Читаем Хроники 1325 – 1340 онлайн бесплатно

В нижнем левом углу Жан Фруассар изображен за работой в своей мастерской. На заднем плане помещена сцена битвы, описанием которой занят хронист.

Художник неизвестен.

Знаменитый хронист и поэт позднего средневековья, Жан Фруассар, родился примерно в 1337 г., т. е. в самом начале Столетней войны. В прологе к своим «Хроникам» он с гордостью называет себя уроженцем «доброго, красивого и славного города Валансьенна»[2]. Этот город был столицей графства Эно (Геннегау), расположенного в пределах Священной Римской империи и граничившего с северными землями Франции. Большинство населения графства говорило на диалекте французского языка, а его правители состояли в близком родстве как с династией Валуа, так и с династией Плантагенетов. Эти обстоятельства во многом способствовали тому, что рыцарство Эно принимало активное участие в Столетней войне, сражаясь то за английскую, то за французскую сторону, в зависимости от ситуации.

Из отдельных высказываний, встречающихся в «Хрониках» и поэтических сочинениях Фруассара, можно сделать вывод, что он был выходцем из семьи зажиточных горожан, торговавших сукном, и получил неплохое образование в приходской школе. Из тех же источников мы узнаем, что еще в юности проявился в нем дар стихотворного сочинительства и стремление к историческим изысканиям. Вероятно, его ранние поэтические опыты были отмечены при дворе графа Эно и обеспечили ему необходимую протекцию. Примерно в 1361 г. Фруассар, будучи уже клириком, т. е. духовным лицом, совершил путешествие в Англию и преподнес королеве Филиппе[3] свое первое историческое сочинение — рифмованную хронику об англо-французских войнах[4]. Фруассар пишет об этом так:

Приведенный фрагмент нуждается в некоторых пояснениях. Королева Филиппа, супруга короля Эдуарда III[6], была дочерью графа Гильома I Эно, и все ее детство прошло в Валансьенне. Отправляясь в Англию, Фруассар рассчитывал на покровительство своей венценосной землячки, и он не ошибся. Стареющая королева сделала его своим секретарем (clerc) и по совместительству придворным поэтом, чтобы он развлекал ее «изящными стихами и любовными повестями».

Однако встает вопрос о том, какова по содержанию была рифмованная хроника, подаренная Фруассаром королеве. Хотя ни один ее фрагмент не сохранился до нашего времени, можно предположить, что в ней в эпической манере воспевались ратные подвиги мужа королевы, Эдуарда III, а также ее брата и дяди — уже покойных к тому времени графа Гильома II Эно[7] и сира Жана де Бомона[8]. В начале Столетней войны оба этих сеньора сражались под английскими знаменами.

Служба у королевы Филиппы стала очень важным этапом в творческой карьере Фруассара. Имя высокой покровительницы помогало ему заводить полезные связи в среде высшей феодальной аристократии. Кроме того, благодаря щедрым королевским пожалованиям, Фруассар мог совершать дальние и дорогостоящие путешествия в поисках фактического материала для новой хроники. Впоследствии, по прошествии трех десятилетий, он будет не без некоторой ностальгии рассказывать читателям об этой поре своей жизни:

В период между 1361 и 1369 гг. Фруассар побывал во многих областях Англии, Шотландии, Франции и Италии[10]. В 1365 г. он довольно долго гостил при дворе короля Дэвида II Шотландского и, по его собственному утверждению, освоил многие шотландские обычаи. В следующем, 1366 г., хронист прибыл в столицу английской Гиени, город Бордо. Как раз тогда старший сын Эдуарда III, знаменитый Эдуард, прозванный Черным Принцем, готовился выступить в поход против короля Кастилии Энрике Трастамарского, чтобы вернуть кастильский престол недавно свергнутому королю Педро Жестокому. Фруассар хотел участвовать в этом походе в качестве наблюдателя. Однако, дойдя до приграничного города Дакса, принц по неизвестным причинам отослал Фруассара назад в Англию, к своей матери (февраль 1367 г.)[11].

Весной 1368 г. Фруассар выехал в Италию, находясь в свите герцога Лионеля Кларенса — второго сына Эдуарда III и Филиппы д’Эно. Лионель должен был обвенчаться с Иоландой, дочерью миланского правителя Галеаццо-Висконти[12]. По прибытии в Милан свадьбу сыграли без проволочек, однако уже через три месяца молодой и здоровый принц внезапно скончался (17 октября 1368 г.). Англичане заподозрили, что он был отравлен, и открыли военные действия против миланцев. Конфликт был погашен лишь с большим трудом при посредничестве графа Савойского. Тем временем Фруассар покинул пределы Ломбардии и отправился через Феррару и Болонью в Рим. Неизвестно, сделал ли он это по собственной инициативе или же выполнял чье-то поручение. Видимо, находясь в Риме, Фруассар услышал скорбную весть о смерти королевы Филиппы. (Она умерла 15 августа 1369 г.).

Потеряв свою благодетельницу, Фруассар решил не возвращаться в Англию и отправился к себе на родину, в графство Эно. Отдельные высказывания, встречающиеся в его поэтическом труде «Веселое Древо Юности» (1373), наводят на мысль, что некоторое время он был вынужден торговать сукном в своем городе, за неимением других постоянных источников дохода[13]. Однако если Фруассар и занялся торговлей, то лишь затем, чтобы как-то продержаться на плаву до тех пор, пока он не найдет себе нового щедрого покровителя. Родственные связи покойной королевы Филиппы должны были очень сильно помочь ему в этом. В июне 1370 года он побывал в Брюсселе и получил от герцогини Жанны Брабантской, золовки королевы Филиппы, 16 франков за какую-то новую книгу, сочиненную на французском языке («de uno novo libro gallico»)[14]. Видимо, это была ранняя редакция «Мелиадора» — стихотворного рыцарского романа, к созданию которого Фруассар приступил еще в Англии. Примерно с этого же времени завязались тесные творческие контакты Фруассара и с самим герцогом Брабантским Венцеславом[15], известным ценителем поэзии. Герцог поручил Фруассару продолжить роман «Мелиадор» и включить туда его собственные поэтические сочинения.

Частые визиты в Брюссель позволили Фруассару сблизиться со многими нидерландскими сеньорами, среди которых был и сир Робер Намюрский[16], в прошлом женатый на младшей сестре королевы Филиппы, Изабелле. Он тоже стал покровителем поэта, но заказал ему не стихи, а прозаическую хронику об англофранцузских войнах.

Есть основания полагать, что именно Робер Намюрский посоветовал Фруассару взять за образец «Правдивые хроники», написанные льежским каноником Жаном Ле-Белем (ок. 1292–1370). В качестве необходимого пояснения заметим, что Ле-Бель был другом и соратником дяди королевы Филиппы, Жана де Бомона[17]. Следуя просьбе последнего, он создал в период между 1352 и 1370 гг. относительно небольшую по объему, но весьма информативную и увлекательную хронику, в которой излагалась история англо-французского военного противостояния.

В прологе своего труда Ле-Бель с резкой прямотой обвиняет в недобросовестности какого-то безвестного поэта, который пытался описывать события Столетней войны до него:

Концепция исторической правдивости Ле-Беля основана на стремлении защитить «героев» и их подвиги от грубых и неуместных преувеличений, а также от намеренного вымысла, к которому прибегают поэты, рядящиеся под историков. При этом он не утверждает, что рифмованные труды всегда лишены правды. Просто сам стихотворный способ изложения, изначально предрасполагая к эпическим преувеличениям, нередко уводит поэтов в сторону: