Читаем Контент онлайн бесплатно

-Ох, Денни, малышка, ты не сечешь за стиль.

Денвила передернуло от этих слов, как и от нового облика Сюрова. Некогда адекватный мужик, теперь сам испытывал все будущие тренды, которые обсуждались на заседаниях их маркетингового отдела. Сюров был сослан несколько лет назад из отдела логистики, теперь его терпели тут, если бы его отец, по социальному контракту, не был директором отдела размещения рекламы, ах, если бы…

Денвил обвел взглядом свою команду, Сюров, одетый в строгий мужской костюм, прошлого столетия, с макияжем на лице, безуспешно пытающийся заплести сам себе косу из нарощенных волос. Лью, милая азиатская бабуля, с шикарной фигурой молодой девушки, обтянутое красным ципао, но дряблой шеей и опухшим лицом старухи. Ее внук, Григорий, человек больше похожий на медведя, бородатый, неотесанный детина, который занимался развитием новых каналов рекламы, хотя это было громко сказано.

– Сюров, ты ужасен. С таким лицом, пропитым как у тебя, тебе в эстетах делать не чего. Корпорация зря тратит деньги на твое содержание.

Лью взглянула оценивающе на Денвила, подвинула к Григорию пирожки, испеченные ей утром, и произнесла:

– Ты пытаешься вызвать в собеседнике негативные эмоции, основанные лишь на своем оценочном восприятии. А на что тратит корпорация не важно, пока мы зарабатываем для нее деньги.

– Ага, – откусывая пирожок, пробасил Григорий, которому было все равно, в чем поддакивать бабушке.

Денвил прикрыл глаза и помолился про себя о терпении. Осталось закончить всего один проект, и он свободен. Его контракт придет к концу, за тридцать лет работы, он не взял ни одного отпуска или выходного. Выходное пособие позволит лет пятнадцать жить не работая, если не шиковать. Но после того, как ты поработал в управлении Корпорации, хочется только тишины.

– Хорошо, а теперь давайте серьезно. – Денвил подошел к стене и вывел на нее изображение с облачного сервиса корпорации. – Как вы видите, за последние три года число Аскетов увеличилось в три раза.

– По одному в год. – важно кивнул Сюров, поглаживая кривую косу.

– И из-за трех граждан такой переполох? – Григорий даже прекратил жевать от удивления.

– Дебилы, вы че график не видите? – Лью, погладила по голове внука, который сел на пол рядом с ее ногами, и прошептала ему – я не про тебя.

– Денни, ну зачем так удручающе поджимать губки? – Сюров вошел в роль и не желал из нее выходить, хотя попытки изобразить женственные движения у него выходили крайне плохо. – Ну выведи ты изображение нам на чипы, ну зачем весь этот консерватизм?

– Конечно, Сюречка. – прошептал зло Денвил.

Все четверо закрыли глаза и перешли в режим общего взаимодействия. Над Сюровым весели открытые вкладки с порно и магазины вещей двадцать первого века. Над Григорием две вкладки, с новыми соц.сетями. И только над Денвилом и Лью, не было открытых окон или уведомлений, оба чуть больше полувека назад вступили в ряды корпоративных гигантов, еще до того, как был образован Конгломерат Корпораций, и помнили о технике безопасности и этикете общения в режиме общего взаимодействия.

Сюров бросился менять аватар, который остался у него с тех времен, когда в виар реальности он косил под Сигма самца, был облачен в тунику? подпоясанную веревкой и чадру. У остальных аватар отображал реальную внешность пользователя.

– Сюров, потом настроишь внешность, пожалуйста, сосредоточься. – Лью, любила Сюрова, за его умение разозлить Денвила, но еще со вчера, все знали, что он хочет уйти, а значит вакансия директора маркетингового отдела станет вакантной, надо показать себя перед отделом качества работы единиц труда с лучшей стороны. – Три процента от общей статистики граждан, это очень много. С учетом отсутствия упоминания их в доступных источниках ознакомления.

– В этом-то и проблема. – Кивнул Денвил. – До поры до времени они себя не проявляют, а потом, просто перестают продлевать подписку на цифровые услуги. Они пытаются покинуть улии в которых выдано жилье, пытаются нарушить договор о цифровой семье и нанимают на черной бирже детективов, на поиске биологических родителей. Есть даже информация о попытке создания архаичной семьи из двух партнеров, проживающих вместе. В общем, типы крайне странные, и что от них ждать в дальнейшем, неизвестно. Самая большая проблема, в том, что они перестают тратить деньги прожиточного обеспечения. А как вы понимаете, три процента в год скажутся на всем рынке. Упадок будет виден и на доходах черной бирже, детективы Корпорации просто не в силах выполнить их заказы. Просто посмотрите список запросов:

«Товары, произведенные не в Конгламерате Корпораций»

«Поиск биологических родителей»

«Операция по изъятию чипа»

«Неотредактированная история событий, происходящих на планете»

«Территория без охраны корпораций»

«Как уволиться насовсем»

И еще сто восемь запросов сомнительного содержания.

– Божечки – босоножечки, – Сюров прикрыл глаза рукой – да их же как террористов задержать могут.

– Могут, но тогда их цифровые кошельки останутся недоступны.

Григорий подергал бабушку за платье и прошептал:

– И что? – Григорий чесал голову и смотрел на бабушку, явно не видя проблемы.

– Сейчас в мире четко контролируемое количество потребителей и денег на каждого, нет дисбаланса, и не будет дополнительных выпусков ни людей, ни денег. Если сокращается количество денег, то должны сократиться и потребители, но проблема в том, что Аскеты копят деньги на счетах, а значит, при их зачистке необходимо зачистить и невинных граждан. Задача, придумать продукт и стратегию продажи так, чтобы вывести деньги снова в оборот.

– Ба, мы товары не придумываем. Это отдел креативных переработок идей делает, они будут ругаться на нас.

– Не будут, Григорий, и пожалуйста, перестаньте с Лью распространять свой социальный контракт на профессиональной территории, она тебе не бабушка.

– Злой ты человечишка, Денни. – Снова вставил свои пять копеек Сюров.

– Ой, иди меняй аватар. – Отмахнулся Денвил. – Отдел переработок не смог придумать товар для них. Два с половиной года работы в никуда. Им не нужно ни чего. Для них даже выпустили отдельное виар пространство, туда кроме наших агентов, ни одного посещения. Поэтому, пожалуйста, давайте сосредоточимся, при успехе проекта, мы получим бонус в пятьдесят процентов от купленного товара в течении всего продолжения статуса гражданина.

– Едрить ту вошь. – прошептал Григорий и встал на ноги. – короче, сейчас делаем запросы в отдел аналитики, безопасности и писательский архив, пусть включают нейросети, я сделаю закрытую сеть для Аскетов, накидываем статьи и продаем доступ как в закрытый клуб. Из рекламы будет только реклама их запросов, пусть тратят гроши, а мы им в отдел психологического и социального поведения сдадим.

– Гриня, – Лью повернулась к парню и укоризненно на него посмотрела. – Они не пользуются сетью. Не продлевают подписку. Ты не слушаешь?

– Правильно, – Денвил поправил галстук. – Черной биржей они пользуются через общий терминал ульев.

– Гришик, идея была бомба. – Сюров показывал два больших пальца и улыбался.

– Просто игнорируй его. – прошептал Григорию Денвил. – Давайте так. У нас есть три дня, на мозговой штурм. Сначала накидаем идей, потом уже решим, что из них будем реализовывать. А пока расходимся, встречаемся завтра. Составьте список файлов, которые вам необходимы с отдела аналитики, в течении пятнадцати минут, что бы они смогли их до завтра подготовить.

– Ты тааакой странный мальчишка, – пробасил Сюров. – то расходимся, то подготовь файлы, я запуталось…

– В переплетениях нейронных связей ты запуталось. – Денвил уже не сдерживался. – Отстань, просто возьми отпуск, не отвлекай нас.

– Слышь, собака ты не добитая, не путай меня и мой образ. А то я тебе быстро гендер сменю. – лицо Сюрова скрывала чадра, но глаза которые было видно, налились кровью.

– Папа твой тоже подал на отставку, и если ты об этом не знаешь, – Денвил улыбнулся, видя какое растерянное лицо стало у Сюрова – значит и ваш контракт подходит к концу. Так что расслабься, дыши полной грудью и уйди в отпуск, или соберись, и приходи завтра на рабочую территорию в адекватном состоянии.

Лью наблюдала как мужчины один за другим покидают режим общего взаимодействия. Она немного побыла посреди черного «ничего», и вышла в реал. Кабинет опустел, свет не выключали. Она подошла к окну, и посмотрела на город. Ульи не спали, все пространство между ними было занято лесом и рекламой над ним, в той, или иной степени. Некоторые корпорации из Конгломерата использовали в стиле оформления только эстетически привлекательный дизайн, другие специально давили своим отсутствием вкуса. За последние пару веков реклама сильно изменилась, как и сам мир. Однажды ей повезло заключить социальный контракт племянницы с одним из основателей Конгломерата. За редкими семейными ужинами, он рассказывал ей, о том какой была реклама во время конкуренции. Таргет, sмм, нативная реклама, создание контента. Уххх, как это все будоражило. Особенно создание контента. Но, к сожалению, нейросети забрали у человека право на творчество. Лозунг этого века: «Нейросеть, слуга гражданина.». ИИ развивался самостоятельно, отдельно от людей, учился, и искал себе место в этом мире. После войны и пандемии прошлого, количество людей и так катастрофически уменьшилось, а тут еще и ИИ предоставил им результаты своего исследования.

«Самоуничтожение человечества неминуема, в виду несистемного проявления эмоций, в частности любви и лжи.»

Выжившие тогда почесали затылки и задались вопросом, а что теперь делать? Общим голосованием, проводившимся в виар пространстве было решено создать новый устрой жизни. Тот год голосования был чистым адом для всех. Крики, убийства, подкупы. Благо все это было перенесено по наставлению ИИ в виар, и в реальном мире никто не пострадал. Она не помнила тех событий, как и многие, предпочла воспользоваться услугами отдела контроля памяти и начать новую жизнь.

Нельзя творить, проявлять плотские чувства, врать, пытаться создавать реальные страницы в соц. сетях. Благодаря инфраструктуре, созданной ИИ, у людей почти не осталось забот. Экономика налажена, социальные роли, распределены. От тебя требуется лишь отработать свои положенные сорок минут в день, а потом потреблять контент переработанный нейросетями, и оценивать его качество. И все шло своим чередом, днем за днем, устал работать в одном отделе компании, уйди в другой, поменять семью, имя, жизнь. Наконец-то, никто не ограничивал человека в его самовыражении. Мораль, чувства, все это сдерживало человека. ИИ определил цель жизни как производство и потребление, всего-то. Хотя, стоит отметить, что жить стало легче.

Лю составила список необходимой информации и разослала по отделам.

***

Денвил прошел в комнату. Поприветствовав ассистента дворецкого, проверил запросы на домашнем коммуникаторе. За время его отсутствия, около полутора часов, сообщений не было. Тихая жизнь человека, который начинает ненавидеть свои будни. В выходные было легче. В меню добавляли сахар, и алкалоиды. Выбрал плейлист, принял душ, посмотрел варианты в личной подборке контента, но не нашел ни чего интересного. Составил два обязательных рапорта. Одни о том, что обложки и аннотации являются примитивными и полностью раскрывают сюжет и моральную составляющую, которою хочет донести контент, соответственно не подходящие для среднего уровня потребителя. Второй, о правильности составления обложки для младшего уровня потребителей, отметил привлекательность визуальных образов, но подчеркнул излишнюю сексуализированность и намеки на романтические отношения героев.

Включив аудио подборку переработанных стихов, на которые не нужно составлять отчет, а только отмечать лайком и дизлайком свое отношение к ним, принялся смотреть в окно.

Перед тем как начать воспроизводить стихи, нейросеть выдала стандартное предупреждение:

«Все то вы услышите, отличается от действительности. Стихи написаны эгоистичными авторами, пытающимися заработать активы и славу через влияние на читателей эмоциональными образами, взятыми из собственного опыта. Не пытайтесь перенести услышанное на свою жизнь. Это самообман»

На самом деле, он понимал Аскетов.

Монополизм Конгломерата, когда не важно, что ты выбираешь, все равно несешь деньги в одну кассу, так как все производится на одном оборудовании, одними и теми же специалистами. Картонные декорации улья, где есть лишь призрачная свобода общения, ведь девяносто процентов времени вы общаетесь онлайн, с пометкой при каждом сообщении:

«Человек, с которым вы ведете попытку выстроить диолог, является лишь сборным образом, тех сублимированных качеств героев, которых он наблюдал в течении периода потребления контента. Попытка навязать эмоции связана с желанием увидеть подтверждение своей индивидуальности, а также желанием получить эмоциональную разрядку. Не верьте. Вам врут.»

Монотонный голос, лишенный эмоций, читал стихи, а Денвил начал размышлять, что же делают Аскеты, как они проводят время? Еда подается прямо в комнату, и это никак не отменить, комната закреплена пожизненной арендой за человеком. Потребление контента не обязательно, но без этого тебе будут недоступны большинство социальных сервисов, да и просто скучно смотреть на стены. Что они делают все это время? Гуляют? Но это невозможно. Между ульями ни чего кроме леса, а все знают, что в лесу животные, грязь, микробы. Они даже не общаются между собой. Хотя, о чем общаться если ты не потребляешь контент? Что обсуждать? Сколько вопросов, их надо бы записать, но прежде, Денвил решил затемнить окна, реклама отвлекала. Конечно, дело не в окне, и над лесом нет проекторов или плакатов, как в древности, реклама была интегрирована во все, и ее показывала специальная нейросеть, строенная в чип. Логотипы, ролики, подборка товара, все это выскакивало, когда взгляд останавливался дольше чем на 0,3 секунды на горизонтальном предмете, наверное, из-за этого, все что производилось и распространялось, в то или иной мере имело кубическую форму. Но факт остается фактом, реклама была всегда и везде. Но именно над лесом она раздражала и отвлекала. Два совершенно разных мира не сочетались в его сознании и противоречили друг другу.

Стоп…