Читаем Хрупкое желание онлайн бесплатно

LeAnn Rimes — Some Say Love

Wilder Woods — What Gives You The Right

Clean Bandit feat. Louisa Johnson — Tears

Rag’n’Bone Man — Skin

Jessie J — Queen

The Teskey Brothers — So Caught Up

Ralph — Gravity

Louise — Lead Me On

THRDL!FE, SLEEPWALKRS — Outta My Head

Amber Run — Affection

Madonna — Frozen

Kelly Clarkson — Because of You

Paloma Faith — Only Love Can Hurt Like This

Lauren Daigle — You Say

Yebba — Where Do You Go

Quarry — No Ordinary Love

Soleima — Cheers for the Tears

RuthAnne — Unrequited

Ruel — Face To Face

Miley Cyrus — Slide Away

Macklemore feat. IRO — Shadow

Rea Garvey — Let’s Be Lovers Tonight

The City feat. Hayla — Better

Blue feat. Elton John — Sorry Seems To Be The Hardest Word

OneRepublic — Wanted

Kygo feat. Whitney Houston — Higher Love

Ninja POW! feat. Glasperlenspiel — Wenn das Liebe ist

Billie Eilish — everything i wanted

SHAED — Trampoline

Gregory Porter — Lonesome Lover

Не желай.

Я тосковала по Данило, даже когда он был еще женихом моей сестры. Это было невинное увлечение молодой девушки. Я представляла, как было бы, если бы он был моим. Мой рыцарь в сверкающих доспехах, мой Диснеевский принц.

Это была моя любимая мечта — пока простая фантазия не превратилась в реальность, когда моя сестра не смогла выйти за него замуж.

Сон превратился в кошмар. Фантазия глупой девочки лопнула.

Мужчина, который не хотел меня.

Говорят, что нет двух одинаковых по форме снежинок, каждая из которых уникальна.

Великолепное ледяное совершенство.

Как моя сестра.

Я пыталась повторить ее, но копия никогда не станет оригиналом. Я была эхом идеальной мелодии. Тенью безупречного образа. Всегда немного меньше. Никогда не достаточно хороша.

Серафина была близка к совершенству в глазах людей, когда была ещё рядом с нами, а теперь, когда она ушла, ничего, кроме исчезающего воспоминания. Ее отсутствие усиливало все, чем она являлась. Она стала больше, чем сама жизнь.

Она задерживалась в каждом углу дома и, что еще хуже, в умах людей, которых она оставила позади.

Как можно победить воспоминание?

Мои пальцы дрожали, когда я разглаживала свое свадебное платье. Сегодня на скамьях будут шептать не мое имя.

Потому что я была утешительным призом.

Суррогатная невеста.

И что еще хуже — не моя сестра.

Я всмотрелась в свое отражение, мое лицо было размытым сквозь тонкую ткань фаты. В таком наряде я выглядела почти как Серафина, если не считать светлых волос. По-прежнему недостаточно хороша. Всегда недостаточно хороша. Но, возможно, Данило увидит сходство между моей сестрой и мной и только на секунду взглянет на меня с той же тоской, с какой смотрел на Серафину.

До того, как он поймет, что я не Серафина. До того, как на его лице снова появится разочарование.

Меньшее, чем он хотел.

Сорвав фату с волос, я отбросила ее в сторону. Мне надоело пытаться быть кем-то другим. Данило должен увидеть меня такой, какая я есть, и если это означает, что он никогда не посмотрит на меня дважды, то так тому и быть.

— Я не могу выйти за тебя замуж.

Слова моей невесты эхом отдавались в моей голове. Глядя на обручальное кольцо, которое она мне вернула, я пытался определить свои эмоции — мощную смесь ярости и шока. Кольцо дразнило меня со своего места на моей ладони. Серафина с трудом выносила мою близость.

Я знал Серафину столько, сколько себя помнил. Не потому, что знал ее лично, а потому, что ее имя благоговейно шептали парни и даже мужчины в наших кругах.

Царственная ледяная принцесса, чья красота фигурировала во многих фантазиях.

Многие хотели обладать ею, как сороки, привлеченные блестящим предметом. Когда она была обещана мне в возрасте пятнадцати лет, я упивался восхищением и завистью членов мафии. Я выиграл желанный приз и мог назвать ее своей.

Долгие годы я считал дни до нашей свадьбы.

Казалось, все складывалось в мою пользу. Мне предстояло стать самым молодым Младшим Боссом Наряда всего лишь в двадцать лет, с племянницей Капо и ледяной принцессой в качестве жены. Я чувствовал себя непобедимым.

Высокомерие и гордыня многими считаются грехом. Я был жестоко наказан за это.

За несколько дней до того, как я должен был сменить отца на посту Младшего Босса, моя младшая сестра Эмма попала в автомобильную аварию. Теперь она была прикована к инвалидной коляске, и у нее не было будущего. Мир мафии не был добрым. Девушки и женщины, имевшие явные недостатки, были отброшены в сторону, как недостойные, обреченные на жизнь в тень, как старые девы или с первым подонком в качестве мужа.

В день моей запланированной свадьбы с Серафиной она была украдена у меня, похищена нашим самым жестоким врагом — Каморрой Лас-Вегаса.

Когда их Капо вернул ее обратно к нам, она уже не была той девушкой, которую я знал. Она была потеряна для меня, сломана настолько, что я не мог ничего исправить.

Теперь я остался с руинами моего тщательно спланированного будущего.

С больной, убитой горем сестрой. Умирающим отцом. Без жены.

Я закрыл глаза после разговора с отцом. Он настаивал на том, что мы должны потребовать связь с семьей Кавалларо. Он хотел связь с Капо, и я согласился, но расстаться с Серафиной, когда ее потеря все еще резала меня, как лезвие кислоты, казалось невозможным.

Жизнь должна продолжаться, и я должен казаться сильным. Я молод. Многие ожидали, что я не справлюсь с задачей управления Индианаполисом. Они ждали этого момента, моего грехопадения. Я сжал пальцы в кулак и отправился на поиски моего Капо и отца Серафины.

Десять минут спустя отец Серафины Пьетро Мионе, ее брат Сэмюэль и наш Капо Данте Кавалларо встретились со мной в кабинете особняка Мионе, пытаясь уладить вопрос о разорванной брачной связи. Этот вопрос вызовет волну слухов, независимо от того, какое решение мы примем сегодня. Было уже слишком поздно контролировать повреждения.

Я облегченно вздохнул.

— Мой отец настаивает, чтобы я женился на ком-нибудь из вашей семьи, — бесстрастно сказал я, даже когда мои внутренности горели от гнева и вины. — Связь между нашими семьями необходима, особенно сейчас.

Пьетро вздохнул и тяжело опустился в кресло. Сэмюэль сердито покачал головой.

— Серафина не выйдет замуж. Ей нужно время прийти в себя.

Я бы дал ей время, в котором она нуждалась, но она больше не хотела выходить за меня замуж.

— Есть и другие варианты, — протянул Данте.

Во мне поднялся гнев.

— Какие ещё варианты? Я не приму дочь какого-нибудь Младшего Босса. Мой город важен. Я не соглашусь на меньшее, чем было обещано!

Данте нахмурился.

— Следи за своим тоном, Данило. Я понимаю, что это сложная ситуация, но тем не менее я ожидаю уважения.

У Сэмюэля был такой вид, словно он хотел наброситься на меня.

— Ты не можешь получить Фину!

— Ты так же не можешь получить Анну, — сказал Данте.

Я никогда не рассматривал его дочь, как вариант. Если я женюсь на ней, это только создаст мне проблемы. Сомневаюсь, что Данте не стал бы совать свой нос в мои дела, если бы это касалось его дочери.

— Тебе нужна моя поддержка в этой войне. Тебе нужна крепкая семья за спиной.

— Это угроза?

— Это факт, Данте. Я считаю, что ты хороший Капо, но я настаиваю, чтобы моя семья получила то, что заслуживает. На меньшее я не соглашусь.

— Я не стану принуждать Фину к браку, особенно после того, что ей пришлось пережить, — сказал Пьетро.

Данте кивнул.

— Я согласен.

Даже если бы я все еще хотел Серафину, я понимал их доводы. Она не хотела выходить за меня замуж, и я не стал бы принуждать ее к браку, когда она и так недавно потеряла контроль над собой.

— Значит, мы зашли в тупик.

Был только один вариант. Отец сразу же предложил младшую сестру моей бывшей невесты в качестве замены. Что за нелепая идея, но единственный жизнеспособный вариант.

Данте и Пьетро переглянулись, вероятно, обдумывая именно этот вариант.

— Это то, о чем ты просишь меня, Данте?

— Пьетро, если мы будем следовать правилам, Данило может потребовать жениться на Серафине. Они были помолвлены.

Я ждал, пока они решат свои дела. У нашей проблемы был только один выход.

Пьетро открыл глаза. Они были жесткими, полными предостережения.

— Я отдам тебе Софию.

Мой отец был прав.

София. Она ребёнок. Я никогда не смотрел на нее.

— Ей сколько, одиннадцать?

Даже если это единственный выход, во мне поднялась новая волна гнева. Гнев за сложившуюся ситуацию и абсолютная ярость по отношению к Римо Фальконе.

— Исполнится двенадцать в Апреле, — поправил Сэмюэль, хмуро глядя на меня.

Его руки были сжаты в кулаки, но я чувствовал, что его гнев был направлен не только на меня.

— Я на десять лет старше ее. Сейчас мне обещали жену.

— Ты будешь занят этой войной и установлением своего господства над Индианаполисом. Более поздняя свадьба пойдет тебе на пользу, — сказал Данте.

На десять лет моложе меня. Я даже не мог думать о ней как о девушке, как о моей жене. Просто пытаясь представить ее взрослой, я уже чувствовал себя чертовым извращенцем. Серафина была не намного старше, когда мне ее обещали, но я был почти ее ровесником. Я хотел ее даже тогда, потому что она была ледяной принцессой, потому что она была так прекрасна, что все желали ее.

Я не мог себе представить, что захочу Софию вот так, вообще не мог представить, что захочу ее. Она ребенок. Она не ее сестра.

Я убью Римо Фальконе за то, что он украл мою невесту, сломал ее так, что она не смогла выйти за меня замуж. Убью все, что имело для него значение. Не успокоюсь, пока не разрушу его жизнь, как он разрушил мою.

— Данило? — осторожно спросил Данте, и я понял, что ушёл в свои мысли.

Не имело значения, чего я хочу. Эта связь спасет Эмму. Это все, на что я мог надеяться в данный момент.

— У меня есть одно условие.

— Что за условие? — резко спросил Данте.

Его терпение иссякало. Последние несколько месяцев испытали нас всех.

Я скосил глаза на Сэмюэля, который прищурившись наблюдал за мной. Доверю ли я ему свою сестру? Больше, чем всем остальным вариантам. В какой-то момент отец выдаст Эмму замуж, и никто не захочет ее. Она будет отдана кому-то, кто надеется улучшить свое положение, кому-то, кто не заслуживает ее.

— Он женится на моей сестре Эмме, — сказал я.

Лицо Сэмюэля исказилось от шока.

— Она в…

Он не закончил фразу. Хорошо для него, потому что я жаждал убить его.

— Да, в инвалидном кресле. Вот почему никто из достойных ее не хочет. Моя сестра заслуживает только самого лучшего, а ты наследник Миннеаполиса. Если вы все хотите этой связи, Сэмюэль женится на моей сестре, а затем я женюсь на Софии.

— Блядь, — пробормотал Сэмюэль. — Что это за извращенная сделка?

— Почему? Твой отец проверял воды на предмет возможных невест, а моя сестра Манчини. Она хорошая кандидатура.

Сэмюэль глубоко вздохнул и кивнул.

— Я женюсь на твоей сестре.

Я оскалился на него, мне не понравился его тон.

— Значит, все решено? — спросил Пьетро. — Ты женишься на Софии и согласишься расторгнуть помолвку с Финой?

Я резко кивнул.

— Это не то, чего я хочу, но мне придется это сделать.

— Значит, придётся обойтись этим? — прорычал Сэмюэль, шагнув вперед с прищуренными глазами. — Ты говоришь о моей младшей сестренке. Она не какая-то там хреновина, которую ты принимаешь в качестве утешительного приза.

Но она была утешительным призом. Мы все это знали. Я горько рассмеялся.

— Возможно, тебе захочется вспомнить об этом, когда ты встретишься с моей сестрой.

— Достаточно, — проворчал Данте. — Свадьбу придется отложить до совершеннолетия Софии, — сказал Пьетро с усталым видом.

Неужели он думает, что я хочу ребенка-невесту?

— Конечно. Моя сестра тоже не выйдет замуж раньше своего восемнадцатилетия.

Шесть долгих лет. Я не горевал, что у меня появилось больше времени для стабилизации моего правления над Индианаполисом, это единственная вещь, которую я ненавидел в браке с Серафиной, но я хотел ее, и она не могла ждать слишком долго. Но теперь у меня будет достаточно времени, чтобы выстроить свое царствование, чтобы еще немного развлечься — как выразился отец. Шесть лет долгий срок. Так много всего может произойти за это время. Я не потеряю еще одну девушку. Я позабочусь, чтобы София находилась в безопасности, в большей безопасности, чем Серафина.

Пьетро кивнул.

— Значит, решение принято, — сказал я. — А теперь должен скоро вернуться домой. Мы можем уладить детали на более позднем этапе. — Данте кивнул. — И еще кое-что. Я не хочу, чтобы хоть слово о связи Сэмюэля с моей сестрой стало достоянием общественности. Ей не нужно знать, что это сделка в обмен на Софию.

Я двинулся к двери, желая выбраться из этого особняка, из этого города, но больше всего подальше от Серафины. Я услышал шаги за спиной, но не обернулся. Больше не о чем было говорить, по крайней мере сегодня.

— Данило, подожди, — потребовал Сэмюэль.

Прищурившись, я обернулся.

— Чего ты хочешь?

Пока мы пытались спасти Серафину из лап Римо Фальконе, мы пришли к некоторому соглашению, но было предчувствие, что это ненадолго. Мы оба альфы, которые плохо ладим с теми, кто не подчиняется нашим желаниям.

— София заслуживает большего, чем быть второй лучшей.

Вероятно, так оно и было. Верно для обеих наших сестер. Судьба раздала Эмме жестокие карты. Она заслуживала только самого лучшего. Получит ли она это когда-нибудь? Скорее всего, нет.

— Я буду относиться к Софии с уважением, как всегда относился к Серафине. — мой рот искривился, произнося ее имя. — Не забудь быть по отношению к Эмме таким же.

Сэмюэль покачал головой.

— Quit pro quo?[1]

Я ничего не ответил. Все шло наперекосяк. У нас обоих были девушки, которых мы не хотели для связи, гарантирующая бы нашу власть. Мы с Сэмюэлем были гордыми людьми до крайности. Римо Фальконе растоптал эту гордость. Гордость, которую мы хотели восстановить. Я уже начал думать, что это будет нашим обоюдным падением.

Я до сих пор помню, как впервые увидела Данило. Это было за год до того, как он должен был жениться на моей сестре. Он приехал, чтобы обсудить детали с отцом. Движимая любопытством, я притворилась, что иду на кухню, чтобы посмотреть на него. Он стоял в нашем вестибюле, разговаривая с папой, и в тот момент, когда я увидела его, мое сердце совершило странное сальто, которого никогда раньше не совершало. Он улыбнулся мне, и снова мое сердце бешено забилось, а в животе потеплело. Он напомнил мне принца, о которых девушки всегда мечтали. Высокий, красивый и благородный.

Я думала, что он навсегда останется моей мечтой, и всякий раз, когда я фантазировала о нем, я чувствовала себя виноватой — пока он внезапно не стал моим. По крайней мере официально, потому что его сердце все еще принадлежало моей сестре.

В тот день, когда я узнала об этом, я сидела за столом в своей комнате, когда кто-то постучался, и тогда вошел папа. Он отправил меня в мою комнату пару часов назад, как это часто бывало с тех пор, как похитили Фину, и даже теперь, когда она вернулась. Все думали, что я слишком маленькая, чтобы понять, что происходит.

— София, можно тебя на пару слов? — спросил папа.

Я оторвалась от своего домашнего задания и слегка нахмурилась. Его голос звучал глухо.

— Я сделала что-то не так?