Читаем Коллекционер 2 онлайн бесплатно

— Ну что, Ваня, сдал? — Подбежали ко мне сразу две гибкие девичьи фигурки: Дианка Сорокина и Маринка Мухина. Улыбающиеся мордашки, искренний интерес в глазах и… взгляды искоса в сторону соперницы. Ну, да, вот такой я гад! Заморочил голову сразу двум первым красавицам нашего класса, а может быть и всей школы. У них теперь что-то вроде спортивного соревнования за мою руку и сердце. Примерно, как в моем прошлом мире иногда парни соревновались за внимание понравившейся им девчонки. Правда, у парней, обычно все попроще выходило: набил рожу своему сопернику — и дело в шляпе. Ну, почти…. Соперник ведь мог и вернуться уже с друзьями.

Впрочем, это я уже сильно растекся мыслью. У Дианки с Мухиной все же немного не так. Они соревнуются за мое внимание вполне честно и без всякого рукоприкладства. Временами я даже начинаю думать, что я в этом соревновании первых красавиц класса — лишь повод, а реальная цель просто доказать свое безусловное доминирование себе и окружающим. Охо-хо, вы только не подумайте ничего такого. Не то, чтобы мне этого не хотелось, но нет. Не такие тут времена на дворе. Максимум только поцелуи, да еще, совсем немного, прикоснуться к некоторым сильно волнующим меня местам рукой. Впрочем, мне, с моим подростковым телом, буквально до самых ушей, залитым гормонами, даже одного только воспоминания об этих волнительных прикосновениях хватило, чтобы в штанах вдруг завелось явное неудобство.

— Во! — Отвлекая возможные лишние взгляды от нижней части своего телосложения, я высоко поднял я перед лицом пятерню с растопыренными пальцами. — Отлично!

— Вот видишь, как замечательно все получилось! А ты еще отказывался от моего воздействия! — Это, разумеется, Мухина не могла не зафиксировать дополнительное очко своего участия. И таки да! Уж не знаю, что за воздействие она на мне применяла, но весь школьный курс девятого класса по алгебре я, едва разок прочитав учебник, буквально впечатал в свои мозги. Не то, чтобы это мне так уж было критично, я и без подобного воздействия на память не жаловался, да и Разумом был Системой не обижен, но….

— Извини, меня, Марина, был не прав, — вовремя и по своей собственной инициативе извиниться перед девушкой за свой реальный или мнимый косяк иногда может оказаться полезнее десятка даже самых цветастых комплиментов, высказанных по обязанности. — А вы, с Дианой, что получили за экзамен?

— Тоже пятерки. Я же не только над тобой вчера поколдовала.

— Спасибо тебе, Марина, большое, — вроде вполне невинные слова благодарности со стороны Дианки, отчего же мне чудится в них какая-то невидимая мне шпилька? И таки да, иметь в подругах сразу двух соревнующихся между собой девчонок… иногда бывает очень напряжно для не слишком крепкой мужской психики. В любой даже самой невинной фразе вдруг начинают чувствоваться невидимые подколки.

— Не за что, подруга. Лучше давайте решим, как послезавтра будем отмечать окончание экзаменов.

— Марина! Лучше давай не будем заранее загадывать, чтобы не сглазить, — и откуда только берутся все эти приметы! Придется сегодня поломать голову, чтобы экспромт, предложенный мной после окончания последнего экзамена, основ законов Руси, показался моим дамам достаточно занимательным. Вот только, что бы такого им предложить?

И все же домой я возвращался чуточку недовольным. Пятерка — пятеркой, но мне хотелось бы еще с девчонками хоть чуточку пообщаться. И, вроде, как мне показалось, Маринка была бы и не против, но сработал стадный инстинкт: Дианка включила буку. Ну, или отыскала очередную плохую примету из разряда «Не говори гоп…», что, на мой взгляд, было практически одним и тем же. Все равно я возвращаюсь сегодня домой еще до полудня, причем, что характерно, в полнейшем одиночестве.

— Русские ведомости! Читайте Русские ведомости! Внеочередной выпуск! — Промчался мимо меня мелкий пацан лет десяти, размахивая зажатой в кулаке соответствующей газетой. — Ромеи закрыли прохождение через Проливы для русских судов! Десятки наших кораблей с зерном застряли перед входом в Босфор. Огромные убытки! Какой ответ ждать от Великого князя? Читайте, читайте….

Блин! Я уже начал шарить по карману в поисках монетки, чтобы купить так заинтересовавшую меня газету, но вот незадача: чрезмерно увлекшийся выкрикиванием рекламных слоганов мальчишка, не услышав моего оклика, во всю прыть припустил по дороге дальше. Ну, не гнаться же за ним на радость редким в этот час зевакам.

И все же для нашего Карачева данная новость слишком важна, чтобы вот так просто от нее отмахнуться, даже не узнав сути происходящего в относительно недалеко расположенной от нас части мира. Мысленно прикинул, что ближайший газетный киоск, если только не гоняться за быстроногим разносчиком газет, находится на улице, идущей параллельно той, по которой я вышагиваю в данный момент. Пришлось резко изменить курс.

Приобретенный внеочередной выпуск Русских ведомостей я изучал уже дома, в тишине и спокойствии. Анька только на минутку высунула моську из-за двери своей комнаты с вопросом:

— Ну, как, сколько получил?

На что я ей ответил с некоторой вполне понятной и оправданной гордостью:

— Как всегда отлично!

— Везет! — Чуть ли не простонала измученная подготовкой к гораздо большему количеству экзаменов сестренка и скрылась обратно в комнате. Ну, да, ей завтра сдавать экзамен по алгебре, да еще и не обычный, переводной и во многом формальный, а настоящий выпускный, перед великокняжеской комиссией, еще только предстоит, и доброй целительницы-самаритянки в лице кого-нибудь наподобие Маринки Мухиной, чтобы подстегнуть ее способности к запоминанию на горизонте сестры даже близко не наблюдается.

А в купленной мной газете ничего нового, по сравнению с услышанным мной из уст малолетнего продавца газет, особо и не оказалось. Так, общие рассуждения о возможных причинах столь мощного охлаждения между нашими странами, да гадания на кофейной гуще по поводу грядущих изменений во внешней политике. И безудержный оптимизм. Совсем, как в моей прошлой жизни, когда власти категорически не желали паники среди простых обывателей. Или это я вдруг становлюсь слишком мнительным? Черным же по белому написано: кризис очередной, уже много-много раз так было.

И все же, международные кризисы — международными кризисами, а экзамен через два дня мне сдавать надо. Так что ничего удивительного, что в ближайшие дни я больше никаким чтением газет даже в принципе не заморачивался. Голова то совсем о другом болела.

Трам-пам-пам-пам-пам!.. — Бравурный туш по случаю окончания наших экзаменационных мучений возник в голове, едва я выскользнул за двери экзаменационного кабинета. Ха! Сегодня я первый. Маринка с Дианкой, входившие в экзаменационную комнату вместе со мной, в первой партии, еще продолжают строчить ответы на вопросы вытянутых ими билетов.

— Уже отстрелялся? Везет! — Зависть в голосе Степки, моего бывшего «типа друга», казалось, можно было черпать ложкой. Наш правовед по времени проведения своего экзамена разделил класс на две половины, и Степан, попавший во вторую половину, с тоской маячил возле входа, ожидая своей очереди. — Какой главный вопрос попался?

— Реформы Игоря Всеславовича, — мой ответ вызвал гримасу отвращения на лице одноклассника. И зачем тогда спрашивал, если от одного моего упоминания имени великого правителя прошлого его так корежит?

— Шпоры то хоть остались? — Типа, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Все же Степан — эталонный, законченный эгоист, потребитель. Вообще не понимаю, ка бывший Иван Жуков, до попадания моего сознания в его тушку, мог дружить с таким.

— У меня и без них неплохо выходит. — Я, признаться, в душе даже возрадовался, что могу с чистой совестью ответить на данный вопрос именно так. А вот фиг тебе, «дружище», мог бы и сам ими озаботиться, если толка не хватает просто выучить пройденный за год материал.

Степа смерил меня сильно недоверчивым взглядом и отошел в сторону. Ладно, бог с ним, сам не понимаю, чего я так завелся. Гораздо больше интересно, чего это там мои подруги то задерживаются?

Раскрасневшаяся от пережитого волнения Маринка показалась из дверей кабинета минут через десять. И почти сразу за ней вышла Дианка. Как, собственно, я и ожидал, обе получили очередные пятерки. Мы с ними вообще умудрились все экзамены за девятый класс сдать исключительно на отлично! Кстати, единственные из всего класса.

— Ну, что, красавицы, как мы будем отмечать окончание девятого класса? — Не то, чтобы у меня не было по этому поводу идей, но вдруг, да они предложат что-нибудь более завлекательное.…Гусары, молчать, у меня самого все мысли только об этом!

— Пойдем в кафе? — Это Мухина предложила. У нее же нет таких травмирующих воспоминаний о подобном посещении, как у Дианки.

Впрочем, и Сорокина тоже, похоже, своей психотравмой окончательно переболела. Вон, даже улыбнулась слегка на подобное предложение подруги-соперницы.

— Лучше куда-нибудь в чебуречную. Есть очень хочется. Мясного, чтобы горячий сок по пальцам стекал. Я сегодня от волнения с утра дома не съела ни крошки.

Ну, что ж, раз никакого увлекательного предложения, типа приватного вечера, от моих дам мне не поступило, использую заготовленную со вчерашнего дня заготовку:

— В чебуречную мы с вами, разумеется, заглянем, — принялся я озвучивать свое предложение, — но, согласитесь, в качестве, настоящего праздника такой недолгий поход выглядит совсем не по-королевски. По итогам даже похвастаться перед подругами будет нечем.

— С долгим походом в этот раз, наверное, не получится, — непритворно огорчилась Дианка. — У мамы на службе ввели особое положение. Самостоятельные вылеты без приказа командования за территорию части строжайше запрещены. А на своих двоих к тому же озеру, по лесам и буеракам, согласится тащиться далеко не каждый.

— Так нам каждый и не нужен. — Закинул я свою первую, пробную удочку, продвигая внезапно посетившую меня накануне «гениальную» идею. — К примеру, тот же Степка меня в последнее время своей необязательностью и болтливостью вообще очень сильно раздражает.

— Без Степы от похода может отказаться Петрова, — принялась здраво рассуждать Маринка и тут же, мило запунцовев, насплетничала: — кажется, у них вообще дело к свадьбе идет. Она на днях интересовалась у меня, не знаю ли я заклинания для защиты от беременности.

— Да и пусть себе не идут, — поторопился я, пока излишне правильная Дианка не начала стыдить нашу целительницу за разбалтывание сообщенной ей конфиденциальной информации, — я вообще предлагаю устроить этот поход только нам втроем, без никого.

— Втроем? Как-то это выглядит не очень, — засомневалась тоже моментально покрасневшая в пару к Мухиной Дианка. Тоже мне, фантазерки выискались.

— А что такого? Вы же не один на один со мною там останетесь. — Включил я на полную всю выданную мне Системой Харизму. Все две единицы. Очевидно, Система тоже решила, что две единички в этом параметре выглядит как-то несолидно. Потому одновременно с ответом Маринки, согласившейся с моим предложением первой:

— А я бы пошла…. Если, конечно, Диана тоже согласится.

Система добавила чуточку еще, как говорится, от себя лично: Харизма +1.

Против такого сдвоенного удара Сорокина, конечно же, не устояла.

— Ну, не отпускать же тебя, подруга, с нашим Ванечкой одну одинешеньку, — с капелькой яда в голосе озвучила Дианка свое решение, — конечно, я тоже поеду. Только маму схожу, предупрежу.

В конечном итоге, выезжать в турпоход мы вообще решили через два дня, у Маринки тоже какие-то обстоятельства, связанные с ее нынешними пациентами, обнаружились. А пока, как и предлагала Дианка, мы отправились в чебуречную. Это только в поговорке путь к мужскому сердцу лежит через желудок, путь к женскому сердечку пролегает через точно такую же локацию. Хе-хе, две подруги — двойной удар по моим финансам, благо, после посещения жилища Агиса, я еще и не такое мотовство могу себе позволить.

В принципе, с небольшим откладыванием сроков отправления в поход, и для меня самого все выходит даже намного лучше: смогу переоборудовать имеющийся в моем распоряжении самолет из двухместного в трехместный. Встроенный с недавних пор у меня туда пространственный артефакт снижения массы может еще и не такие нагрузки, как пара моих очень стройных красавиц-одноклассниц, скомпенсировать. Ну, и вдумчиво, без лишней спешки, еще прикуплю всяких дополнительных припасов: отдыхать в дикой природе лучше всего в достатке и комфорте. Да и просто НЗ на всякий непредвиденный случай тоже, лучше иметь, чем потом жалеть о его отсутствии.

С полноценным применением магии стихий переоборудовать свой самолет на транспортировку трех человек вместо двух, у меня получилось едва ли не молниеносно. Сам очень сильно удивился скорости, с которой я тонкими локальными струями воздуха вырезал из липовых досок необходимые мне дополнительные детали, а потом почти моментально сушил нанесенные на них столярный клей и лак горячим воздушным потоком.

Самый последний вечер перед отлетом на отдых я решил посвятить очередному улучшению собственного организма. Спасибо сестренке. Анюта после того, как в результате проведенного ритуала она получила системный Класс Маг жизни, начала вырабатывать соответствующую ману чуть ли не в промышленных масштабах…. Точнее, немного преувеличиваю, конечно, но все равно, в сочетании с тем, что в связи с наступлением нового теплого сезона и соответствующей дикорастущей зелени спрос на неувядающие цветы довольно заметно снизился, маны у нее оказалось в большом избытке. Вот я и попросил ее заполнить для меня имеющиеся у нас в наличии соответствующие накопители ее маной.

М-да, между прочим, там реально очень большой объем получился: у меня же теперь не только тот единственный мой зеленый накопитель, приобретенный в магической лавке, но и трофеи от греческих мафиози, да плюс и сама Анюта свой накопитель мне временно пожертвовала. Короче, маны у меня оказалось — хоть залейся, вот я и принялся модифицировать органы и системы своего тела на всю катушку. Точнее, попытался модифицировать. Сказать, что туго пошло — ничего не сказать. Раньше, до принятия мной Класса мага стихий, такое преобразование тоже, конечно, встречало некоторые сложности, но тогда оно у меня хоть медленно и с постоянной нехваткой маны, но все-таки шло. Сейчас же… словно в стену уперся. Ну, или, более образно, пытаюсь надувать дырявый шарик. Это сравнение куда как более точно отражает получающийся, точнее, не получающийся, у меня результат. Мана улетала, что называется, со свистом. И все равно, охватить преобразованиями хоть сколько-то значимый по величине участок не получалось….