Читаем Коллекционер душ 2 (СИ) онлайн бесплатно

Это вторая часть цикла. Начните с книги «Коллекционер душ. Книга 1»

— Значит ты думаешь…что был у Великой русской стены, только за завесой? — Серый сидел на кровати моей сестры, напротив меня, и гнул козырек своей кепки.

Свирепая бычья морда под надписью «Chicagobulls» смотрела на меня с его головного убора и как будто тоже ждала ответа.

— Вы сами сказали, что такой огромный разрыв существует только за стеной, — развел руками я. — А почему она покрыта огнем? Думаю, что материал, который вплавляют в ставни и в эту…стену, выглядит для существ с той стороны примерно так. Именно пламя не позволяет монстрам пройти сквозь преграду и оказаться по эту сторону.

— Ты думаешь, что именно русская стена мешает чудищам добраться до тех разрывов, которые появляются каждый день в городах? — вклинился в наш разговор Жендос, пережевывая во рту бутерброд с салом.

— Это моя версия, — ответил я.

— Значит вся эта толпа монстров копит силы, чтобы ворваться в наш мир и попробовать прорвать Казачью заставу? — Серый почесал свой шрам.

— Опять же, я так считаю. Могу ошибаться, но мы все равно должны как-то предупредить тех, кто несет там службу. Подготовить одаренных к битве. Боюсь, это все, что мы можем сейчас сделать.

Мои друзья погрузились в молчание на минуту. Может больше.

— Можно попробовать написать письмо, — наконец сказал Серый. — На почте получится узнать адрес. Я видел, что там даже марки продаются с изображением Казачьей заставы.

— Это самый верный способ, — кивнул я. — Я напишу письмо и отправлю его на север. На этом наша миссия будет закончена. Спасибо парни, что сходили со мной на кладбище.

— Фигня, — отозвался Жендос. — Мы ведь так и не узнали ничего о коллекционере. И зачем он убивал людей возле разрыва, который ведет к Казачьей заставе.

— У меня есть идея, — шмыгнул носом я. Кажется, поднималась температура. — Глобус говорил про жертву, которой удалось вырваться из лап коллекционера. Нужно найти эту девушку и поговорить с ней. Может она поможет собрать нам этот пазл?

— Ты думаешь вся эта история…не выдумка? — поднял брови Жендос и потеребил мочку своего оттопыренного уха.

— Надо проверить.

— Я могу попробовать узнать ее имя, — Серый надел кепку на свои сальные вьющиеся волосы.

— По рукам, — я встал с кровати, чтобы проводить парней к выходу.

— Мы не остаемся у тебя на ночь? — заканючил Жендос.

Я посмотрел на свои «Montana», надетые на левую руку. Половина девятого. Отрицательно помотал головой.

— Кажется у меня температура, пацаны. Вам лучше по домам, вы еще успеваете до начала комендантского часа.

Нехотя, но парни все-таки засобирались домой.

Я вышел из дома вместе с друзьями, чтобы дойти до круглосуточной аптеки и купить все необходимое для того, чтобы быстро встать на ноги. «Терафлю», которое я привык пить при каждом подобном случае в будущем, в аптеке не оказалось. Вернее, о нем тут вообще ничего не слышали. Поэтому я закупился обычным парацетамолом, анальгином, сиропом от кашля и аскорбинкой.

Весь следующий день я провел дома, пытаясь побороть простуду. Это оказалось куда легче, чем я думал. Мой детский организм справился с хворью так быстро, что я мог бы обойтись и вовсе без таблеток. Старые традиционные способы — подышать вареной картошкой и горячее молоко с медом, вполне бы справились за один день.

Вот они, преимущества молодого организма. Меня и похмелье не будет мучать лет эдак до двадцати восьми. Однако и разум сейчас другой. Не готов я спускать дни напролет на светские вечеринки и тусовки. В первую очередь хочу сделать жизнь своих близких счастливой.

Впереди меня ждала неделя каникул и я не терял попусту время. Мне все еще нужно было как можно быстрее заработать на поддельные паспорта, чтобы начать новую жизнь, когда получится отыскать мать и освободить сестру.

Сперва пришлось поменять номер телефона в объявлении по уборке на домашний Клавдии Петровны, а затем расширить штат бабушек, работающих на меня клинерами. Замена оператора прошла почти незаметно. После этого, чтобы увеличить свои доходы, я начал раскручивать курьерскую службу. «Доставка на двух колесах». Доставку по городу всего, что помещалось в рюкзаке на спине курьера.

Глобус, брат Серого, привлек своих знакомых велосипедистов, они своих, а те своих. Достаточно быстро мне удалось закрыть начальные требования к штату и запустить рекламу в газете.

Дело пошло. Правда пришлось превратить свою квартиру в притон для подростков с приставками, официальным разрешением дымить — все равно все шторы были прокурены от пристрастия отчима к «Приме», — но зато, как только приходил заказ, один из парней тут же отправлялся на доставку. Следующим шагом будет — подкопить денег, чтобы открыть бизнес официально. Тогда можно будет закупить пейджеры, посадить операторов, и при поступлении заявки рассылать курьерам сообщения о заказе. Тот, кто первым перезвонит в офис, за тем и будет закрепляться заказ. В общем, дел невпроворот. Поэтому мне срочно нужно найти достойных людей, которые могли бы этим плотно заниматься, пока я хожу в школу и продолжаю развивать свои магические способности.

Неделя каникул за всеми этими далеко недетскими делами пролетела незаметно. Девятого ноября я с трудом продрал глаза, чтобы встать в школу.

Дверь туалета хлопает, а Всеволод, а если быть точнее — Владлен, грозным тоном приказывает убраться из помещения всех, кто там находится.

Я подхожу к раковине, включаю воду и умываюсь.

— Ты же понимаешь, что, если расскажешь кому-нибудь, что я…это не совсем я, тебе не поверят, — становится у меня за спиной аристократ и прожигает затылок взглядом.

Я смотрю на него в зеркало. Изучаю.

— Но ведь зачем-то ты привел меня сюда? — выключаю воду и вытираю руки о грязное вафельное полотенце, висящее на крючке.

— Удостовериться, что ты не попытаешься.

— Если скажешь мне имя аристократа, который забрал тело моей сестры, я готов притвориться, что не заметил подмены, — наваливаюсь на стену и скрещиваю руки на груди.

Кажется заварушка и без того намечается не маленькая. Старший брат Кипятка в теле главного врага своего отца и главный конкурент своего брата в борьбе за престол. Все интереснее и интереснее. Но это не мое дело. Сейчас жизнь Машки куда важнее этих переселений душ.

Кто-то начал стучать в дверь туалета. Мы не обращали внимания.

— Дак, кто завладел ее телом? — напираю я.

— Ладно. Я скажу. Но если ты когда-нибудь проболтаешься о моем маленьком секрете, я сделаю твою жизнь невыносимой.

— Только давай без угроз, — перебиваю я и ухмыляюсь. — Иначе мне так и хочется проверить, что под «сделаю твою жизнь невыносимой» ты имеешь ввиду. Дак что с сестрой, Владлен? Как только ты назовешь имя, ты вновь станешь Всеволодом.

— Ладно, — выдохнул аристократ. — Ее зовут Эра Ангельская.

— Аристократку? Которая в теле моей сестры?

— Да.

— Где она?

— Я знаю только имя. Но, я думаю, тебе не составит труда пройти по ее следу. Аристократы в обществе, как бельмо на глазу.

Прозвенел звонок. Стучащийся все это время в дверь туалета, детским не сломавшимся голосом, выругался матом и ушел.

— Хорошо, — я прикусил нижнюю губу. — Я сдержу обещание. Идем.

Оставшийся учебный день мне было не до уроков. Мне так и хотелось сбежать и скорее узнать, что это за Ангельская, где ее найти и как можно вытряхнуть ее душу из тела моей сестры. К слову, Баконский с Клаус спелись. Уже во время урока Щитознания они договорились пойти в зоомагазин после школы, а по лицу моей рыжей соседки по парте, то и дело начала пробегать глупая улыбка. План сработал.

Как только прозвенел звонок с последнего урока, я вышел из школы и отправился в центральную библиотеку. Место не новое, но других способов узнать о прошлом этой Ангельской мне в голову не пришло.

Очень скоро я оказался на трамвайной остановке. Прошло не меньше получаса, прежде чем понял, что сегодня трамваи не ходят. И интернета нет, чтобы посмотреть с какого и по какое время. Однако, в ту сторону ни один вагон тоже не проехал, а значит все перекрыто. Нередкая история для девяностых и открытых остановок, где даже объявление повесить некуда. Ладно. Пойду пешком.

Путь до библиотеки был не близкий. Но я сразу вспомнил, как легко мог преодолевать дальние расстояния в этом возрасте, только чтобы не тратить последние деньги на проезд, а сэкономить их на фруктовый лед летом или жвачку зимой. Делать нечего. Значит пешком.

Прогулка пошла на пользу. Пока я срезал расстояние через лог с крутым спуском и подъемом, помогал какой-то бабуле набрать воды из родника, давал немного наличных бомжам, которых не видел в своем мире уже, кажется, целую вечность, я дошел до центрального рынка. Заходишь на него с одной стороны, выходишь с другой, переходишь через дорогу и оказываешься перед статуей Ленина, за которой и открываются двери в национальную библиотеку. Последний рывок. Пока буду внутри, хоть ноги отогрею. Ботинки на мне, явно не для русской зимы.

— Постой, дорогой! — кто-то хватает меня за руку, как только я оказываюсь на окраине торговых рядов. Оборачиваюсь. Невольно хмурюсь.

Это цыганка. Черт. Не люблю я эти встречи. А деньги им из принципа не даю. Мало что ли простых людей пострадало от их гипноза? Одним рывком вырываюсь и иду вперед.

— Дай погадаю тебе, малец! — кричит мне в след. — Тяжелая судьба у тебя!

Ухмыляюсь, ныряю между палаток.

— Сестру не найдешь, покуда не будешь по сторонам смотреть!

Останавливаюсь. Ухмылка спадает с моего лица. Оборачиваюсь. Цыганка подскакивает и хватает мою руку. Гладит пальцами по ладони, но смотрит в глаза. Не отводит взгляда. Смотрю в ответ.

Женщина за сорок. Хотя…что там поймешь под красным платком и в юбке, которая скрывает все до самой земли? Черные, как космическая дыра глаза, редкие усики над верхней губой. Но пальцы нежные. Гладит подушечками ладонь и улыбается, показывая свои золотые зубы.

— Что там про сестру? — спрашиваю я.

Цыганка улыбается еще шире.

— Были бы серьги, а уши найдутся… — лезет в нагрудный карман моего пиджака.

Хватаю ее за кисть и убираю.

— Я сам, — достаю из носка сто рублей и протягиваю.

Забирает и пихает себе в бюстгальтер.

— Хороший ты парень. Не первую жизнь живешь. Родным помочь хочешь. Добрый. А у вас сигаретки не найдется? — останавливает прохожего и забирает у него всю пачку «Явы».

Тот слегка недоумевает, но уходит, под ее нескончаемые благодарности и пророчества.

Женщина с вьющимися черными кобыльими волосами, прикуривает сигарету и выдыхает дым прямо мне в лицо.

— Я денег вам дал. Вы обещали на вопросы ответить, — напоминаю я и оглядываюсь. Начинаю сомневаться в том, что правильно поступил, когда остановился. Ей же только деньги нужны. Мало ли что она там наплетет.

— Жадному золото сниться, а голодному — хлеб…

— Ясно. Обычный развод. Бывайте! — начинаю уходить.

— Стой! — останавливает меня. — Все скажу. И кем был и кем станешь. Купи хлеба детям и вся правда твоя. Клянусь тебе, сынок.

— Сначала расскажете, потом куплю, — достаю еще одну сотню. — Ну?

— Дай мне свою ладонь, мальчишка, — снова касается руки и на этот раз ее взгляд устремляется прямо на ладонь. — Расскажу тебе все…

Хмурится. Изучает.

— Сестра твоя в большой беде. Не своей жизнью живет. Уезжать будет. Так, что ты ее не догонишь…

— Как не догоню?

— Если отпустишь — не вернешь. Выручать ее надо.

Тоже мне открытие. То, что цыганка какие-то вещи видит — сомнений нет. Да толку от этого не много.

— Где мне искать ее, скажете? — спрашиваю.

— Дорогой той, которой шел иди и найдешь.

Черт. Ну развод же, ну. На кой я тогда вообще тут стою, если той же дорогой идти нужно? Ну раз уж остановился, может чего дельного про мать скажет. В этом мире магия все-таки есть. Может и цыгане не только деньги считать умеют.

— А мать?

— Ты мне на сестру денег дал. Про мать разговора не было.

Протягиваю еще сотню.

— Смотрите матушку.

Цыганка ухмыляется и сверкает золотыми зубами. Смотрит на ладонь.

— Мать тебя рано оставила. Уйти хочет, да ты ее не отпускаешь.

— Без намеков, — сжимаю зубы. — Как ее найти?

— Если сама не вернётся, ты ей не поможешь.

Что и следовало ожидать.

— Давайте так. Скажете, где искать сестру, дам еще столько же, — достаю пятьсот рублей одной бумажкой, протягиваю и сую женщине в карман платья.

Глаза цыганки расширяются.

— Флорика меня зовут, — взбудоражено произносит она и внимательно смотрит на ладонь. Ведет по ней пальцем.

— Костя, — без энтузиазма в голосе представляюсь я.

Замолкаем. Слышу, как издалека, из ларька с аудиокассетами доносится песня «Красок». Машина скользит по гололеду. Собака из сектора деревянных домов за забором на кого-то лает. Вдруг Флорика вздыхает.

— Что там? — поднимаю на нее глаза.

— Бери свои деньги, — бросает мне купюры и начинает уходить.

Я не двигаюсь. Смотрю ей вслед. Вдруг она останавливается. Медлит. Оборачивается и подлетает ко мне вплотную. Так, что я чувствую ее дыхание.

— Горе на мир обрушишь, если неправильно свои силы используешь! — шипит она на меня. — Мать не ищи. Она сама тебя найдет, если сможет! Сестру спасти шанс есть, но я в это дело вмешиваться не стану!

Затем цыганка снова вырывает у меня деньги, мнет их в кулаке и уходит.

— Вот так дела… — бурчу себе под нос и смотрю, как она исчезает в толпе проходящих по торговому ряду людей.

Но что-то она все-таки увидела… Надо хвататься за ниточку, пока она есть. Машку вытаскивать надо.

— Стойте!

Бегу вслед за цыганкой. Никогда бы не подумал, что окажусь тем, кто гадалку преследует, а не убежать от нее пытается.

Пробираюсь сквозь толпу, ориентируясь на мерцающий красный платок. Цыганка выходит с рынка и ныряет в поток переходящих дорогу людей, возвращающихся с утренней смены на городском заводе.

Бегу за Флорикой, стараясь не упустить из виду. По пути отмахиваюсь от забулдыг, которые разложили старые кассеты, фонари и другой антиквариат прямо на бордюре и продают все по одной цене. Собираюсь перебежать дорогу, но большой «КАМАЗ» сворачивает во двор и перекрывает мне путь. И видимость. Застревает. Дрейфует на льду. Жду несколько секунд, психую и обегаю его. Озираюсь.

— Черт…

Ушла. Вокруг ходят только редкие прохожие в пуховиках и старых советских шубах. Но красного платка нигде нет.

Торопливо иду вперед, все еще осматриваясь и пытаясь найти хоть какой-то след. Останавливаюсь у арки, ведущей во двор. Чувствую запах дыма. Опускаю взгляд. Окурок еще дымящейся сигареты. Сажусь на корточки и поднимаю фильтр. «Ява». Значит цыганка свернула во двор. Ныряю следом.