Не то что бы это казалось странным. Просто в Кальтиринте растительность обычно так себя не ведет. Погодите-ка…

Подплыв к ступенькам, ведущим из огромного мраморного бассейна с горячей водой, Аурелиус прислонился спиной к черному камню и уже не без напряжения продолжил наблюдение. Тем временем, кустик уверенно вскарабкался по отвесной плоскости на карниз и беспрепятственно влез через окно в императорские покои. Будто и не было преодолено никакой защиты… И у этого кустика была Сущность. Его, Аурелиуса, Сущность. Любопытно.

Одна комната, вторая, третья… Вот и он. Не медля ни секунды, кустик бросился к обнаженной спине и вонзил скользкие ветки между ребрами. Вместо боли Аурелиус почувствовал, как чужая Сущность… нет, часть его собственной, когда-то разорванной, вливается в густую, ярко-голубого цвета кровь. И все встало на свои места.

Забавно.

Довольно оригинально для памятки. Значит, пора вернуться в прошлое и замкнуть круг, задать изначальный импульс, повеселиться, в конце концов. Хотя, игры со временем… Последняя мысль до кустика была именно об этом. О страшном наркотике, притупляющем чувство меры, реальности, нападающем в самый неожиданный момент, действующем разрушительно и необратимо. Да…

Опустошенный кустик плюхнулся в воду. Аурелиус не спеша поднялся по широким ступенькам, на ходу закутываясь в возникающие из влажного воздуха белые просторные одежды. А ведь какое-то время назад он подумывал стать кустиком. Всего лишь мгновение, но заманчивый образ стоял у него перед глазами. Что ж, мечты сбываются.

Интересно, существует ли в этом сумасшедшем и не поддающемся никакой адекватной логике мире хотя бы один человек, которого до смерти не раздражают телефонные звонки с утра пораньше? Как знать, вполне может быть. Я, например, точно им не являюсь. Определенно.

С трудом разлепив левый глаз, я попыталась дотянуться рукой до противно звенящего телефона, но тот, как назло, оказался слишком далеко. Мысленно посылая современную цивилизацию и все ее многочисленные атрибуты куда-нибудь… в Сибирь (ну не пропадать же добру), я оторвала голову от подушки, но тупая пульсирующая боль, резко нахлынувшая буквально через мгновение, заставила меня отказаться от столь оптимистичного намерения пошевелиться. А, к чертям этот телефон! Кто бы ни пытался достучаться до меня в такую рань, он в любом случае подождет еще часик или два. В конце концов, случись что-то серьезное, мне позвонили бы на сотовый… Где он, кстати? Неважно.

Игнорируя надрывающийся аппарат, я закуталась в легкое шелковое покрывало с головой и попыталась вернуться к спящему состоянию.

Однако и телефон сдаваться не желал. Подарив мне тишину на несколько блаженных секунд, неизвестный вновь с не меньшей настойчивостью попытался довести мой мозг до стадии кипения. А, нет, еще лучше — до состояния чайника в плавильном цехе… пластмассового чайника.

Где-то на пятидесятом гудке я с проклятьем сбросила никак не защищающее от мерзких звуков покрывало и, зажмурившись от обрушившейся боли, сорвала телефонную трубку.

— Слушаю!

— И тебе доброго утра, Анечка, — отозвался приторно-сладкий женский голосок. На то, чтобы узнать его, мне потребовалось целых четыре секунды — мысли, обрадовавшиеся отсутствию контроля, вприпрыжку разбежались каждая по своим делам.

— Надеюсь, ты хорошо подумала, прежде чем…

— Что, прости? Какой-то хрип на линии.

Она еще и издевается.

— Юлька, мне плохо, я СПАТЬ хочу! — Жалобно протянула я. Плохо — это еще мягко сказано.

— А кому сейчас легко?

Ну, вот и вся женская солидарность. Ничего, память у меня хорошая.

— Кому-кому, — пробурчала я. — Ольге Сергеевной, конечно! Она-то всегда может позволить себе внеочередной выходной!

— О-о-о, приехали, — Юля, наконец, перестала разыгрывать из себя воплощение бессознательной вежливости, и из ее голоса исчезли все сахарные нотки. — Хотя, чего удивляться, с таким-то образом жизни тебе бы уже не мешало подумать о том, чтобы составить завещание на случай внезапной потери вменяемости. Или ты еще спишь? Какая еще Ольга Сергеевна?

— Что?! — Меня как током ударило, даже головная боль на миг отступила. Ольга Сергеевна — наша с Юлькой начальница… вот уже почти год, как ею являлась… Или это очередной коварный сон, один из тех, что невозможно отличить от реальности. Я с ума схожу?

— Да шучу, Анька! — Хихикнула Юля.

А, ну да, конечно.

— Вот дура! Делать больше нечего? — Новая волна боли заставила схватиться за голову. Надеюсь, череп не треснет, поддавшись давлению изнутри. В гробу это будет смотреться не очень-то эстетично.

— Ну, не обижайся.

— Ага, а ты в курсе, что раньше за такие шутки на площади вздергивали и на кострах сжигали. Эх, были времена…

— Да ну тебя! — Расхохоталась Юлька, хотя ничего особенно веселого я в своей реплике не нашла. — Утро добрым не бывает, да? Я, вообще-то, по делу звоню. Не знаю, интересно ли тебе, но сегодня у нас собрание по итогам месяца в 13.00, ты помнишь про него?

— Какое еще собрание?! — Возмутилась я. — Знать ничего не хочу. У меня на сегодня официально взят отгул. Точка. Все, пока, я спать.

— Стой, стой! Я про отгул твой помню, поэтому и звоню! Ольга Сергеевна сказала, что должны присутствовать все, а ты — в первую очередь.

— Ну что ей опять от меня надо, а? — Перспектива общения с начальством меня, мягко скажем, не радовала. — Я же все долги сдала на прошлой неделе.

— Тебе лучше знать, — Юлька перешла на шепот — Лучше не опаздывай, настроение у нашей Рептилии сегодня на редкость отвратительное.

— Можно подумать, оно у нее когда-нибудь бывает хорошим.

— О чем и речь!

Я промолчала. Если это только начало дня, несложно представить, каким будет его завершение. А встреча с начальницей, которая не просто так заработала свое нечеловеческое прозвище, вообще не сулит ничего хорошего. Мда, перспективы намечаются, однако…

— Слушай, Ань, мне пора, а то Рептилия увидит, что я на телефоне…

Договаривать не было необходимости — суровое и не в пример бдительное начальство жестоко карало за любое нарушение дисциплины во время рабочего процесса. Пару раз лишившись премии, невольно отказываешься от мысли побездельничать, пока «никто не стоит за спиной».

— Ольга Сергеевна в своем репертуаре, — пробормотала я коротким гудкам.

Зашвырнув трубку на кресло, я рывком поднялась на ноги. Голова на подобное святотатство отреагировала очередной волной боли, так что захотелось немного побиться лбом о стенку… Вдруг поможет?

Отогнав соблазнительную, но явно мазохистскую мысль, я твердо решила привести себя в относительно трудоспособное состояние, поэтому для начала отправилась на кухню.

В холодильнике одиноко стоял открытый со вчерашнего дня двухлитровый пакет апельсинового сока. Сделав несколько жадных глотков, я подошла к окну и отдернула плотные кремового цвета занавески. Слепящие лучи солнца заставили меня зажмуриться на несколько секунд, и только после этого я смогла открыть глаза.

На не слишком чистом оконном стекле висел прикрепленный скотчем листок бумаги, на котором было что-то нацарапано гелевой ручкой. Недолго думая, я отцепила записку и принялась читать:

Ха, варенье. Я что, Карлсон? Но если подумать…

Несмотря на головную боль, я не смогла не улыбнуться. Артем — мой лучший друг, а по совместительству еще и сосед — вчера отмечал свой день рождения: примерно с 19 часов и до самого утра стены дома тестировались на прочность, спасибо новым колонкам. Как-никак, двадцать лет — круглая дата! И отпраздновали мы ее подобающим образом. А-а, это солнце, чтоб ему утопиться!

Бросив записку на стол, я начала искать аптечку. Заветная коробочка отыскалась почему-то в ящике с рулонами одноразовых пакетов (интересно, из каких соображений я ее туда поместила?), которые тут же покатились в разные стороны. Как и обещал Артем, аспирин нашелся моментально. Так же быстро обнаружилась и ручка. Да Артем святой! Иначе за таблетками можно было снаряжать экспедицию, потому что обычно они у меня лежат где угодно, но только не в аптечке!

Так, с головной болью проблема почти решена, остался самый важный на сегодняшний день вопрос: идти или не идти на работу. Мда, Гамлету такое и в самом кошмарном сне не привидится. Повезло ж ему. «И живые позавидуют мертвым…»

Убрав остатки сока в холодильник, я оперлась на широкий подоконник, отодвинув крошечный кактус — единственный цветок, способный выжить в моей квартире, и усилием воли активизировала отчаянно сопротивляющуюся мыслительную деятельность.

На одной чаше весов — моя работа: теоретически, если пропущу собрание (опять), могу ее потерять, тем самым лишившись последних средств к существованию, чего крайне желательно не допускать. Но на другой — всемогущая лень и все еще не проходящая головная боль. Кроме того, сегодня у меня заслуженный выходной.

Где-то в глубине души понимая, что работа рано или поздно победит в этой неравной борьбе, я бросила взгляд на часы.

На какое-то мгновение я забыла про дыхание, а по спине пробежал холодок: на электронном циферблате, как приговор, горели цифры 12.45. А собрание назначено на 13.00! О…

Остатки сна улетучились мгновенно. Я со всех ног кинулась умываться, надевая попутно джинсы, вовремя подвернувшиеся под руку. Ох, чувствовала же, не мой сегодня день! Плеснув немного воды себе в лицо, я пробежалась по комнатам, собирая сначала разбросанные повсюду документы с работы, затем деньги, ключи.

Пинком захлопнув дверь своей квартиры, я пулей миновала четыре этажа, не дожидаясь лифта, и едва не столкнула какого-то мальчишку. Надеюсь, выгляжу не слишком ужасно — главное, чтобы прохожие не кидались прочь врассыпную. Вполне успешно преодолев несколько десятков метров, я, наконец, спустилась в подземку. Только в вагоне, переполненном пассажирами, я вздохнула спокойно. У меня было ровно двадцать минут, для того чтобы придумать достойное оправдание для начальницы. Ольга Сергеевна — женщина строгая, опозданий не любит больше, чем я — тараканов. Если не прибуду вовремя, мне, как минимум, грозит строгий выговор. А, как максимум, не хочется даже представлять — боюсь, несовместимость инквизиторских пыток и прав человека эту женщину не остановит…

Конечно, мне еще повезло. В девятнадцать лет найти приличную работу без высшего образования очень непросто. Но судьба — вещь непредсказуемая, да еще и не лишенная чувства юмора, склонного по непонятным причинам плавно переходить в садизм чистой воды.

Как-то раз мы с Артемом решили подработать частным дизайном, а Ольга Сергеевна, по загадочной и непостижимой воле Космоса задумала в это время сделать ремонт. В двух словах, нашей Рептилии понравились мои проекты настолько, что теперь я работаю в неплохой фирме, занимающейся не самым дорогим антиквариатом, а потому еще и специализирующейся в области разведения и продажи редких аквариумных декоративных рыбок. Такое трогательное сочетание, не правда ли?

Так как профессионального образования у меня нет, а в институте я продержалась всего два курса, официально вся моя работа заключалась в организации документов и архивов фирмы, но чаще были нужны именно дизайнерские идеи. Или просто направляли проследить за доставками особо ценных предметов, когда требовалось личное сопровождение, а отрывать от работы «занятый» персонал было накладно. Вот я и стала этаким разнорабочим в офисном варианте. Тоже неплохо, с моей-то мотивацией.

Зарплата, по сути, небольшая, но мне этих денег вполне хватает — я вовсе не тот тип людей, которые своими потребностями ставят под большой вопрос собственные же возможности. Не голодаю — уже хорошо, на подарки и редкие вылазки в кафе финансов хватает — вообще замечательно. Да здравствует здоровый минимализм!

Когда я подходила, а если точнее, подбегала к зданию, в котором располагалась наша небольшая по численности сотрудников фирма, смотреть на часы стало слишком страшно. Еще хорошо, что униформу вводить не стали, как это обычно любят делать для «престижа» — я представила себя, рассекающую тротуар в не слишком длинной юбке, сбивающейся от стремительного шага, в съехавшем набок пиджаке, похожем из-за ветра на стильную, но все-таки медузу, а в довершение всего — растрепанные волосы… В общем, зрелище явно не для слабонервных.

Кстати, о нервах. Если доживу до отпуска и не попаду в кресло к психиатру (психологу в данном случае осталось бы только покачать головой и закурить), можно смело называть себя «очень везучим человеком»! Ведь уже далеко не в первый раз я бегу на работу с экстремально малым запасом времени, что вовсе не укрепляет мою психику. А об остальном я и вовсе предпочту умолчать.

У вахты никого не было, хотя в этом же здании располагалась преуспевающая туристическая фирма. Времени выяснять причину отсутствия охранника не было, поэтому я сразу направилась к лестнице (видимо, проектировщики дома решили то ли не утруждать себя включением в план лифтов, то ли «позаботиться» о физическом здоровье его жителей). Ну и жара, опять кондиционер в вестибюле барахлит?

Сейчас практически все зависело от настроения Ольги Сергеевны: я могу отделаться выговором за опоздание или вылететь с работы в несколько секунд — сразу же найдутся другие «проступки», возникшие из головы начальницы также неожиданно, как пустеет кошелек в торговом центре…

Глубоко вздохнув, я постучала в дверь, находящуюся возле лестничного пролета, и вошла в помещение.