Читаем Хулистан онлайн бесплатно

В эту проклятую страну я приехал в первых числах мая – за несколько дней до начала всемирно известного шоу «Обряжение цветами».

Вы без сомнения не раз смотрели это красочное шоу по TV. Его показывают каждый год и вполне заслуженно ставят по зрелищности в один ряд с бразильским карнавалом и амстердамским парадом. И наверняка, наблюдая это впечатляющее действо по «ящику», вы невольно завидовали счастливчикам на трибунах, думая про себя: мне бы там оказаться! Вот я и решил съездить.

Если бы я только знал, чем обернется для меня эта поездка!..

Но в то время, когда я принимал решение, меня беспокоило совсем другое – предстоящие расходы. Авиабилеты, проживание в приличном отеле, услуги персонального гида и прочее – все это было в пределах разумного, я бы даже сказал – существенно дешевле, чем можно было ожидать в богом забытой стране на задворках Европы. А вот подобающее зрительское место на Площади Цветов заказать в Сети оказалось слишком накладно – отпугивали цены, просто астрономические.

Разумеется, подсуетись я на пару месяцев раньше, и цены были бы другие. Но все случилось спонтанно: мне подфартило сорвать хороший куш на бирже – и я решил куда-нибудь смотаться. Начал обдумывать и остановился на Гюлистане, который в то время как раз входил в моду. Однако платить такие бешеные бабки за чисто созерцательное удовольствие казалось мне все же неразумным: я просто не укладывался в бюджет. «Да пошли они, эти гюлистанцы, с их неуемной любовью к флористике, – подумалось возмущенно, – если только за место придется отвалить 3 000 амеро! За такие деньги я могу поехать хоть в Японию, на «сандзя мацури». Или на Chelsea Flower Show, если так хочется посмотреть на цветочки. А можно смотаться в Данию, в Ольбург – поглазеть на тамошних полуголых девиц в карнавальном шествии, а после отжечь на самой грандиозной и распутной в Европе дискотеке. Да мало ли праздников по всему миру в мае!..».

И черт меня дернул поделиться своими сомнениями с Джоанной!

– Бобби, ну ее к лешему – твою Данию! – возразила она неожиданно горячо. – Отстой! Да и небезопасно, если ты нацелился поразвлечься. Ты ведь такой неразборчивый! Особенно, когда выпьешь и нанюхаешься своей «пыли». А в Челси – так вообще делать нечего, если только ты не собираешься прикупить пару кустиков какой-нибудь цветущей зелени для нашего садика. Так что мой тебе совет: езжай в Гюлистан – не прогадаешь!

– Да я бы с радостью, но ведь дорого! – пытался я сопротивляться.

– Оно того стоит! – продолжала подозрительно страстно агитировать Джоанна. – В Гюлистане ты будешь удивляться на каждом шагу. Это какая-то новая цивилизация! И еще скажу тебе: не покупай билет на шоу в инете. Лучше – на месте, с рук. Иностранцев там любят, – гюлистанцы славятся своим гостеприимством, – но при этом стараются обчистить по максимуму. Это и понятно: туризм – главная статья доходов государства. После работорговли, разумеется. Словом, если купишь билет на месте, сэкономишь не меньше штуки. Главное – найти гида пошустрее! Я даже могу порекомендовать одного. Зовут Хариф. Настоящий мачо и умница! С ним ты будешь чувствовать себя как у мамаши за пазухой.

– Признайся, малышка, – улыбнулся я снисходительно, – чем это тебя так зацепил Гюлистан? Или все дело в том гиде, который «мачо»? Всем известно, что гюлистанцы – самые неутомимые «пахари» в мире, за исключением «дравидов» разумеется. Почему ими и забиты с недавнего времени все низкопробные европейские бордели.

– Фи! Не вспоминай при мне про этих мутантов – «дравидов»! Меня сейчас стошнит! – невозмутимо подхватила шутку Джоанна. – Эти их полуметровые чешуйчатые пенисы, похожие на китайские огурцы, слюнявые рты с гнилыми зубами, мерзкие рожи!.. Как ты можешь их сравнивать с милыми симпатичными гюлистанцами? Они такие нежные, застенчивые, послушные! Я вот иногда думаю: а не купить ли мне в мужья гюлистанца? Пора ведь и ребенка заводить. Да и послушный парень под рукой всегда пригодится.

– А как же наследственность? – спросил я ревниво.

– А что – наследственность? Мне нравятся брюнеты. А в интеллектуальном отношении они не уступят даже японцам. Чтобы ты знал: у них там каждый второй – с высшим образованием! Это верно, что они кажутся немного забитыми. Но, говорят, во втором поколении быстро адаптируются. Очень приспосабливаемый народец!

– Ладно, ты ездила туда за удовольствиями. Я понимаю твои восторги. А мне что там делать с моим вялым членом и тощим задом?

– Но ведь у тебя иногда стоит – на девочек? – мерзко подмигнула Джоанна. – А Гюлистан, чтоб ты знал, та же Малайзия, только гораздо ближе. Но их власти, в отличие от малайцев, хитрее: не поставляют товар на экспорт. Вот и приходится любителям «зеленой малины» ездить туда и оставлять денежки в подпольных клубах.

– Но ведь это удовольствие тоже наверняка недешево стоит? – изобразил я смущение.

– Не дешево, – согласилась Джоанна. – Но есть места, где и товар дешевле, и девочки симпатичнее. Для этого тебе и нужен гид. И на свою задницу кого-нибудь найдешь.

Последняя фраза прозвучала как-то мстительно пророчески. Но я тогда не придал этому значения. И уж точно не предполагал предательского подвоха со стороны моей подружки в ее едва скрываемом желании сбыть меня на время куда-нибудь подальше, хоть бы даже и в Гюлистан.

Наши отношения к тому времени были уже далеки от идеальных. Совместное проживание на общей территории без известных обязательств с моей стороны непростительно затянулось, как я теперь понимаю. Назревало решительное объяснение, я это чувствовал и всеми способами увиливал от неприятного разговора. А Джоанна вела себя как бессовестно обманутый кредитор – и всячески мне это демонстрировала: поминутно обиженной физиономией, едкими подколками и даже полным равнодушием к моим успехам на бирже, что было уже слишком. Но от тела я все еще не был отлучен – и это меня самонадеянно успокаивало. И когда она в очередной раз засыпала, доверчиво уткнувшись носиком мне в подмышку, я смотрел на нее, сладко посапывающую с открытом ртом, и, умиляясь, думал: «Малышка, открой глаза и спроси – люблю ли я тебя? И я тебе отвечу, что люблю и… словом, давай поженимся, так уж и быть!».

Но она продолжала спать. Ее милое ангельское посапывание плавно переходило в музыкальное переливчатое похрапывание, которое меня все больше раздражало. Я начинал чувствовать себя несколько неуютно рядом с этой певуньей, – словно бы невольно подслушивающим не предназначенные мне песни, – и осторожно выскальзывал из постели, чтобы удалиться на свою половину.

Вот и в тот вечер все случилось так же. Но я не пошел в спальню, а поднялся на чердак, подсел к ноутбуку и начал в который раз просматривать информацию по Гюлистану.

«Хрен с ним! – решил я, устав от прокручивания соблазнительных рекламных роликов. – Поеду! В Гюлистане нет ни СПИДа, ни гепатита – большой плюс! Надо только сходить к врачу, за справкой. Хотя тут пишут, что в аэропорту все равно придется пройти тест. Вернусь через неделю, а потом и поговорим!».

– Уважаемые пассажиры, приветствуем вас в аэропорту столицы Гюлистана Велиабаде! Температура за бортом 22 градуса по Цельсию. Просим всех оставаться на местах до полной остановки самолета!

Симпатичная стюардесса еще раз повторила объявление по-русски и по-гюлистански, после чего пошла по рядам, подкармливая карамельной улыбкой пассажиров.

– Извините, мисс, – откашлялся сидящий рядом со мной небритый рыжий детина скандинавского типа, – а в вашем аэропорту есть бордель?

Щипаные бровки стюардессы на мгновенье взлетели вверх.

– Вам так не терпится? Не беспокойтесь. В наших аэропортах есть все, что положено. Вот, возьмите, – улыбнулась она поощрительно и достала из кармашка фирменного пиджачка небесного цвета пакетик с презервативами.

– Очень мило! – осклабился неряшливый викинг. – А вы сегодня вечером свободны?

– Увы! Как раз сегодня я занята. Но если вы задержитесь у нас, – и девушка снова полезла в карман, на этот раз – за визиткой.

Я слегка позавидовал беззастенчивой находчивости соседа, провожая взглядом круглую попу стюардессы, обольстительно плотно обернутую в тонкое синее сукно. «Если все гюлистанки такие… – подумалось мне. – А говорят, они хороши лишь до двадцати лет, после чего по закону страны их обязывают вступать в брак и рожать детишек для увеличения поголовья». Невольно пришли на ум и другие-всякие пикантные байки туристов, побывавших в этой стране – и фантазия моя настолько разыгралась, что я почувствовал легкое возбуждение, от чего даже заерзал от нетерпения в кресле.

Аэропорт Велиабада ничем особенным не отличался от других столичных аэропортов мира. Так мне показалось вначале. Потом понял – что-то не то. Стал сравнивать – и вскоре нашел ряд существенных различий.

Первое – было очень тихо, непривычно тихо. Обычно в таких местах стоит сумбурный нескончаемый гул, который начинает звучать тем отчетливее и раздражительнее, чем дольше там находишься. Но в огромных залах Велиабадского аэропорта стояла внятная, полная достоинства тишина. Затем в глаза бросилось обилие портретов вождя на стенах и его многочисленные изображения в хромированных лазерных мониторах под высокими потолками. Но это как раз меня не удивило. Я уже был просвещен из своих сетевых изысканий о необыкновенной любви гюлистанцев к их незабвенному лидеру – основателю государства и правящей династии. А еще через некоторое время, уже получив багаж, аккуратно уложенный в тележку, я заметил улыбки. Все вокруг улыбались друг другу. Причем, персонал аэропорта улыбался совершенно искренне, не скрывая радости от встречи с дорогими гостями и возможности им услужить, а гости – по-всякому: кто недоверчиво, кто растерянно, а кто просто автоматически, не в силах устоять перед обаятельными улыбками добродушных туземцев. Да что говорить, таможенники – и те завлекательно щерились как сутенеры.

На выходе из багажного отделения теснилась группа встречающих с высоко вскинутыми табличками, на которых были аккуратно выведены имена визитеров. Одним из передних был усатый дядька с заметным брюшком, безжалостно заправленным в провисшие много ниже талии брюки потрескавшимся от длительного ношения кожаным ремнем. Его смуглая залысина игриво отражала радужные огни аэропортовской иллюминации. «Хариф! – понял я, прочитав свое имя. – Не очень-то он похож на «мачо». Хотя, Джоанне виднее». Этот тип тоже каким-то образом угадал меня и поспешил навстречу.

– Мистер Ганн? Разрешите помочь!

Толстячок решительно взялся за ручки тележки и энергично покатил ее к выходу.

– Как долетели? – спросил он, когда я снова поравнялся с ним. – Надеюсь, полет был приятным?

– Спасибо. Все отлично, – сдержанно поблагодарил я усача, приятно удивившись по ходу его безупречному английскому.

– Я учился в Бирмингеме. А проходил стажировку в Глазго, – добродушно улыбнулся Хариф.

– На кого, позвольте спросить? – вежливо поинтересовался я.

– Информатика. Я – программист! – ответил он несколько напыщенно.

– А почему же вы?.. – но мне показалось неловким закончить вопрос.

Хариф лишь хитро усмехнулся:

– Я вполне доволен своей работой. Я очень люблю работать с людьми!

Мы как раз подошли к большой стеклянной двери. Прозрачные створки разлетелись – и на нас пахнуло свежестью разомлевшей под солнышком травки и густым ароматом весеннего букета цветов.

– Добро пожаловать в Гюлистан, дорогой мистер Ганн! – неожиданно воскликнул гид, пропуская меня вперед. – Уверен, что дни пребывания в моей стране будут самыми незабываемыми в вашей жизни!

Я в недоумении обернулся на громогласное приветствие, несколько более патетичное, чем принято в столь обычных ситуациях. Но сразу и улыбнулся милостиво: лицо смуглого толстячка прямо-таки светилось гордостью за свой прекрасный край и радостью за меня – желанного гостя, получившего счастливый шанс вкусить прелестей здешней райской жизни. Впрочем, и погода располагала к благодушию.

Открывшийся нашим взорам пейзаж не мог оставить равнодушным своими благостными красками даже меня, видавшего виды туриста. Я с удовольствием глубоко вдохнул ароматного цветочного воздуха и с еще большим удовольствием выдохнул, смачно сплюнув под ноги. Последнее действие вызвало легкую гримасу досады на лице моего гида, промелькнувшую мгновенной тенью в области вздувшегося надбровья и просквозившую тут же в спасительные складки смущенной улыбки. Гюлистанец стыдливо сглотнул и преданно заморгал глазами в ответ на мой вопрошающий взгляд.

Я огляделся внимательней. День был солнечный, безветренный, прямо как на Гавайях в октябре. Аэропорт располагался в самом центре обширной долины, окруженной невысокими холмами, переходившими по горизонту плавно изогнутыми линиями в густо-фиолетовые пятна мощных горных кряжей. Сама площадь представляла собой огромный замысловатый цветник с фонтанами, там и тут метавшими в бирюзовое небо каскады радужно искрящихся водяных струй. Лицезреть это показное великолепие было, конечно, гораздо приятнее, чем скопление машин на огромных автостоянках, которые обычно устраивают перед аэропортами. Пешеходные дорожки, вымощенные веселой орнаментальной плиткой в красно-сине-зеленых тонах, тоже бодрили. А новенькое покрытие подъездной дороги и расходящихся от нее веером на запад и восток автобанов, солидно лоснившееся под ласковым майским солнцем, даже приятно удивило. Повсюду вокруг – порядок, чистота и даже некоторая роскошь, явно намекающие на стабильное благополучие и надежность, так что сразу подумалось, что права была Джоанна: Гюлистан – страна цивилизованная!

– А далеко до города? – спросил я гордо сиявшего Харифа.