Читаем Книга 1 Род Верд онлайн бесплатно

Вдох. Ох, как тяжело дышать. Я захрипел, закашлялся. Медленно поднялся с колена, опираясь на меч.

— Ну как, очухался? — здоровенный мужик диковатого вида с участием смотрел на меня.

— Да, Василь. Сейчас, только дыхание восстановлю, и продолжим.

Тренер кивнул и отошёл, ожидая, когда я приду в себя. Выполняя упражнения для восстановления дыхания, я мысленно пытался поймать ту волну боевой злости, о которой постоянно твердил Тренер, и постепенно начал ощущать, как в моей груди всё сильнее закручивается стальная пружина. Взглянув на Тренера, я поднял щит.

— Продолжаем!

Василь тут же встал в стойку, и тренировочный бой продолжился. Наскоки, удары, финты, парирования. Я вошёл в ритм, почувствовав рисунок боя. И тут пружину отпускает. Принимаю на щит прямой колющий, короткий шаг, обманное движение меча, в тот же момент подбиваю щитом оружную руку Тренера, он оступается, но я не ведусь на обманку, а с силой, с упором толкаю щитом в полуоткрытый корпус. Быстро приседаю, над головой проносится меч Тренера, я резко выпрямляюсь, и верхний край моего щита врезается под край шлема Василя. Он опрокидывается, а я на кураже, продолжая связку, делаю шаг вперёд, бью ногой в колено и сверху вниз наношу колющий в открытую шею, в самый последний момент останавливая движение. Всё.

Опускаю меч со щитом на землю и бросаюсь к Тренеру:

— Василь, как ты?

Слышу в ответ невнятное мычание. Снимаю шлем с головы тренера; лицо у него разбито.

— Масте-е-ер! — кричу что есть силы.

Кайрат, дядин личный целитель, всегда присутствует на тренировках, но, как правило, спит под навесом, сидя в кресле, всё же возраст сказывается. Но в этот раз он на удивление быстро оказался рядом. Опустившись на колено возле Тренера, провёл ладонью над его разбитым лицом, рука целителя засияла мягким светом. Пара мгновений, и с лица Василя исчезли следы крови, а вместо раны остался тоненький шрам.

Тренер сел, осмотрелся, из его глаз медленно уходила растерянность, задержал на мне взгляд и расхохотался. Мы с лекарем тоже заулыбались.

— Как новобранца уделал, — сквозь смех произнёс Василь. — Меня! Да как мне теперь в глаза нашим воинам смотреть? Они же засмеют! — Отсмеявшись, он продолжил: — А если серьёзно, то ты меня удивил, Руслан. Спустя три года обучения суметь войти в боевой транс — это очень редкий случай. Многие десятилетиями такого не достигают. Это надо отметить. Распоряжусь вечером в казарме стол накрыть. На сегодня тренировка закончена.

Я протянул руку и помог Василю подняться. Подбежавший малец собрал тренировочное оружие и утащил в оружейную.

Мы медленно пошли к воротам. Выйдя с территории лагеря, я, сославшись на дела, быстро направился к коновязи и, вскочив в седло, поскакал домой. Заехал во двор, спрыгнул с коня и передал поводья конюху. Почувствовав на себе чей-то взгляд, оглянулся: на крыльце стоял Лэрд Владимир — мой дядя и опекун с того момента, как погибли мои родители. Он улыбался. Кайрат, старый хрыч, уже всё рассказал. Не иначе пол резерва своего потратил на ментальный доклад.

— Здравствуй, дядя. Уже всё знаешь? — хмыкнул я.

— Так чрезвычайное происшествие же, воеводу чуть не убили! — дядя говорил серьёзно, но глаза его выдавали: в них был виден смех. — Заходи скорее, стол накрыт, тебя дожидаемся.

— Сейчас.

Быстро скинул лёгкую бронь, подошёл к бочке у крыльца, ополоснулся. Вытерся висящим на столбе полотенцем и прошёл в дом. В большом обеденном зале меня приветствовали дядины сыновья — Фёдор и Егор, здоровенные мужики поперёк себя шире. Ещё бы! На службе в гвардии других не держат.

— Эй, Руслан! Ты за что Василя покалечил? Люди говорят, чуть не убил старого, — улыбаясь во весь рот пророкотал Егор, брат ему поддакнул.

— А чего он под ногами путался? — не остался я в долгу. Мужики заржали в голос.

— Василь, ха-ха! Под ногами. Ха-ха-ха! — Фёдор схватился за живот. — Да ты просто медведь в человечьем обличии!

— Тихо! — шикнул дядя. — Вы за столом или в казарме? — Все примолкли. — Руслан, сегодня будем отмечать твои успехи, но не переусердствуй, завтра утром ты мне нужен с ясной головой.

— Хорошо, дядя. — Вообще-то сегодня я ничего не собирался отмечать, другие планы были. Быстро поев, я пригласил братьев вечером в казарму, что не понравилось дяде, судя по его лицу, и, пожелав всем хорошего дня, поднялся в свою комнату под самой крышей. Решив переодеться, скинул рубаху и только тут обратил внимание на здоровенный синяк. Подошёл к зеркалу, убедился, что всё не так страшно, скептически осмотрел свою физиономию: высокий лоб, прямой с горбинкой нос, карие глаза вечно чуть прищуренные, тёмно-русые волосы коротко стрижены, чтобы шлем сподручней надевать. Парень как парень, и что во мне Ласка нашла? Переоделся и отправился по своим делам, предупредив попавшегося во дворе конюха, чтоб не теряли меня. Пройдя до края улицы, без стука зашёл в последний двор.

— Ласка, ну кто так из лука стреляет? Так и в забор не попадёшь, промахнешься, –выговаривал ей подросток, наблюдавший за тренировкой. Девушка целилась из лука в мишень, прибитую к стене сарая. От усердия закусив губу, она хмурила брови и от этого почему-то становилась очень милой.

— А ты научи, как правильно, раз такой умный, — сказала она и выпустила стрелу. «Донг», прогудела тетива, и стрела со стуком вошла в центр мишени. Девушка улыбнулась, а потом заметила меня:

— Привет, Руслан. Папа уже ждёт тебя.

Подмигнув красавице, я прошёл на крыльцо, спиной чувствуя на себе пристальный взгляд. Эх, сохнет по мне деваха. Да и моему сердцу Ласка приглянулась. Но скоро я уеду служить на границу, наши жизненные пути разойдутся, и вряд ли мы ещё встретимся.

В доме было прохладно, пахло сушёными целебными травами. Мне всегда нравился этот аромат. Вдоль стен выстроились стеллажи, уставленные баночками, бутылочками, мешочками, коробочками, под потолком висели пучки трав. Словно зашёл в лавку целителя. Из дальней комнаты послышался голос Мастера Саяна, моего учителя и наставника:

— Руслан, проходи, я скоро освобожусь.

— Доброго дня, Мастер, — поздоровался я и прошёл вглубь дома.

Невысокий мужчина, тёмные волосы которого уже тронула седина, сидел за столом, что-то сосредоточенно рассматривая сквозь увеличительное стекло в тяжёлой бронзовой оправе. Не отвлекаясь, он слегка кивнул мне и продолжил своё занятие. Я сел на стоящий у двери стул. Долго ждать не пришлось, Мастер встал, потянулся, разминая спину, и, жестом поманив за собой, двинулся в трапезную.

— Чаю попьём. Тут Кайрат заглядывал, говорит, ты зело лют в бою стал. Василя чуть не пришиб, еле оттащили. — Я поморщился. — Да шучу, шучу. Но согласись, не каждый день новик бывалого ратника наземь роняет, — Мастер с ехидной улыбкой посмотрел на меня, не отвлекаясь, впрочем, от приготовления чая. Разлив приготовленный напиток по чашам, он подал одну мне, и мы несколько минут наслаждались ароматом и приятным вкусом травяного сбора.

— Я намедни на звёзды смотрел, за тебя любопытствовал, и теперь в растерянности, — задумчиво проговорил Мастер. — О как! И что же он высмотрел такого, что и сам не понял? — Вроде как испытание у тебя на днях будет, и чтобы пройти его, ты другим человеком должен стать. Остальное я не разобрал: там такого намешано, что и в Имперской академии не поймут.

— Будет испытание, Мастер, как же без него. И измениться я должен буду — это тоже верно. — Я поставил пустую чашу на стол. — Не могу всё рассказать, родовая тайна, не моя.

— Вон оно как! — Мастер задумался. — Ну тогда тебе самому и решать, что со всем этим делать.

А потом был долгий разговор. Это был настоящий экзамен. Как отличить ромашку целебную от ромашки собачьей, как сделать хорошую тетиву из сыромятной кожи, на чём настаивать девясил, какие полезные свойства у хвоща. Несколько раз к нам подходила Ласка, разливала горячий чай, мы отдыхали, наслаждаясь напитком, а потом снова вопросы, ответы, уточнения. Солнце клонилось к закату, когда Мастер отпустил меня, сказав напоследок:

— Науку мою ты усвоил, хоть и не полностью, но от болезней живота окочуриться не должен.

Попрощавшись, я вышел на улицу. До казармы добрался быстро, там уже был накрыт здоровенный стол во всю длину помещения. Кроме всяческой снеди, была и медовуха — немного, чтоб веселее было есть да крепче спалось ночью.

— О! А вот и сам лютый боец пожаловал, — пошутил кто-то из воинов.

— Здравия вам, ратный люд, — поклонился я в пояс в ответ на шумные приветствия. Василь, сидящий во главе стола как старший по званию, поманил меня рукой, предлагая сесть справа от себя на свободный табурет. Пока усаживался, кто-то хлопнул меня по плечу, кто-то шутливо кулаком в бок двинул.

— Тихо, братцы! — Это встал Егор. Все умолкли. — Сегодня у нас пополнение. Ещё один воин родился и вырос на земле нашей. — Все снова заволновались, загомонили наперебой. Егор что-то ещё хотел сказать, но махнул рукой, осушил кружку медовухи, подмигнул мне и продолжил горячо доказывать брату, что, мол, вот, родит еще земля родная сынов крепких, сильных да умелых.

Эх, хорошо то как!

Дождь. Меня разбудил дождь, монотонно барабаняший по крыше. Натянув на голову одеяло, я попытался заглушить эту барабанную дробь, но длина одеяла не позволила, теперь к моим ногам пробрался холод. Придётся вставать. Стук в дверь утвердил меня в этом решении.

— Руслан, пора! — дядин голос окончательно прогнал остатки сна.

— Я сейчас! — крикнул в ответ. Быстро встал, ополоснул лицо в тазу — сегодня обойдусь без утренней разминки. Оделся, обулся, всё — готов. Быстро сбежал по лестнице на первый этаж.

— Позавтракаем, когда вернёмся. — Дядя ожидал меня у входной двери, нетерпеливо теребя ручку. Я кивнул, и мы вышли на улицу. Мга¹. Это слово первым приходило на ум в такую погоду. Капли дождя были не крупными, но зато стояли стеной, казалось, что они просто зависли, настолько воздух был пропитан влагой. И вот через это нам идти неизвестно куда? Я передёрнул плечами: бррр!

Родственник, словно не замечая дождя, зашагал широко, и я двинулся следом. Через пол часа мы, пройдя все известные дорожки и тропинки, многократно мной исследованные за годы проживания у дяди, углубились в хвойный лес. Здесь дождь стал значительно слабее и появилась возможность поговорить.

— Руслан, думаю, ты знаешь, куда мы идём, — сказал дядя. Ещё бы я не знал! Да мне братья многократно и в подробностях рассказывали, куда в нашем роду водят всех мужчин по достижении совершеннолетия.

— Посвящение! — уверенно ответил я.

— Верно. Главное, ничего не бойся, там всё просто: подойдёшь к Алтарю, возложишь на него ладонь, почувствуешь лёгкое покалывание в пальцах — и всё, добро пожаловать во взрослую жизнь.

Низко свисающая ветка, задетая дядей, окатила меня каплями воды. Я встряхнулся.

— Скорее всего, в дар получишь боевое умение. Зря, что ли, я тебя гонял все эти годы? Послужишь годик в егерях, опыта наберёшься, а там переведём в гвардию, глядишь, и меня с отцом переплюнешь, –разоткровенничался дядя.

Я шёл молча. Всё это я уже слышал и против ничего не имел. Такие планы на будущее меня вполне устраивали. Почувствовав моё настроение, дядя тоже умолк, и путь продолжили, вслушиваясь в лесные звуки. Дождь начал затихать.

Когда вышли к горе, покрытой только травами и редким кустарником, погода совсем прекратила безобразничать, лишь повышенная влажность да грязь на сапогах мешали наслаждаться природой. Обойдя гору, вышли к мощёной камнем дорожке, ведущей вверх, к каменной арке, обозначающей вход внутрь горы. Неторопливо поднялись и вошли. Из глубины пахнуло холодом. Дядя пошарил в нише у стены, достал факел и, создав на ладони небольшой огонь, зажёг его. На стенах в тусклом свете проявились непонятные рисунки и символы.

— Ну, пошли. — Родственник двинулся вглубь пещеры, я следом. Шли долго, я озирался на стены, сводчатый потолок: когда ещё такое увижу? Это же работа Древних!

Да во всей империи только два-три места, где от них остались неразрушенные памятники. Туннель оборвался резко, выходя в большой грот округлой формы. Дядя прошёл вдоль стены, зажигая воткнутые в подставки факелы, стало светло. Все стены и даже потолок были исписаны странными знаками и символами, большей частью мне непонятными, а в центре стоял каменный Алтарь кубической формы, высотой по пояс человеку среднего роста. На верхней грани был виден глубокий отпечаток правой ладони.

— Ну, давай, не бойся, ничего страшного здесь нет. — Вот в этом весь дядя: ни напутственной речи, ни внимания к торжественности момента. Пришёл, увидел, победил — всё. Я снял плащ, отдал его дяде и осторожно приблизился к Алтарю. Протянул руку и медленно опустил в углубление. Не произошло ровным счётом ничего. Ни пробегающих по поверхности искр, ни лёгкого покалывания пальцев. А ведь со слов родственников всё должно было происходить именно так! Я перевёл полный недоумения взгляд с Алтаря на дядю.

— Я ничего не чувствую. Разве так проходит инициация?

Дядя был удивлён не меньше меня:

— Руслан, я ничего не понимаю, попробуй убрать и ещё раз положить руку.

Я тут же попробовал это сделать, но ничего не вышло: ладонь словно приросла к Алтарю.

— Не могу, — я вновь посмотрел на дядю. Странно. Он словно стал меньше, побледнел. Взгляд был испуганным, мой родственник медленно пятился к выходу.

А мне вдруг стало смешно. Смешно до безумия, как волной накрыло. Я расхохотался. Смех показался грубым, слишком громким и совершенно не моим. Дядя сначала пятился, а потом выскочил из грота и пропал из виду, только отсветы факела метались по туннелю, удаляясь. А меня продолжал разбирать смех. А потом пришла боль. И темнота.

— Начало Игры. Обнаружен новый Игрок. Идёт снятие параметров, — прозвучавший голос был неживым, каким-то механическим. — Обнаружена ошибка входа в Игру. Идёт проверка. — Потом в голосе проявились эмоции, говорящий словно оживился: — Обнаружен незарегистрированный игрок. Вход в игру происходит с устаревшего сервера первой конфигурации. Идёт сканирование. Нейроинтерфейс отсутствует.

Почти пропавшая боль мгновенно усилилась, заполнив собой всё.

— Установка Нейроимпланта восьмой конфигурации произведена успешно. Синхронизация 100%. Добро пожаловать в Мир Игры. Идёт перенос в локацию Испытания, — сквозь медленно отступающую боль вновь послышался голос, но я ничего не понял из сказанного. И вновь темнота.