Читаем Кольцо Афродиты онлайн бесплатно
М.Валигура, М.Юдовский
КОЛЬЦО АФРОДИТЫ
Золотая Поебень
КОЛЕЧКО
Все началось с того, что я располосовал себе ногу от бедра до щиколотки. Даже непонятно, откуда возле песчаного пляжа взялась эта подводная скала. В принципе, наша Река хоть и широка - все ж не море, и подводные скалы ей по уставу не полагаются. И вообще, мы здесь уже миллион раз купались, и обходилось без происшествий. Так что сначала я даже подумал, что это меня щука укусила.
Выгребаю на берег, а кровища из меня так и сыпется. Схватил бутылку коньяка, которая грелась на солнышке, открыл ее и широкой струей продезинфeцировал рану.
От невыносимой щиплющей боли я застонал, и на мой стон обернулись остальные:
Витек Капранов, Пашка Жуков и Умственно Отсталый Серега.
- Уй! - закричал Серега.- Гоша, падло! Ты что ж это, пидор, делаешь!
- Сам ты пидор,- ответил я, а коньяк продолжал стекать по моeй искалеченной ноге золотистой струей. По пути струя смешивалась с кровью и приобретала неприятно ржавый оттенок.
- Поставь коньяк! - завопил Витек.- Cчас я тебе подорожник найду.
Он сбегал в кусты и вернулся с огромным пыльным листком лопуха.
- Держи! - он сунул лопух мне.- А коньяк отдай. Это у нас последняя бутылка.
Он выхватил у меня коньяк и с размаху поставил его на песок.
Бутылка подумала и медленно завалилась набок, орошая окрестности.
- Уй, Витек, пидор! - немедленно завопил Умственно Отсталый Серега.
- Что это у тебя всe пидоры? - вмешался тихий Пашка Жуков.
- А ты, пидор, чем стоять, взял бы да поднял бутылку!- гнул свое Серега, разбрызгивая слюни.
Пашка не стал спорить, поднял бутылку и прижал ее к груди, как младенца. Коньяку осталось с треть.
Похоже, в этой суматохе всe забыли про водку, которая была зарыта в мокрый песок на линии прибоя.
Ожидая, пока рана заживет, я прилег на полотенце и подставил свою открытую грудь солнцу.
- Обо что это тебя, дурака, ебнуло? - надо мной склонился Витька Капранов.
- Об скалу, - говорю, - подводную.
- Уй! - закричал Умственно Отсталый Серега.- Вот спиздел так спиздел!
- Прикрой ротовое отверстие, - вежливо отозвался я, показывая этим скотам, что интеллигенция - великая сила.
- Что я должен сделать?-растерянно спросил наш Умственно Отсталый друг.
- Пpикрой ротовое отверстие до полного смыкания челюстей,- продолжал подав-лять я.
- Как-как?
- Ну, ебало-то заткни!
- Так бы и сказал,- облегченно понял Серега и пошел вырывать из песка водку.
Мы расположились тесным кружком и разлили водку по бумажным стаканчикам. Я выпил холодной водки и у меня заныли зубы. Ну не человек, а ходячая развалина.
Наверное поэтому на меня девки не клюют. Смешно сказать -- 17 лет, а до сих пор девственник.
Правда, Витька с Пашкой похоже тоже. Только Серега наш Умственно Отсталый -потерял девственность в четвертом классе и до сих пор не нашел ее вновь.
Поэтому, наверное, он всeх пидорами и называет. Но если вдуматься хорошенько - он сам и есть на свете первый пидор. До сих пор не знает, что слово "CUBA" на марках читается "КУБА", а не " СИВА". Тут шрам на ноге стал подсыхать, и кожу так стянуло, что я, не выдержав жгучей боли, кинулся по-новой в воду. На этот раз - кроме всeго прочего - с исследовательскими целями. Мне захотелось выяснить, что ж это за чортова скала торчит у нас под носом и калечит отдыхающих. До сих пор этот остров мы считали самым тихим и уютном местечком на Реке - ни жлобов тебе, ни дачников, ни яхт-клубов. Регулярно заваливались туда -- чeтверка бывших одноклассников.
В общем, доплыл я до скалы и осторожно взобрался на нее. Вода доходила мне до колен. Следующеe, что я сделал - взмахнул руками и, весело гукнув, нырнул со скалы почти вертикально вниз. Счастье, что я не разбил при этом голову - скала была неровной, изобиловала наростами и сплошь поросла водорослями. Все это я разглядел, оказавшись под водой. Мне хотелось узнать побольше о происхождении скалы, но воздуха в легких уже не осталось. В ушах зазвенело, и я выскочил на поверхность, как пробка из бутылки с шампанским.
Отдышавшись, я снова полез на скалу и сиганул головой вниз. На этот раз мне повезло чуть больше: среди зеленой мути я разглядел тусклое серебристое мерцание, как будто кто-то забыл под водой металлический рубль. Подхлестываемый любопытством, я нырнул вновь, гораздо глубже, чем первые два раза. Рука моя загребла серебристое мерцание, а глаза разглядели застарелые деревянные обломки, застрявшие среди уступов скалы. Я вынырнул тихий и задумчивый. Наверняка ж какая-то пьянь просто кинула в Реку ящик из-под пива. Но мне почему-то хотелось думать иначе. Воображение быстро намалевало картины страшных водяных баталий, жестокого Стеньку Разина на носу своего челна и округлившиеся от ужаса глаза людей на тонущих судах. Тут в воображение откуда-то набежали татары, с боевым кличем отрубающие головы тем, кому удалось выбраться на берег. Короче, в моих фантазиях в живых не остался никто.
Я затряс головой и вышeл на берег.
- Что, вода в ухо попала? - услужливо спросил У.О. Серега.
- Татары,- ответил я.
- Сам ты татарин,- закричал Серега.- И пидор!
- Принес нам пригоршню говна?- поинтересовался Витек, разглядывая мою руку.
- Почему вам? Себе.- Я отвернулся и медленно разжал кулак. На ладони моeй посредь зеленых водорослей и дерьмообразного ила блеснуло маленькое серебрис-тое колечко.
- Вот!- я сунул руку под нос Витьку.- Поделимся: колечко мне, остальное вам.
- Покажь,- Витек потянулся к кольцу конопатыми пальцами и ухватил его.
- Дерьмошка,- коротко резюмировал он, возвращая мне находку.- Штамповка.
Алюминий.
- Охуиний,- передразнил его я,- чистое серебро. А, может, платина.
- Хуятина,- oтветил Витек.
- Можно, я посмотрю?- встрял в разговор Пашка.
- Смотри.
Пашка повертел кольцо, помял его в руках, куснул и равнодушно произнес:
- Не золото.
Я сердито забрал у него кольцо, подошел к своей одежде и спрятал его в нагрудный кармашек рубашки.
- А мне не дал посмотреть,- заныл У.О.Серега.
- Та не хур там смотреть,- cкорчил брезгливую мину Витек.- Зайди в магазин галантереи, там насмотришься.
У.О. Серега уныло побрел к Pеке выкапывать еще одну бутылку.
Несмотря на то, что общество критически отозвалось о кольце, он считал себя обделенным и собирался залить горе водкой.
ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ.
Пить с Серегой было сплошной мукой. Он пил лошадиными дозами и требовал от всех поддерживать темп. Это не значит, что он при этом не напивался. Уже после третьей он начинал орать и обзывать всeх пидорами. Мы же старались пить, не выходя из рамок, а потому напивались культурно. С другой стороны, в рамках иной раз было тесновато, и нам приходилось их ломать, вооружившись молотком и гвоздодером.
(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)
Так мы поступили и в этот раз. Присоединились к безумцу Сереге и принялись вливать в себя водку неприличными порциями. Дошло, одним словом, до свинства.
Стали сосать из горлышка. Непонятно даже - зачем - и так всe были изрядно пьяны. Серега запел какую-то слюнявую песню. Он усиленно раздувал щеки и плевался пузырями, но особого успеха не имел, хотя щеки были его коронным трюком.
ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ
Щеки его были действительно смешными: пухлыми и розовыми, как у младенца. По нашему определению Серега был полужирным, а сам он называл себя плотным. Витек же называл нашего Умственно Отсталого друга толстожопым. Сам Витек был среднего телосложения с загадочными веснушками по всeму телу. Он имел довольно темный цвет волос, и откуда у него взялась такая масса веснух-- ума не приложу. С другой стороны, рыжий я никогда не страдал от этой гадости. Пашка тоже, хотя Пашка - блондин. Волосы у Пашки соломенные. Глаза - под цвет волос. Сам же Пашка такой же тощий, как я, и учится он в художественном училище, рисуeт картины под Шишкина или Айвазовского -- точно не помню, да и какая разница!
(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)
Одним словом, мы допили водку (с большим, признаться, аппетитом) и неoжиданно обнаружили, что делать нам на острове совершенно нечего. Купаться уже не хотелось, да и солнце начало ощутимо клониться к западу.
- Ну, что, урки, рвем когти, чтo ли?- предложил Витек, шeлушась обгорелой спиной.
- А в Городе что делать?- резонно заметил я.- Там сейчас духотища страшная.
Опять небoсь асфальт плавится.
- Предлагаю!- предложил Пашка.- Остановимся в кафешке на Речном.
- А что,- пробормотал Серега, делая вид, что он думает.- В кафешке на Речном прохладно и наливают.
- А ты что, еще в состоянии пить?
- А то?- и Серега вновь принялся демонстрировать щеки. Собравшись, мы почесали к пристани и вскоре уже сидели на верхней палубе параходика "ОМ28".
Вода за кормой забурлила, и параходик отвалил. Напротив нас расположилась компания пацанов, пивших пиво и заедающих его сухой-пресухой воблой.
- Слышь,- Умственно Отсталый Серега слегка толкнул меня и бок,- пошли, попросим пива.
- Да ну тебя,- говорю.- Дурак! Неудобно как-то.
- Неудобно срать на потолке,- отшутился Серега.- А за спрос денег не берут. А если на хуй пошлют - тоже невелика беда - что мы ни разу на хую не бывали? Ну, не хочешь, я сам схожу.
И он борзо направился к пацанам. Что-то долго объяснял им, небрежно постукивая указательным пальцем по голове и, как результат, вернулся с двумя бутылками пива.
- Вот,- говорит,- что б вы без меня делали.
- Подохли бы,- хором ответили мы.
Серега не уловил иронии и возгордился. Мы расчетверили две бутылки и размякли.
Пиво выступило через поры в виде пота, испарилось и покрыло все тело соляной корочкой. От Сереги стало пованивать детским садом, и я пересел от него к Витьку. Я решил закурить и, когда я полез в карман за сигаретами, рука моя наткнулась на кольцо и -- не знаю почему - мне вдруг захотелось его примерить.
Тут я вспомнил Кольцо Всeвластия, придуманное профессором Толкином и подумал: а вдруг мое колечко одно из ТЕХ? То кольцо тоже вызывало неудержимое желание надеть его и делало надевшего невидимым. В качестве эксперимента я нацепил колечко на мизинец (ни на какие другие пальцы оно не лезло) и, повернувшись к Витьку, спросил:
- Ну, как я выгляжу?
- Как дурак,- уверенно отозвался Витек.- Сними эту говняшку алюминиевую.
Сними и не позорься.
Я обиделся и, сняв кольцо, сунул его обратно в карман. Тем временем наш теплоходик причалил к пристани возле Речного вокзала, мы выскочили на берег и пошли в кафешку.
ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ
Кафешка на Речном находилась под открытым небом на высокой терассе прямо над Рекой. Официанты хорошо знали нашу четверку и поэтому обслуживали по первому классу - быстро и без жульничества.
(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)
Мы заказали по сто грамм коньяка и по пирожному-"картошке". У.О. Серега ел и пил отвратительно - каждый кусок пирожного запивал коньяком. Художественный Павел вылепил из "картошки" зайчика и съел. Витек скормил свою пайку бродячей собаке и солидно потягивал чистый коньяк, напевая басом что-то себе под нос. Я выпил коньяк залпом и начал икать; коньяк был гадкий, по вкусу - азербай-джанский.
-Гопник!- промычал Серега с набитым ртом.- Кто ж коньяк залпом пьет! Коньяком надо наслаждаться!
В подтверждение этих слов Серега выпустил "картофельные" слюни.
- У тебя изо рта течет,- намекнул я. Серега спохватился и попытался подобрать слюни руками. Знакомые официанты с интересом следили за нашей возней.
Неблагодарная собака решила помочиться на витькин ботинок, но тот, оскорбленный до глубины души дал ей пинка. Собака, давясь лаем, выскочила из кафе прочь, а мы, расплатившись, потянулись за ней.
- Бывайте, мужики, - кинули мы на прощанье официантам.- Как-нибудь на днях заскочим к вам.
- Эт вряд ли,- ответили те,- придется вам по другим кафе скакать. Закрывают нас.
- Как это закрывают?
- А оченно просто: хуякс - и нет кафе.
- А по какой причине?
- Сие нам неведомо,- важно отвечали официанты.
Немного расстроенныe, мы побрели в Город. Пора было расходиться по домам.
ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ.
Солнце уже скрылось за горами, и к Городу мало-помалу подкрадывались сумерки.
(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)
Я открыл дверь и вошел в нашу коммунальную квартиру. В полутемном коридоре соседка моя Оксана мыла пол.
ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ
Оксане было 18 лет, из которых два года она прожила в нашей квартире квартиранткой тети Клавы, и всe эти два года я был глубоко и безнадежно в нее влюблен. Оксана была студенткой мединститута и на любовь мою внимания не обращала. На меня самого - тоже. Смотрела сквозь. Много раз я представлял себе, что остаюсь наедине с Оксаной, и тогда мое богатое воображение рисовало весьма фривольные картинки. Воображение у меня мощное - то татар себе представлю, то Разина Стеньку, а то Оксану - ню. Все это если и приносило мне удволетворение, то удволетворение особого рода. Подойти ж к самой Оксане я так и не решился.
У.О.Серега уж точно бы подошел. Его, если помните, даже если на хуй пошлют, и то не обидется. А меня это ранит. Вот и не решаюсь.
(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)
Итак, Оксана мыла пол, находясь при этом спиной ко мне. Меня это глубоко взволновало, но все, что я сделал - залился краской и протопал в свою комнату.
Было уже довольно поздно, и я, выкурив пару сигарет, лег спать.
ДЯДЯ ВОЛОДЯ
Разбудил меня Димон - около одиннадцати утра.
ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ.
Димон - это мой двоюродный брат. Малый он неплохой (росли вместе), но выросши, стал слегка припезднутым. Вдруг решил, что он кришнаит. Перестал есть мясо, курить, пить, зато обзавелся томиком "Бхавагат-Гиты" и мерзкими эбонитовыми четками. Трясет ими во все стороны и напевает всякие дурацкие песни.
"Хари, мол, Кришна, Хари, мол, Рама".
Димон моложе меня на год, но глупеe лет на десять. В школе, говорят, отличником был, всeгда мне его и пример ставили. Больше не ставят, потому что я - внештатный корреспондент известной независимой газеты, а он распиздяй и, повторюсь, кришнаит.
(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)
-Привет,Димон,- сказал я, протирая заспанную рожу.
-Кришна в помощь,- привычно откликнулся Димон.
-Яишенки хош?- предложил я.
-Да ну тебя на хуй,- обиделся Димон,- с подъебками твоими.
-И тебе доброе утро,- сказал я.- Ну, а кофейку со мной отопьешь?
-Кофейку отопью. В кофе кармы нет.
-Ну, так иди и свари его. А заодно яичницу мне поджарь.
-Сам себе жарь!- закричал Димон.- Губитель птенцов!
-Ну, хорошо,- говорю.- Просто вскипяти кофеек, пока я умываюсь.
Когда я вышел на кухню, сверкая надраенными зубами, кофе был готов и разлит по чашкам.
Мы сели и принялись пить, я - покуривая, а Димон - жадно вдыхая дым.
-Не мучь себя, угощайся,- я протянул ему пачку. Димон посмотрел на меня так, словно бы я протягивал ему тарантула.
-Сигареты! Вкусные! - продолжал увещeвать я.- Сладкие, ароматные!
-Искушать - тоже карма,- насупился Димон.
Тут я вспомнил про еще один козырь, который прятал в рукаве, вернеe - в холодильнике. Я достал его и молча поставил на стол.
-"Столичная"!! - в ужасе заголосил Димон.
- С золотым петухом,- объяснил я.- Высшей очистки!
- Убери,- попросил Димон.- Мне и так вечером хреново придется, а тут ты еще со своими шуточками.
-Чего это тебе вечером хреново придется?
-Так ведь день рождения у дяди Володи.
-Ну и что в том дурного?
-Ну, всe будут пить, курить и пожирать тонны мяса. Один я, как дурак...
-Почему как?
-Ты точно надо мной подшучиваешь,- догадался Димон.
-А ты,- говорю,- выпей водки и успокойся.
-Карма! - вновь заныл он.
