Читаем Кир и Йенни онлайн бесплатно

Внутренние иллюстрации Натальи Ивановой

Мы стояли на платформе в кромешной тьме. Вокруг ни души. Макс был ужасно пьян. Он не то что по-французски, по-русски еле-еле мог связать пару слов. И это означало, что на его помощь в качестве переводчика в этом захолустье можно было не рассчитывать. Маша истерично смеялась, поддерживая своими хрупкими руками управляемое алкоголем тело Макса. Она тоже, как выяснилось, французский знает не так хорошо, как мы предполагали изначально. И это был первый в моей жизни случай, когда я оказалась по уши… Ну, вы поняли.

Если честно, я вообще не знаю, зачем этим арабам понадобилось вышвырнуть нас из поезда. Можно было ограничиться пересадкой в другой вагон. Слава богу, нам дали возможность забрать вещи. Ну как нам – мне, потому что эти двое были абсолютно не в адеквате.

– Документы, деньги хоть на месте?! – срываясь на крик, спросила я своих горе-попутчиков.

– Не знаю, посмотри сама. – Маша протянула сумку, в которую мы сложили все самое ценное. Макс в ответ лишь пробурчал что-то невнятное.

Я судорожно начала копаться в сумке, пока не увидела папку с документами, открыла… Уф! Слава богу, все на месте! Если бы мы сейчас потеряли паспорта, билеты и деньги, родители бы точно узнали, что я уехала из Москвы. И каким бы могущественным ни был Кирилл, из такой жопы нас смог бы вытащить только мой папа, который думает, что его дочь в это время спокойно спит в своей квартире на Беговой.

В общем, я поняла: надо что-то делать. Потому как оставаться здесь точно не вариант. Перезвонить Киру? В принципе, можно, но только что он сделает? Посмотрит по «Google Картам», где мы находимся, и скажет, по какому маршруту мне нести на своем горбу этих двух придурков? Судя по тому, что сейчас два часа ночи и наш поезд должен приехать только через полтора-два часа в Мец, мы находимся не так уж и близко к пункту назначения. Примерно на полпути.

– Жень, где мой айфон? Я хочу включить Cream Soda! Хочу танцевать! Где этот урод Амин? – Маша начала вырывать у меня сумку, видимо, чтобы достать телефон.

– Твой Амин едет преспокойно в поезде, пока мы сидим хрен знает где… Что ты ему сказала, из-за чего он выкинул нас из поезда, а Макса вообще чуть не убил? – Я отдернула руку с сумкой, в которой было слишком много всего ценного, чтобы так просто отдать ее пьяной Маше.

– Я сказала, что та баба в уродском платке, которая сидела в углу, похожа на жирную проститутку… Ту, которая набросилась на меня в Париже. – Макс заржал. – Ну правда же похожа! – Маша опять начала смеяться.

– Жесть! Сказать арабу, что его жена похожа на жирную проститутку? Да что там арабу, любой нормальный человек поступил бы с нами точно так же! Маш, ты вообще в своем уме? – Мое удивление было искренним еще и потому, что я никогда не видела ее в таком состоянии. Вот что творит с человеком любовь… Ну, или алкоголь.

– А что на правду обижаться? Верно, Макс?

– Верно, – звонким и жизнерадостным голосом ответил Макс.

– Зачем вы вообще пошли за мной?

– Женя… – Макс из последних сил пытался казаться трезвым и спокойным, поэтому его последующие витиеватые выражения казались особенно комичными и нелепыми. – Они нам сразу не понравились. Ты пострадала от них. Мы должны были тебя защитить и поступили абсолютно правильно.

– Абсолютно! – поддакнула Маша, и они оба начали смеяться, усевшись на единственную скамейку на платформе.

Ладно, с ними бесполезно говорить, что сделано, то сделано. На самом деле, я сама пошла к этим арабам, с которыми мы случайно познакомились на перроне, когда садились на поезд. Мне было скучно с этой парочкой, но они все равно пошли следом за мной. Общаясь с арабами, я тщательно подбирала выражения, так как они – народ горячий, вспыльчивый, что ни для кого не секрет. А вот Машу с Максом, по ходу, просветить на эту тему общество забыло. И когда я вбежала обратно в купе, услышав непонятные звуки, Амин уже грозил кулаком Максу, крича что-то непонятное на своем языке, а женщины в платках визжали, забившись в угол. Я начала извиняться, но это было бесполезно, только гнев Амина обрушился и на меня. Поэтому я схватила пьяных Макса и Машу и побежала в следующий вагон. Арабы нас догнали, что-то кричали, начали толкать. Как раз в этот момент поезд остановился, двери открылись, нас силой выпихнули на перрон… И вот мы здесь.

В моей сумке зазвонил телефон. Я достала его, посмотрела на дисплей и увидела имя, от которого испытала двойной шок. Первый – почему мама Дениса звонит мне в такое время, второй – почему она вообще мне звонит? Я подняла трубку и попыталась говорить таким голосом, будто за несколько секунд до ее звонка спала в теплой кроватке.

– Да, Ольга Сергеевна, что-то случилось? – Шок и удивление изображать не пришлось.

– Женя… – Ольга Сергеевна плакала и не могла внятно произнести ни слова.

– Что такое? Что произошло?

– Денис звонил…

– Да? Что он сказал?

– Мне позвонил Денис… – Кажется, всхлипы из трубки услышала даже Маша, развалившаяся на скамейке. – Он не смог дозвониться до тебя, у тебя что-то с телефоном. Сказал, что его забрали в психушку…

– В смысле в психушку? В какую? Как?

– Женечка, я тоже ничего не поняла. – О боже, она назвала меня Женечкой или мне послышалось? – Он сказал, что у него считаные секунды на разговор. И сказал, чтобы я дозвонилась до тебя.

– Ольга Сергеевна! Успокойтесь, не нервничайте. Он жив и здоров – это самое главное. – Я больше успокаивала себя, так как мое сердце уже болезненно бултыхалось где-то в пятках. – Я свяжусь со всеми знакомыми, позвоню папе, будьте на связи, не существует безвыходных ситуаций.

«Не существует безвыходных ситуаций»?! Я сама сейчас находилась в такой заднице, что уж точно не мне так приободрять других. Меня только что чуть не убили арабы, потом пожалели и просто выкинули из поезда, и мы не знаем, есть ли тут хоть какая-то цивилизация и как добраться до того места, где будет эта чертова конференция. Но это казалось цветочками в сравнении с тем, что я услышала только что…

– Жень, умоляю тебя, помоги Денису, я могу прислать деньги, все что скажешь!

– Ольга Сергеевна, хорошо. Не надо никаких денег, не нервничайте, я все улажу. Обещаю. Это точно какая-то ошибка.

Мы попрощались.

В ту секунду я подумала, что арабы выкинули нас не на перрон, а сразу в один из кругов ада, и, видимо, самый жаркий. Да уж, без звонка папе точно не обойтись.

Маша звонила уже раз шестой, а я не брала трубку, потому что опаздывала почти на час, так как общалась по скайпу с будущими (возможно) спонсорами. И «возможно» здесь ключевое слово, потому что ни о чем мы так и не договорились.

Хоть и знала, что Маша не одна и вряд ли будет сильно злиться, я почему-то не хотела отвечать на звонок. Ну а толку, если через пять минут уже подойду в бар «Ровесник», где мы и договорились увидеться? Вообще, Маша – это одна из тех подруг, которая ничего не делает в одиночку. Не может сходить в туалет одна, не может пойти по магазинам одна, не может встретиться с возможным заказчиком одна, не может поесть одна. И чаще всего ее одиночество приходится скрашивать мне. Во-первых, потому что мы коллеги, во-вторых, потому что дружим почти с первого курса. Но, хотя мы с ней во многих вопросах слишком разные, нас сближают три черты: мы обе лентяйки с периодическими всплесками трудовой активности, любим потрепаться за бокальчиком вина и осуждаем парней и девушек, трахающихся со всеми направо и налево. Тем не менее, несмотря на целомудрие до мозга костей (а, быть может, и другого места), у нас есть подружка Юля, куда большая раздолбайка, чем мы, и к сексу относится так же просто, как к покупке пачки сигарет. А курит она много.

– Здорово, девчонки, – сказала я, подойдя к Маше и Юле, которые стояли у кассы.

– Привет, дорогая! – Юля потянулась поцеловать меня в щеку.

Маша бросила на меня обиженный взгляд за опоздание, но быстро отошла, так как через несколько минут уже ела авокадо с хумусом и запивала это красным вином. То же себе взяла и Юля. Я купила коктейль и начос.

И хотя мы с Машей хотели обсудить кое-какие рабочие вопросы, все равно болтали о всякой ерунде. Да и, если честно, я не особо хотела говорить о работе при Юле. Хоть она и помогала Маше, все равно я считала ее в какой-то мере чужим человеком. А как учили меня папа и фильм «Крестный отец», вопросы бизнеса надо обсуждать только с посвященными и теми, кому ты доверяешь.

Нашу болтовню перебила компания кавказцев, зашедших в бар.

– Что они тут делают? – брезгливо спросила Маша.

– Так же, как и ты, пришли вкусно и недорого поесть. – Порой я уставала открывать инфантильной подруге очевидные вещи.

– Ненавижу чурок!

– Тебе что, замуж за них выходить? Нас разделяет метров десять, не обращай внимания и все. – Иногда меня бесил национализм подруги, но я не хотела заводить спор, который закончится либо ссорой, либо обидой.

– Ни за что бы не вышла замуж за кавказца или азиата, – сказала Маша, сделав глоток вина.

– Эй, не трогайте кавказцев! – вклинилась в наш разговор Юля. – Мой первый парень был армянин.

– Сколько тебе было лет? – спросила я.

– Четырнадцать.

– И долго вы были вместе? – продолжила допрос Маша и посмотрела на Юлю своим испепеляющим взглядом целомудренной фанатички.

– Нет. Мы переспали, а через месяц я его сама бросила, так как узнала, что у него жена и дети.

– Ну и правильно, – решила я сменить эту неприятную тему. – Пойдем покурим, Юль?

– Идем.

– А я останусь одна? – В Маше проснулась подружка-одиночка.

– Блин, Маш, мы на пять минут уходим. Возьми мой айпад, посиди в интернете! – Я протянула Маше планшет.

– Но тут вайфая нет.

– В нем симка.

Мы с Юлей вышли на улицу. Я почти не курила, но иногда мне нравилось подышать сигаретным дымом. Пока она рассказывала мне о своих похождениях на прошлых выходных, я была погружена в свои мысли. Уже второй месяц не видела Дениса. И, как ни крути, ежедневные СМС и звонки не заменяли живого общения. Вчера стукнул ровно год, как мы вместе. Отмечали по скайпу: я в Москве, он в Париже. Денис уже два месяца там работает. Здесь он учился в аспирантуре на архитектора. И его как молодого и перспективного специалиста пригласили на стажировку в Париж. Если бы мы поженились, можно было бы поехать вместе… Но мы просто встречались. Да и я только перешла на четвертый курс, а срываться на год в Париж посреди семестра было бы не лучшей идеей. После нескольких бессонных ночей, преисполненных слез и соплей, мы смиренно пришли к тому, что такого шанса упускать нельзя, а этот год будет хорошей проверкой наших чувств.

– Так вот, короче, мы приезжаем такие в клуб, выпили в машине пиваса литра два, а там Серега на входе стоит! Я думаю, все, спалилась, а он меня даже не узнал…

– Юль, слушай, вопрос не в тему.

– О господи, ну давай.

– Совсем-совсем не в тему.

– Так, стой, сейчас еще закурю и валяй. – Юля достала сигарету из пачки.

– Ты бы могла простить измену?

– Могла бы. Я и прощала не раз. Однажды, когда с Левой были в клубе вместе, он вообще с другой телкой уехал… И ничего, простила. А что, тебе Денис изменил?

– Нет, не изменил, просто думаю об этом последнее время часто. Все же на год от меня уехал.

– Ага, значит, ты ему изменила? – Юля воодушевленно взглянула на меня в надежде, что я расскажу ей какую-нибудь кул стори.

– Блин, Юль, да никто никому не изменял. Прекрати. Просто интересуюсь.

– Забей. Все мужики бабники, у них это в генах. Ну и что, даже если потрахался он с какой-нибудь бабой? Кончил и забыл, а вернулся к тебе. И даже если Денис тебе изменит, не заморачивайся.

– Не думаю, что ему это нужно.

– Тем лучше! Но будь начеку, все мужики – животные.

– А ты бы могла переспать с парнем, зная, что у него есть девушка?

– Я спала.

– И что, ты нормально себя при этом чувствовала? – Я частенько конкретно офигевала от Юли. Тем не менее никогда не считала ее шлюхой. Так или иначе, каждый сам выбирает, как ему жить.

– Ну а что, Жень? Что такого-то? Мы оба знали, что это на один раз. Ему плевать на меня, мне – на него, мы получили то, что хотели друг от друга, и попрощались.

– Ох, Юль, я так не могу.

– Ну и дура.

Я промолчала.

– Трахайся, пока молодая, потому что когда в сорок лет тебе захочется разнообразия в сексе, будет уже поздно.

– Почему поздно?

– Потому что засохнет у тебя там все.

– Юль, какая ты мерзкая!

– Я не мерзкая, а честная. Идем внутрь, Машка заждалась.

Мы зашли. Маша сидела, внимательно что-то читая на айпаде.

– Что там такое? – спросила я.

– Да тот чувак написал, с которым я вчера познакомилась на вечеринке.

– И что ему надо?

– Говорит, что хочет увидеться, типа у него есть какая-то офигительная идея для нас.

– Ну встреться, потом расскажешь мне.

– Нет, идем со мной! Не хочу одна. Пожалуйста!

Опять Маша-одиночка, как я ее порой ненавидела…

– Ладно, пойдем, только завтра не могу – встречаюсь с Кириллом.