Читаем Клуб неудачников онлайн бесплатно

Жизнь – хреновая штука. Вот живешь ты, пашешь, как папа Карло, иногда отдыхаешь душой, погружаясь в мир, выдуманный другими, мечтаешь и вздыхаешь, отлично понимая, что твои мечты – пустопорожний треп. Пустая и серая жизнь, непонятно как закончившаяся. А потом происходит нечто, и ты, очнувшись после очередного сеанса живительных звездюлей, устроенного тебе твоим папашей, понимаешь, что поговорка о том, что бояться надо, когда твои мечты претворяются в реальность, ох, как верна.

Ты лежишь на убогой кровати, кашляя кровью и хрипя, не в силах шевелиться, так болит избитое до состояния отбивной тело, и смеешься безумным смехом. Жизнь знает толк в извращениях, а с тобой она повеселилась особо. Тебя зовут Дессел, тебе пятнадцать. Ты смеешься, потому что иначе никак, ведь ты знаешь, что живешь теперь совсем не на Земле, а вовсе даже на Апатросе, и вокруг бушуют Звездные войны.

Где-то там космические корабли бороздят просторы Большого театра, а тебя избивает ненавидящий отец – здоровенный мужик, обожающий заложить за воротник, сбрасывающий на тебе свою озлобленность от беспросветности происходящего вокруг. Где-то там ситхи погружаются во Тьму, джедаи – в Свет, они все режут друг друга, сотрясая вселенную, а ты можешь только рыдать в подушку, потому что не обладаешь ни каплей Силы, и исправить это нельзя. Абсолютно.

Ты долго лежишь в темноте, оплакивая иронию своей судьбы и смеясь над упущенными возможностями, испуганно сжимаясь в комок, когда до тебя доносится грохот: Харст приперся из кантины на бровях и теперь просто горит желанием как следует почесать кулаки на сон грядущий.

Естественно, об тебя.

Он бушует за стеной, орет и матерится, ломится в дверь, а ты сидишь в углу, пытаясь сдержать непроизвольные реакции трясущегося тела, скрипя зубами от бессильной ненависти, чувствуя, как страх, терзающий тебя, переплавляется во что-то гораздо более темное, и когда дверь распахивается – ты уже готов.

Ты шагаешь вперед, потому что просто не можешь больше бояться. Не можешь. И не будешь.

Когда ты очнулся во второй раз – с огромным трудом, едва не воя от боли, то просто не веришь своим глазам. Ваше жилище похоже на поле боя – скудная мебель раздолбана, а твой отец, постанывая, валяется на полу, и вид у него жутко потрепанный. А он выше тебя больше чем на голову и гораздо тяжелее. Ты смотришь на него, видишь искры страха в глазах очнувшегося мужчины и улыбаешься, понимая: твоя жизнь изменилась безвозвратно. И к прежней возврата нет. И пусть ты не имеешь Силы, но и тварью дрожащей быть не хочешь. Хватит. Не для того ты умирал и вновь рождался, чтобы копошиться в грязи, как червь.

Харст возится на полу, сквозь зубы называя тебя истинным проклятьем, но попыток восстановить статус кво не делает. Что-то цепляет в его словах, но тебе все равно. Ты впервые за свою жизнь дал отпор агрессору и чувствуешь себя великолепно.

Тебе семнадцать, ты пашешь на кортозисных шахтах Апатроса. В одиночку. Харст (ты не называешь этого громилу отцом даже мысленно) все-таки нарвался. Он был больше, ты был злее, и ты победил и выжил. А он – нет. И теперь у тебя на руках куча долгов, вокруг – нищета и беспросветность, но ты все равно пытаешься идти вперед. Иначе никак. Совершенно.

Тебе восемнадцать. Ты только что сорвал банк, играя в сабакк – в этой игре тебе всегда везло. Республиканец-энсин смотрит на тебя с ненавистью, как и его дружки, требуя, чтобы ты отдал им честно выигранное. Ты, естественно, против, и в результате вокруг трупы, а ты вступаешь в армию ситхов, уходя от возмездия. Обмен из разряда «шило на мыло», но тебе и так неплохо, ведь как там говорили прославленные полководцы прошлого?

Хочешь увидеть мир – вступай в армию.

Тебе двадцать. Ты командуешь маленьким отрядом, набирающим известность. «Мракоходы», так вас называют… Вам нравится. Ты успешный командир, изумительный стрелок-снайпер, прекрасный диверсант и отличный боец. Иногда ты вспоминаешь свою прошлую жизнь, ту, которая была на третьей от Солнца планете, и криво усмехаешься. Ирония судьбы!

До того периода, о котором ты имеешь хоть какое-то смутное понятие – целая вечность, а вокруг – черт знает что. Республика воюет с Братством Тьмы, ситхов – как собак нерезаных, но тебя такие мелочи не смущают. Ты сражаешься, водишь в бои своих людей и плевать хочешь на остальное. А потом твой начальник отдает приказ, исполнение которого – чистое самоубийство, и ты поднимаешь бунт, вырубая идиота и выполняя задание не днем, а ночью.

Тебе грозит трибунал, но судьба неожиданно поворачивается к тебе лицом – Повелитель Тьмы, к которому тебя приволокли, выслушав пояснения, ошарашивает новостью: ты, оказывается, одаренный. Именно поэтому ты выживал там, где дохли другие, был сильнее, удачливее… Умнее. И вместо расстрела тебя ждет Академия на Коррибане.

Это шок.

А потом, когда ты стоишь перед наставниками в Академии, до тебя вдруг доходит, что же так цепляло в экспрессивных речах Харста, когда он поливал тебя матом. И когда они спрашивают, какое имя выбираешь для новой жизни, ты только улыбаешься.

– Бейн.

Что ж… Жизнь – чертовски веселая штука. Ты готов учиться, оправдывая имя, и стать воплощенным проклятием.[1]

Время бежит. Наставники шепчутся, что ты можешь быть Ситх'ари, тем, кто исполнит пророчество. Ты считаешься лучшим учеником, пока не проигрываешь Зираку, тут же став парией. Но тебе плевать. Ты пашешь как проклятый, догоняя тех, кто учился использованию Силы с детства. Тебе тяжело, но ты это переживешь. Ты станешь лучшим, ведь теперь тебя зовут Бейн.

Ты ничего не знаешь о том, каким мог бы быть твой путь, в памяти только смутные воспоминания о «Правиле двух» и приставке Дарт к имени. И больше ничего. Ты выжимаешь из себя все соки, становясь настоящей машиной смерти. В тебе два метра роста, сто двадцать килограмм костей и поистине стальных мышц, ни капли жира. Твои когда-то голубые глаза теперь похожи на маленькие солнца: они давно стали золотыми – влияние Тьмы, в которую ты погружаешься все больше и больше. Тебя не хотят учить наставники Академии, но ты находишь учителя – Гитани, падшая джедайка. Она втирается к тебе в доверие, но ты это видишь, и сам ее используешь в качестве источника знаний. А еще тебя тайно тренирует Каз'им.

А потом ты выходишь на ринг и вытираешь Зираком пол – сокрушительная победа. Каз'им дарит тебе световой меч своего учителя – изумительный подарок, показывающий твой статус, и ты летишь на Лехон – Сила зовет.

Там тебя ждет потрясение – голокрон Дарта Ревана. Ты учишься у истинного гения, твоя мощь растет с каждым днем, знания путей Силы позволяют многое, но это не радует. Сила схватила за горло, и тащит – ты прямо чувствуешь это давление. Она требует, уговаривает, соблазняет… Шепчет миллионами голосов, указывая путь, и когда прилетает Каз'им, предлагая примкнуть к Братству Тьмы или умереть, ты его убиваешь, чувствуя, как сжимается пружина.

Ты давно уже не наивный шахтер и прекрасно разбираешься в политике. А еще ты видишь, что происходит вокруг и прекрасно знаешь, чего хочет Сила. Ситхи не ошиблись, ты действительно Ситх'ари. И ты знаешь, что от тебя требуется, для чего ты был рожден. Ситхи падут, чтобы, пройдя через смерть и поражения, вновь возродиться в славе и могуществе. Это неизбежно. Они слишком разрозненны, слишком нетерпимы друг к другу… Они думают, что могут и должны повелевать Силой, не слушая ее советов. Идиоты.

Они зазнались и возгордились, поэтому будут наказаны – как дети, которые пошли против воли матери. А ты… ты длань карающая, исполнитель.

Именно поэтому ты шлешь послание Лорду Каану вместе с чертежами ментальной бомбы, якобы найденной в голокроне Ревана. И после наблюдаешь, как ситхи, ослепленные идеей уничтожить всех джедаев разом, гибнут вместе с пришедшим по их душу отрядом, возглавляемым Лордом-джедаем Хотом.

Тебе тридцать. Вокруг смерть и запустение, только ты идешь по пепелищу, влекомый тихим скулежом. Ты находишь единственную, что выжила… Мелкая девчонка, которая станет твоей ученицей. Занна, так ее зовут теперь.

Вы уходите, и больше не оглядываетесь, ведь пути истинного Владыки неисповедимы, а титул Дарта окружает тебя плащом Тьмы. Тебя ждет новая, полная борьбы жизнь, и ты улыбаешься.

Твои мечты стали реальностью.

Годы идут. Ты учишь Занну, претворяя в жизнь «Правило двух»: один учитель – один ученик. Ты считаешь, что только так можно выучить настоящего ситха. Вот только Занна иногда на тебя странно посматривает – у нее насчет этого правила явно есть свое мнение.

Тебе сорок шесть. Ты в расцвете своих сил. Ты уже готов отпустить ученицу на вольные хлеба, давая возможность самой взять ученика, когда Судьба показывает зубы. Занна увлеклась колдовством, и решила не получить титул от учителя, а вырвать его силой. Вы сражаетесь, ты почти побеждаешь, невзирая на отрубленную руку и истощение от заклинаний этой предательницы, но когда ты уже готовишься нанести удар, Сила вновь разворачивает перед тобой картину грядущего. Ты видишь его так ясно, так четко!

Тебе предлагают невероятное в обмен на невозможное, и ты… Уступаешь.

Занна побеждает, в горячке боя не обращая внимания на странную заминку. Она подходит ближе, и ты не упускаешь шанс – знания Андедду поистине бесценны. Пусть предательница думает, что ей удалось подавить попытку переселить свой разум в ее тело, ты знаешь, что сделал все правильно.

И пусть в ее интерпретации «Правило двух» становится правилом предательства, ты знаешь…

Ты ушел непобежденным.

И теперь тебе остается только ждать.

Мимо текут века. Ты спишь в гробнице на Коррибане – Занна не поскупилась, сделав все, чтобы запереть твой дух в Долине Лордов. Сон, все длящийся и длящийся… Тьма тихо убаюкивает тебя, напевая колыбельную, пока не настает тот самый момент. Тебя будят.

Ты смотришь на мелкое зеленое существо самого подозрительного происхождения и с блеском отыгрываешь роль, пафосно вещая о могуществе Темной стороны Силы и прочем бреде. Ты даже предлагаешь этому ушастому уродцу стать твоим учеником – предложение, которое закономерно отвергают, к твоему огромному облегчению. Что поделать, ты всегда был немножечко ксенофобом. Уродец улетает – еще бы, гранд-магистр Ордена джедаев Йода велик и светел по своему обыкновению. Подглядывающие Лорды и Леди морщатся, провожая звездолет алчными взглядами, не понимая, почему ты смеешься. А ты хохочешь в своей гробнице, потому что знаешь… Время пришло.

– Господа! – твой голос разносится по Долине, привлекая всеобщее внимание. – Займите свои места и запаситесь едой и напитками! Шоу продолжается!

А потом тебя затягивает в водоворот Силы, все погружается во Тьму, но ты не боишься.

Ты – Ситх'ари. Избранный.

И это – твое время.

А потом ты открываешь глаза и смеешься, невзирая на боль в теле. Раз болит, значит, оно есть, а это уже отличный старт. Оно непривычное, плохо слушающееся, но тебя это не смущает. Как не смущают направляющиеся к тебе тускены.

Тебе почти тысяча лет. Ты смеешься… И делаешь первый шаг.

Вновь чувствовать тело очень странно.

Бейн сделал несколько шагов на подламывающихся ногах, ощущая себя одновременно и кукольником, и марионеткой. Тускены приближались, потрясая гандерфаями. Несколько направили на него длинные ружья, но потом явно передумали. Это могло означать только одно – его решили захватить живьем.

Бейн замер, с трудом повертев головой. Что-то во всем происходящем было очень не то, но вот что именно? Непонятно. Пока что. Ситх наскоро оглядел себя, отметив, что на поясе присутствует характерное крепление для сейбера, еще раз осмотрелся – вокруг разоренная стоянка дикарей, и явно был тяжелый бой, поморщился, когда правая рука отказалась двигаться… Тускены почти добежали.

Ситх хмыкнул. Пусть он еле стоит на ногах, с трудом удерживая себя в вертикальном положении, пусть тело почти не слушается, пусть он не может полноценно физически сражаться… У него есть Сила и знания. Круговая волна Силы рванула от шатающегося мужчины, снеся пытающихся подобраться со всех сторон нападавших. Полыхнуло смертью. Бейн счастливо вздохнул, втягивая в себя тяжелую энергию, и весело оскалился.

– Цыпа-цыпа-цыпа… – прошептал ситх, с вожделением уставясь на заверещавших что-то дикарей. Сила накрыла все вокруг Полем Смерти, высасывая жизнь из дико кричащих тускенов, умирающих, ссыхающихся на глазах… Ситх застонал в экстазе, закатывая глаза.

– Слава тебе, Великая… – хрипло прошептал Бейн непослушными губами. – Спасибо. Жратва сама прискакала. Да еще и в рот залезла.

Мужчина огляделся, прощупывая Силой окрестности. Никого живого. Даже зверей нет – разбежались. Он еще раз осмотрелся, покосился на два раскаленных плазменных шара в прозрачном небе. Сила послушно окутала тело, сразу же стало не так жарко… Тутаминис – незаменимая техника.

Бейн поправил капюшон потрепанной мантии и принялся нарезать круги, рассматривая все вокруг, пытаясь понять, в кого же и куда его занесло. А потом, когда доберется до цивилизации, можно будет понять, и в когда.

Тело было непривычным. Бейн привык к своим габаритам, а его нынешнее вместилище явно ниже и гораздо легче. Однако, тело тренированное, мышечная память явно присутствует – с каждым шагом он все лучше и лучше себя контролировал. К тому же пояс… Сейбер нашелся на третьем круге. На одну руку, голубого цвета. Так, его занесло в джедая. Рука привычно прицепила рукоять на пояс, Бейн продолжил поиски. На седьмом круге нашлась причина конфликта: на испещренном ямами песке валялся очень необычный тускен. Слишком упитанный, это раз. Человек, это два. С сейбером в руке, это три. Еще один голубой клинок.

Ситх хмыкнул, почесал непривычно заросшее лицо, повертел сейбер в плоховато слушающейся руке… Прицепил на пояс. Пнул труп, переворачивая на спину. Маска свалилась, показав татуированное лицо. Бейн осмотрел его, снова почесал бороду… Да что ж это такое?! У него что, блохи?! Или это привычка предыдущего владельца этого тела?

Пальцы нервно зарылись в неаккуратно подстриженную бородку. Не слишком длинную, но Бейну этого хватило, чтобы взбеситься. Практически всю свою жизнь он был лысым. С момента поступления в академию. До этого носил короткую прическу, о бороде и речи не было.

В Академии он начал бриться налысо. Почему? Потому что стерва Гитани едва не сорвала с него скальп, пользуясь своими длинными ногтями… Чуть не ощипала в порыве страсти. Это было неприятно, и Бейн выводы сделал. Обрил все к ситховой бабушке! А что, никаких проблем по утрам, да и выглядеть он стал очень брутально. Девушкам нравилось.

А потом он примерил на себя орбалисковую броню, и проблема с бритьем решилась самым радикальным способом.