Читаем Клятва мести (ЛП) онлайн бесплатно

Академия Сикуро — Итальянские преступные семьи

Северо-восточная территория

Специализируется на управлении оружием

Марсело Коста

(глава преступного клана Коста)

Юго-восточная территория

Специализируется на подделке колец и схемах хищения

Антонио Ла Роса

(следующий в очереди на управление преступным кланом Ла Роса)

Юго-западная территория

Специализируется на торговле наркотиками и отмывании денег.

Данте Аккарди

(следующий в очереди на управление преступным кланом Аккарди)

Северо-Западная территория

Специализируется на мошенничестве с ценными бумагами и кибервойне.

Габриэле Витале

(следующий в очереди на управление преступным кланом Витале)

МИРАБЕЛЛА

Ничто так не портит идеальный день, как появление мертвого жениха посреди первого занятия.

Я не обращаю внимания, когда кто-то стучит в дверь, но когда все мои одноклассники ахают, мое любопытство пробуждается, и я поднимаю взгляд от своих бумаг к открытой двери класса. Моя челюсть отвисает, и я делаю двойной взгляд, моргая. Марсело Коста стоит в дверях — живой.

Марсело Коста, человек, который должен был стать главой преступной семьи Коста.

Марсело Коста, за которого мой отец устроил мой брак.

Марсело Коста, которого похоронили три месяца назад.

Детский истеричный голос кричит в моей голове: — Черт возьми, он все испортит.

— Я могу вам помочь?

Профессор Эдвардс наклоняет голову, чтобы посмотреть на Марсело поверх оправы очков.

— Марсело Коста. Поздний перевод.

Он разрывает дистанцию со своей обычной уверенностью и вручает ей записку.

Клянусь, все девушки следят за его движениями, и у каждой между бедер становится немного влажнее. Нельзя отрицать, что Марсело Коста — самый потрясающий образец, который большинство людей когда-либо видели лично.

Я шатаюсь от шока, когда он поворачивается и встречается со мной взглядом. Пока его глупая самоуверенная ухмылка не расползается по его лицу, сменяя мой шок раздражением.

София резко поворачивает голову в мою сторону. — Какого черта он здесь делает?

Выражение ужаса на лице моего лучшего друга, вероятно, совпадает с моим. Она точно знает, что это значит для меня.

Воскрешение Марсело угрожает самому моему присутствию в Академии Сикуро. До того, как его «убили», я должна была выйти за него замуж и стать послушной женой мафиози. Сидеть дома, рожать детей — скрещиваю пальцы, что это будут мальчики, — пока он будет уходить и делать все, что ему заблагорассудится.

К черту это.

Я больше, чем просто конфетка в церкви по воскресеньям и праздникам. Я могу предложить семейному бизнесу столько же, сколько и любой из парней, сидящих в этом классе.

Еще пять лет назад Академия Сикуро была школой только для мальчиков, но даже сейчас, когда девочкам разрешено ее посещать, нам по-прежнему требуется разрешение наших отцов или мужей. По сути, патриархат решает, позволено ли нам делать из себя больше, чем быть женой или матерью.

И во время небольшой встречи, на которой наши семьи официально объявили о нашей помолвке прошлой весной, Марсело ясно дал понять: ему нужна хорошая маленькая жена дома.

Не дай Бог, чтобы мы научились отмывать деньги или побеждать в уличных драках, или взламывать компьютеры и делать бомбы, как это делают парни, когда они здесь. Зачем нам возможность продвигаться по служебной лестнице, как ребята, если мы даже не в званиях с самого начала? Это бесит.

— Садитесь, — говорит профессор Эдвардс.

Марсело осматривает класс, не обращая внимания на единственное свободное место. Вместо этого он идет по проходу и останавливается у стола рядом со мной.

— Убирайся, — требует он от сидящего там парня.

Я была в кампусе всего несколько дней, так что я не знаю имени этого парня, но по его ярко-рыжим волосам могу поспорить, что он член ирландской мафии.

Парень смотрит на Марсело сверху вниз, предположительно решая, стоит ли браться за Марсело. Если бы он спросил кого-нибудь из нас с Восточного побережья, мы бы сказали ему, черт возьми, нет. Марсело Коста — подлый ублюдок, и хотя он, возможно, не сможет заставить парня заплатить прямо сейчас, здесь, в этом классе или даже в этом кампусе, он найдет способ в свое время.

Ирландский Мальчик, кажется, тоже это понимает, потому что он спешит собрать свои вещи и подходит к пустому столу через несколько рядов.

Марсело садится на свободное место и пристально смотрит на меня своими темными глазами. — Ciao, fidanzata.

Перевод: Привет, подруга.

Ему повезло, что Академия Сикуро считается нейтральной территорией, иначе я бы, скорее всего, перепрыгнул через этот стол и задушил его до смерти.

Все остальные в классе снова обращают свое внимание на профессора Эдвардса, когда видят нас в отведенном взгляде. Никто не хочет быть на плохой стороне Марсело. Но мне все равно. Однажды его существование чуть не разрушило мою жизнь. Я не позволю этому случиться снова.

Занятия затягиваются, Марсело смотрит на меня большую часть времени. Когда урок заканчивается, я встаю, спешу собрать свои вещи и убраться отсюда к черту.

Сегодня должно было быть весело и интересно. Мой первый день занятий и новый старт в будущее, которое я строю для себя. Теперь черная дыра, которая является будущим, которого хотят для меня мой отец и жених, засасывает меня обратно.

София ждет меня, и когда я уже собирался выйти с ней, Марсело хватает меня за запястье.

— Все вон.

Его глаза остаются на мне. Он даже не перепроверяет, все ли следовали его приказам, потому что он знает, что они это сделали.

Stronzo.

Мудак.

Я выдергиваю запястье из его хватки. — Я думала, ты умер.

Я закидываю рюкзак выше на плечо.

— О… — Он подходит ближе и заправляет прядь моих длинных темных волос мне за ухо. — Ты оплакивала меня, dolcezza ?

Перевод: Сладость.

Марсело так близко, что это почти нервирует, насколько он красив. Его волосы такой же длины, как и волосы его бороды, оба гладко выбриты. А его насыщенные темные глаза обрамлены длинными ресницами, за которые большинство женщин убили бы. Он высокий, с широкими плечами, а его тело покрывают худощавые мышцы. На нем школьная форма — серые классические брюки с белой пуговицей и галстуком, который подходит к моей юбке в красную, белую и зеленую клетку. Конечно, на нем нет пиджака, потому что он должен что-то сделать, чтобы противостоять системе. Если я действительно честна, близость к нему действует на меня совершенно противоположно тому, что должен делать враг. Мне приходится напоминать себе, что он хочет заманить меня в ловушку жизни, которой я не хочу.

— Я серьезно, Марсело. Все думали…

Он наклоняет голову, изучая меня. — Не все.

Я сердито смотрю на него. — Что это значит?

— Мой дедушка знал, что я жив.

Я плююсь на мгновение.

Но на похоронах присутствовал его дедушка. Он поговорил со мной и сказал, какой позор, что Марсело умер таким молодым, потому что у нас родились бы прекрасные дети, и что наш союз укрепил бы связь между Коста и Ла Роса.

Семья Марсело контролирует северо-восточную часть Соединенных Штатов, в то время как Ла Роса контролирует юго-восточную часть страны. В то время как его семья занимается торговлей оружием, моя семья специализируется на подделке колец и схемах хищения. Объединение двух семей удовлетворило бы стремление наших отцов к большей власти и потребность семьи Марсело в большем количестве портов вдоль береговой линии, чтобы управлять своим оружием, а взамен дало бы моему отцу часть прибыли.

— Я не понимаю. — Моя рука сжимает лямку рюкзака. — Твой отец действительно мертв?

Предположительно, в результате взрыва заминированного автомобиля погибли Марсело и его отец Сэм Коста.

Его рот сжимается в тонкую линию, и он кивает. — Он мертв.

— Мне жаль.

И я искренне выражаю свои соболезнования, хотя я ненавижу этого человека и будущую роль, в которой он меня видит. Но потеря отца раздавит меня, не говоря уже о том, что Марсело всего двадцать один год. Готов ли он стать главой семьи?

Он пожимает плечами и смотрит на меня в течение еще одного нервирующего удара. Я ерзаю под его пристальным взглядом.

— Ты был в машине, когда она взорвалась?

Мой взгляд бегает вверх и вниз по его подтянутому телу. Люди видели его возле машины, но не видели, как он убегал. Разве у него не должно быть следов ожогов? — Ты не выглядишь иначе.

Снова его рот сужается. — Нет. Мы можем поговорить обо всем этом позже.

— Когда? Когда приедет машина, чтобы отвезти меня домой? Можешь забыть об этом, Марсело. Я не покину академию.

Мой голос становится громче, когда я думаю о сумках, которые распаковала на прошлой неделе, и представляю, как они упакованы и помещены в лимузин с ним на заднем сиденье.

Он смеется, и это совершенно снисходительно. Как будто это мило, что я думаю, что могу влиять на свою жизнь.

Он оглядывает комнату и снова смотрит на меня.

— А пока ты можешь остаться здесь. Там небезопасно ни для кого из нас, пока я не выясню, кто убил моего отца. Мы смогли выяснить, что бомба была взорвана с помощью компьютерной программы, но я не знаю, кто установил бомбу или кто написал программу.

— Жаль, что они не сделали работу лучше.

Его глаза танцуют от удовольствия, как будто это смешно, что я желаю ему смерти.

— Мне понравится узнавать тебя поближе, amore. Так как мы теперь одноклассники и соседи по общежитию.

Перевод: Любовь.

Я маскирую свою реакцию, когда действительно хочу ударить его коленом по яйцам.

В Roma House живут вместе, но мужчины и женщины живут на разных этажах. Нужно как-то сохранить всю добродетель девочек, верно? Если Марсело думает, что проскользнет в мою комнату после наступления темноты, я обязательно познакомлю его со своим коленом.

При любых других обстоятельствах я бы приветствовала в своей постели такого мужчину, как Марсело — горячего, могущественного и знающего толк в женской киске. Но тот факт, что он думает, что имеет право быть там?

Ни за что.

— Извини. Считай это нашим официальным разрывом. Я не выйду замуж за тебя.

Он выглядит сбитым с толку моими словами, медленно проводя указательным пальцем по моей щеке. — А что бы подумал об этом твой отец?

Я открываю рот, чтобы отругать его, но дверь класса распахивается.

Марсело в гневе мотает головой, и я вспоминаю, что он все еще человек, которого следует опасаться. Но выражение его лица быстро меняется. Улыбка смягчает его суровые черты, как будто он обычный студент колледжа — добродушный и приветливый, и он не готов стать главой крупной преступной семьи.

Я следую его видению. Конечно же, его кузен Джованни и лучшие друзья Марсело, Николо и Андреа, врываются в комнату. Судя по тому, как их рты приоткрыты, они так же удивлены, как и я, что он здесь во плоти.

Я протискиваюсь мимо трех парней, обнимающихся и сжимающих кулаки с Марсело.

— Findanzata ?

Перевод: Любимая.

Марсело говорит, когда я уже почти расчистила дверной проем.

Я останавливаюсь и оглядываюсь, слово невеста заставляет меня внутренне кричать. Все четыре пары глаз устремлены на меня. — Что?

— Мы заберем это сегодня вечером.

Я закатываю глаза и выхожу за дверь. Но я не могу бежать вечно. Он знает, где меня найти.

МАРСЕЛО

— Какого хрена?

Джованни толкает меня в грудь обеими руками, его первоначальная улыбка, увидев меня, стирается с его лица.

Глаза Андреа широко распахиваются. Их радость и облегчение от того, что я не взорвался, длились не так долго, как я надеялся. Я знал, что после того, как удивление пройдет, они будут в ярости, что я позволил им думать, что я мертв в течение трех месяцев.

— Извини, — тут же выплевывает Джованни, когда я смотрю на него. Я дам ему это одно нарушение, учитывая обстоятельства. Он может быть моим двоюродным братом, но никто меня так не трогает. — Я просто такой… черт возьми, чувак. Мы думали, что ты мертв.

Николо и Андреа кивают.

— Нам нужны подробности, — говорит Андреа.

Они ничего не получают. Николо и Андреа — мои лучшие друзья, но это не значит, что я им доверяю. Особенно сейчас, после того, как кто-то решил убить главу преступного клана Коста. У них получилось с моим отцом, но я отказываюсь давать кому-либо еще один шанс на себя. Месть теперь моя единственная забота. Возможно, за последние несколько лет я сильно потерял уважение к своему отцу, но никто не уничтожает члена моей семьи, не заплатив за это.

Новые студенты приходят к новому профессору, который инструктирует нас идти на следующий урок.

— Расскажи нам позже, — говорит Николо, и они с Андреа бегут по коридору, а мы с Джованни небрежно идем на следующий урок.

— С каких это пор они любимчики учителей? — спрашиваю я своего двоюродного брата.

Единственная причина, по которой мы все четверо окончили среднюю школу, заключалась в нашем имени. Мы были рекордсменами по количеству канавных дней, но директор слишком боялся наших отцов, чтобы наказывать нас. К тому же, он, вероятно, все равно хотел, чтобы мы ушли из старшей школы.

Он усмехается. — Ты пропустил ориентацию, но узнаешь, что здесь нельзя опаздывать. Слишком много пропусков, и тебя выгонят.

Я смеюсь.

Джованни останавливается и кивает. — Я совершенно серьезен. Твое… наше имя здесь ничего не значит.

Я очень в этом сомневаюсь, но опять же, я никогда не планировал приходить в эту жалкую школу, где мы притворяемся, что учимся в детском саду, и играем в безопасности. Я до сих пор чувствую себя голым без оружия и ножей. Особенно, когда я вижу здесь детей других мафиози и политиков.

Академия Сикуро была основана три десятилетия назад итальянской мафией после серии кровавых расправ над территорией. Огромное количество подающих надежды мафиози было уничтожено. У глав семейств возникла блестящая идея основать школу на нейтральной территории — маленьком участке земли, приютившемся посреди страны на территории Витале, но принятом как самостоятельный закон.

Четыре итальянских криминальных клана управляют Соединенными Штатами. Моя семья, Коста, управляет северо-востоком, а отец Мирабеллы и его семья, Ла Роса, управляют юго-востоком. Виталес контролируют юго-запад, а Аккарди — северо-запад. И здесь, в Академии Сикуро, они все могут отправить своих детей, когда им исполнится восемнадцать, не беспокоясь о том, что мы снесем друг другу головы, поскольку существует политика нулевого насилия — и запрещено оружие, если только мы не участвуем в боевых классах.

В конце концов правление допустило другие семьи мафии, такие как ирландцы и русские, даже членов картеля. Потом они действительно опустились и впустили детей политиков, потому что это было выгодно с финансовой точки зрения. Астрономическая плата за обучение каждого наполняет карманы четырех семей-основателей, поэтому имело смысл впустить наших врагов, что дало нам возможность узнать, кто был многообещающим в их рядах.