Читаем Киевская хунта онлайн бесплатно

Не мною и не вчера подмечено, что Украина — страна «умышленная», составленная из разнородных частей. Она, быть может, и срослась бы при вялом авторитарном режиме наподобие кучминского. Но победило подловатое «стояние» на Майдане, затем карательные отряды, сформированные на киевской площади, расползлись по юго-востоку, чтобы длиннорылыми гаубицами, неуправляемыми авиационными ракетами и шершнями «Града» рыхлить богатую сланцевым газом почву, готовить ее для пересадки новым олигархам.

В России после рассоединения худо-бедно, но построили государственный капитализм, который при всех его изъянах оказался более эффективным и продвинутым, чем то, что образовалось за эти годы на Украине. Как назвать это украинское «экономическое чудо» — олигархический феодализм или феодальный олигархат? Но так или иначе Украина оказалась в бесконечном тупике.

Смуты 2004-го и 2013-го годов начинались с массового недовольства олигархатом, вынудившим миллионы украинцев в поисках лучшей доли челночить и торговать мелочевкой на базарах, батрачить на полях Европы или стройках России, красавиц — заняться проституцией, шахтеров — рыть «копанки», словно в смутные времена.

В советское время тысячи жителей Западной Украины отправлялись на сезонные заработки в РСФСР, и тогда в этом не было ничего личного. Все изменилось после 1991 года. Сегодня галичанам не в лом пока батрачить в странах Евросоюза — но батрачить на незаслуженно разбогатевших и продолжающих богатеть русских, строить им дома, торговать на их рынках, а не наоборот, и возвращаясь ненадолго домой, слышать их речи и песни чуть не на каждом шагу?! Зашкаливающая русофобия порождена проснувшейся в душах гадиной зависти, пытающейся опровергнуть ощущение собственной несостоятельности или недостаточности.

Украинские националисты матерели, тренируясь на природе еще с конца 80-х. Населению, в душе глубоко сельскому, провинциальному, они предложили примитивные ответы на непростые вопросы и нарисовали дикарскую картину мира и обустройства собственной страны. Остальное доделало время и сравнительно небольшие деньги.

«Все мы вышли из села — но село не вышло из нас», — справедливо подметил еще в 90-е годы тогдашний глава львовской администрации. Вот все и пошло, как по писаному. Почувствовавшие себя обездоленными люди (и в первую очередь молодежь) выступили против забуревших господ, и была великая массовая эйфория, как в хрестоматийном стишке Тычины: «На майдані коло церкви революція іде.// — Хай чабан — усі гукнули за отамана буде!».

Несомненно, демон ненависти ожил и вырвался из плена в районе Карпат, говорил писатель Игорь Клех, большую часть жизни проживший в Галичине, на Западной Украине. Быстрым ходом демон дошел до Киева и овладел им, после чего перешел Днепр. Почему миллионы киевлян раз и два допустили и даже приветствовали изнасилование своего чудесного города? Потому что плебей не интересуется, откуда берутся богатства Рима, не вникает и не вмешивается в дела управления империей. Его интересует «чтобы мне чай был», по Достоевскому, он — «электорат», «пипл». Но разве кого-то из нас интересует, из чего и как делается колбаса? Оранжевый цвет оказался лишь веселеньким оттенком коричневого.

А дальше никакой мифологии — один, только один компромат, страницы уголовных дел на представителей новой власти, начиная с президента, и дальше — на крупный и мелкий мусор «евромайдана», захваченный бешеной грязной воронкой.

Украинский истеблишмент обладает психологией блатных, урок-ширмачей — карманных воров, совершающих кражи с «ширмой», под каким-то прикрытием. У украинцев есть националистический драйв и задор. Они нагло, на ходу выдумывают себе идеологическое прикрытие и оправдание, прячутся за национальные декорации. Это театр, и театр пьяный, авантюристичный, азартный. В общем, хохлам весело.

Украина показала всему миру удивительный спектакль под условным названием «Из грязи в князи». Охватившая Майдан революция вывела на руководящие посты в государстве людей, репутация у которых не просто сомнительная — подмоченная. Блок националистов и неонацистов, замешанных в коррупционных скандалах, уголовных делах, пьянстве, киднепинге, подставах и лицемерии, не гнушается использовать деньги любого происхождения в своих интересах.

Новый украинский президент Петр Порошенко происходит из семьи цеховика Алексея Вальцмана, советского подпольного миллионера, взявшего фамилию жены. Отец передал сыну главную заповедь: чтобы воровать и не попадаться, нужно уметь воровать по-крупному. Порошенко-младший сам часто путается в объяснениях, каким образом в его собственности оказались судостроительный завод, кондитерская фабрика и телеканал.

Днепропетровский губернатор Игорь Коломойский — тоже олигарх еврейского происхождения, но он вдобавок финансирует неонацистские батальоны. Да, противоречивая личность, от которой отвернулась местная еврейская община, но привлекла внимание президента России Владимира Путина, который публично назвал Беню (кличка Игоря Коломойского) «уникальным проходимцем», «кинувшим» российского миллиардера Романа Абрамовича.

Коломойский еще поборется с Юлией Тимошенко за кресло президента Украины, когда очередной Майдан сметет Порошенко вместе с его заводами, газетами и пароходами. Под матрасом «оранжевой принцессы» уже спрятана не горошина, а пудовая гиря криминального прошлого. И это та малая часть украинского истеблишмента, имена которых на слуху у российского люда.

А пока паук Коломойский пожирает паука Рината Ахметова, владельца юго-восточной «промзоны», самого богатого гражданина Украины. Ахметов начинал как карточный шулер, «ломщик» и «кидала».

Еще один украинский олигарх Дмитрий Фирташ сам себе строит «газовую камеру», финансируя нацистскую партию «Свобода» и ее лидера Олега Тягнибока.

И далее по бесовскому списку разные яремы, турчиновы, яценюки, проданы, аваковы, наливайченковы, петренки, пашинские, черноволы и многие другие. В общем, имя им легион.

Воровство и «мазепинство» украинской элиты издавна притча во языцех. Так же вели себя запорожские ватажки, десятки раз перебегавшие от короля к султану, царю и обратно, а кое-где и сегодня так ведут себя правители и войска в Азии и Африке, но уже во времена Мазепы подобное поведение перестало приветствоваться в европейских странах.

Нечто такое было бы просто невозможно, если бы Украина за 20 лет сама себя не довела до ручки, не растеряла и распродала собственную суверенность. Сегодня над картой Украины склонились участники так называемой Большой Игры (не британцы ее придумали, но они так ее назвали). Это американский Госдеп, имеющий целью как минимум ослабить Россию. Неонацизм включен Вашингтоном в «оранжевый проект». Нацизм, в отличие от простого национализма, проект интернациональный, его цель — «новый порядок», и бандеровец легко потерпит рядом «русскоязычного» или даже нациста из России, лишь бы добраться до «москаля», считающего своей родиной Россию и готового защищать ее от нацизма. По раскаленной сковородке идет Украина. Горят люди в Одессе и далее везде. Подпрыгивают дружно толпы на площадях городов, скандируя: «Хто нэ скачэ — той москаль!» и «Москаляку на гилляку!». Отчего скачут? Так жжется же! Бесы под сковородкой уголья ворошат.

Новый украинский президент Петр Алексеевич Порошенко не любит вспоминать о том, что носит фамилию матери. Его отец — урожденный Алексей Вальцман — взял фамилию супруги Евгении Сергеевне Порошенко. Поступок объяснимый: с началом массовой эмиграции в Израиль в вузах установили негласные квоты на «пятый пункт», и в 1982 году Пете Вальцману не светил престижный факультет международных отношений и международного права Киевского государственного университета. Нынешний украинский президент не любит вспоминать о своих еврейских корнях, он очень болезненно реагировал, например, на включение его израильским «Форбс» в список 165 самых богатых евреев мира. Впрочем, справедливости ради отметим, что по другой версии, Порошенко-старший сменил фамилию не перед поступлением сына в университет, а немного позже, после того, как стал фигурантом уголовного дела.

Июньским днем 1986 года семью нынешнего украинского президента настигло шокирующее известие. В этот день уроженец села Софьяны Измайловского района Одесской области УССР Вальцман А. И., еврей, гражданин СССР, исключенный из членов КПСС в связи с уголовным делом, имеющий высшее образование, военнообязанный, женатый, работавший с 26 сентября 1977 года по 9 декабря 1983 года директором Бендерского опытно-экспериментального ремонтного завода, был арестован и находился под следствием в ожидании приговора. Как потом описывал этот период в своей биографии Петр Порошенко «меня воспитывало отсутствие отца дома». Причина отсутствия отца скромно умалчивалась.

Что же натворил наш Алексей Иванович Вальцман? Не секрет, что в 70-е годы в СССР расцвело крупное и мелкое воровство госсобственности — появились так называемые «цеховики» и «несуны». Именно своей «находчивостью» и «предприимчивостью» в данном направлении Алексей Иванович заинтересовал компетентные органы. В процессе следствия Вальцман ухитрился превратиться из «цеховика» в «несуна». По материалам уголовного дела, работая начальником СПМК-7 треста «Молдсельхозмонтаж» в Тирасполе с 1983 года, Порошенко-старший вынес с родного предприятия две катушки эмалированного кабеля на сумму 204 руб. 16 коп., купил по дешевке 64 литра краденого спирта-ректификата на общую сумму 1629 руб. 48 коп, разбавил его водой и открыл небольшой бизнес по продаже алкогольного суррогата.

Говоря сухим языком приговора, его обвинили в совершении преступлений, предусмотренных статьями 155, 123, 184 ч. 1, ст. 220 ч. 2, ст. 227 ч. 1 УК МССР и УК РСФСР:

— «умышленное совершение приписок в государственной статистической отчетности и предоставление искаженных отчетных данных о выполнении планов», что тогда считалось «противогосударственными действиями, наносящими вред народному хозяйству СССР» (ст. 155 ч. 1 УК МССР);

— «хищение государственного имущества путем злоупотребления своим служебным положением, присвоения и растраты, по предварительному сговору группой лиц, повторно на суму 2 235 руб. 91 коп» (ст. 123 ч. 2 УК МССР в редакции Указа президиума ВС МССР от 24 декабря 1982 г.);

— «незаконное приобретение имущества, добытого заведомо преступным путем, совершенное в крупных размерах» (ст. 220 ч. 2 УК МССР);

— «незаконное хранение оружия» (ст. 227 ч. 1 УК МССР).

Приговор для «несуна» был относительно мягок: «пять лет лишения свободы с конфискацией имущества, с лишением права занимать руководящие должности сроком на пять лет, с отбыванием наказания в НТК строгого режима».

В конце декабря 1981 года — начале января 1982 года Алексей Вальцман решил «поиграть» с государственной статистической отчетностью с целью ввести государство в заблуждение и таким образом разбогатеть. Деньги понадобились, возможно, и для того, чтобы сын мог поступить на престижнейший факультет международных отношений. С тех пор Порошенко-младший усвоил одну истину: для того, чтобы воровать и не попадаться, нужно уметь воровать по-крупному. Торговать конфетами с бензопиреном оказалось выгоднее, чем «бодяжить» технический спирт.

Надо отдать должное, президент Украины Петр Порошенко, владелец заводов, газет, пароходов, глубоко чтит память родственников. Например, в память брата-бизнесмена, погибшего во время бандитских разборок в 1997 году, он построил часовню на Аскольдовой могиле (по странному стечению обстоятельств непосредственно около нее спустя два десятка лет будут хоронить боевиков «Правого сектора», погибших в столкновениях с «Беркутом»), а также назвал «Михаилом Порошенко» сухогруз, построенный на подконтрольном судостроительном заводе «Ленинская кузница» — пока еще этот завод функционировал в полную мощь. Своего сына Алексея он поставил «смотрящим» за базовым регионом порошенковской семьи — Виннитчине. Как ни странно, внук Порошенко-старшего здесь избирался в областной совет при поддержке партии «Батькивщина» Юлии Тимошенко — главного конкурента Петра Алексеевича на недавних выборах. На Виннитчине же Петр Порошенко попытался провести в парламент и своего отца по одному из мажоритарных округов. Но очень скоро этого «независимого» кандидата пришлось снимать с предвыборной гонки. И не плохое состояние здоровья Алексея Ивановича, как о том говорилось в официальном объяснении, стало причиной этого. В ходе предвыборной кампании Порошенко-деда всплыли некоторые детали его биографии, которые семья Порошенко-президента не хотела бы предавать огласке.

А вот еще одна история Петра Алексеевича Порошенко, который хотел стать главным «смотрящим по стране», заменить воровской третейский суд, поставить на колени крупный бизнес и просто хорошо упаковаться чужой собственностью… а в результате добился куда большего. Она основана на показаниях украинского олигарха Игоря Коломойского, данных в 2006 году Лондонскому суду.

О Порошенко сегодня можно говорить либо никак, либо с иронией, писало о нем украинское издание «Обозреватель». Ну кто он такой? Бизнесмен с растущей капитализацией? Несерьезно. Порошенко может добиваться каких-то результатов только неконкурентными методами и при помощи специфических «кидальческих» технологий. А если нет доступа к админресурсу и силовым (налогоментовским) беспредельщикам — нет роста стоимости акций «Порошенко».

В странной биографии Порошенко все-таки имел место пусть и кратковременный, но очень высокий и очень беспредельный полет. А еще Петр Алексеевич Порошенко является несомненным символом нынешнего времени. Символом выживаемости. Символом всеядности. Символом цинизма. «Не по словам судимы будете, но по деяниям вашим». Это точно не о Порошенко. Его судят исключительно по стандартным словам, красиво сказанным в той или иной публичной телепередаче.

Про него всерьез говорят как о хозяйственнике, неплохо разбирающемся в макроэкономических трендах или финансовых индикаторах. В карьерных движениях Порошенко есть определенная логика. Логика выживания, а также триумф корысти и цинизма. Разумеется, временный. Порошенко сумел зацепиться за кусочек власти. Он пока востребован и в очередной раз пытается заложить основы своей… будущей безопасности. И даже более того — он так и не ответил за создание самой настоящей «организованной преступной группировки» в 2005 году. Группировки, состоявшей из силовых топов и влиятельных (тогда) кулуарных политиков и ставившей перед собой весьма амбициозную цель — максимально жестко перераспределить чужую собственность.